Что в имени тебе моем?

15 кислева 5762 года

30/11/2001

ЧТО В ИМЕНИ ТЕБЕ МОЕМ?

Яаков со всем своим немалым караваном переходит речушку Ябок. Неожиданно он оставляет стан, возвращается на тот берег и остается один.

Кажется, что текст Торы зазвучал как приключенческий роман. Ни у кого уже нет сомнений: хорошего не жди. Напряжение нагнетается, сгущается тьма. Некто безликий и свирепый «борется с ним... до утренней зари». Мидраш «Брейшит раба» говорит о том, кем был этот безликий: ангелом-покровителем Эйсава.

Как же выглядел этот ангел? В Талмуде мы находим две, казалось бы, противоречащие друг другу картины: борющийся с Яаковом предстает то великим мудрецом, то ужасным злодеем. Но есть ли здесь противоречие? Не таков ли и наш исторический опыт в столкновениях с Эйсавом, с нееврейским миром?

Издавна представали перед нами юдофобы в двух испостасях. Огнем и мечом уничтожали нас из века в век, а когда не оставалось сил физически уничтожать потомков Яакова, рядились потомки Эйсава в академические мантии и с доброжелательной миной убеждали уцелевших «исправиться», оставить путь Яакова-Исраэля. Как два следователя в классической практике служителей мрака: один устрашает, а второй дает надежду. Какой из них опасней? Сам этот вопрос - ошибка. Оба одно дело делают.

Логично было бы предположить, что раб пожелает навсегда покинуть и забыть своего господина, что подследственный возненавидит следователя и вряд ли станет интересоваться его личностью. Но кто сказал, что психология подчиняется законам логики?

Вы, возможно, слышали о «стокгольмском синдроме» или о «травматическрй связи». Это феномен, заключающийся в том, что заложники с определенного момента начинают идентифицировать себя с похитителями, жертвы начинают испытывать симпатию и интерес к мучителям.

Термин «стокгольмский синдром» появился после того, как грабители банка в Швеции забаррикадировались в нем с заложниками. Четверо из заложников впоследствии стали особенно близки к этим грабителям, защищая их во время судебного процесса. Одна женщина даже развелась с мужем и вышла замуж за одного из налетчиков.

Какое отношение эта скандинавская история имеет к переходу через Ябок? Самое непосредственное. Века плодотворных/кровавых (нужное подчеркнуть) контактов с Эйсавом развили в некоторых евреях острую симпатию и интерес к мучителям и преследователям.

Если вы нуждаетесь в специалисте по истории инквизиции, если вам нужен эксперт по нацистской символике, если нужна информация о «черной сотне» — ищите еврея.

Само по себе это естественно и неплохо: врага нужно знать в лицо. Но порой интерес становится нездоровым, болезненным. Исследователь начинает «понимать» вчерашних, сегодняшних и завтрашних мучителей, учится быть «объективным» в «конфликте народов».

Недавно вышла в свет книга одного израильского ученого «Два народа в чреве твоем», посвященная взаимоотношениям евреев и немцев в средневековой Европе. Как и водится в академических кругах, автор рисует полностью симметричную картину: евреи ненавидели христиан, христиане - евреев. Вывод: надо любить друг друга. За рамками исследования остается единственное исключение из всеобщего равенства: христиане уничтожали евреев, а те даже не защищались.

Вернемся к Яакову и «безликому». Праотец наш спрашивает его: «Как тебя зовут?» Ангел Эйсава в ответ цитирует Пушкина:

«Что в имени тебе моем?

[Оно умрет, как шум печальный

Волны, плеснувшей в берег

дальный

Как звук ночной в лесу глухом.]»

Многочисленны толкования этого ответа-умолчания. Один из них, данный р. Клонимусом-Калманом в Варшавском гетто, таков:

«Евреи, не трудитесь заучивать имена тиранов, вас притесняющих. Пройдет совсем немного времени, и имена их забудутся. Только наша память может спасти их от забвения, но должны ли мы дарить им вечность? Ни к чему нам знать их имена!»

 


Вам понравился этот материал?
Участвуйте в развитии проекта Хасидус.ру!

Запись опубликована в рубрике: .