Хасидские истории (3)

 

В ортодоксальных еврейских общинах издавна существует традиция бесплатного проката – «гмах». В одной семье можно в любое время получить слесарный инструмент, в другой – лекарства, в третьей – беспроцентную денежную ссуду.

Один состоятельный человек решил открыть такой «гмах» – пустить «свободные» деньги на хорошее дело. Спросил он у своего учителя – Бостонского ребе: «Чего не хватает евреям? Какой «гмах» открыть?»

– Давай людям на прокат... уши, – ответил ребе, – у каждого своя беда, а рассказать некому. Это сегодня самый большой дефицит: уши, готовые выслушать!

*

Говорил Ружинский ребе:

– Говорит пророк Ошеа: «Вернись, Израиль, до Вс-вышнего», а не «Вернись, Израиль, ко Вс-вышнему». Два толкования у этого стиха.

Все, от камней и трав, людей, простых евреев до мудрецов, праведников, до ангелов небесных – все без исключения должны вернуться ко Вс-вышнему.

И еще, возвращаясь ко Вс-вышнему, нельзя останавливаться, нельзя говорить «хватит, довольно». Возвращаясь ко Вс-вышнему, надо идти до конца – до самого престола небесного.

*

Как-то раби Хаим из Черновиц и его ученики проезжали через густой сосновый лес. Кучер сбился с пути и поехал не по той дороге. Ученики в страхе обратились к учителю, но тот успокоил их:

– Этот лес нам не страшен: у нас внутри есть еще более непролазные заросли, – и объяснил удивленным ученикам, – в этом лесу, разумеется, можно заблудиться. Но куда больше людей теряют ориентацию на пути от сердца ко рту! Есть такие, у которых слова из сердца никогда не найдут дороги к устам, а слова, исходящие из уст, никогда не бывали в их сердце.

*

Пришел однажды к раби Менахем-Мендлу (Цемах-Цедеку) хасид с жалобой – жена им помыкает.

Ответил ребе:

– В самом начале первой книги Торы Вс-вышний говорит женщине: «Будешь любить мужа, а он будет властвовать тобой».

В семьях, где первая часть этой фразы перевернута, вторая тоже выходит шиворот-навыворот.

*

Когда к раби Нахуму из Чернобыля приходили «кающиеся» – евреи, совершившие много грехов и решившиеся вернуться ко Вс-вышнему, он давал им «путь раскаяния» – велел поститься столько-то постов, уйти в добровольное изгнание или пожертвовать состояние на выкуп пленных. Когда раби состарился, он стал посылать «кающихся» к своему сыну, р. Мордехаю. Люди выходили от него с улыбкой: вместо сотен постов он велел им только читать «Теилим». Когда отец спросил его, почему он отпускает грешникам прощение «за полцены», он ответил: «Я просто перевешиваю их «котомку» себе на плечо».

*

Есть только одна заповедь Торы, которую еврей исполняет всем своим телом. Тфилин накладывают на руку и голову, заповедь любви к ближнему исполняют сердцем, заповедь восхождения в Храм исполняют ногами. И только в праздник Сукот мы исполняем заповедь, обязывающую все тело. В суку нельзя занести только голову или только левую руку. Исполнение заповеди состоит в том, что в нее надо войти.

*

Говорил Гурский ребе, автор «Хидушей аРим»:

– Сказано в Талмуде, и люди любят повторять эти слова: «Ничто не устоит перед желанием». Ну, разве это действительно так? Разве все желания можно осуществить? Значит, слова эти надо понимать так: не все в наших силах, не все можно сделать. Но желать ты свободен. И, когда все мы предстанем перед последним Судьей, пройдя жизненный путь, Он не спросит с нас строго за то, что не сделали, но за то, что не хотели сделать, не хотели достичь, не хотели изменить – за это ответим по всей строгости – и не будет нам оправдания. Ведь желанию нет препятствий.

*

Раби Шмуэль Моливер (Могилевер) занимался организацией алии и расселением евреев в Эрец Исраэль. Для этого он собирал средства у европейских богачей.

– Не понимаю, как можно построить еврейскую страну без «шабес-гоев», – говорил один из богатых благотворителей. – Современное общество с телефоном, телеграфом, железной дорогой – как в таких условиях будет выглядеть Суббота?!

– Дорогой мой, – ответил р. Шмуэль, – давайте разделим работу: вы, богачи, позаботьтесь о деньгах для строительства железных дорог, телефона и телеграфа, а мы, раввины, позаботимся о субботе.

*

Когда меламед, учивший в детстве раби Иехезкеля из Шинау, состарился, он впал в отчаянную нужду. Решил ученик собрать для него цдоку, пройдя по улицам города с кружкой для подаяния. Прежде чем вышел он собирать цдоку, пришел к отцу просить благословения. Отец, раби Хаим из Цанза, сказал:

– Я разрешаю тебе собрать деньги для старого меламеда при одном условии: возвращайся с деньгами, а не с ненавистью. Один откажет, другой даст мало – денег ты соберешь немного, но вернешься с кружкой, полной ненависти и обид.

*

Во время одной из своих поездок по местечкам Подолии остановился раби Элимелех из Лиженска на постой в доме бедного ремесленника. Хозяин был польщен и обрадован честью, выпавшей на его долю, разумеется, приготовил для гостя постель и пригласил его присоединиться к семейной трапезе. Р. Элимелех увидел, что еды на столе не хватит даже для детей ремесленника и отказался кушать:

– Спасибо, но мне врач не позволяет. Позже ученики спросили у него:

– Учитель, разве можно лгать?!

– Я сказал чистую правду: Рамбам (великий раввин, бывший также знаменитым врачом), запретил гостю принимать участие в трапезе, если еды недостаточно даже для семьи хозяина.

В словах Яакова: «Если Вс-вышний даст мне хлеб, чтобы есть, и одежду, чтобы одеться...» – трудно не заметить «лишние слова». Разве непонятно, что хлеб едят, а одежду надевают?! Раби Хаим из Цанза так комментировал этот стих:

– Даже обращаясь к Всемогущему, нужно соблюдать чувство меры, просить благословения в разумных пределах. Поэтому и говорит Яаков: я не прошу столько хлеба, чтобы можно было в него одеться, и столько одежды, чтобы ее можно было есть.

– Сейчас, в изгнании, пророческий дар достается людям куда легче, чем в годы, когда в Иерусалиме стоял Храм.

Чему это можно уподобить? Некий царь был свергнут с престола, изгнан из своей страны и был вынужден скитаться в чужих землях. Приходилось ему останавливаться на ночлеги в бедных крестьянских домах. Хоть и ел он скверную пищу, а спал на жесткой постели, хорошо было у него на душе от того, что принимают его «по-царски». И он оказывал бедным хояевам знаки внимания, которых редкие вельможи удостаивались у него при дворе.

Так и с нами поступает царь царей царствующих, ведь и Он сейчас в изгнании.

*

Прежде чем раби Шмельке и раби Пинхас стали учениками Магида, тот подробно расспросил братьев об их привычках и образе жияш и рассказал, чем должен быть наполнен их день отныне.

– А вечером, перед сном, человек должен проанализировать каждую минуту прожитого дня. И, если человек приходит к выводу, что ни минуты он не по-тратил зря, на небесах тут же скатывают его добрые дела в комок и швыряют в бездонную пропасть.

*

– Почему Машнах родился в день разрушения Храма? – спросили у раби Пинхаса.

– Зерно злака, посеянное в землю, должно распасться прежде, чем прорастет из пего новый колос. Энергия не может возродиться к жизни, если не пройдет сквозь небытие. Перемена формы происходит, только когда содержание обращается в абсолютное ничто. Из шелухи забвения прорастает память. В этом – сила избавления.

В день разрушения Храма было брошено зерно энергии, оно дало росток. Поэтому в этот день мы сидим на земле, поэтому в этот день мы посещаем могилы близких, поэтому в этот день родился Машиах.

*

Спросили однажды рабби Исраэля из Ружина:

– Что значит «дух святости»? Что имеют в виду люди, когда говорят, что в таком-то есть «дух святости»? Разве может плоть и кровь вместить «дух святости»?

– Все очень просто: у всех есть душа, у всех есть тело: плоть и кровь, – ответил рабби. – Но они вечно недовольны друг другом и мешают друг другу. Есть люди, живущие в гармонии, они научили тело служить душе, а душу – использовать тело как добрый надежный инструмент. О таких людях говорят, что есть в них «дух святости». Святость – это мир между душой и телом. Это мир после долгой войны между ними, выигранной духом.

*

Когда ехал раби Зеев-Вольф на телеге, он запрещал кучеру стегать лошадей:

– И проклинать их ни к чему, – говорил раби, – надо уметь разговаривать с ними.

*

Раби Зеев не замечал ни в одном человеке дурных черт, всех он называл праведниками. Вышло так. что поссорились два еврея. Обратились люди к раби с просьбой, чтобы защитил он правого от виноватого.

– Оба достойны в моих глазах. Кто посмеет быть судьей в споре двух праведников?! – ответил раби.

*

Во Львове собрались крупнейшие раввины поколения, чтобы обсудить падение нравов: «Многие молодые люди оставили древние обычаи, стали одеваться в короткие одежды, стричь бороды и пейсы – вот-вот перестанут быть евреями. Надо остановить разрушение крошащегося камня чтобы не рухнуло все здание. Надо принять решительные меры против вероотступников, лишить их права обращаться в еврейский суд».

Решение было принято, но в ход его не пустили до тех пор, пока раби Зеев не поставит под ним свою подпись.

– Неужели вы думаете, что вас я люблю больше, чем их?! – спросил он раввинов.

Решение Львовской встречи так и не было разослано в общины.

*

Однажды встретился раби Зееву в дороге бедный молодой хасид и попросил его о помощи.

Поискал рабби в кошельке и вынул монетку, взглянул на нее и положил обратно. Вынул монетку поменьше и протянул смущенному бедняку.

– Молодой человек, – сказал он хасиду, – не смущайтесь и не ожидайте многого.

Повернулся бедняк и пошел, склонив голову. Остановил его раби и спросил:

– О чем это ты задумался?

– Я научился из твоих слов пути служения Вс-вышнему: не смущаться и не ожидать многого.

– Именно это я и имел в виду, – сказал раби.

*

Один раввин приехал к раби Мордехаю, чтобы задать ему один-единственный вопрос:

– Правда ли, что Вы видите и слышите все?

– Обрати внимание па слова наших мудрецов: «око видящее и ухо слышащее». Человек сотворен способным видеть и слышать все, что он хочет. Важно только не испортить глаза и уши.

*

Однажды засиделся раби с учениками за праздничным столом до самого рассвета.

– Не мы пришли к дню, а день пришел к нам, – сказал он ученикам, когда за окном стало серо. – Нечего нам из-за него спешить.

*

Люблинский Ребе говорил:

– Если великие мудрецы Израиля скажут тебе, что ты праведник, не верь. Если пророк Элияу, да будет он помянут к добру, или ангел небесный скажут тебе:

– Ты праведник, – и им не верь.

Но если так скажет тебе Вс-вышний, благословенно Его Имя, как сможешь ты поверить? Тогда знай, что слово праведник относится к заслугам твоих предков, но не к твоим собственным добродетелям

*

Однажды рабби Шнеур-Залман, основатель течения Хабад, посетил одного раввина-миснагеда (противника хасидизма). Взгляд гостя упал на книгу, лежащую на полу под скамейкой. Оказалось, что с таким демонстративным пренебрежением хозяин дома обошелся с книгой рабби Элимелеха из Лиженска «Ноам Элимелех». Рабби Шнеур-Залман ужаснулся и стал уговаривать хозяина проявить уважение к священной книге.

– Если уж Вы заступаетесь за автора, расскажите мне о ее авторе.

– Много у него достоинств, но главное – истинная скромность. Если бы Вы бросили под скамью не книгу, а ее автора, тот не удивился бы и не обиделся.

*

Один из учеников Баал-Шем-Това пустился в исследование сущности Творца. Ничего не говоря учителю, он думал и думал, проникая мыслью все глубже в суть вещей и запутываясь все сильнее и сильнее. Все, что было до сих пор известно ему абсолютно достоверно, стало шатким и призрачным. Когда заметил Баал-Шем-Тов, что перестал ученик посещать его, как было у них заведено прежде, отправился раби к нему домой.

– Я знаю, – сказал Бешт, – что скрывается в твоем сердце. Ты прошел сквозь сорок девять ворот познания. Начинается с вопроса, поиски приводят к ответу. И вот первые врата раскрылись: за ними – новый вопрос. И снова ты ищешь и находишь ответ. Раскрываются вторые врата, за ними – новый вопрос. Так ты идешь вовсе глубже и глубже вплоть до пятидесятых ворот. И тут приходит черед того самого вопроса, ответ на который никогда не откроется смертным, потому что, если бы узнал человек ответ на этот вопрос, не осталось бы у него свободы выбора. Тот, кто попытается проникнуть еще глубже, упадет в бездонную пропасть.

– Что же я должен сделать? Вернуться назад, к самому началу?

– Нет, не назад ты придешь, если вернешься, обнаружишь, что не перед первыми вратами ты стоишь, а по ту сторону от пятидесятых ворот, от которых отвернулся. Ты обнаружишь, что стоишь внутри веры.

*

Рабби Барух говорил:

– Как хорош и легок этот мир, для того, кто ни во что его не ставит! Как тёмен мир для того, кто чувствует себя его рабом!

*

Спросили однажды у Магида:

– Где найти огонь для служения Вс-вышнему?

– Огонь надо искать под ногами, в золе, – ответил он.

*

Раби Шнеур-Залман говаривал:

– Что там дух пророчества, что чудеса! В доме учителя, святого Магида, мы черпали пророческий дар ведрами, а чудеса валялись под скамьями. Но у кого было время наклониться и поднять их?

*

Говорил Магид:

– Сейчас, в изгнании, пророческий дар достается людям куда легче, чем в годы, когда в Иерусалиме стоял Храм. Чему это можно уподобить? Некий царь был свергнут с престола, изгнан из своей страны и был вынужден скитаться в чужих землях. Приходилось ему останавливаться на ночлег и в бедных крестьянских домах. Хоть и ел он скверную пищу, а спал на жесткой постели, хорошо было у него на душе от того, что принимают его «по-царски». И он оказывал бедным хозяевам знаки внимания, которых редкие вельможи удо стаивались у него при дворе.

Так и с нами поступает царь царей царствующих, ведь и Он сейчас в изгнании.

*

Прежде чем раби Шмельке и раби Пинхас стали учениками Магида, тот подробно расспросил братьев об их привычках и образе жизни и рассказал, чем должен быть наполнен их день отныне.

– А вечером, перед сном, человек должен проанализировать каждую минуту прожитого дня. И, если он приходит к выводу, что ни минуты он не потратил зря, на небесах тут же скатывают его добрые дела в комок и швыряют в бездонную пропасть

*

Спросили однажды рабби Исраэля из Ружина:

– Что значит «дух святости»? Что имеют в виду люди, когда говорят, что в таком-то есть «дух святости»? Разве может плоть и кровь вместить «дух святости»?

– Все очень просто: у всех есть душа, у всех есть тело: плоть и кровь, – ответил рабби. – Но они вечно недовольны друг другом и мешают друг другу. Есть люди, живущие в гармонии, они научили тело служить душе, а душу – использовать тело как добрый надежный инструмент. О таких людях говорят, что есть в них «дух святости». Святость – это мир между душой и телом. Это мир после долгой войны между ними, выигранной духом.

Раби Пинхас сказал:

– Чтобы поняли вы, как относится Вс-вышний к грешникам, расскажу я вам притчу о царе. Было у него множество дворцов, были у него и небольшие дома в лесах и селах. Там он останавливался на ночлег, когда ездил на охоту. Когда находится он в лесу, вдали от столицы, не согреет его роскошный камин в далеком дворце. В часы отдыха он будет ужинать на грубо оструганных досках, хотя за сотни километров отсюда есть у него роскошные мраморные столы.

Молитва праведника, как ни высоки его качества, как ни велико его служение, не может заменить для Вс-вышнего молитву грешника. Угодны ему и дворец и хижина, и одно не заменить другим, всему свое место и время.

*

Раби Пинхас говорил:

– Небеса, как известно, сотворены из смеси огня и воды. Когда мы произносим молитву: «Творящий мир в высотах Своих, да сотворит мир между нами и всеми евреями», мы надеемся, что Тот, Кто сумел примирить огонь и воду, сумеет сотворить мир и между евреями.

*

Раби Пинхас говорил своим ученикам:

– Ничто не может сравниться по трудности с преодолением лжи: у меня ушел на это двадцать один год: семь лет я потратил, чтобы узнать правду, семь – чтобы очистить свое сердце от лжи и еще семь – чтобы наполнить опустевшее сердце правдой.

*

Как-то накануне Йом Кипур перед «Кол-Нидрей» молящиеся в синагоге раби Пинхаса стали выкрикивать хвалебные гимны дикими голосами.

– К чему эти вопли? – спросил раби. – Вы сами чувствуете, что слова молитвы падают на землю словно камни? В таком случае крики не помогут: все дело в лживых устах. Пообещайте самим себе не врать, и слова молитв сами ринутся вверх.

*

Сказано в Талмуде:

«Берегись глухого, дурака и ребенка: они могут обидеть безнаказанно, а их обижать нельзя.

*

– По правде говоря, к этому надо было бы добавить и богача, – говорил рабби Шнеур-Залман из Ляд.

*

Компании депутатов Сейма (польского парламента) подошла как-то к рабби Меиру Шапиро на одной из улиц Варшавы.

– Отчего это вы, евреи, вечно всем недовольны, вечно плачете? Что мы только для вас не делаем – вам все мало!

Ответил им рабби:

– Свиток Эстер рассказывает, что, вспомнив о заслугах Мордехая, спросил царь: «Чем отплатили мы за это Мордехаю?» И ответили ему слуги: «Ничего не сделали дли него». Этого и нам хватит, господа депутаты: ни хорошего, ни плохого!

*

Старый Ребе, Рабби Шнеур-Залман, решил однажды благословить своего хасида, рсб Йехезкеля Леплера. Благословение богатством тот оказался принять: это помешает ему быть хасидом и служить Вс-вышнему. Тогда решил Ребе благословить его долголетием, но и тут поставил реб Иехезкель условие:

– Пусть будет долголетне, не не тупое, мужицкие, когда есть у человека глаза, да не видит он. уши, да не слышит. Не видит и не слышит Вс-вышнего.

*

Как ни избегал рабби Шалом Роках нстреч с местным ксендзом, тот вечно старался навязать рабби дискуссию о вере.

Однажды встретил он рабби на базаре и завязал с ним спор, в который тут же ввязалась рыночная толпа. Страсти накалялись и рабби решил прекратить бессмысленные препирательства.

– Я берусь произнести благословение, которым все останутся довольны! Дай Б-г, чтобы христианам было так хорошо, как верно то, что Машиах уже пришел. Дай Б-г, чтобы евреям было так удостоились его прихода, как верно то, что Машиах еще не пришел.

Евреи ответили «Амен!», а за ними поневоле повторили и христиане вместе с ксендзом.

*

Рассказывают, что автор «Хидушей Арим», основатель великой Гурской (Герской) династии, раби Ицхак-Меир-Алтер был в молодости учеником Кожницкого ребе. После нескольких месяцев, проведенных в Кожнице, решил раби Ицхак-Меир-Алтер оставить учителя и переехать в Пшисха к тамошнему цадику, которого знали попросту «Еврей из Пшисха».

Кожницкий ребе не просто обиделся на покинувшего его ученика, но и до конца жизни не простил его.

– Все равно, стоило поступить так, как я поступил, – говорил много лет спустя раби Ицхак-Меир-Алтер. – Кожницер налюбоваться на меня не мог, все расточал мне комплименты. Разве у такого учителя можно чему-нибудь научиться? Учитель должен распороть ученика сверху до низу и вытянуть из него но одной все жилы. Так поступал со мной Еврей из Пшисхи.

*

– Берегись, – сказал Баал-Шем-Тов своему ученику, – твой кучер – опасный человек, от него можно ожидать всего. Я видел, как он прошел мимо церкви и не перекрестился. Если он изменил своей вере, с чего ему быть верным тебе?

 *

Однажды в своих станствиях забрел Баал-Шем-Тов с учениками в пустынное и сухое место.

– Рабби, если я сейчас не выпью глоток воды, то упаду замертво, взмолился один из учеников.

– Не беспокойся, – ответил раби. – когда Вс-вышний создавал чту пустошь, он предусмотрел, что пять с лишним тысяч лет спустя здесь пройдешь ты и будет мучать тебя жажда.

«Красивые слова, вероятно, ребе хочет утешить и ободрить меня, – подумал ученик. – Ведь вокруг на многие часы пути нет ни источника, ни колодца».

Не прошло и десяти минут, как набрели они на крестьянина, понуро ходящего с ведром воды. Напоил их мужик и проворчал:

– Ну вот, хоть какая-то от сегодняшнего дня польза, людей напоил. А то – хоть руки на себя накладывай, совсем рехнулся мой барин. Что ни день – новые затеи. Вот сегодня послал меня на пустошь с ведром воды!

– Видишь, обратился Баал-Шем-Тов к ученику, – создавая мир, Вс-вышний предусмотрел и мужика, и ведро воды, и безумие барина – только для того, чтобы ты смог утолить жажду.

Забвение лежит у порога изгнания, а память – у истока избавления, – говорил святой Баал-Шем-Тов.

*

Сказал рабби Бунем:

-Всевышний оставляет небеса, чтобы приблизиться к человеку и говорить с ним лицом к лицу. Как сказано: «С небес (спустился Я) говорить с вами». А что может сделать человек, чтобы ответить на зов Всевышнего? Сказано: «Из теснин воззвал я ко Всевышнему». Не может человек оторваться от земли навстречу Всевышнему, спускающемуся к нему с небес. Но по крайней мере он должен выйти из «теснин» повседневности.

*

Семьдесят второй псалом Давида кончается словами: «И наполнится славой Его вся земля... Кончились молитвы Давида, сына Иешая».

Сказал об этом рабби Леви-Ицхак из Бердичева:

– Все молитвы, произнесенные евреями с незапамятных времен говорили об одном и том же: чтобы присутствие Всевышнего в мире стало явным. Когда это, наконец, случится, когда откроется миру «слава Его», не будет больше нужды в наших молитвах.

*

Спросили рабби Лейбеле Игера:

– Ты годами учился у рабби из Коцка. Чему же ты научился там? Разве спустились для тебя ангелы с неба, или ты, плоть и кровь, поднялся на небеса при жизни?

– У рабби Менахем-Мендла я научился отличать ангелов от людей: ангелу не дано стать человеком, человек же силой желания может подняться выше неоес с ангелами и стать лицом к лицу с Творцом.

*

Два великих гаона минувшего поколения, рабби Меир-Симха из Двинска и Рогачевер спорили о толковании одного трудного фрагмента Гемары. Никто из жителей Двинска да и окрестных городов не мог, разумеется, разрешить их спор. И тогда Рогачевер предложил просто выйти на улицу и спросить первого встречного.

– Откуда обывателю знать, кто из нас прав?! – поразился рабби Меир-Симха.

– Как известно: «мнение обывателя противоположно мнению Торы», – ответил Рогачевер, – спросим обывателя и будем знать, что истина – прямо противоположна его словам.

*

Говорил р. Арье-Лейб, «дедушка из Шполы»:

– Пьяницу, который буянит на улице, связывают по рукам и ногам и отправляют в чулан проспаться. Вора, пойманного на улице, с почетом отводят под белы руки в кутузку. Грабителя, если попадется стражам города в руки, заковывают в цепи. А убийца гуляет по улицам, губит горожан одного за другим, разрушает семьи и посылает людей убивать друг друга, и никто не ловит его и не заковывает в железа.

– О ком ты, говоришь, рабби?!

– Это кошель, полный золотых монет.

*

– Чем отличается гордец от человека скромного? – говорил автор «Толдос». – Часто они обладают одинаковыми знаниями и сходными чертами характера и знают себе цену. Отличает их лишь взгляд на внешний мир.

Расскажу вам историю о них. Встретились однажды горожанин и мужик. У каждого в кармане тысяча лир. Мужик смотрит на всех свысока: кто сравнится с ним в богатстве? Горожанин же знавал людей, которые тратили тысячи лир «на булавки», и понимает, что нет у него никакой причины впадать в эйфорию.

*

Вопреки воле тестя раби Леви-Ицхак из Бердичева отправился в свою первую поездку к раби Шмельке из Никольсбурга. Когда вернулся домой, спросил его рассерженный тесть:

– Ну, чему научился ты у него?

– Я узнал там, что есть Вс-вышний.

Подозвал тесть слугу и спросил:

– Есть ли Б-г?

– Да, – ответил слуга.

– Ну и что? – сказал рабби Леви-Ицхак. – Все говорят, что есть Б-г, но многие ли об этом знают?

*

Однажды слышали хасиды, как раби Леви-Ицхак обратился ко Вс-вышнему:

– Г-споди! Вспомни, как предлагал Ты Тору народам мира. Словно торговец гнилыми яблоками предлагал Ты им свой товар, а они и глядеть в твою сторону не хотели. Только мы приняли твою Тору. Долг за Тобой числится. Поэтому решил я предложить Тебе обмен. У нас – горы грехов, проступков и преступлений. У Тебя – изобилие милости, искупления и прощения.

Положи твой товар против нашего! Может быть, ты думаешь что это равная сделка? Нет, если бы не наши грехи, кому нужно было бы прощение. Так что добавь к милости, искуплению и прощению тройное благословение. Благослови нас долголетием, добрым потомством и пропитанием!

Когда в пасхальном седере доходил черед до слов о четвертом сыне («который не умеет спрашивать»), говорил раби:

– Это я, Леви-Ицхак, сын Сары из Бердичева, Твой четвертый сын! Я не умею спрашивать! Да и если бы умел, разве осмелился бы спросить Тебя, за что мы страдаем? Почему гонится за нами по пятам смерть, почему гонят нас из изгнания в изгнание? Почему позволяешь Ты злодеям терзать нас?

Но в пасхальной Агаде сказано:

«Тому, кто не умеет спрашивать, ты раскрой ему, как сказано: «...и расскажешь сыну твоему»».

Я Твой сын, Г-споди. Я не прошу раскрыть предо мной тайны пути Твоего – ум мой короток. Но одно раскрой мне, Отец: наши страдания, какой в них смысл? Что должны они возвестить нам?

Я не спрашиваю, за что страдаю. Но одно должен я знать: страдаю ли я во имя Твое?

*

Когда услыхал раби Зуся в вечерней молитве Йом Кипура сладкую и пронзительную мелодию молитвы: «И будет прощено прегрешение..», закрыл он глаза и закричал:

– Если бы Израиль не согрешил, кто пропел бы тебе такую мелодию, Владыка Вселенной?!

*

Сказали мудрецы: «Отвечающий амен, да не возвысит голос больше, чем произнесший благословение».

Когда спросили ученики у раби Зуси, как понимает он этот закон, тот ответил:

– Произносящий благословение – это душа человека.

«Отвечающий амен» – его тело. Да не смеет тело заглушать голос души!

*

Был у рабби Менахем-Мендла и Коцка хасид Мотьке, о котором говорили, что он ведет себя в синагоге как набожный еврей, а в лавке жульничает как последний прохвост.

Подозвал его к себе реббе и говорит:

– Знаешь ли ты, чем отличается еврей от портного?

– Нет, реббе, – ответил изумленный купец.

– Это очень просто, сын мой! Портной только тогда портной, когда шьет портки. А когда он ест – он просто человек, когда спит – просто человек. Никак не узнать в нем портного. А еврей – он всегда еврей. И вести себя должен по-еврейски не только в синагоге.

*

Один графоман принес рабби Меиру из Премышлян рукопись книги под названием «Еheгe хохмо» (то есть «Измыслит мудрость»). Полистал р.Меир книгу и сказал на смеси еврейского и польского:

– Все хорошо, только название не подходит. Цо его то не хохмо, цо хохмо, то не его. (Что его (автора) – то не мудрость. Что мудрость – то не его).

*

Однажды Цемах Цедек оказался свидетелем разговора о том, как хасидизм изменил природу человека.

– Злое начало в человеке – искуситель – подобно злобному псу. Прежде, чем был открыт миру путь хасидизма, праведник был занят днем и ночью тем, чтобы удержать пса на привязи, не дать ему укусить еврея. Сейчас, когда Бешт научил нас служить Вс-вышнему по-новому, мы можем выбить псу зубы и отпустить его на свободу.

– Нет, – вмешался в разговор Цемах Цедек, – хасидизм не просто лишил искусителя зубов. Эр верт гор ойс гунт– он вообще перестал быть псом.

*

Сказал рабби Нафтали из Ропшиц: «Нет лучше маски, чем деньги. Все пороки богача скрыты под толстым слоем денег. И если, все же, порой пороки богачей заметны, то только потому, что и богатому не хватает денег. Еще слой-два – глядишь, пороки и скроются под слоем купюр и монет.

 

*

Однажды морозным вечером постучался рабби Элиягу-Хаим Майзелиш в дверь скупого купца.

Хозяин открыл дверь и пригласил раввина в дом. Но тот остался стоять у двери, словно не слышал приглашения. Говорили они о том и о сем, о тяжелой зиме. О видах на урожай, о сватовстве у знакомых, о торговле. Стоит богач на морозе в тонком атласном халате и стучит зубами. Долго стояли они так, пока не замерз купец совсем. Тогда согласился раввин войти в дом и сказал:

– Славно мы поболтали. Теперь, когда ты хорошенько замерз, скажу, зачем я пришел. Дай денег на дрова для бедняков, сам знаешь, какой мороз на дворе!

*

С наступлением субботы собрались евреи Коцка в синагогу. Шелковые расшитые халаты, широкие пояса, лисьи шапки – каждый подобен жениху в день венчания.

– Иди, возлюбленный, навстречу невесте-субботе! – произносил каждый из них слова субботней службы.

Когда пришел черед проповеди за субботним столом, сказал рабби Менахем-Мендл:

– Сегодня я не стану укорять вас, предостерегать от грехов, которые вошли у многих в привычку. Только одно скажу: завтра, когда наступят будни, не забудьте, с кем вы обвенчались сегодня. Царскому жениху не пристало валяться в грязи!

*

Ученики рабби Авраама-Иошуа-Эшеля спрашивали: «Как понять слова Торы: «Взятка ослепляет глаза мудрецов и искажает слова праведных?» Разве мудрец и праведник станет брать взятки?»

– Однажды, – ответил им рабби, – я заметил, что вопреки логике и закону склоняюсь к решению одного судебного дела в пользу истца. Я тут же прервал судебное заседание и учинил дома форменный обыск. Только два часа спустя нам удалось найти конверт с деньгами, который истец втихомолку подложил мне в карман праздничной бекеши. Вот с чем говорит Тора: даже взятка, о которой судья еще знает, ослепляет его глаза и искажает его слова.

*

У рабби Ури не было денег на поездку к Хозе в Люблин, поэтому он нанялся помогать извозчику, с которым ему было по пути. В дороге р. Ури проявил полную несостоятельность в деле извоза и ухитрился вывалить весь скарб и всех пассажиров в грязь.

– Шлимазл! – орал на него балагола. – Ничего из тебя не выйдет. Иди в меламеды (учителя).

Хозе встретил р. Ури царскими почестями и усадил в синагоге по правую руку от себя. Извозчик, один из прихожан, с ужасом и стыдом узнал в молодом раввине вчерашнего помощника-недотепу и пришел просить прощения.

– Я не держу на тебя зла, – ответил р. Ури. – Теперь я знаю, почему наш народ находится в таком плачевном состоянии: у нас в учителя идет тот, кто не годится в извозчики.

*

Коцкер, уже будучи главой десятков тысяч хасидов, отправился в дальний путь в Гура-Калаварию, чтобы навестить больного меламеда (своего первого учителя грамоты).

Удивлению хасидов не было предела: Коцкер никогда не оказывал подобных почестей даже самым знаменитым своим современникам, раввинам и праведникам.

– В этом нет ничего странного: каждое слово Торы толкуется семьюдесятью путями. На каждое слово одного мудреца найдет другой семьдесят вопросов и возражений. Их хидушим прекрасны, но открыты для дискуссии.

А то, чему учил меня меламед – незыблемо – алеф всегда алеф, бет всегда бет.

*

Когда р. Шнеур-Залман находился в Петропавловской крепости, следователи по поручению императора не только допрашивали его по существу обвинений, но и предложили ему ряд вопросов из различных областей знания. Однажды ему показали новую уточненную карту Америки, недавно завезенную в Россию. Ребе мельком взглянул на нее и указал на несколько ошибок. После долгих разбирательств придворные географы согласились с его мнением. Следователи были поражены: откуда у раввина такие познания в «чужой» для него науке?!

Рабби объяснил, что в первой букве Торы, в самом начале рассказа о сотворении мира, можно разглядеть весь сотворенный мир в мельчайших подробностях. Нужно только научиться видеть».

*

Сказано: «И берегите очень души ваши». Однако, традиция говорит о том, что говорится здесь о бережном отношении к телу.

Один из учеников Великого Магида постился целыми неделями – от субботы до субботы. Когда Магид сделал ему замечание, он ответил: «Для меня важнее мой долг перед душой, нежели перед телом».

– Кто сказал тебе, что надо кушать ради тела?! – удивился Магид. – Когда ты кушаешь, ты исполняешь духовный долг перед учениками. Им нужны не только книги, им нужен здоровый ребе.

*

Говорит мудрейший из людей, царь Шломо: «Да будут все одежды твои белы и елей на голове твоей будет в достатке».

Рабби Менахем-Нохум из Чернобыля толковал эти слова благословения так.

Человек должен вести себя так, словно одет он в дорогие одежды из белого шелка, а на голове его стоит кувшин с елеем.

Одно неосторожное движение и масло выплеснется на одежды.

Одежда навсегда останется запятнанной.

Человек, единожды забывшись и оступившись, рискует навсегда запятнать свое имя в глазах Вс-вышнего и людей.

*

Рабби Лейб Соррес говорил: – Что это за профессия такая – проповедник?! Он поучает народ Вс-вышнего, произносит пламенные речи?! Но что значит «произносить поучения»?

Человек должен стремиться к тому, чтобы не слова его, но вся жизнь была «поучением», чтобы люди видели милость Вс-вышнего в его делах, а не в его словах, чтобы хотели подражать его поведению.

Он сам должен уподобиться молчаливым Небесам, о которых сказано: «Нет языка и нет слов, не слышен голос Небес, но по всей земле – предначертание Их, и до пределов вселенной – речения Их».

По настоящему проповедовать можно только молча!

*

По дороге к рабби в Пшисха встретил рабби Цви-Гирш из Опачна молодого ешиботника.

– Ты хасид рабби Симхи-Бунема? – спросил его рабби ЦвиТирш.

– Я? Хасид? Вы слишком хорошего мнения обо мне. Дай Б-г мне стать просто хорошим евреем.

– В твои годы я мечтал стать ангелом небесным, потом повзрослел и понял, что замахнулся на невозможное. Потом я хотел стать – великим мудрецом, потом – хотя бы просто хасидом. И только сейчас на старости лет удостоился стать настоящим евреем. А ты? Если с самой ранней молодости не стремишься к недосягаемому, что из тебя выйдет?

*

Королем шутов и пересмешников короновал раби Мендл Коцкер бадхана (свадебного шута) Лейбеле.

Был он человеком бедным и веселым. А соседкой его была мрачная матрона – знаменитая кухарка. На каждой свадьбе они встречались – она стряпает, он смешит гостей. Очень раздражал кухарку веселый нрав Лейбеле. «Ничего, ничего, – ворчала она, – болезни и смерть тебя обломают!» Прошли годы, умерла кухарка, тяжело заболел старый шут. Собрались у его постели жители местечка – может быть, напоследок слово всерьез скажет.

– Друзья мои! – обратился Лейбеле к собравшимся. – На небесах готовиться большая свадьба!

«Не иначе, как Лейбеле ударился в мистику,» – подумали горожане.

– Судите сами, – продолжил старый шут, – сначала забрали на небо кухарку, а теперь забирают бадхана.

*

«И будет носить Аарон имена сынов Израиля на сердце своем»

Люди приходили к рабби Иеуде-Цви из Стретина, чтобы рассказать ему о своих несчастьях и попросить заступничества в молитве. Рабби, к удивлению посетителей, никогда не записывал их имена.

– Учитель, как тебе удается держать столько имен в памяти? – спрашивали ученики.

– Каждый, кто приходит ко мне со своей бедой, оставляет шрам на моем сердце. В часы молитвы я просто раскрываю перед Вс-вышним сердце, а читает написанные на нем имена и беды евреев.

*

Говорит пророк Ешияу (Исайя):

«Эй, глухие – слушайте, Слепые – смотрите!» Спросили ученики рабби Менахем-Мендла из Коцка:

– Как можно приказать слепому видеть, а глухому слышать?!

Ответил рабби:

Слова пророка говорят о духе, а не о материи. В духовной сфере нет болезней и увечий, приходящих к человеку извне. Каждый выбирает сам, быть ли ему зрячим или слепым, слышать или затворить уши.

Пророк обращается к «добровольно» ослепшим и оглохшим: «Откройте глаза и уши свету и слову Вс-вышнего».

*

Рабби Цви Гирш из Риманова, один из величайших учителей хасидизма, породнился с рабби Исраэлем из Ружина.

На церемонии «тноим» (помолвке) рассказал рабби Исраэль, дед жениха, о родословии семьи вплоть до царя Давида и о том, какое великолепное образование получил жених.

Пришел черед рабби Цви-Гирша, отца невесты, рассказать о себе.

– Мне нечем похвастаться, родом я из простой семьи и учиться мне пришлось не Торе, а портняжному мастерству, чтобы добыть пропитание семье. Но в одном мне повезло: портной, у которого я учился, научил меня главной мудрости жизни: не портить новые вещи и исправлять старые.

*

– Старость приносит с собой иллюзию праведности, – говорил «Еврей из Пшисха», – все указывают на седобородого старца: «Вот праведник!» А я говорю: не он оставил все наслаждения, а они оставили его: страсти и соблазны покинули его дряхлое тело, как молодая жена покидает старого мужа. Ецер (злое начало) ищет «клиентов» с молодой кровью. И воевать с ним надо в молодости.

*

Ребе Рашаб говорил: – Многие считают хасидизм мистикой, свободным парением духа. На самом же деле учиться хасидизму надо так же, как учатся законам «Шулхан аруха».

Как учится человек законам ритуального убоя птицы и скота, чтобы стать резником, так должен учиться еврей законам «убоя» злого начала и животных страстей в душе,, чтобы стать хасидом.

*

Сказал р. Моше из Славуты, сын святого р. Пинхаса из Кореца: – Все, что творит Вс-вышний, есть добро и милость. Но подчас эта милость кажется нам – по незнанию и маловерию – злом. Мы говорим в молитве «Галель»:

Скажет Израиль:

– Милость Вс-вышнего вечна, Скажет дом Аарона:

– Милость Вс-вышнего вечна, Скажут боящиеся Б-га:

– Милость Вс-вышнего вечна.

За явное добро благословит Вс-вышнего весь Израиль, за скрытое добро благословят Вс-вышнего праведники («дом Аарона»). Но за то, что кажется нам злом, способны благословить Вс-вышнего только немногие из праведных – «боящиеся Б-га».

*

На стене в комнате, где заседал раввинский суд с р. Шмуэль-Шмельке Гурвицем во главе, висели посох и котомка.

– Трудно исполнить заповедь Торы: «Не лицеприятствуй в суде», – говорил р. Шмельке. – Трудно быть в равной мере объективным и с бедняком, и с богачом, от которого зависит твое пропитание и жилье. Чтобы не поддались судьи на соблазн угодить «хозяевам» местечка, я повесил на стену посох и котомку, как напоминание: судья должен быть всегда готов потерять работу, но не отклониться от справедливости.

*

– Как твои дела? – спросил рабби раби.

– Слава Б-гу: здоровье и заработки в порядке, – ответил купец.

– Как твои дела? – повторил рабби.

– Слава Б-гу: здоровье и заработки в порядке! – ответил купец с раздражением.

– Я спрашиваю как твои дела. Твое здоровье и заработки – это <…>

*

Жил-был в Польше коммерсант. Был он хасидом и ездил на праздники к р. Элимелеху в Лиженск. Дела его шли все хуже и однажды он пожаловался ребе:

– Я изо дня в день молюсь об успехе моих предприятий. Отчего же Вс-вышний не отвечает на мои молитвы?

– Может быть, Он уже ответил, – задумчив произнес ребе. – может быть, Он ответил на твои молитвы: «Нет!»

*

Один из хасидов жаловался р. Менахем-Мендлу из Коцка:

– Мне нечем кормить семью.

– Не беспокойся, – ответил ребе, – молись Вс-вышнему и он поможет.

– Но я не умею молиться, ребе!

– О! Тогда у тебя и в самом деле есть серьезный повод для беспокойства.

*

Раби Арье-Лейб из Гур считал, что молитва должна быть спокойной и тихой. О тех, кто кричит и раскачивается изо всех сил во время молитвы, он говорил:

– Многие думают, что главная часть паровоза – бурлящий котел. Есть и такие, кто считает, что главное в паровозе – свисток. Но я говорю вам: без тормозов паровоз не стоит и ломанного гроша.

*

Сын раби Леви-Ицхака из Бердичева, раби Меир говорил:

– Не только Наполеон и Александр кричат: «Я император», но и каждый плешивый и кривой. Каждый, у кого не хватает ума и честности сказать: «Вс-вышний правит миром», кричит: «Я царь».

*

Один из богачей города Нейштадт, Моше по кличке Кошель, смотрел на всех свысока:

– Что мне мудрецы и мудрость, что мне праведники и праведность! Весь мир я могу купить за деньги.

Когда его слова передали раби Яакову, он сказал:

– Не знаю, стоит ли тратить деньги на покупку «всего мира». Я бы посоветовал ему приобрести немного бедности. Впридачу к этому товару всегда дают скромность и здравый смысл.

*

Раби Цви Гирш Акоэн из Варшавы решил построить для жителей города теплую микву. Поехал он советоваться с ребе из Коцка.

– Ты прав, – ответил раби Менахем-Мендл, – пришло время строить теплые миквы. В прошлых поколениях души были горячими, а миквы – холодными. А нашим холодным душам нужны теплые миквы.

*

Однажды проезжал раби Менахем-Мендл из Коцка по мосту над замерзшей рекой и увидел крест, нарисованный христианскими мальчишками на льду:

– Нет ничего чище воды: река очищает нечистых и сама чиста. Но и она, когда становится холодной, твердой и бездыханной, способна принять любую скверну.

*

Раби Шломо из Родомска говорил:

– Нет в мире существа, которое изменяло бы своей природе более чем человек: он создан, чтобы ходить на двух ногах, но ходит на коленях, если не на четвереньках.

*

Говорил раби Ханох-Энех из Александра:

– Когда я был ребенком, мне казалось, что нет более ученого человека, нежели синагогальный староста, ведь он отвечает на все вопросы о законах и обычаях. Я думал, что нет человека более глубокомысленного, чем могильщик: он изо дня в день видит смерть и тщету этого мира.

Я думал, что нет человека чище, чем банщик: он целый день моет и моется. Со временем я понял, что не все. что блестит – золото. Всю жизнь командует староста молитвой общины, но не знает Закона. Всю жизнь сидит могильщик над бездонной ямой, но не знает, что и его день придет. Всю жизнь плещется в воде банщик и не знает, что такое чистота.

*

Когда завели хасиды обычай носить пояса, многие смеялись над этим: зачем отделять голову и сердце от «низких» частей тела?!

Говорил насмешникам раби из Ворки:

– Еврей без пояса – как бочка без обруча.

*

Раби Иеошуа из Островца говорил:

– Справедливость не нуждается в том, чтобы мы выпрямляли ее по своим меркам логики.

*

Спросили ученики раби Яакова-Цви из Риманова:

– Сказано в Мишне: «Напрасна Тора, если нет с ней труда». Что же, все раввины должны стать жестянщиками?!

– Не сказано, – ответил ребе, -«Напрасна Тора, если нет с ней ремесла». Тора требует труда, духовного напряжения.

*

Раби Менахем-Мендл в последние годы мало с кем разговаривал. Даже с близкими редко перебрасывался словом. Не мог терпеть лжи, а кто скажет два слова, не солгавши? Однажды хасиды с удивлением заметили, что ребе говорит с деревенским евреем. Пять, десять минут, полчаса.

Закончив беседу, раби проводил гостя до ворот.

– О чем вы говорили с этим невеждой? – не без ревности спросил габай Цви-Гирш.

– О коровах, – ответил ребе.

– О коровах?!

– Я предпочитаю собеседника, говорящего о коровах и думающего о коровах, тому, кто говорит со мной о Б-re, а думает о коровах.

*

Говорил Ребе Рашаб:

В чем разница между ребе и мудрецом? Мудрец предвидит будущее. Ребе творит будущее.

Среднее между белым и черным – серое. Среднее между горячим и холодным – теплое. Между правдой и ложью нет середины. Полуправда – ложь. Нет середины и между ребе и не ребе. Полуребе – обманщик.

Хочешь быть связан душой с ребе? Учи слова его – он весь в словах Торы его.

*

Тот, кто поет нигун ребе, сливается с его душой.

Однажды Ребе Рашаб беседовал с хасидами в предвечернее время. Разговор затянулся до времени минхи. На стол подали чай, но хасиды не могли решить, что делать прежде: пить чай или молиться.

– Если вы хотите и спокойно и неторопясь выпить чаю, надо прежде помолиться. Но если вы хотите спокойно и неторопясь помолиться, надо прежде выпить чаю, – сказал ребе.

*

Раби Симха-Бунем из Пршисха:

– В служении Вс-вышнему нет правил. И это правило – тоже не правило.

*

Известно, что Машиах может прийти «по двум возможным сценариям»: подобно нищему, едущему на осле или на облаках небесных.

Рабби Исраэль-Яаков из Надворна говорил:

– Авраам назвал Элиэзера «народ, подобный ослу», потому что тот не заметил облака, висящего над горой Мориа. С тех пор мы знаем, что человек сам выбирает, что видеть в этом мире: он или смотрит на облака, или упирается взглядом в землю, как осел. Так или иначе, Машиах придет. Каким образом – зависит от нас.

Один из хасидов ребе Моараша был вынужден искать пропитание семье оставить учебу в ешиве и выйти в «большой мир»:

– Как вести себя? – спросил он у ребе.

– Я научу тебя одному правилу: если увидишь недостаток в ближнем – знай, что он есть и в тебе. Если увидишь доброе качество в ближнем – сделай все, чтобы оно стало твоим.

Много десятилетий спустя хасид говорил, что этот совет спас его душу.

*

Один из хасидов ребе Раяца попросил его совета в выборе одного из двух городов, где ему предлагали работу. Ребе дал однозначный совет. Хасид вышел и тут с огорчением вспомнил, что самое главное достоинство одного из городов он забыл упомянуть. Надо вернуться и сказать – ребе наверняка переменит мнение. Когда габай сообщил ребе, что хасид вернулся, велел ребе передать ему:

«Спрашивающий спрашивает то, что вложил ему в уста Вс-вышний. Отвечающий отвечает то, что вложил в его уста Вс-вышний. Не надо ничего менять!»

*

Раби Ешая из Ропшиц говорил:

– В дни битвы под Севастополем один из русских солдат спас жизнь императору Николаю.

«Проси, чего хочешь», – сказал благодарный монарх солдату.

«Одна у меня просьба, Ваше величество: смените мне офицера. Больно он меня мучает».

«Будь по твоему, – ответил император, – но знай, что ты сделал глупость: надо было просить, чтобы я тебя сделал офицером».

– Так и мы, – добавил раби, – вместо того, чтобы молиться о полном Избавлении, просим «сменить офицера».

*

На свадьбе у одного богача, как водится, поднялся на стол бадхан и стал выкрикивать хвалебные стихи жениху, невесте и их родителям. И только о богаче не смог припомнить ничего хорошего. Поэтому решил похвалить богача за набожность:

– Если видит листок из святой книги, упавший на пол, никогда не поленится наклониться и поднять.

– Что толку в уважении к листкам, если он топчет свитки Торы! – проворчал ребе.

– Я?! – возмутился богач.

– Ты топчешь евреев, которые в глазах Вс-вышнего подобны свиткам Торы.

*

Сказано: «Тот, кто читает Мегилат Эстер лемафр еа (нарушая хронологический порядок), не исполняет заповедь».

Говорил раби Барух из Меджибожа:

– Тот, кто читает Мегилат Эстер так, словно речь идет о событиях прошлого (лемафреа), не исполняет заповедь и не понимает смысла праздника Пурим. Так же как в Песах «человек в каждом поколении должен чувствовать, что он сам вышел из Египта», так же надо чувствовать и понимать, что в каждом поколении есть Аман и Мордехай.

*

Один русский офицер спросил у Мордехая Ландау, банкира из Кракова:

– Чем отличается иудей от еврея и от жида?

Иудей – это я, если господин офицер пришел ко мне просить взаймы. Еврей – это тоже я, когда подходит срок расчета. Жид – это тоже я, когда прихожу в сопровождении судебного исполнителя к господину офицеру за своими деньгами.

*

Крупная рыба, которую мы подаем к субботнему столу, говорит раби Шломо Ганцфрид, питается мелкой рыбешкой. Частенько, вспарывая брюхо «субботней» щуке или карпу, находит хозяйка в нем проглоченных пескарей. Было бы естественно ожидать, что хвостики пескарей будут обращены в ту же сторону, что и хвост карпа: ведь они пытались спастись бегством, но были проглочены. Но не тут-то было: в брюхе щуки лежат пескари, обращенные головой к ее хвосту. Они словно сами вплыли в пасть хищника. Вывод? Человек кормится не тем, что «поймал», а тем, что послал ему Вс-вышний.

*

Однажды, во время трапезы в последний день Песаха у Шестого Любавичского ребе, раби Раяца, на столе осталось всего несколько целых листов мацы.

Хасиды, сидевшие за столом, начали переворачивать стопки мацы в поисках целых листов.

– Знаете, – сказал ребе, – нет более цельного, чем разбитое, как говорят: «Нет более цельного, чем разбитое сердце, и более оглушительного, чем молчание».

*

Раби Менахем-Нохум из Чернобыля установил обычай петь за субботним столом «беззаботную песню» раби Иегуды Галеви:

Эавар – айн Аовэ – кээреф айн Эатид – адаин. Им ках, бен адам, Адеага минаин?!

Прошлого – уже нет, Настоящее – мгновение, Будущего – еще нет. Если так, человек, О чем забота твоя?!

*

Каждое лето раби Авраам из Сохачова ездил лечиться «на воды» в Нойгейм. В городке была «просвещенная» ассимилированная община, почти стерильная от еврейства.

Когда в субботу ребе явился в синагогу в шелковом халате и собольей шапке, местные шутники подошли к нему с важным вопросом:

– Ребе, почему в такой жаркий день вы надели такую теплую шапку?

– Слишком уж холодная у вас Суббота, – ответил со вздохом ребе.

*

Раби Ицхак-Меир из Гур в детстве отличался чрезвычайной усидчивостью и мог учиться двенадцать-пятнадцать часов в сутки. Спал же он не больше двух часов. Мать, обеспокоенная его здоровьем, уговаривала его спать больше.

– Мама, – ответил Иче-Меир, – ты знаешь, что все называют меня илуй (гений), потому что я могу выучить за два часа то, на что сверстникам требуется многие дни. Точно также, я успеваю за два часа выспаться так, как мои сверстники за целую ночь.


Вам понравился этот материал?
Участвуйте в развитии проекта Хасидус.ру!

Запись опубликована в рубрике: .