Шмини

«Ликутей сихот», том 12

И взяли сыновья Аарона, Надав и Авиу, каждый свой совок, и положили в них огня, и возложили на него смесь благовоний, и воскурили пред Б-гом огонь чуждый, чего Он не велел им. И вышел огонь от Б-га, и испепелил их, и умерли они пред Б-гом.

(Ваикра, 10:1,2)

1. Комментируя стих «И вышел огонь от Б-га и испепелил их...», Раши выделяет слова «И вышел огонь» и дает следующее пояснение: «Раби Элиэзер говорит: «Сыновья Аарона умерли не из-за чего иного, как из-за того, что вынесли решение по вопросу закона в присутствии своего учителя Моше». Раби Ишмаэль говорит: «Опьяненные вином, вошли они в Храм». Знай, что после их смерти предупредил Всевышний остальных, чтобы не входили в Храм опьяненные вином. Пример про царя, у которого был приближенный и т.д., как приводится в сборнике мидрашей «Ваикра Раба».

По поводу комментария Раши возникает несколько вопросов.

1) О причине смерти сыновей Аарона говорится в самом тексте Торы (в предыдущем стихе): «...и воскурили пред Б-гом огонь чуждый, чего Он не велел им». Таким образом, вроде бы нет надобности комментировать эти слова.

2) Несмотря на это, Раши дает свое объяснение, однако оно, на первый взгляд, не вытекает из текста Торы.

3) Поскольку Раши все-таки объясняет причину смерти сыновей Аарона, то он должен был выделить слова «и умерли». Почему же он выделяет слова «и вышел огонь»?

4) Одно из правил, которых придерживался Раши в своих комментариях, заключается в следующем: если он цитирует два объяснения одного и того же вопроса, это означает, что ни в одном из них контекстуальный смысл Торы не разъясняется во всех деталях и каждое из этих мнений имеет свой недостаток, причем приведенное первым полнее. Необходимо понять, какие именно недостатки имеются в комментариях раби Элиэзера и раби Ишмаэля и в чем преимущество первого комментария по сравнению со вторым.

5) У Раши было еще одно правило: если в своем комментарии он указывает имя мудреца, который высказал то или иное мнение, то это имя помогает понять смысл высказанного. Следует выяснить, как могут помочь нам указанные Раши имена «раби Элиэзер» и «раби Ишмаэль».

6) Известно, что язык Раши исключительно точен. Поэтому следует понять, почему Раши ссылается на мидраш именно таким образом: «Пример про царя, у которого был приближенный и т.д., как приводится в сборнике мидрашей «Ваикра Раба». Если Раши намеревался указать определенный мидраш, чтобы читатель мог изучить его подробнее, можно было написать короче: «Пример про царя и т.д., как приводится в сборнике мидрашей «Ваикра Раба». Если же Раши хотел изложить содержание мидраша, то приведенных им слов явно недостаточно. Из этого следует, что слова «у которого был приближенный», имеют большое значение для понимания смысла комментария Раши, нужно лишь выяснить, в чем именно состоит это значение.

2. Объяснение вышеизложенного таково: поскольку Раши комментирует слова «И вышел огонь», то очевидно, что именно их смысл не совсем ясен.

В целом понятно, почему сыновья Аарона были умерщвлены именно таким способом. Ведь существует принцип, по которому наказание должно быть подобно греху, и в данном случае наказание – «И вышел огонь» подобно греху -«и воскурили... огонь». Однако двумя стихами выше слова «И вышел огонь от Б-га» употребляются для описания высшей награды – Б-жественного присутствия. Как пишет Раши, «все семь дней уполномочения... Б-жественное присутствие не пребывало в скинии, и сыны Израиля чувствовали себя посрамленными... Сказал им Моше: «Мой брат Аарон достойнее меня, благодаря его жертвоприношениям и его служению Б-жественное присутствие будет пребывать среди вас...» (комментарий к Ваикра, 9:23). А затем «явилась слава Б-га всему народу. И вышел огонь от Б-га ... и узрел весь народ, и возликовали они» (Ваикра, 9:23, 24).

Это заставляет в нашем отрывке толковать слова «И вышел огонь» как говорящие о раскрытии Б-жественного присутствия. И хотя само служение сыновей Аарона было святым, но имелся в нем некий недостаток, который и привел их к смерти. Поэтому Раши пишет, что «сыновья Аарона умерли [не из-за своего служения, а] не из-за чего иного, как из-за того, что вынесли решение по вопросу закона в присутствии своего учителя Моше», т.е. воскурение огня не противоречило воле Всевышнего, однако не сыновья Аарона должны были делать это, поэтому зажженный ими огонь стал «чуждым».

Отчего же наказание за этот поступок было столь суровым? Раши намекает на ответ упоминанием имени автора комментария – раби Элиэзера.

Немало похвального сказано о мудрости раби Элиэзера и знании им Торы, однако именно ему принадлежит изречение: «Говорящий что-либо, чего он не слышал от своего учителя, вызывает тем самым удаление Б-жественного присутствия от Израиля». Из этих слов понятно, почему сыновья Аарона понесли такое суровое наказание. Ведь они не только «говорили» что-то от себя, но и «говорили» в присутствии учителя.

3. Однако в этом комментарии остаются еще некоторые неувязки. Воскурив огонь, Надав и Авиу «вынесли решение по вопросу закона в присутствии своего учителя», что должно было вызвать удаление Б-жественного присутствия, а не раскрытие его, описанное словами «И вышел огонь».

Учитывая это несоответствие, Раши приводит второе объяснение: «Опьяненные вином, вошли они в Храм», в соответствии с которым можно сказать, что сыновья Аарона не нарушали приказ Всевышнего, поскольку только «...после их смерти предупредил Всевышний остальных, чтобы не входили в Храм опьяненные вином». Таким образом, само по себе воскурение огня было полноценным служением и поэтому привело к раскрытию Б-жественного присутствия.

На первый взгляд, этому объяснению противоречат слова «чего Он не велел», поскольку само повеление было позже. Но слово «им» подчеркивает, что «не велел» указывает именно на Надава и Авиу. А ведь они были старшими сыновьями Аарона, они были помазаны вместе с ним и были максимально близки к нему по степени своего духовного возвышения, как сказано: «Взойди к Б-гу ты [Моше] и Аарон, Надав и Авиу, и семьдесят старейшин Израиля...» (Шмот, 24:1). И поэтому то, что они опьянены вином, было недостатком в их служении.

Но все же непонятно, почему они были наказаны до того, как было получено предупреждение от Всевышнего? Объяснение этого содержится в следующих словах Раши: «Пример про царя, у которого был приближенный и т.д., как приводится в сборнике мидрашей «Ваикра Раба».

В мидраше написано: «Пример про царя, у которого был верный приближенный. Однажды царь увидел, что он стоит возле торговой лавки, и приказал казнить его, но никто не знал причины немилости. Когда же царь назначил другого приближенного на его место, то запретил ему входить в торговые лавки. Поэтому мы знаем, за что царь казнил первого приближенного». Из этого примера можно сделать следующий вывод: первому приближенному не был дан запрет, однако, будучи приближенным царя, он должен был сам понимать, что его действия противоречат царской воле.

На это и намекает Раши, цитируя начало мидраша. В этой фразе содержится ответ на вопрос, почему сыновья Аарона понесли наказание за совершение того, что им не было запрещено. Будучи приближенными ко Всевышнему, как сказано: «Моими близкими освящусь...» (Ваикра, 10:3), они сами должны были знать правила поведения в Его Доме, даже если Г-сподь и не дал им никаких указаний.

И все-таки, почему сыновья Аарона были наказаны так сурово? Раши намекает на ответ, указывая в комментарии имя «раби Ишмаэль».

Сказали мудрецы о раби Ишмаэле: «Священнослужитель помогает священнослужителям» (трактат «Хулин», 49а). Раши поясняет эти слова: «Всегда он помогает им и облегчает им законы». Это и происходит в нашем случае: священнослужитель раби Ишмаэль «облегчает» вину сыновей Аарона, несмотря на то, что это не совсем соответствует контекстуальному смыслу Торы. Он не склонен давать объяснение, которое увеличило бы тяжесть их вины, но при этом более подходило бы по смыслу, а именно, что они «вынесли решение по вопросу закона в присутствии учителя Моше».

4. В связи с приведенными выше объяснениями слов раби Ишмаэля появляются новые вопросы.

1) Из слов «и воскурили пред Б-гом огонь чуждый» следует, что «чуждость» (грех) присутствовала в самом этом факте, а не только в том, что сыновья Аарона были в этот момент опьянены вином.

2) Если грех Надава и Авиу состоял не в воскурении огня, то почему они были наказаны огнем, вышедшим из жертвенника, и зачем Торе писать об этом?

Именно поэтому Раши и не ограничивается комментарием раби Ишмаэля, а приводит его, только в качестве второго объяснения. Тем самым он показывает, что первое объяснение ближе к контекстуальному смыслу Торы (хотя и не полностью соответствует ему).

5. Из нашего комментария можно сделать выводы относительно некоторых вопросов закона.

Раши пишет: «...из-за того, что вынесли решение по вопросу закона в присутствии своего учителя Моше». Казалось бы, достаточно было просто сказать «своего учителя», не упоминая имя Моше. Но Надав и Авиу своим поступком проявили неуважение и к Аарону, который был не только их учителем, но и отцом. Более того, воскурение имело отношение именно к Аарону, как пишет Раши в комментарии к стиху «И вошел Моше и Аарон в скинию...» (Ваикра, 9:23): «Почему Моше вошел вместе с Аароном? Чтобы учить его, что касается воскурения». Следовательно, воскурение, совершенное сыновьями Аарона, нанесло ущерб его служению, т.е. вошло в противоречие с заповедью «Чти отца своего...».

Так то, что Раши указывает имя учителя, отрицает довольно серьезную сторону поступка Надава и Авиу. Объяснить это можно следующим образом.

В пасхальный вечер существует обязанность демонстрировать окружающим, что ты свободный человек, принимая для этого свободную позу, «облокотившись». Закон гласит, что ученик в присутствии любого из своих учителей не имеет права облокачиваться без разрешения, а учитель не обязан давать ему такое разрешение. В отличие от этого, сын в присутствии отца, даже если отец является его учителем, обязан облокотиться, ведь отец заранее прощает сыну неуважение, которое есть в этой позе. Получается, что обязанность уважать отца, одновременно являющегося учителем, серьезнее обычного уважения к учителю, но именно отец заранее прощает.

В соответствии с этим становится понятно, что хотя у Надава и Авиу обязанность уважения по отношению к Аарону больше, чем к Моше, но серьезность их проступка проявляется именно по отношению к Моше. И на это намекает Раши, вставляя имя Моше в свой комментарий и начиная его словами «сыновья Аарона».

6. В комментарии Раши содержится указание для каждого еврея.

Надав и Авиу стояли на очень высокой ступени духовного возвышения. Моше говорил Аарону: «Они превосходят меня и тебя». Всевышний также сказал о них: «Избранные мною» (комментарий Раши к Ваикра, 10:3). И все-таки они понесли такое суровое наказание. Причиной этого явилось отсутствие у сыновей Аарона такого самоотрицания, которое подобает испытывать в присутствии учителя, выразившееся в, том, что они «вынесли решение по вопросу закона в присутствии своего учителя Моше».

Слова рава Элиэзера: «Говорящий что-либо, чего он не слышал от своего учителя, вызывает тем самым удаление Б-жественного присутствия от Израиля» – означают, что самоотрицание перед лицом учителя непосредственно влияет на раскрытие Б-жественного присутствия для народа Израиля. Они учат нас тому, что человек, принадлежащий к народу Израиля, не должен говорить: «Талантлив и мудр я в учении! Как же я могу испытывать самоотрицание перед учителем и ждать, что он вынесет для меня решение, касающееся Торы или повседневной жизни?! Разве сам я не в силах отыскать дорогу, по которой следует идти мне в служении Г-споду?»

Кто для нас стоит выше Надава и Авиу, и все-таки сыновья Аарона умерли лишь потому, что «вынесли решение по вопросу закона в присутствии своего учителя Моше», что препятствовало раскрытию Б-жественного присутствия для всего народа Израиля.

Но, с другой стороны, от каждого человека требуется изучать Тору, пытаясь именно своим разумом постичь ее смысл, до тех пор пока весь он не будет пропитан пониманием Торы. Поэтому Раши и приводит комментарий рава Ишмаэля: «Опьяненные вином, вошли они в Храм...». Слово «вино» в хасидизме символизирует понимание и постижение. Быть «опьяненным вином» означает быть наполненным пониманием и постижением. Грех Надава и Авиу заключался в том, что они вошли в Храм в этом состоянии, поскольку оно становится недостатком в момент пребывания человека в Храме. Однако служение Создателю во все остальное время должно совершаться с пониманием и постижением.

В нашем служении под словом «Храм» подразумевается молитва. Во время молитвы человек стоит перед лицом Царя Царей, Святым, Благословен Он. Сказано, что в этот момент человек должен испытывать максимальное самоотречение, «как раб перед своим господином» (трактат «Шабат», 10а). Однако в своем служении в изучении Торы человек должен быть «опьяненным вином», т.е. все его существование должно быть наполнено пониманием Торы.

И если во время молитвы в Храме человек испытывает максимальное самоотречение, это придает ему силы для того, чтобы его служение в изучении Торы также происходило с необходимым самоотрицанием и одновременно с пониманием и постижением.

В связи с этим возникает вопрос: разве возможно объединить в изучении Торы такие противоположные категории, как понимание и самоотрицание? Ответ на этот вопрос также дается в комментарии Раши: «Пример про царя, у которого был приближенный». Евреи являются «приближенными» Царя Царей, Святого, Благословен Он, и поэтому Он сам дает им силы объединить эти противоположности, чтобы изучать Тору с глубоким пониманием и постижением, испытывая при этом необходимое самоотрицание.

Таким образом происходит объединение двух противоположностей – материального мира и Б-жественности, что, в свою очередь, приближает срок выполнения обещания: «И раскроется слава Б-га и увидит всякая плоть, что изрекли уста Б-га» (Йешаягу, 40:5) – срок прихода праведного Машиаха!

 

Запись опубликована в рубрике: .
  • Поддержать проект
    Хасидус.ру