Глава 4. НАГРАДА И НАКАЗАНИЕ

НАГРАДА И НАКАЗАНИЕ

77

Рабочий, действующий от имени хозяина

Сказанное далее поможет нам понять смысл стиха из Писания: «И твое, Б-же, милосердие, ибо Ты платишь каждому согласно делам его». Ведь многие удивляются: в чем же тут милосердие, если Б-г выплачивает каждому именно то, что он заработал?

И давно уже сложена притча, помогающая понять это. Один юноша нанялся к ремесленнику на пять лет и условился, что хозяин будет кормить и одевать его, а также обучит его всем тонкостям своего ремесла. За все это юноша дал хозяину 25 серебряных рублей, но условился, что в последний год обучения, когда тот уже будет уметь все, ремесленник будет платить ему за работу половину рубля в неделю. Прошло несколько лет, и так много стало у мастера заказов, что пришлось ему передать часть их другим ремесленникам, чтобы они помогли ему. А на пятый год пришел день, когда ученик сам стал мастером не хуже прочих и начал получать по половине рубля в неделю, как и было условлено.

Но юноша видел, что другим мастерам, помогающим ему в работе, хозяин платит целых четыре рубля в неделю! И сказал он учителю: «Ты обманул меня, заключая соглашение! Ведь сейчас я такой же специалист, как и все, и делаю все правильно; почему же я получаю лишь половину рубля, а они — четыре?!» И ответил ему хозяин: «Дурачок! Да разве можешь ты сравнивать себя с другими мастерами? Я ведь не вкладывал в них ничего, никак не старался повысить их мастерство; они и не едят за моим столом, и не одеваются в мое платье; и инструментами моими не пользуются: у них есть свои. А ты? Я сделал тебя мастером; ты до сих пор ешь мою еду; инструменты, которыми ты пользуешься, тоже мои. Так что половины рубля в неделю для тебя даже более чем достаточно».

В точности то же самое получится, если человек задумается о том, как он выполняет заповеди. Возьмем, например, заповедь наложения тфиллин: рука, на которую накладывается тфиллин, и мысль о том, что это следует сделать, и сила, необходимая для этого, и деньги на покупку тфиллина — все это принадлежит Святому, благословен Он. Человеку принадлежит только одно — выбор: ему дано право поступить так, как ему захочется. И, несмотря на все это, Святой, благословен Он, дает человеку такую награду, как будто все нужное для исполнения заповеди было его. Об этом и говорит стих: «И Твое, Б-же, милосердие, ибо Ты платишь каждому согласно делам его».

Агават Хесед, 2, 4

78

Заключенный, вынужденный есть собственную плоть

Пусть не пытается человек оспорить приведенные выше слова Талмуда, говоря так: «Видим же мы собственными глазами людей, оскверняющих субботу, для которых субботние заповеди отвратительны, — а богатство их все увеличивается, и удача сопутствует им неизменно!» (Такой же вопрос можно задать о Мишне из трактата Пэа: «Вот заповеди, плоды которых человек получает в этом мире, а основная награда хранится для него в мире будущем...» Ведь мы знаем, что многие не выполняют ни одной заповеди из перечисленных там, а все блага этого мира — в их распоряжении!) Дело в том, что, задумавшись хорошенько, можно понять, что в конце концов их богатство будет проклято и, когда мера их греха переполнится, полностью исчезнет оно. Даже если до сих пор все им удавалось, следует ожидать именно такого финала.

Чтобы это было лучше понятно, приведем совсем короткую притчу. Один из царских министров восстал против него, и приговор ему был вынесен такой: заточить его во дворце, подобающем его высокому положению, но не давать ему есть, пока не умрет он от голода. И во всей стране было сообщено, что приговор приведут в исполнение в такой-то день: царь хотел, чтобы как можно больше людей собралось увидеть его наказание, «чтобы услышали они, и убоялись, и не злоумышляли» никогда больше так поступать. По всему дворцу были сделаны окна, чтобы можно было видеть, как будет он страдать, когда голод станет нестерпимым. И через эти окна люди видели, как мучается он, слышали душераздирающие стоны от мук голода. На пятый день увидели собравшиеся, как, не в силах больше терпеть голод, стал он зубами кусать собственную кожу, чтобы хоть немного утишить его.

В это время подошел некий человек, который не слышал истории с мятежным министром. Спросил он собравшихся, что за крики он слышит. Рассказали ему, что здесь один из бывших царских слуг терпит наказание ужасным голодом, достигающим самых глубин души, и вот уже пятый день он ничего не ел. Попросил он: «Позвольте мне также посмотреть на него!»

Гостя подпустили к окну, и спросил он собравшихся: «Что, это вы называете голодом? Я своими глазами вижу, как он жует мясо!» Ответили ему: «Никому не пожелаем мы так есть мясо! Это ведь собственную плоть грызет он, мучаясь и страдая!»

Совершенно то же самое и в нашем случае. Когда Святой, благословен Он, ниспосылает благословение народу Израиля, давая ему пропитание и все необходимое, это лишь проценты, основная же награда за выполнение заповедей остается нетронутой и хранится для будущего мира. Поэтому Мишна говорит: «Вот те заповеди, плоды которых человек получает в этом мире, а основная награда хранится...» Совсем не так обстоит дело с теми, кто полностью отошел от путей Б-га. Они полностью отрезаны от будущего мира, и, если у них есть заслуга исполнения какой-либо заповеди (например, может быть, когда он был маленьким, ответил «амен» на чье-то благословение или почему-либо сделал что-нибудь хорошее в зрелом возрасте. — Прим. сост.), им выплачивается сразу основной капитал. В будущем мире награды их не остается, поэтому и никакой заслуги там у них нет. Об этом говорит Писание: «И платит ненавистникам Своим непосредственно, чтобы уничтожить его». И такая награда — на самом деле наказание, и похоже это на того министра, который ел собственную плоть.

Об этом же намеком говорит книга Когелет: «...а глупец складывает руки и поедает свою плоть». Задумайтесь об этом.

Ответ, который мы дали, годится также и для вопроса, с которого мы начали: о людях, которые оскверняют субботу из отвращения к заповедям, а им все равно сопутствует удача. Ведь нет сомнений, что процветание послано им для того, чтобы лишить их будущего мира, и не будет у них удела в Земле Жизни.

Шем Олам, 6

79

Плата рабочему, прервавшему работу на середине

Сетует рабби Тарфон в трактате Авот: «День короток, а работы много; рабочие ленивы...» На первый взгляд непонятно, какие могут быть жалобы: ведь если дней человеку отпущено мало, так это потому, что Святой, благословен Он, сотворил его так! И можно дать на это несколько натянутый ответ, состоящий в том, что все три вещи, которые перечисляет рабби Тарфон, на самом деле — одно. (Тогда речь идет о несовершенстве человека, которое он сам может исправить. — Прим. пер.) Мы же дадим другое, более приемлемое объяснение.

«День короток», — говорит рабби Тарфон. День стал таким из-за греха Адама, первого человека, который должен был бы жить все дни мира, и тогда хватило бы ему времени, чтобы изучить Тору и понять ее как следует. Теперь же, из-за того первого греха и наших нынешних грехов, дни человека необычайно сократились. «И работы много» — то есть Тора осталась той же, какой и была, целостной. Нам была дана цельная Тора, а не только лишь та ее часть, которую мы могли бы изучить за отпущенное нам краткое время, так что стоило бы человеку поторопиться, изучая ее. Но несмотря на все это — «работники ленивы». Поэтому завершает мудрец Мишны словами: «Нет на тебе обязанности завершить работу», то есть: не думай, что, раз ты сам виноват в грехе Древа Познания и из-за тебя самого уменьшилось время твоей жизни, ты по-прежнему обязан сделать всю работу целиком. Нет: «то, что в силах твоих — делай!»

И еще добавляет рабби Тарфон: «И можно полагаться на твоего Работодателя: Он заплатит тебе награду за работу твою». На первый взгляд непонятно, что же тут удивительного? И подобный же вопрос задают про стих из Писания: «И Твое, Б-же, милосердие, ибо Ты платишь каждому согласно его делам». «Какое же это милосердие?» — спрашивают люди. Но сказанное нами выше развеивает все это недоумение.

Поясним то притчей. Некто нанял рабочего и пообещал ему великую плату: золотой динар за день работы, но поставил условие, что человек этот будет честно работать весь день и не будет бездельничать ни секунды. Рабочий согласился, наниматель поверил ему и снабдил его всем необходимым. Начал тот работу, проработал несколько минут и передумал, чем разгневал своего нанимателя до невозможности. Вечером приходит рабочий к хозяину и говорит: «Заплати мне то, что полагается!» — «Что же тебе полагается?» — спрашивает хозяин. «Четыре копейки за те минуты, которые я проработал». И сказал ему тогда хозяин: «Постыдился бы спрашивать плату за свою работу! Радуйся, что я не подаю на тебя в суд за то, что ты так отвратительно поступил со мной: прекратил работу в середине дня. Я же положился на тебя и все необходимое для работы дал тебе!»

Совершенно то же самое и здесь. В самом начале Святой, благословен Он, сотворил Тору, по слову Писания: «Б-г установил меня началом Своего пути...» В ней Он укоренил всю мудрость и все знание, а затем создал весь остальной мир со всем, что в нем есть. И хотел Он, чтобы Адам жил все то время, пока существует мир, то есть шесть тысяч лет. За это время смог бы он изучить всю Тору — все ее общие законы и частные проявления их, и узнал бы все тайны Торы. И повелел Он человеку не вкушать от Древа Познания, ибо оно — причина его смерти; тот же преступил Его запрет. Следующие поколения так же грешили: и поколение Потопа, и поколение Вавилонской Башни, и следующие, и время жизни человека все сокращалось, пока не дошло до семидесяти лет. Что же может человек изучить, постичь и исполнить за такой ничтожный срок? Это ведь — всего одна девяностая от тех шести тысяч лет, которые изначально отвел Б-г благословенный человеку!

Тем не менее Б-г благословенный в милости своей не лишает человека награды и награждает его согласно той мудрости и тем делам, которые он успел осуществить за это краткое время. Об этом сказано: «И Твое, Б-же, милосердие, ибо Ты платишь каждому согласно его делам». И мудрец Мишны тоже завершил свое высказывание словами: «И можно полагаться на твоего Работодателя: Он заплатит тебе награду за работу твою». Это означает: если бы на Его месте был земной хозяин, несомненно, разгневался бы он на тебя, но не таков Б-г благословенный, Который заплатит тебе за все. И, чтобы подчеркнуть это, мудрец добавляет: «И знай, что награда праведникам — в будущем мире», что означает: Он платит великую плату, которой «глаз не видел...», а не деньгами этого мира, которые кончаются и пропадают. И в этом — также проявление милости Б-га.

Шем Олам, 10

80

Приговор подделывающему долговые расписки и жене его

Один мудрый человек рассказал своей жене, которая все время требовала от него заботиться лишь о пропитании, притчу. Напоминает она историю с человеком, которого вместе со всеми его домочадцами обвинили в подделке царских долговых расписок. Пытался он оправдаться, да ничего не вышло. И вот — приговор правительства: отрубить руку ему или его жене. Пришло время исполнять приговор, привели их в суд и собрались рубить мужу руку. Начала его жена горько плакать: «Как же вы сделаете его безруким — я же люблю его?!» Упала она в ноги судьям, умоляя их пощадить ее мужа. Сказали они: «Нет у нас никакой возможности отменить наказание, ибо поддельные расписки были найдены у вас в доме. Если ты говоришь, что он не виновен, значит, вина на тебе, и нет у тебя другого выхода, кроме как принять наказание на себя». И когда увидела она, что злой приговор уже утвержден и наказания никак не избежать и уже схватили ее руку и положили под топор — вырвалась она от палачей: себя все-таки любила больше.

Так же и ты поступаешь. Я знаю, что, побуждая меня больше хлопотать о пропитании, ты не хочешь ничего плохого. Но когда мы доживем до дня, приготовленного для Суда, и станут обвинять меня в том, что я пренебрегал Торой и не выполнил несколько сотен заповедей за свою жизнь, и вынесут мне приговор — идти в ад (а ведь сказано в трактате Бава Батра, 79: «Тот, кто отвлекается от слов Торы, падает в ад». — Прим. сост.), и увидишь ты это своими глазами, — ясно, что зарыдаешь над бедой моей и станешь упрашивать судей помиловать меня, говоря, что нет на мне вины. Выслушают они тебя и скажут: «Если так, то кто же виноват в этом? Не ты ли, которая старалась все время отвратить его от изучения Торы и исполнения заповедей, направить все его усилия на хлопоты этого мира? Ты вовсе не думала о том, что ждет вас в конце! Поэтому — иди в ад вместо него!» И когда увидишь ты, что приговора никак не избежать и ангелы Суда уже готовы швырнуть тебя вместо меня в разверстую пасть ада — начнешь ты оправдываться, откажешься от всех своих слов и завопишь: «Я не виновата! Я никогда не изучала Торы, потому что я ведь женщина, нет на мне обязанности учить Тору — вот и не знала я, как велика обязанность человека изучать Тору и исполнять заповеди! Это он — мужчина, он ходил в дом учения, он слышал от своего раввина или от других знатоков Торы, сколь серьезна эта обязанность — изучать Тору и исполнять заповеди, — да и сам он все это знает! На нем вина, не на мне!»

Ты — подруга моя, любимая моя, но лишь пока нас не привели в Суд. Когда же придет время терпеть страдания, всеми силами будешь ты стараться обелить себя. (Ведь даже тело и душа, которые были надежными друзьями друг другу все дни жизни их, в час Суда, из-за ужаса перед приговором, стараются отвести наказание от себя и переложить на другого — так говорится в трактате Сангедрин, глава Хелек; и уж тем более так будут поступать два разных человека. — Прим. сост.) Поэтому прекрати подгонять меня и позволь мне пойти в дом учения, чтобы заниматься Торой и молиться, ибо «если я не для себя — кто для меня?» Наоборот, если бы была в тебе истинная мудрость, следила бы ты все время, чтобы не проходили мои дни впустую, и помогала бы мне во многом, чтобы мог я больше времени проводить в доме учения за Торой и молитвой. Тогда бы и ты заработала себе огромную заслугу изучения Торы и исполнения заповедей. Ведь сказали мудрецы Талмуда благословенной памяти: «И женщины за что удостаиваются (воскресения из мертвых, связанного только с заслугой изучения Торы и больше ни с чем. — Прим. пер.)1 За то, что ждут своих мужей, пока те не придут из синагоги». (Слышал я об одном великом раввине, главе своего поколения, жена которого незадолго до его кончины попросила, чтобы он поделился с ней своим уделом в Торе и заповедях. И сказал он ей: «Зачем тебе просить об уделе? Если у меня будет, будет и у тебя! Ты же помогала мне в моем Служении Б-гу! Все как в этом мире, где, если муж богат, жена тоже богата. Если же у меня, Б-же упаси, не будет доли — у тебя тоже не будет; ведь если муж беден, жена его тоже бедна». — Прим. сост.) Ибо как удостоится жена заслуги изучения Торы, если постоянно лишь мешает мужу в этом? Когда же она помогает ему, собирает его в дорогу, чтобы мог он спокойно идти в дом учения ради Торы и молитвы, — нет сомнений, что у нее есть удел в его Торе и заповедях».

Шем Олам, 13

81

Как узнают, что дом сгорел?

Для трепещущих пред Ним скрыл Б-г предназначенное им благо в будущем мире. Тем же, кто отошел от Него, дал Он награду в этом мире за те считанные заповеди, которые они исполнили. Смысл этого можно пояснить притчей об одном человеке, который сказал своему другу: «Слышал я, что в городе пожар! Бежим к такому-то богачу, моему родственнику, и спасем его имущество от огня!» И когда они подошли к его двору, увидели, что все самые дорогие вещи: замечательные часы, шкатулка с драгоценностями и т.д. — выброшены туда. Хлопнул он в ладоши с досадой и спросил друга: «И зачем же ты привел меня сюда?» А тот ответил: «Как ты думаешь, откуда взялись здесь все эти вещи? Ведь обычно они лежат во внутренних комнатах. Ясно, что балки их уже охватил огонь, и побросали эти ценности сюда, чтобы спасти хотя бы их».

То же самое и у нас. У Общины Израиля есть дворец в вышних мирах, и из изученной ими Торы и исполненных заповедей возникают всевозможные редкости и драгоценности, которые расставляют там, чтобы тот, кто заработал их, наслаждался ими, когда истечет срок его пребывания здесь. Об этом говорит стих: «Праведник, как пальма, расцветет (...) Насаженные в Доме Б-жьем...» Но если человек сбрасывает с себя иго Царства небес — сгорает и рушится их вышний дворец, и поэтому те несколько заповедей, которые они исполнили в юности: заповедь обрезания и т.д., — оказываются выброшенными наружу, в прихожую, то есть в наш мир, и отданными ему для использования.

Шем Олам, 4

82

Купец вернулся домой, проведя много лет в дальних краях

Теперь давайте разъясним конец стиха из книги Когелет: «И вот плачут ограбленные, и нет им утешителя; из руки грабителей сила, и нет им утешителя». Совершенно непонятно, зачем сказано два раза одно и то же; и выражение «из руки» также очень тяжело понять. Я уже комментировал этот стих, но мне хочется разъяснить его еще раз самым простым образом. Воспользуюсь для этого притчей, которую слышал от автора книги Коль Йегуда. Он говорит, что этот мир можно сравнить с человеком, который отправился в далекую страну, чтобы добыть там пропитания для семьи. И те несколько лет, которые он находился там, сделал Б-г удачными для него, и стал он большим богачом; занимался же он там торговлей жирным мясом и лучшими сортами рыбы. Пока он отсутствовал, малолетние сыновья его подросли, дочери достигли брачного возраста; жена его и все домочадцы начали упрашивать его вернуться. Он согласился и уведомил их, что вернется к Новолетию. Все домочадцы, его родственники и вся его семья обрадовались радостью великой.

И подумал он: «Дорога передо мной очень дальняя, добираться домой придется через несколько морей, и стоить это будет целого состояния. Хорошо бы купить что-нибудь здесь и отвезти в родной город — так смогу я окупить хотя бы дорожные расходы. Значит, разумно будет сначала выяснить, что здешние жители более всего ценят, а затем на все деньги, что есть у меня, накупить именно этого и отвезти домой. Несомненно, так я очень много заработаю, да и имя свое прославлю!»

И стал он изучать все имеющиеся товары и обнаружил, что самые дорогие и нужные всем товары в этой стране — те самые, на которых он разбогател, то есть изысканные кушанья: жирное мясо и лучшие сорта рыбы, — и что они-то и идут здесь лучше всего. Кроме же этих вещей никакой товар спросом не пользуется: ведь золота, серебра и драгоценных камней здесь очень много. И подумал этот человек: «Раз так, правильно было бы мне докупить еще разных сортов лучшего мяса и рыбы в дополнение к тем, которые уже хранятся у меня на складе, и отвезти все вместе домой; нет сомнения, что смогу я на этом хорошо нажиться. Ведь сколько людей каждый день приходят ко мне в магазин и сколько денег тратят они на еду!»

И на все свои деньги он накупил еще несколько сотен пудов самого жирного мяса, и самой нежной рыбы, и еще множество самых разнообразных редкостей и изысканных деликатесов и упаковал все в ящики, чтобы везти домой. Оставил он себе лишь немного денег на дорожные расходы, все остальное же вложил в продукты, подумав: «Лучше не везти домой деньги, а купить на них товар, чтобы прибыль была побольше».

И послал он домой письмо, в котором сообщал, что появится в такой-то день с огромным количеством товара, и попросил поэтому прийти встретить его и помочь довезти поклажу до дома. Вся его семья, все домочадцы собрались приветствовать его; присоединились к ним и многие жители города. Когда процессия подошла к городским воротам, встретили ее сборщики налогов и сказали: «Далее ни шагу, покуда не откроешь ты все свои ящики и не предъявишь нам свой товар, чтобы мы знали, какой налог ты должен заплатить». И когда открыл он свой багаж, «исполнилась мерзким запахом вся земля», потому что сгнило все мясо, вся рыба и весь жир за те месяцы, что провел он в пути, и лишь черви кишели там. Как же опозорился он! Сказали ему: «Забери все, что ты привез, и скорей выброси в море, чтобы воздух нашего города не стал гнилым!» И если у него еще осталось в кармане несколько динаров, должен он был нанять на них людей, которые выбросили все его ящики в море. Остался он голым и босым, да еще и презираемым всеми жителями города, которые с такой торжественностью вышли встречать его. Даже жена подняла на него голос: «Что же привез ты мне?! Ни одежды нет, ни денег, ни пропитания, чтобы насытить голод наш! Лишь позор и стыд достался нам, так что не выйти теперь нам за ворота из-за этого бесчестья!»

Так подкосили его перенесенные страдания и срам, что лег он и заснул; жена же его стала обыскивать его одежду: не спрятал он что-нибудь? И нашла она маленькую коробочку, а в ней — самоцветный камень — из тех, что во множестве попадаются в той далекой стране, куда ездил муж ее. Отнесла она камень к ювелирам, и сказали они: «Это — великолепный камень, и стоит он несколько тысяч золотых!» Продала она камень и тут же накупила превосходной домашней утвари, раскрашенных тканей и убрала свой дом так красиво, как только можно. Ночью, когда встал ее муж с постели и увидел, что дом его выглядит потрясающе и можно найти в нем любые украшения, стол ломится от лучших кушаний, а жена ласково улыбается ему, — удивился он до невозможности. Ведь только что дом его был пуст, а жена злилась на него ужасно, а сейчас все стало так хорошо! И попросил он жену открыть ему причину такой перемены, и рассказала она, как нашла в его платье драгоценность, завалившуюся в один из карманов. Услышал он это — и разрыдался, и никак не мог утешиться, и лишь повторял: «Да ведь там, где я был, таких камней тысячи, и не стоят они почти ничего! Где же была моя голова? Как же я оставил их, а купил вместо них скоропортящийся товар, принесший мне лишь стыд и поношение?!»

То же самое происходит с любым человеком. Главная цель его прихода в этот мир из мира вышнего — в том, чтобы собрать для себя сокровище Торы и добрых дел. Однако, оказавшись здесь, он забывает эту цель и все свои дни посвящает заботе о своем теле: кормит его, поит, одевает и обувает, добывает красивое жилище и так далее, на душу же свою обращает внимание лишь изредка. А когда истекают дни его и возносится душа его ввысь, спрашивают ее: «Какой же товар ты приобрела, пока находилась в нижнем мире?» И оказывается, что все ее силы потрачены только на нужды материального тела, на то, чтобы вырастить его побольше да потолще, и ради этого все свои дни сделал человек праздниками. И говорят тогда ему: «Возьми все, что принес ты сюда!» (Так говорят мудрецы Талмуда благословенной памяти: через три дня после смерти живот человека раскрывается и все вываливается в рот человека, говоря: «Забери-ка то, что ты принес!» И именно это имеет в виду стих, говорящий: «И разбросал Я навоз по лицам вашим». — Прим. сост.) И стоит душа, опозоренная и пристыженная, у всех на глазах. Да еще и наказание получает она в аду за прегрешения ее.

Но известно, что даже у худших евреев есть несколько заслуг: они молились, отвечали: «Да будет благословенно Имя Великое...» при чтении Кадиша и т.п. Поэтому, когда кончается определенный человеку срок наказания в аду, забирают его в райский сад, встречают его там с почетом, и ангелы располагаются вокруг него. Он же удивляется всему этому и спрашивает ангела: «Как же так? Ведь вначале был я так страшно посрамлен, и рядом со мной не было никого, кроме ангелов гнева; сейчас же меня с почетом сопровождают ангелы Служения, и наслаждается моя душа невыразимо!» И отвечает ему ангел: «Знай, брат мой, что в твоем багаже нашли несколько заслуг исполнения заповедей и немного Торы, которую учил ты в нижнем мире, собрали твои ответы на Кадиш и т.д. —

вот за это и дарованы тебе почет и наслаждение!» Слышит душа это — и заходится плачем великим: «Да ведь в том мире, где была я, были тысячи таких заповедей каждый день, и если бы я поторопилась, могла бы собрать все их! Если бы была я чуть-чуть расторопнее, набрала бы себе тысячи слов Торы каждый день, тысячи ответов на Кадиш и призыв: «Благословите...» каждый день! Что же сделала я? Как же променяла я все это на заботу о своем бренном теле, которое сгнило и пропало?!»

Об этом говорит стих: «И обратился я (...) и увидел всякие притеснения, которые совершаются под солнцем»; речь идет о людях, которые отбывают наказание в аду за свои злые дела. «И из руки грабителей сила, и нет им утешения» означает вот что: даже когда отнята сила у грабителя и притеснителя их, то есть когда истек срок наказания в аду, все равно нет им утешителя, ибо когда слышит душа, что весь тот почет и все то наслаждение, которые ей сейчас дарованы, все это она заработала теми несколькими заповедями, которые исполнила в нижнем мире, — начинает она проклинать сама себя, причитая: «Пока я была в нижнем мире, в силах моих было собрать себе сто тысяч раз по столько, и достигла бы я тогда очень высокой ступени, сравнявшись с богатыми товарищами моими; лишь собственным грехам моим обязана я тем, что уровень мой столь низок!»

Все, о чем мы здесь сказали, намеком содержится в высказывании мудрецов наших: «В будущем мире каждый обжигается сиянием балдахина товарища». Поэтому «мудрый — глаза его на месте», пока он еще в этом мире, и будет он счастлив, и благо будет ему.

Шем Олам, 9

83

Трапеза крестьян перед свадьбой

Почему злодеям в этом мире даруются всяческие блага? Можно сравнить это с неким богачом, на которого работали несколько крестьян. Однажды собрался он женить своего сына и подумал: «Наверняка эти крестьяне заявятся на свадьбу и испортят мне весь праздник. Ко мне ведь соберется вся знать, и неуважением будет принимать их вместе с крестьянами. Так что лучше выделю-ка я их долю до общего праздника: в конце концов, только этого им и надо!» Призвал он их и сказал: «Слуги мои! Я собираюсь наделить вас угощением перед свадьбой моего сына!» Пригласил он их за стол, где стояли мясо и водка, музыканты играли веселые мелодии, и наелись все, и напились, и радовались благодеянию, оказанному им хозяином. А он был избавлен от их присутствия на главном свадебном пиршестве.

Всякий, кто увидит их едящими, пьющими и веселящимися раньше всех, когда даже лучшие друзья богача еще не попробовали ни крошки, — разве не поразится он, не подумает: «Неужели действительно хозяин любит этих крестьян больше всех прочих?» Но тот, кто знает, что было потом, нисколько не удивится, ибо поймет, что богач хотел лишь выделить им их долю и отделаться от них на будущее.

О чем эта притча, ясно без объяснений. Сходная мысль высказывается в Сифра в разделе «Бехукотай...», на стих: «И обращусь Я к вам...». «С чем это можно сравнить? — спрашивает Мидраш. — С царем, который нанял себе множество рабочих. И был среди них один, работавший на царя много дней. Собрались рабочие, чтобы получить плату, и пришел и тот рабочий вместе с другими. Сказал ему царь: «Сын мой! Я еще обращусь к тебе. Эти люди сделали для меня немного, и награда им положена небольшая, а с тобой мы должны будем составить длинный счет!» Так же праведники в этом мире просят своей награды у Святого, благословен Он, и злодеи, которые целыми днями творят лишь зло, также просят награды у Него. И Вс-вышний отвечает праведникам: «Дети Мои! Я еще обращусь к вам. Эти злодеи сделали для Меня совсем немного, и плату Я им должен тоже небольшую, а для вас Я должен составить длинный счет!» Поэтому сказано: «И обращусь Я к вам...», то есть: «Я завершу расчет со злодеями и тогда уже обращусь к вам».

Шем Олам, 12

84

Как повесили царского министра

Когда ты задумаешься, увидишь, что многие стали менялами, то есть променяли мир вечный на мир преходящий; а все знают, что богатство, приобретаемое такой меной, не стоит ломаного гроша. И слы-. шал я от одного великого мудреца короткую притчу об этом.

Некий человек восстал против царя, а был он из знатной семьи. И стали судьи решать, как поступить с ним, и решено было, что «нет милосердия во время суда» и следует повесить его как бунтовщика. Единственное послабление будет сделано ему: перед казнью сыграет ему тот же самый оркестр, музыка которого сопровождала восшествие царя на престол. Так и было: перед тем как свершить казнь, собрались все музыканты, знающие множество песен, и так весело заиграли, что весь город пришел в волнение. И один горожанин воскликнул: «Как же повезло тому человеку, что играет для него тот же самый оркестр, что и на коронации! Найдется ли еще такой счастливчик?» А сосед ответил ему: «Дурак! Разве это — везение? Ведь играют-то на его казни! Ты сам сейчас увидишь: как только доиграют они, вздернут его на виселицу!»

Так же и у нас: когда человек оставляет путь Б-га, ему дается богатство, чтобы растратить все его заслуги; потом же он погибнет в страданиях ада. Это то же самое, что музыка перед казнью. Об этом говорит Писание: «...ибо избалованность глупцов убьет их, и благоденствие дураков уничтожит их». Это значит: из-за того что они по капризу своему оставили Б-га, в конце они будут казнены; а значит, сначала необходимо подарить им благоденствие, чтобы они использовали всю награду, которую заслужили. Само это благоденствие и есть причина того, что потом они будут полностью уничтожены: ведь оно соблазняет их преступать снова и снова, пока не добьется их истребления. И именно это имеет в виду стих Торы, когда говорит: «И платит ненавистникам Своим непосредственно, чтобы уничтожить его». Онкелос переводит этот стих так: «И выплачивает ненавистникам своим за те добрые дела, которые они совершили, при их жизни, чтобы истребить их».

Нефуцот Исраэль, 3

85

Повозка, едущая в неверном направлении

Кроме всего прочего, достигнутый там (речь идет об Америке начала XX века. — Прим. пер.) успех не стоит и гроша. С чем можно это сравнить? С тем, как жили в одной комнате двое юношей, богато одаренных способностями и памятью. Выросли они и расстались. Один стал «живущим в шатрах», познавал Тору все глубже и глубже, пока не стал раввином в каком-то городе. Второй же решил жить по-иному, выучился медицине, ремеслу землемера и стал во всех областях признанным мастером, зарабатывающим в неделю несколько десятков рублей серебром. И вот однажды свела их судьба в одном местечке. Раввина пригласили разрешить спор двух богачей, а врача — к постели больного. Завершив свои дела и получив плату за них, они собрались разъехаться по домам. И когда они шли по улице, каждый к своей повозке, столкнулись, узнали друг друга, и врач спросил раввина, как он поживает и что привело его сюда. Тот рассказал ему. Врач заметил: «Да что там твой заработок по сравнению с моим! Ты получаешь после всех вычетов десяток рублей в неделю, а то и того меньше; я же — несколько десятков!» И сказал ему раввин: «Может быть, ты станешь больше уважать мой удел, когда я расскажу тебе, что произошло со мной только что.

Закончив разбирать спор и получив плату, я попросил одного агента нанять мне повозку на обратный путь, который составляет примерно полтораста километров. И он нанял повозку — ты видишь ее перед собой, — не самую красивую на свете, и договорился с возчиком, что я заплачу ему восемь рублей. Но тут прибежал другой, нечестный агент и захотел обмануть меня, сказав, что только что прибыла другая повозка, прекрасная и великолепная, с хорошими мягкими сиденьями, и стоит очень дешево: за всю поездку просят лишь два рубля серебром. (Он пояснил, что на ней только что приехал какой-то богач и теперь возчику придется возвращаться назад пустым. — Прим. сост.) Я тут же побежал все разузнать, и оказалось, что едет она совершенно в другую сторону! Мне надо было на восток, а возчик собирался ехать на запад! Только чудо спасло меня: ведь если бы я прислушался к словам обманщика, позволил бы ему ослепить глаза мои великолепным убранством повозки и не исследовал всего досконально, пришлось бы мне сначала возвращаться на полтораста километров сюда, а потом еще столько же — домой. Кто знает, хватило бы у меня сил на трехсоткилометровое путешествие по такой ужасной дороге?

То же самое могу я сказать про нас с тобой. Все знают, что наш мир — это как большая ярмарка, где можно найти самые разные товары на продажу; человек и послан в наш мир специально, чтобы скупить их. Товары эти — Тора и заповеди, прибыль от которых больше, чем от любого другого приобретения. Когда же завершит человек свой труд, вернется дух его к Г-споду, чтобы наслаждаться светом жизни. И потому, хотя я и приобрел свою Тору и заповеди ценой больших усилий и сейчас мой заработок тоже не так уж велик (он походит на ту повозку, которая не так уж удобна и красива), тем не менее в конце концов я с миром доберусь до места, и будет сопутствовать мне праведность моя, и Б-г почитаемый примет меня с большим уважением, по слову Писания: «И будет предшествовать тебе праведность твоя, и слава Б-га примет тебя».

Ты же бежал от Торы и заповедей, решив наслаждаться тем, что предлагает этот мир. Действительно, в течение краткого времени ты радуешься тому, что едешь в замечательной повозке с мягкими сиденьями, и очень задешево, — но знай, что едешь ты не туда! Ты движешься в обратную сторону и с каждым днем лишь удаляешься от места своего назначения. А в конце, когда вернется душа твоя в вышний мир, заставят ее снова возвращаться в этот мир и ехать обратно, исправляя то, что ты испортил».

И мне кажется, что именно об этом говорил царь Шломо в стихе: «В чем преимущество человеку от всякой работы, которую будет делать он под солнцем?» (Раши объясняет: «Слово Тахат надо понять как «вместо», а не как «под», т.е. светом солнца взамен света Торы, который и есть истинный свет».) На первый взгляд стих должен был сказать «которую сделал», а не «которую будет делать». Но, по-видимому, объяснение здесь очень простое.

Напоминает это слугу, которого хозяин послал на рынок, чтобы что-то купить. Слуга купил некачественный товар, и хозяин велел ему идти обратно и купить вместо него другой, да еще и накричал на него: «Разве это называется: служить верно? Разве может надежный посланец не обратить внимания, что он покупает для своего хозяина, так что ему придется идти назад?» Стих говорит о том же самом: когда человек, живя в этом мире, трудом своим добыл некачественный товар, ему придется потом вернуться из вышнего мира обратно сюда. Поэтому и говорит стих: «В чем преимущество (...) от работы, которую будет он делать?» То есть: если он исполняет свою работу так, что потом придется ее переделывать. Поэтому и продолжает Писание словами: «Поколение уходит, и поколение приходит...» — то же самое поколение возвращается еще раз.

Нефуцот Исраэль, 6

86

Как богача выслали в пустыню

Говорится в Торе, в разделе «Ваэтханан»: «И повелел нам Б-г исполнять все правила эти, трепетать пред Б-гом, Г-сподом нашим, чтобы было благо нам все дни...» Стих научил нас, что тем, что мы станем исполнять правила Торы, удостоимся мы блага на все дни, то есть в будущем мире. Причина в том, что, именно исполняя правила Торы, то есть те ее законы, обязательность которых не подкреплена видимой логикой (вроде запрета есть свинину. — Прим. пер.), мы лучше всего показываем, что нас заставляет делать это лишь трепет пред Б-гом, Г-сподом нашим. То же самое должно относиться ко всем прочим заповедям: человек должен исполнять их именно потому, что Б-г так повелел, по слову Писания: «И исполняйте все заповеди Мои...»

И из слов «...чтобы было благо нам» с неизбежностью следует и противоположное: если мы отдалимся от исполнения желания Б-ra, уменьшится благо, приуготовленное нашей душе в будущем мире. И поистине, это — самое большое наказание, которое может понести душа. Ведь все наказания лишь временны, как свидетельствуют наши мудрецы: «Суд над злодеями в аду продолжается 12 месяцев»; недостаток же блага, скопленного душой в будущем мире, — это наказание вечное. И известно, что сказал Рамбан: «Лучше человеку претерпеть все наказания ада, но не лишиться удела своего в будущем мире». (Это можно видеть из истории с Ахером, приведенной в Талмуде. Сначала в вышнем мире решили не наказывать его: ведь он занимался Торой, — а в будущий мир не пускать, ибо грешил он много. И сказал он ученику своему, что лучше было бы, если бы позволили ему претерпеть наказание в аду с тем, чтобы удостоиться потом будущего мира.)

Это поможет разъяснить один стих из книги Когелет: «И обратился я, и увидел все ограбления, происходящие под солнцем. И вот плачут ограбленные, и нет им утешителя; из руки грабителей сила, и нет им утешителя» (следует изучить комментарий Раши на это место). Слова «и нет им утешителя» в конце стиха представляются излишними (хотя я уже разъяснил их выше, в книге Шем Олам).

И решил я еще раз разъяснить их самым простым образом. Вот каким.

Одного знатного человека обвинили в том, что он подделал долговых расписок на несколько десятков тысяч серебряных рублей. Его заключили в тюрьму, провел он там несколько лет и подвергался тяжелым пыткам, чтобы заставить признаться в своих преступлениях. Имущество его за эти годы также все истаяло. В конце концов вынесли ему приговор: подвергнуть его пыткам еще страшнее первых, а затем, если он выживет, выслать в бесплодную пустыню, где никто не живет. И во всех газетах поместили сообщение об этом. И было там написано, что в такой-то день будет его приговор публично объявлен, а самого его станут мучить на глазах у всех.

В назначенный день огромная толпа собралась посмотреть на это. В толпе был один богач, друг того несчастного. Он узнал его издали и, услышав царский указ, страшно взволновался и спросил судей: «За что же наказывают его так жестоко?» Начальник судей ответил: «Да ведь у него нашли поддельных векселей на несколько десятков тысяч золотых рублей». Услышав это, богач сказал: «Поверьте мне, господин, я знаю этого человека очень хорошо: ведь он мой сосед. Он никогда не имел дела с векселями, и наверняка они попали к нему по ошибке. И я своей головой отвечаю, что человек это кристально чист! Поспрашивайте о нем остальных именитых горожан!» Судья так и сделал: обратился к другим горожанам, и все они подтвердили, что обвиняемый никогда не имел дела с векселями. Тогда начальник судей сказал: «Я не могу полностью оправдать его: ведь подделки обнаружились именно у него. Но я смягчу приговор: пытать его не будут и в пустыню не вышлют, а отправят в отдаленный город, и будет он жить там до самой смерти. Снабжать же его будут лишь самым необходимым».

Услышав приговор, возрадовался заключенный радостью великой: ведь он спасся от смерти! Тут же выслали его в тот город, и там жил он свободным: ему нельзя было только выходить за городскую стену; содержание же выдавалось ему каждый день. Прошло несколько лет, и друг его по своим делам оказался в том же городе, зашел навестить старого товарища и застал его поедающим свой обед в большой печали. Увидев же друга, простерся он перед ним ниц, и зарыдал от великой радости, что удостоился его увидеть, и так промолвил: «Как смогу я отплатить тебе за то великое благодеяние, что сделал ты мне: спас мою душу от смерти, а тело — от страшных пыток, которые ожидали меня? Да воздаст Б-г тебе добром за добро!»

Тогда сказал ему его друг: «Ответь мне, пожалуйста, только на один вопрос. Ты ведь знаешь, какого сурового приговора ты избежал. Подобало бы тебе пребывать в постоянной радости, что Б-г избавил тебя от страданий, — я же застал тебя в великой печали!» И ответил заключенный: «Действительно, я спасся от тяжелых, мучительных пыток и от смерти, и это — великое благо. Но каждый раз, когда я думаю о своей нынешней тягостной участи, сердце мое разрывается. Ты же знаешь, уважаемый друг мой, что я был великим богачом, и дом мой был самым красивым в городе, и денег было у меня несчитано, — теперь же я нищ, нет у меня ни денег, ни дома, никакого имущества, лишь хлеб, который я ем. Как же мне не плакать о том, что всю жизнь придется мне провести так?»

Совершенно то же самое и в нашем случае. Когда душа человека, всю жизнь поступавшего плохо, возносится ввысь, чтобы отчитаться во всех прегрешениях, которые совершила, окружают ее все ангелы-обвинители, созданные ее преступлениями. Вынесен душе обвинительный приговор — она отправляется в ад и терпит там наказание за каждое преступление. И конечно, когда мучают и грабят его в аду, проливает он слез без счета и об этом говорит словами: «И обратился я, и увидел (...) и вот плачут ограбленные, и нет им утешителя», как объясняет Раши это место (здесь следует обратиться к первоисточнику). Сходная мысль высказывается в Талмуде, где комментируется стих: «Проходящие долиной плача — источник Шитим возникает» (этот перевод соответствует скрытому, а не непосредственному смыслу стиха. — Прим. пер.) и говорится, что страдающие в аду проливают столько слез, сколько воды в источнике Шитим.

Но царь Шломо продолжает рассказ и сообщает нам, что даже после того, как завершилось наказание ада и пытки, которым подвергают человека за его преступления, то есть когда ангелы разрушения лишаются своей силы, — все равно плач человека весьма велик, и нет ему утешителя. Плачет же он о том, что не приготовил для себя Торы и добрых дел, пока был в нижнем мире: ведь именно в заслугу за них насыщается и наслаждается душа сиянием Б-жественного Присутствия вечно, а он — «душа его суха, нет ничего», ибо все дни его жизни злое начало заставляло его заботиться лишь о теле. Для души же, существующей вечно, не успел он приготовить почти ничего — будет он пребывать в вечном стыде и позоре.

Что же следует из всего этого? Человек должен все силы свои посвятить изучению Торы и исполнению заповедей, все дни своей жизни, дабы не постиг его вечный позор. Об этом говорим мы каждый день во втором благословении перед произнесением утреннего «Шма»: «...и просвети глаза наши в Торе Твоей, и прилепи сердца наши к заповедям Твоим (...), и не будем мы опозорены вечно».

Торат гa-Баит, 15

87

Вор, вырывавший деревья

И сказал царь Шломо в книге Когелет: «Не слишком злодействуй, чтобы не умереть тебе безвременно». Стих имеет в виду, что человеку не следует совершать слишком много злодеяний, иначе он проживет лишь половину отпущенного ему срока и умрет не в свое время. Объясним это притчей.

У одного знатного человека был сад, искусно засаженный разными плодовыми деревьями, притягивавшими взгляд всякого прохожего. В глубине сада выстроил он великолепную башню. Однажды увидел этот господин из окна своей башни, как некий человек воровски забрался в сад, обрывает понемногу плоды с каждого дерева и складывает в корзину. Решил он, что не стоит поднимать шума, и промолчал. Прошло немного времени, и услышал он, как вор говорит сам себе: «Чего ради я трачу столько времени, обрывая по веточке? Лучше выдеру с корнем все дерево, заберу его домой, а там сделаю с плодами все, что пожелаю». Когда хозяин виноградника услышал, что дерзкий собирается выкорчевывать целые деревья, он подумал: «Не время сейчас молчать и терпеть. Еще чуть-чуть — и мой виноградник превратится в пустыню, а от любимых деревьев не останется и следа!» И закричал он: «Эй, ты, злодей, мерзавец, убирайся отсюда! Я видел, как ты пробрался в мой сад и рвешь там плоды. Но я смолчал, потому что подумал: «Ну, ладно, я вижу, как ему хочется поесть фруктов: ведь «на мои деревья приятно смотреть, а о плодах их приятно размышлять». Но когда стало ясно мне, что ты злонамеренно собираешься порубить мои деревья и уничтожить мой чудесный сад, — вот тогда-то я разгневался на тебя! Мало тебе того, что было тебе позволено, ты решил уничтожить весь сад, вырвать все посадки — и плоды, и корни! Больше не станут я сдерживать гнева своего: я отплачу тебе, и злонамеренность твоего сердца падет на твою же голову!»

Виноградник из этой притчи символизирует нашу святую Тору, в которой насадил Святой, благословен Он, всякое дерево, приятное взгляду, и с плодами, достойными размышления, и каждое дерево сада этого для тех, кто держится за него, — Древо Жизни. Ведь говорит Писание: «Ибо не пустое дело это для вас: это жизнь ваша...» И из-за многих грехов наших встречаются сегодня «лисята, портящие виноградник» Б-га. Начинают они с того, что подстрекает их злое начало проломить ограду сада, то есть нарушить постановления и ограждающие запреты, установленные мудрецами прежних поколений ради того, чтобы не потоптали сад волы и ослы (то есть люди, подобные животным). Затем уговаривает их злое начало рубить сами посадки, то есть решаются они нарушить заповеди собственно Торы: и запрещающие, и требующие. Но и этого им мало: проходит время, и появляется у них желание вырвать все с корнем, и с наслаждением попирают они ногами самые строгие запреты Торы, сравнимые по значимости с Торой в целом — такие, как суббота, запретные связи и другие запреты, про которые сказано: «Даже если ему грозит смерть, не преступит их».

Но на самом деле у сада есть хозяин — Г-сподь Б-г, Который сторожит сад и охраняет плоды его, и не позволит он, чтобы хоть какой-то ущерб был нанесен Его винограднику, нашей святой Торе: ведь настолько любит Он ее, что назвал ее «предметом желаний». Не будет Он больше сдерживать ярость Свою на этих разрушителей: возгорится гнев Его и ревность Его на них, и падут на них все проклятия, что записаны в книге Торы. Пока они еще в самой поре, в расцвете сил, придется им оставить все, что они любят, и все сокровища, которые успели они скопить, как сказано в книге Псалмов (37): «И еще немного — и нет злодея».

И все, о чем мы рассказали, содержится в стихе из КЫ'елета: «Не слишком злодействуй (то есть не вырывай корней вместе с ветвями), чтобы не умереть тебе безвременно», ибо не станет Он столь долго сдерживать Свой гнев; и вдруг смотришь — «и нет злодея...».

Нидхей Исраэль, введение

88

Того, кто перенес жестокое наказание, не утешить

Есть несчастье тяжелее многих других, а состоит оно в том, что каждый день мы видим жителей нашего города и нашей страны, которые считают исполнение заповедей Торы делом ненужным. Поэтому злое начало соблазняет человека, говоря ему: «Не один я таков; то, что случится с остальными моими земляками, произойдет и со мной».

И об этих людях — притча. Одного человека схватили и посадили в тюрьму по ложному обвинению. Очень плохо было ему там, и каждый день заключения казался годом. Пришли его родственники и члены семьи утешать его и рассказали ему, что буквально на днях точно такой же случай произошел в другой стране: там тоже такой-то и такой-то был арестован и страдает теперь в заключении. И воскликнул узник: «Да разве это утешит меня? Еще больше расстроило! Если бы вы рассказали мне, что тот человек избавился в конце концов от страданий своих, — возможно, я стал бы немного меньше тревожиться. Или если бы вы сказали мне, что кто-то схвачен по тому же обвинению, что и я, и будет посажен ко мне в камеру, — может быть, это немного утешило бы меня, потому что я не был бы больше одинок. Но то, что в другой стране кто-то сидит в тюрьме, — чем мне поможет, что мне даст знание о том, что еще кого-то мучают?»

Совершенно то же самое происходит и здесь. Что выиграет человек, если кто-то еще совершит то же самое преступление и будет подвергнут столь же суровому наказанию где-то в другом месте? Известно ведь, что места в аду чрезвычайно много: весь наш мир меньше него в несколько тысяч раз, как сказали мудрецы Талмуда в трактате Псахим, 94. Хватит пространства его, чтобы вместить сотни и тысячи людей, которые окажутся друг от друга на расстоянии сотни верст и не будут друг друга ни видеть, ни слышать. Да и огонь адский — не то же самое, что наш огонь, который дает и свет тоже; это — огонь тьмы (это значит, что он способен лишь жечь, но совершенно не освещает). Мид-раш говорит, что тьма, заполнявшая мир в начале его творения, сохранилась только в аду. Поэтому никто там не видит товарищей по несчастью и не слышит их; каждый плачет и рыдает: «Горе мне, горе!» в одиночестве.

Что же следует из всего этого? Не должен человек смотреть на своих товарищей, когда речь заходит о чем бы то ни было плохом, даже если их много, как сказало Писание в стихе: «Не склоняйся за большинством, чтобы делать зло». Единственный способ вести себя с такими друзьями-злодеями — отдалиться от них, насколько возможно, и не ходить с ними: тогда не случится, что привыкнет человек разговаривать с ними, сидеть с ними вместе и поступать так же, как они. Об этом говорит Писание в книге Псалмов: «Счастлив человек, который не ходил в собрание злодеев и на путях грешников не стоял». И сказали мудрецы Талмуда, разъясняя это: «Если он ходил — в конце концов будет стоять; если же стоял — в конце концов будет сидеть».

Нидхей Исраэль, 1

89

Украшения дороже всех товаров

И хотя в наше время мало стало тех, кто, собрав все силы, следует путями Торы, — пусть не падает человек духом, видя это. Ведь кто знает, на сколь высокой ступени стоят эти люди? Бывает, что один человек стоит ста или тысячи (как сказали мудрецы Талмуда об Авишае, сыне Цруи, который был сравним с несколькими тысячами людей). Все здесь зависит от того, как тяжело трудился он и какие испытания перенес: именно это определяет, предано ли сердце его Б-гу его. И чем больше будет он совершенствоваться, тем выше будет и уровень его.

Поясним это притчей. Однажды крестьянин вместе с жителем большого города отправились на рынок, и горожанин хвастался богатством своего города: на каждом углу здесь можно встретить лавку, переполненную самыми разными товарами. Сначала они пошли на рынок мукомолов, и горожанин показал деревенскому жителю, сколько там складов, забитых мешками с мукой от пола до потолка. В другом месте обратил он его внимание на магазины, торгующие хлопком, где ткани были разложены по полкам, специально для этого прибитым вдоль всех стен. Потом дошли до торговцев шелком — их ткани лежали лишь на нескольких полках, да и те тянулись только по двум стенам. Побывали они и у торговцев серебром — их сосуды были расставлены вдоль одной стены. А у ювелиров, продающих золото и драгоценности (к ним они пришли в последнюю очередь), товары не занимали даже одной стены, а были сложены в несколько небольших ящиков, стоящих в углу полупустой лавки.

Когда крестьянин вернулся домой, начал он расхваливать перед своими соседями виденные им лавки, полные товара, а об остальных отозвался с презрением. Особенно невзрачным показался ему последний магазин, где товара почти совсем не было. Услышал это горожанин и сказал: «Ах ты, невежественная деревенщина! Знай, что даже один ящик, стоящий в ювелирном магазине, стоит дороже, чем все мучные лабазы, набитые по самую крышу!»

Точно так же обстоит дело и здесь. Те единицы, которые в наше время старательно исполняют Б-жественную Тору, подобны драгоценным камням, стоящим в глазах Б-га благословенного сотни обычных людей; заслуга их в вышнем мире также необычайно велика. Об этом говорят мудрецы Талмуда, когда разъясняют стих: «И возьму Я вас — одного из города и двоих из семьи», — и говорят, что заслуги одного жителя города хватает на весь город. Это означает, что он один из всего города еще держится за Б-га и Его Тору, и потому заслуга его так велика, что ради нее спасается весь город.

Нидхей Исраэль, 3

90

Бедняк, выигравший в лотерею

Стих из Писания «Между праведником и злодеем; между служащим Б-гу и тем, кто Ему не служит» растолковали мудрецы Талмуда в трактате Хагига (9) и сказали, что «служащий Б-гу и тот, кто Ему не служит» — оба полные праведники, просто не похож человек, повторивший сегодняшний урок сто раз, на того, кто повторил его сто один раз. Что это значит? Пророк открыл нам, что качества Святого, благословен Он, не похоже на качества человека из плоти и крови. Земной властитель, если на него работало несколько человек и каждый из них заслужил награду, не в состоянии определить точно, насколько велика заслуга и награда каждого, а платит всем одинаково; а когда награду дает Святой, благословен Он, то награждает каждого праведника по делам его, каждому в соответствии с его особенностями. Ведь даже если перед нами двое полных праведников, но один из них повторил дневной урок сто раз, а второй — сто один, всем видно, что второй служил Б-гу больше, чем первый. Об этом сказано в Тана д 'бей ЭлияГу, что в будущем Святой, благословен Он, дарует каждому сияние лика согласно той Торе, которую он учил. И Писание говорит об этом: «И обратитесь вы, и увидите...» — в сиянии лика каждого проявится высота его духовного уровня явственно для всех. Эта идея согласуется с другим стихом из Писания, приведенным выше: «И в своих жилищах будут возлежать», — каждому праведнику будет даровано именно такое жилище, какое ему подобает. Об этом же сказали мудрецы Талмуда в трактате Сукка (45): «Восемнадцать тысяч ступеней пребывают перед Святым, благословен Он». Это значит, что те, кто служил Б-гу благословенному, стоят на множестве разных ступеней, и все они наслаждаются сиянием Присутствия Его. Но не всем достается одинаковая доля этого сияния Лика Б-жия. Тот, кто больше старался прилепиться к Б-гу при жизни, будет пребывать в первых рядах, среди наиболее приближенных к Б-гу, и будут испытывать более чудесное наслаждение сиянием Присутствия Его; тот же, кто вкладывал в Служение свое не слишком много сил, очутится на более низкой ступени. И разделение это всегда будет происходить согласно тому, насколько человек приблизился к Б-гу и старался исполнять Его заповеди в этом мире.

Указание на это содержится в Притчах, в главе «Жену достойную...»: «Известен во вратах муж ее, сидит он вместе со старейшинами земли этой». Речь идет о муже «жены достойной», то есть Торы, согласно разъяснению мудрецов Талмуда, и говорит стих, что все станут почитать его, когда воссядет он во вратах райского сада вместе со старейшинами земли этой — имеются в виду все праведники, приобретшие в этом мире мудрость. Там восседают они, каждый в том месте, которое заслужил.

И на самом деле, если бы все те, кто стонет и страдает под тяжестью своего ярма в этом мире, задумались о величии награды, ожидающей их, когда получат они жизнь вечную, перестала бы заботить их бедность и трудности, и в радости и в веселье бросились бы они исполнять волю Творца их с любовью и преданностью.

Представьте себе, что некий бедняк выиграл деньги в лотерею, которая проводилась в другой стране. Пришел к нему гость, увидел его счастливым и довольным и спросил: «Откуда такая радость? Ты же беден и нищ, сыновья твои голы и босы, и нет в твоем доме хлеба!» А тот в ответ показал ему выигравший лотерейный билет и сказал: «Знай, друг, я увидел в газете, что на мой билет выпала огромная сумма денег, так что теперь я — великий богач, состоятельнее всех местных банкиров. Я только лишь не хочу до поры до времени говорить об этом в городе, так как опасаюсь: не случилось бы чего. Но я несомненно поеду туда и получу все свои деньги до копейки. Теперь-то меня не заботит больше моя бедность и приниженность: еще чуть-чуть — и денег будет у меня в избытке!»

То же самое относится к Служению Б-гу. Известно высказывание мудрецов Талмуда: «Один час блаженства в будущем мире лучше, чем вся жизнь этого мира». И как не радоваться человеку, с трудом добывающему себе пропитание в этом мире, если он служит Б-гу поистине? Разве не приобретает он себе каждой выполненной заповедью долю в будущем мире, столь огромную, что ее просто не с чем сравнить? А уж тем более если речь идет о заповедях, выполненных в трудных материальных условиях, — такие заповеди ценятся гораздо больше, как сказали мудрецы наши в Авот де-рабби Натан: «Одна заповедь, исполненная через страдание, стоит сотни, исполненных без усилий», ибо «по страданию и награда». А сами дни жизни его в этом мире — пролетят они, как тень, и насытится он плодами добрых дел своих в вечном мире, где нет разницы между богатыми и бедными: кто принесет документ о том, что имеет право на награду за исполнение заповедей, тот и получит ее по деяниям своим. Так сказали мудрецы Талмуда: «В будущем голос с неба прогремит по вершинам всех гор и провозгласит: «Все, кто действовал вместе с Б-гом, пусть придет и получит свою награду!» А громадность награды еврею, тратящему свои силы на то, чтобы исполнить волю Б-га поистине, и сносящему ради этого поношения и оскорбления от злодеев и от отщепенцев нашего народа, — нельзя и представить себе, сколь громадна она, как в дни Машиаха, так и в будущем мире. Сказали мудрецы Талмуда в трактате Сангедрин, 96, о злодейском царе Навухаднецаре, который удостоился царской короны и великого почета себе, детям своим и внукам лишь за то, что пробежал три шага ради почета Святого, благословен Он. Там рассказывается история о том, что, когда царь Хизкиягу заболел и был чудесным образом излечен, Вс-вышний дал ему знак, чтобы чудо это стало известно всем: он продлил этот день на десять часов, так что весь мир узнал об этом. И когда достигла весть об этом Мэродаха-Бладана, царя Вавилонского, сказал тот: «Есть в мире такой человек, а я ни разу не послал ему приветственного письма?!» Тут же составили для него письмо: «Мир царю Хизкиягу, мир городу Иерусалиму, и мир Б-гу великому, что в Иерусалиме». А Навухаднецар был тогда царским писцом, и во время этой истории его там не было. Когда же пришел он, то сказал писцам: «Как же вы написали? Назвали Его Б-гом великим, а написали в конце?! Надо было написать: «Мир Б-гу великому и мир Хизкиягу, царю Иерусалима». Сказали ему: «Тот, кто умеет писать письмо, пусть и исправит его», и пробежал он за посланником, который уже понес неправильное письмо, три шага — вот за эти-то три шага, что пробежал он ради почета Б-га благословенного, удостоился он всего этого великого почета, ибо Святой, благословен Он, не удерживает ничьей награды. И отсюда можно сделать вывод, какой огромной будет награда праотцев наших, о которых сказано, что они «всегда бежали, чтобы исполнить волю Святого, благословен Он» (об этом говорится там же в Талмуде). И каждый еврей, переносящий бесчисленные лишения ради почета Б-га благословенного, может быть уверен, что его будущее величие не измерить и не оценить. Даже в дни Машиаха, если собрать весь возможный тогда почет, не будет его достаточно, поэтому такая награда может быть выплачена лишь в будущем мире, по словам мудрецов Талмуда: «Все пророки, которые видели с помощью Духа Святого величие Израиля, видели его лишь в этом мире и в дни Машиаха; в будущем же мире — «Глаз не видел его, Б-же, кроме Тебя; будет сотворен он для ждущих Тебя».

Нидхей Исраэль, 45

91

Человек, который захотел стать зятем богача

Пусть человек старается всеми силами исполнять заповеди Торы, когда есть у него свободное время, — ходить в дом учения, в синагогу и исполнять все связанные с ними заповеди. Если станет он так поступать — засчитает ему это все Святой, благословен Он, в заслугу великую и внесет в общий список выполненных им заповедей и все те многочисленные случаи, когда не смог он почему-либо пойти в синагогу или выполнить другую заповедь. Все равно получит он награду, как если бы пошел и исполнил ее: ведь известно Святому, благословен Он, что всякий день ждет этот человек с нетерпением и выискивает возможность исполнить эту заповедь, поэтому не виноват он, если это не получилось. Об этом сказали мудрецы Талмуда: «Задумал человек исполнить заповедь и по не зависящим от него причинам не исполнил ее[1] — засчитывает ему Писание эту заповедь как исполненную». И совсем не так дело обстоит, если станет он в свободное время думать, Б-же упаси, о бренном теле больше, чем о служении Б-гу, — тогда он сам, своими руками лишит себя награды за все те многие дни, о которых мы говорили.

Все это помогает воину Б-га понять, как важно быть расторопным, изучая Тору и исполняя ее всякий раз, когда выдается свободная минутка. В награду за это удостоит Б-г благословенный человека исполнять Тору в богатстве и довольстве, как сказал мудрец Мишны в трактате Авот: «Всякий, кто исполняет Тору в бедности, после будет исполнять ее в богатстве».

Махане Исраэль, 3 (включая сноску)

92

Купец, который предложил царю поддельные жемчужины

Всем известно, что упрекать и наставлять товарища — предписывающая заповедь Торы, выраженная словами Писания: «Предостерегай своего ближнего, и не понесешь ты за него греха». И мудрецы Талмуда сказали: «Всякого, кто мог бы запретить своим домашним совершать преступление и не сделал этого, —

наказывают за преступление домочадцев его». А если так, то насколько же велик долг мужа разъяснить своей жене, что строго запрещено выходить на улицу с непокрытой головой или с обнаженными руками, чтобы все смотрели на нее. И также нужно ему знать, что, не следуя правилам скромности, его жена очень сильно вредит его детям, которые родятся от нее (мы уже говорили об этом здесь же в книге ). И даже если она ходит с непокрытой головой только дома, а не на улице, она увечит все святые речения, которые он произносит. Ведь каждый из нас и молится дома, и благословения произносит перед едой и после еды, и Тору изучает... Очень трудно во все эти моменты проследить за тем, чтобы взгляд человека не падал на непокрытые волосы жены.

Если же муж убеждает себя: «Я ведь уже говорил ей об этом не раз и не два, а она все равно не слушается!» — пусть задумается вот над чем: так ли он вел бы себя, если бы она мешала его заработку? Без сомнения, сурово прикрикнул бы на нее: «Что ты творишь? Ты не только не помогаешь мне, а еще лишаешь нас с тобой пропитания! Что мы будем есть, я сам и вся наша семья? Что нам теперь, с голоду умирать из-за твоей глупости?» И уж конечно, постарался бы он разъяснить ей, сколь неразумно поступает она. Иногда он говорил бы мягко, а иногда — ругал бы ее, пока она сама бы не поняла, что пора ей поумнеть.

То же самое и здесь: муж обязан предостерегать жену, разъяснять ей, сколько плохого получается из-за ее нескромного поведения, как она вредит этим и себе, и другим, и мужу своему: ведь сколько тысяч молитв его и благословений оказываются произнесенными неправильно! И пусть повторяет это, пока она сама не согласится надеть кисуй (любое покрывало из ткани или парик) на голову.

Притчей поясню, на что это похоже. Один славный купец жил в столице и промышлял драгоценными камнями и перлами. Жена его занималась собственно торговлей, а он все время проводил в разъездах, покупая где только возможно драгоценности и отсылая их домой для продажи. Однажды домой к нему пришли царские министры и сказали жене его: «Слыхали мы, что твой муж — знаменитый торговец, разбирающийся в драгоценных самоцветах и жемчугах. Пришло время короновать царя, и нам требуются самые дорогие и красивые камни. Найдутся ли такие в вашем магазине?» И ответила жена: «Самых дорогих камней, которые подходили бы только для царской короны, нет у меня; но я напишу мужу, и он постарается достать их ради нашего царя». И молвили царские министры: «Знай, что дар великий ожидает тебя за это от царя; но остерегайся всемерно, чтобы не оказались камни поддельными: ведь на коронацию соберется множество царей, прекрасно разбирающихся в драгоценностях. И если среди камней, Б-же упаси, окажется фальшивый — как опозорен будет царь наш и мы, занимавшиеся этим делом непосредственно; ты же погибнешь, Б-же упаси. Так что, пожалуйста, будь внимательна!» — «Ни я, ни мой муж, — ответила женщина, — никогда еще не продавали подделок; а уж всучить поддельный камень для царского венца совершенно невозможно нам!»

Она тут же написала мужу, чтобы он как можно быстрее приобрел самые дорогие камни, подходящие для царской короны, и остерегался подделок. И ответил ей муж: «Есть у меня такие камни, и я немедленно высылаю их тебе. Но предлагать камни для короны — дело очень опасное. Поэтому, хоть я и поспрашивал немного специалистов, они мне сказали, что камни — настоящие. Тем не менее, когда они прибудут к тебе, первое, что ты должна сделать, это внимательно рассмотреть их и предъявить ювелирам, умеющим отличать подлинные драгоценности от поддельных. Только потом можно будет передать камни царским министрам».

Когда письмо вместе с камнями попало в руки этой женщины и когда она прочла, что муж ее считает камни настоящими, настолько обуяла ее жажда наживы и желание прославиться (а ведь за эти камни она ожидала всяческих знаков уважения и даже награждения царским орденом!), что она пренебрегла приказанием мужа и не стала показывать камни экспертам, а сразу же сообщила во дворец, что к ней доставлены превосходные драгоценные камни. Пришли министры, забрали их, заплатили ей полную цену и дали обещанный богатый подарок.

Когда пришло время коронации, собрались на праздник многие окрестные цари, и стал здешний царь хвалиться перед ними, какие необычайно ценные камни прислали ему издалека для венца. Присмотрелись цари — и увидели, что камни-то поддельные! Сколько позора принял царь! Сразу же послали за этой женщиной и стали кричать на нее: «Смерть тебе! Мы ведь специально велели тебе проследить, чтобы среди камней не было ни одного поддельного: ведь речь идет о царской короне! Самого царя опозорила ты!» Женщина сказала: «Я не так уж виновата! Я ведь написала мужу, чтобы он проследил за этим. Где же моя вина?» Послали за мужем, привели его в суд и спросили: «Ты послал своей жене поддельные драгоценности, из-за которых был обесчещен царь наш и корона его?» — «Да, это я, — сказал он, — но не намеревался я, Б-же упаси, осрамить царя! Это торговцы, у которых купил я камни, меня обманули! И разве не написал я жене, чтобы она еще раз показала камни разбирающимся в них людям, самым лучшим специалистам, а не отдавала их сразу, чтобы вставить в царскую корону!» Не стали слушать его оправданий, а закричали: «Когда речь идет о царской короне, ты должен был сам хорошенько все проверить, а не полагаться на свою жену, легкомысленную, как все женщины! Поэтому вместо почета, который был обещан вам, если бы вы точно выполнили все, что от вас требовалось, позор удвоенный ожидает вас!» Бросили обоих в тюрьму и мучили их там страшно. Женщина, рыдая, завопила: «Ты, муж мой, виновник этих бедствий! Это ты бьешь меня смертным боем, а не палач! Разве не знал ты, что покупаешь камни для царской короны? Как же не проследил ты, чтобы были они настоящими? Сделал бы ты это — и вечное довольство ожидало бы нас. А теперь — смотри, что наделал ты покупкой своей! Из-за тебя бьют меня и пытают так ужасно! Горе мне, горе душе моей! Что же будет со мной после всех этих пыток?!» А муж ее, также стеная под пытками, отвечал: «Горе тебе, и горе душе твоей за то, что навела на себя и на меня все эти несчастья! Разве не написал я тебе, разве не предупредил, что заниматься камнями для царской короны — очень опасное дело, поэтому проверь сначала, не фальшивые ли эти драгоценности, и только потом отдай их министрам. Нужно было тебе сделать так, как я сказал. Но ты захотела быстро заработать кучу денег, одеться в расписные одежды и прославиться. Из-за этого разум твой помрачился, и оказалась ты в бездонной яме и меня бросила туда! Горе душам нашим, что же будет с ними?»

То же самое получается, когда человек собирает для себя Тору и добрые дела в этом мире, из которых создаются невиданные украшения в вышних мирах: ведь они превращаются в венцы, которыми коронуют Б-га благословенного! (В конце же, когда человек оказывается в будущем мире, в награду за то, что почтил он Б-га благословенного делами своими, делают и ему венцы, которыми увенчивают его. Те же самые венцы дарует ему Святой, благословен Он, и надевает ему на голову, по слову Писания: «Ибо почитающих Меня почту Я». — Прим. сост.) И об этом же говорили мудрецы Талмуда в таких словах: «В будущем мире праведники восседают, и короны их на головах их, и наслаждаются сиянием Б-жественного Присутствия»;

важно, что сказано именно «короны их», а не просто «короны». И так же сказано о царе Шломо, да пребудет мир на нем: «Пойдите и взгляните, дочери Сиона, на царя Шломо в короне, которой венчала его мать в день свадьбы его и в день радости сердца его». Но все это — лишь в том случае, если заповедь исполнена согласно всем подробностям Закона, в святости и в святом месте. Ведь говорит Писание: «И пусть будет лагерь твой свят, и не будет увидено в тебе ничего непристойного — (иначе. — Прим. пер.) отвернется Он от тебя». Ничего этого не будет, если заповедь исполнена напротив непристойно обнаженного тела, например, если в тот момент, когда человек произносил какие-то слова Торы или благословение, напротив него находилась жена его с непокрытой головой, обнаженными руками или грудью. Раз человек не обратил внимания на слова мудрецов наших благословенной памяти, запретивших это, разумеется, никакой святостью его действия не исполнены, и вместо света создает он лишь тьму, Б-же упаси. И даже если напротив обнаженного тела были произнесены лишь несколько слов благословения — все равно в созданной из этого благословения короне не хватает света святости как раз на месте этих слов (говорит же Писание: «И пусть будет лагерь твой свят, и не будет увидено (...), (иначе) отвернется Он от тебя»); на место этого света заступает тьма. И все знают, что Святой, благословен Он, хвалится народом Своим, Израилем, перед вышней свитой Своей, и показывает ей венцы, которыми всякий час коронуют Его евреи, изучая Тору и исполняя заповеди; Писание говорит об этом: «Израиль, тобой буду Я прославлять Себя». И если на этих венцах обнаружатся мерзкие темные пятна — какой позор для Б-га почитаемого и грозного!

И когда после этого души этих мужчины и женщины поднимутся ввысь, чтобы держать отчет перед Царем царей всех царей, Святым, благословен Он, как станут кричать на них ангелы громовыми голосами и какого ужасного наказания адским огнем станут они требовать для тебя! «Мало того, что ты не почтила Б-га, Царя царей всех царей, за жизнь, пропитание и здоровье, которые Он дарует тебе постоянно, ты еще и испортила венец Царя, притушила сияние Его и осквернила почет Его тем, что волосы, руки или груди твои были постоянно обнажены, даже тогда, когда муж твой произносил благословение или изучал Тору!» И заплачет она, и завопит: «Не виновата я! (И это — чистая правда: в час Страшного Суда каждый старается отвратить наказание от себя. Даже тело и душа, которые, как понятно, прожили всю жизнь в полном единении, из-за страха пред Страшным Судом стараются переложить вину друг на друга, как говорится в трактате Сангедрин, 91. — Прим. сост.) Муж мой виноват в том, что эти святые венцы были испорчены! Это же он произносил все эти благословения напротив меня!» Тогда приводят на Суд его тоже и показывают ему, как потемнели Вышние короны из-за них обоих. Охватывает их дрожь и трепет, а судьи говорят: «Ты произносил все эти благословения, из-за которых был опозорен Святой, благословен Он, и поругана корона Его!» — «Да, это так, — начинает оправдываться муж, — но главный виновник — не я, а она. Это ведь она сидела передо мной с непокрытой головой, с обнаженными руками и грудью, когда я произносил благословения; я ведь говорил ей, что так поступать не следует, но она не хотела слушать!»

И тогда судьи в один голос говорят ему: «Если бы ты на самом деле беспокоился о том, чтобы почтить Б-га благословенного, ты пошел бы в другое место или, по крайней мере, отвернулся бы от нее, чтобы произнести благословение. Поэтому придется вам обоим понести наказание за ваш грех, и вместо того почета, которого удостоились бы вы, служа Б-гу верно, теперь обретете вы двойной позор!» Схватят их жестокие ангелы и сбросят в ад, чтобы пытать там страшно (Талмуд говорит, что некоторых женщин подвешивают там за груди или за волосы, и это — наказание «мера за меру»: наказывается тот орган, которым человек грешил. Талмуд говорит про это определенно). И тогда жена, рыдая, промолвит своему мужу: «Это ты бьешь меня так жестоко, а не палач! Разве не знал ты еще там, в нижнем мире, что из твоих благословений и из твоей Торы сотворяются венцы для Вс-вышнего Царя? Нужно было тебе следить, чтобы не были они испорчены ничем! Почему же не рассказал ты мне, каким страшным будет наказание, и не запретил мне всего этого категорически? Ведь тогда было бы хорошо и мне, и тебе! А так — смотри, куда привело нас твое поведение! Ты обрек меня на все эти пытки и ужасные страдания. Горе мне! Что же со мной будет?» И ответит муж ей так: «Горе тебе и горе душе твоей за то, что причинила ты все эти страдания и мне, и себе, да еще и считаешь себя правой! Сколько раз я говорил тебе, что поступать так, как ты, — прямой запрет Торы. Тебе самой нужно было следить за тем, чтобы никогда и нигде не появляться с непокрытой головой или обнаженными руками. Ты же хотела лишь покрасоваться перед всеми, поступала так, как твои подружки-развратницы (которые еще окажутся здесь и перенесут такие же страдания). Только из-за этого ты оказалась в бездонной яме, да еще и меня потянула за собой!»

Поэтому «мудрец — глаза его на месте». Пока он еще в этом мире, пусть постоянно упрекает свою жену в нескромности и рассказывает ей, какое зло причиняет она. Пусть объясняет ей, что придет день — и она сама будет кричать: «Горе мне, как могла я так поступать!» И нет сомнений, что хоть немного помогут слова его и спасется он от ужасного Суда.

Гедер Олам, 6

93

Царь, приехавший со свитой в маленький городок

Рассказанное здесь должно очень сильно помочь каждому исполнять предписания Торы. Мудрецы Талмуда говорят так: «Пришел Давид и свел их (основы веры) к одиннадцати, как сказано: «Б-же! Кто будет жить в шатре Твоем, кто поселится на горе святости твоей?» Пришел Миха и свел их к трем (...). Пришел Хаввакук и свел их к одному, как сказано: "И праведник верою своей будет жив"». Здесь не имеется в виду, Б-же упаси, что все они призывали выполнять лишь те заповеди, которые подчеркнули. И Хаввакук тоже не имел в виду, что требуется только вера. Ведь в Торе записано: «Не добавляй и не убавляй», а также: «Скрытое — Г-споду Б-гу нашему, а открытое — нам и детям нашим навечно, чтобы исполнять все слова Торы этой». И еще несколько стихов Торы говорят то же самое.

Вот что имеется здесь в виду. Каждый из этих людей видел, что его поколение просто не в состоянии настолько собраться с силами, чтобы исполнить все целиком. Поэтому каждый посоветовал своим современникам обратить особенное внимание хотя бы на главные вещи, от которых со временем можно перейти к полному соблюдению заповедей. Как если бы человек тонул в глубокой реке и вдруг увидел дерево, склонившееся над водой, — сначала он высунет руку из воды и ухватится за одну крепкую ветку, чтобы удержаться на поверхности, а затем уже обхватит ствол и закричит, созывая людей на помощь.

То же самое сделал Хаввакук, когда советовал наибольшее внимание уделить вопросам веры — имеется в виду вера в Б-жественную Тору (ведь человека, не верящего в Б-жественную Тору, не стал бы пророк называть праведником ни в коем случае, а стих говорит: «И праведник верою будет жить»), А на этой вере уже можно основать исполнение всей Торы. Ведь даже если прочесть текст Торы, понимая лишь простой смысл, придет душа в благоговейный восторг! (И я обращаюсь здесь к тем людям, которые говорят, что верят, но при этом почти не тратят сил на исполнение заповедей Торы; и тем более нет у них любви к Торе: из-за многих грехов наших не дают они своим детям изучать Тору. — Прим. сост.)

И вот с чем можно было бы сравнить это. В некоем месте правил великий царь, знаменитый всюду своей мудростью — не было в мире второго такого мудреца! И властвовал он над несколькими провинциями. Однажды поехал он вместе со своими знатными военачальниками и наместниками, а также несколькими тысячами войска в маленький городок. Собрал царь жителей и говорил с ними лицом к лицу, чтобы побудить их сделать что-то для него.

Что сказали бы люди, узнав об этом? Разумеется, вот что: «Раз этот царь превзошел мудростью всех людей, то что можем мы подумать о его решении собрать всех министров и поехать в этот маленький город, чтобы говорить с его жителями о каком-то деле? Пусть мы и не понимаем, чем так уж важно это дело, — но можем быть уверены, что на самом деле это — задача выдающей важности, от которой зависит благополучие всего царства».

И если уж мы сказали бы так даже о земном царе, то уж тем более и в тысячу тысяч раз больше — о Царе царей всех царей, Святом, благословен Он! А в Торе написано прямо, что Он спустился на гору Синай на глазах всего народа. И совершенно не по положению Его спускаться из места обитания святости Его, Седьмого неба, в нижний, материальный, мир (ведь весь этот мир — не больше горчичного зернышка даже в сравнении с миром небесных светил, согласно утверждениям исследователей. — Прим. сост.). И когда Мидраш перечисляет спуск на десять уровней ниже (описанных в Торе ситуаций, когда персонажи оставляли подобающий им уровень. — Прим. тр.), спуск Б-га на гору Синай там тоже упоминается.

Спустившись же, Б-г повелел собрать к Нему весь народ, чтобы говорить с ним, как сказано: «...когда сказал Б-г мне: Собери Мне народ этот, и сообщу Я им слова Мои». И вот явился Он сюда с десятками тысяч ангелов святых и принес свиток Торы, как сказано: «Б-г с Синая пришел (...) и явился с десятками тысяч святых, из правой руки Его — огонь Закона для них». (Дело в том, что в данных тогда Десяти Заповедях заключена вся Тора, как написано в трудах Первых мудрецов наших. — Прим. сост.) И в Псалмах также написано: «Колесница Б-га — тысячи десятков тысяч, с которыми появился Б-г на Синае в святости».

И беседовал Б-г с народом лицом к лицу (если только можно так сказать), согласно свидетельству Торы: «Лицом к лицу говорил Б-г с вами». И он наставлял его в соблюдении Торы, как рассказывается в главах Итро и Ваэтханан. И всего этого удостоились мы лишь в заслугу праотцев наших святых, ибо сказано в Торе: «Вот, Б-гу, Г-споду твоему, принадлежат небеса и небеса небес, земля и все, что на ней; только отцов твоих возжелал Б-г, любя их, и избрал потомство их после них — вас, — из всех народов...» И все это — лишь ради нас (ибо Ему-то все равно, как свидетельствует стих: «Если ты праведен, что ты (этим. — Прим. пер.) дашь Ему? Если же захочешь ты стать злодеем, — чем сможешь ты повредить Ему?»). Писание говорит об этом так: «И повелел нам Б-г исполнять все правила эти, чтобы благо было нам все дни...»

И если вдумается человек во все это и представит себе, как Он Сам взял на Себя труд (если можно так сказать) во всем Почете и грозности своей явиться к нам в наше низкое жилище, в этот мир, чтобы говорить с нами, и что Он Сам принес нам Тору — с какой покорностью и с какой радостью принял бы он Тору Его и сколь охотно стал бы исполнять все сказанное в ней! А если люди поступают наоборот: и сами не обращаются лицом к Торе, и детям своим не дают изучать ее, — какое горькое оскорбление наносят они ей!

Можно сравнить это с тем, как царь вручает своему слуге почетный орден, который к тому же усыпан бриллиантами и стоит несколько тысяч золотых, а слуга отказывается принять его или принимает, но никогда не носит на груди. Разве не наносит он царю оскорбления своим поведением, и если узнает царь об этом, разве не сочтет он этого слугу бунтовщиком? О Торе можно сказать то же самое: ее вручил нам Сам Святой, благословен Он, лично, и драгоценнее она, чем жемчуг! Так что своим поведением эти люди демонстрируют лишь недостаток веры.

И все, что мы сказали, содержится в высказывании из трактата^ вот: «Сказал рабби Йегошуа бен Леви: "Каждый день с горы Хорев исходит голос, провозглашающий: «Горе людям, нанесшим обиду Торе!"» И непонятно, кто же на самом деле слышал этот голос, и многие комментаторы обсуждают это. Мне же представляется, что этот «голос» есть отзвук того грозного голоса, который звучал, когда на гору Хорев спустился Святой, благословен Он, лично, и заговорил с нами, и даровал нам Тору. И если человек отказывается принять ее в радости и исполнять, тот самый голос как бы объявляет нам: «Горе людям, нанесшим обиду Торе!»

Сказанное нами на самом деле прямо написано в одном из стихов Торы в главе «Ваэтханан»: «Только остерегайся и храни душу свою всеми силами, чтобы не забыть те вещи, что видели глаза твои, и чтобы не отошли они от твоего сердца все дни жизни твоей; и сообщи их сыновьям твоим и сыновьям сыновей твоих: день, когда стоял ты пред Г-сподом Б-гом твоим в Хореве, когда сказал Б-г мне: "Собери Мне народ этот, и сообщу я им слова Мои"». Смотри, Писание говорит: «...и храни душу свою всеми силами, чтобы не забыл ты... все дни жизни твоей». Отсюда мы можем заключить, что это — главнейшая основа Служения Б-гу. И именно это имел в виду Талмуд, когда сказал: «Пришел Хаввакук и свел их к одному», то есть к вере в Тору. Будет у человека вера в Тору — с течением времени он непременно начнет исполнять ее всю.

Хомат га-Дат, 12


[1] Разъясним заодно кратко наше толкование стиха «Хвалите Его святое Имя, пусть радуется сердце желающих Б-ra». Мы задавали вопрос: почему в стихе не сказано: «служащие Б-гу» или «любящие Б-га», а сказано именно: «желающие Б-га»? Объяснить это можно притчей.

Реувен был человеком очень уважаемым, и предложили ему породниться с Шимоном, который также был богат. Согласился Реувен, и договорились они между собой, что в новоме-сячие месяца Нисан каждый из них вручит на хранение верному человеку пять тысяч рублей серебром на будущее приданое, а затем в добрый час составят и брачный контракт для своих детей. Когда подошел назначенный срок, Реувен послал Шимону напоминание. Шимон же попросил посланника передать следующее: «Я пока что, как ни старался, не смог заработать требуемой суммы. Пожалуйста, продли мне срок до новомесячия Таммуза (то есть на три месяца. — Прим. пер.)». Реувен согласился. Подошел Таммуз, и снова послал Реувен напоминание и получил ответ: «Я, как ни старался, до сих пор не успел заработать необходимых денег. Поэтому прошу я еще раз продлить мне срок, до новомесячия Хешвана (то есть еще на три месяца. — Прим. пер.). И вот еще что: я не смогу внести все пять тысяч, а смогу лишь половину». Реувен согласился и на это — он был очень хорошим человеком. И вот приходит новомесячие Хешвана, и в третий раз посылает Реувен посыльного к Шимону, узнать, чем же собирается Шимон завершить дело, а тот отвечает: «Я старался изо всех сил, но так ничего не вышло. Так что, если Реувен желает породниться со мной без всяких денег, на это я готов». С этим Реувен уже не мог согласиться, и дочь его вышла замуж за сына Леви.

Прошло какое-то время, и у Реувена в добрый час родился внук. Когда нужно было делать ему обрезание, позвал Реувен слугу и велел пригласить на праздничный пир всех своих родственников и всех родственников своего свата Леви. «Может быть, позвать и семью вашего прежнего свата?» — спросил слуга. «А кто это мой прежний сват?» — удивился Реувен. «Да Шимон, который так хотел породниться с вами», — объяснил слуга. «Если бы я решил пригласить всех, кто когда-либо хотел со мной породниться, не было бы им конца, — улыбнулся Реувен. — Известно ведь, что дочка богача — удачная партия». — «Но все-таки Шимон не просто хотел, как все остальные, — не унимался слуга. — Он не стал вашим сватом лишь потому, что не вышло у него внести нужную сумму на приданое к назначенному сроку». «Не принято звать сватьями чужих людей и приглашать их на праздник лишь потому, что они когда-то хотели породниться, — отрезал Реувен. — Приличия требуют позвать лишь тех, кто по-настоящему родственник мне, и разделить с ними свою радость».

Таков обычай человека из плоти и крови, даже самого лучшего, и совсем не таков путь Святого, благословен Он. Тот, кто желает породниться со Святым, благословен Он, и исполнить Его желание, выраженное в каждой заповеди Торы (а она, как известно из Мидраша, называется дочерью Святого, благословен Он), но по какой-то не зависящей от него причине не смог исполнить заповедь, — его также приглашает Святой, благословен Он, на Свой пир: ведь он, по крайней мере, хотел породниться со Святым, благословен Он, исполнив Его желание. Обо всем этом и говорит вышеприведенный стих из Писания. «Хвалите Имя Его святое» означает: каждый еврей всегда должен похваляться тем, что Б-г его столь добр. «Пусть радуется сердце желающих Б-га» значит: Б-г приглашает на Свой пир и радует даже тех, кому не удалось заслужить названия «любящих Б-га» или «рабов Его», но которые пытались сделать это. Они тоже получают удел в Его радости.


Вам понравился этот материал?
Участвуйте в развитии проекта Хасидус.ру!

Запись опубликована в рубрике: .