Глава 23

Самым великим учителем в Израиле был в те времена неоднократно упоминаемый нами рабби Элиэзер бен Урканос. Когда однажды рабби Иеошуа пришел в академию в Лоде. где обычно занимался со своими учениками рабби Элиэзер, он поцеловал камень, служивший сидением для рабби, и сказал: «Этот камень подобен горе Синай, а тот, кто сидит на нем, подобен священному Ковчегу Завета». Можно представить себе, как была встречена весть о том, что рабби Элиэзер схвачен римскими властями и обвинен в тайном поклонении Христу.

Чтобы понять это странное обвинение, мы должны обратиться к событиям мировой истории.

Император Нерва, отличавшийся милосердием и доброжелательностью по отношению к евреям, был бездетным. Он усыновил и сделал своим соправителем Марка Ульпия Траяна, который отличился в сражениях на берегах Рейна. После смерти Нервы Траян стал единовластным правителем Великой Римской мировой империи.

Марк Улышй Траян был испанцем по происхождению. Его отец, награжденный многочисленными лавровыми венками за победы в Иудейской войне под предводительством императора Веспасиана, взял штурмом наиболее укрепленную еврейскую крепость Яффо. Эта крепость была защищена не только своим естественным положением, но и укреплениями, возведенными евреями. Отец будущего императора, в то время легат десятого легиона, получил приказ овладеть крепостью. Он начал штурм с двумя тысячами пеших и тысячью конных воинов. Против него сражались все боеспособные жители Яффо. Но римлянам удалось обратить их в бегство, и отступающие не смогли помешать врагам ворваться вслед за ними в крепость через внешние городские ворота. Тогда оставшиеся в городе закрыли внутренние ворота. Начался кровопролитный бой между двумя стенами, в котором пали все вышедшие из города евреи – две тысячи человек. Благодаря их отчаянному сопротивлению в бою погибло еще большее количество римлян. Более четырех тысяч трупов заполнили пространство между двумя стенами крепости. Траян обратился к военачальнику с просьбой о подкреплении, и император прислал своего сына Тита с пятьюстами всадниками и тысячей пеших воинов. Римляне приставили к стенам штурмовые лестницы, и Тит со своими воинами проник в город. Начался бой на улицах города, который приходилось завоевывать шаг за шагом. Город сопротивлялся до трех часов дня, к этому времени были уничтожены все боеспособные жители, и теперь на улицах и в домах убивали стариков и подростков, еще не способных держать в руках оружие. В живых остались только женщины, их вместе с детьми угнали в рабство. Всего же было убито пятнадцать тысяч и взято в плен две тысячи сто тридцать человек.

Шестнадцатилетним юношей участвовал Марк Ульпий Траян в этой ужасной резне, видел смелость евреев, их способность сопротивляться. Но эти воспоминания не были приятны человеку, которого римские писатели превозносили как лучшего и благороднейшего императора. В возрасте сорока пяти лет поднялся он на трон Великой мировой империи, и его правление принесло еврейскому народу несказанные бедствия. Правда, вначале речь шла о мерах, принятых императором против христианства. Общины христиан были тайными обществами, цели которых были неизвестны властям. Поэтому принадлежность к христианству считалась преступлением и каралась смертью. В большинстве своем христиане того времени были иудео-христианами, т. е. евреями, принявшими христианство. В отличие от так называемых язычников-христиан они соблюдали Субботу и праздники, исполняли предписания о пище и подвергали своих детей обрезанию. Вождем и основателем этой секты был апостол Яаков бен Альфа родом из деревни Секонии.

Рабби Элиэзер был заключен в тюрьму, где содержались обвиняемые в тяжких преступлениях. Когда рабби предстал перед судьей, тот сказал: «Ужели столь мудрый человек, как ты, может заниматься такими вещами?» Ответил ему рабби Элиэзер: «Я восхваляю Судью праведного». Он имел в виду своего небесного Отца, но римский судья отнес эти слова к себе и вынес решение: «Раз ты признаешь во мне судью праведного, я оправдываю тебя».

Рабби Элиэзер вернулся домой в отчаянии от того, что в нем могли заподозрить тайного христианина. Тогда собрались ученики, чтобы утешить своего учителя. Но утешения не помогали.

– Чем я заслужил, – спрашивал он, – чем дал повод для такого обвинения?

– Учитель, – сказал рабби Акива, – позволь мне напомнить о том, чему ты учил меня.

– Говори, – позволил рабби.

– Быть может, ты слышал от основателей той секты нечто, что обрадовало тебя, и поэтому тебя заподозрили в принадлежности к ним.

– Верно, – подтвердил рабби Элиэзер, – ты напомнил мне нечто, Акива. Однажды, бродя по рынку, я встретил одного из учеников основателя той секты, Яакова из Секонии. Он объяснил мне одну алаху от имени своего учителя. Объяснение понравилось мне, и я обрадовался. Тогда преступил я запрет Священного Писания: «Держи вдали от него путь свой», что, по толкованию мудрецов, относится к любому учению, отклоняющемуся от иудаизма. Поэтому меня и заподозрили.

Если внимательно присмотреться к отношениям между иудео-христианами и евреями, мы увидим, что описанное выше происшествие было очень важным. Ученики и сторонники основателя христианской религии отличались от евреев только в вере. Они жили среди евреев и распространяли толкования законов, относящихся к Алахе, от имени своего учителя. Они посещали синагоги, их апостолы произносили проповеди. Этим объясняется тот факт, что многие евреи, а среди них и выдающиеся, присоединились к этой секте. Так, например, в Мидраше Коэлет рассказывается о том, как Ханина, племянник рабби Иеошуа бен Хананья, чуть было не стал вероотступником, но дядя спас его. Ханина был одним из выдающихся мужей того времени. О нем говорится, что он, живя в Вавилоне, ни в чем не уступал мудрецам Святой Земли. В Мидраше Коэлет приводится еще несколько примеров того, какую опасность представляло соприкосновение с недавно возникшей сектой даже для выдающихся мужей. Этим объяснялась необходимость того, чтобы рабби Элиэзер, которого побудил к этому рабби Акива, открыто признал перед своими учениками, что поступил неверно, обсуждая Алаху с человеком, который уже полностью стоял вне иудаизма.

Когда рабби Элиэзер еще беседовал со своими учениками, в дом вошел красивый юноша, чья одежда выдавала в нем знатного римлянина.

– Прости, рабби, – сказал он, – что я решился посетить тебя здесь. Я видел тебя сегодня у консула. Еще тогда я решил просить у тебя совета. Я Аквила, близкий родственник императора. Меня воспитал учитель, которого отец императора привез с Иудейской войны. От него я научился вашему языку и с тех пор много занимался изучением Торы. Я читал о том, что единый Б-r создал мир и избрал Израиль Своим народом, и хотел бы присоединиться к вашему народу. Но скажи мне одно, рабби: в 17 и 18 стихах десятой главы Второзакония сказано: «Ибо Господь, Б-г ваш, есть Б-г отцов и Владыка владык, Б-г великий, сильный и страшный, Который не лицеприятствует и мзды не берет, Он творит суд сироте и вдове и любит пришельца, давая ему хлеб и одежду». Скажи мне, рабби, в этом любовь Б-га к пришельцу, что Он обещает ему хлеб и одежду? Моим рабам, которых я хочу наградить, я обещаю наряды и изысканную пищу!

Рабби Элиэзер ответил ему разгневанно:

– Мы не нуждаемся в прозелитах и тем более в таких,

которых не устраивает то, о чем просил для себя наш отец Яаков, – хлеб и одежда.

Опечаленный ушел от него Аквила. Рабби Акива вышел вместе с ним и спросил:

– Не желаешь ли ты, о пришелец, задать твой вопрос другому учителю?

– Конечно, – согласился Аквила, – веди меня, и я последую за тобой.

И рабби Акива привел его к рабби Иеошуа бен Хананья. Здесь Аквила повторил свой вопрос.

– Сын мой, – ответил рабби Иеошуа, – если человек присоединяется к иудаизму с благородными намерениями, руководствуясь при этом своими убеждениями, он может стать великим в Торе, – это хлеб, которым питает нас Б-г. Он сможет в будущем облачиться в одежды блаженства, в которые одевает нас Б-г в мире грядущем. Его дочь, рожденная в иудействе, может стать женой священнослужителя, а его внук – первосвященником, который, облачившись в священные одежды, совершает жертвоприношения на алтаре, – это хлеб нашего Б-га.

– Благодарю тебя, рабби, за твое объяснение, – сказал Аквила, – позволь мне проникать в Учение единого Б-га под твоим руководством.

А рабби Акива сказал:

– На тебе, мой учитель, сбылось слово мудрого царя: «Ум лучше силы». Если бы не твое терпение, Аквила отдалился бы от иудаизма.

Запись опубликована в рубрике: .
  • Поддержать проект
    Хасидус.ру