От Синая до наших дней

Раздел: Современная еврейская философия

Автор: Рав Моше Пантелят
Переводчик:
ISBN:
Издатель: Швут Ами
Год издания: 1996

Подробнейшее описание всей цепи передачи Устной Торы от Синайского откровения до наших дней. Биографии десятков выдающихся еврейских мудрецов различных эпох изложены на фоне событий трехтысячелетней истории нашего народа.

Содержание
От Синая до Мишны
Приложение к первой главе
Устная Тора в эпоху Первого Храма.
Устная Тора в эпоху Второго Храма.
Эпоха Танаев.
Мишна.
Приложение к пятой главе
От Мишны до наших дней
Эпоха Амораев.
Эпоха Сабураев.
Эпоха Гаонов.
Сефардская традиция.
Ашкеназская традиция.
Эпоха Ахроним.
Литовские Ешивы.

Фрагмент из книги:

Глава вторая
ЭПОХА САБУРАЕВ

Труд Равины и рава Аши подводит черту под огромным и очень важным периодом истории развития и передачи Устной Торы, который назван эпохой амораев. Начинается новый период. В чем его особенности? До его начала главная, основная часть Устной Торы передавалась ученикам, как и полагалось, устно, — так продолжалось достаточно долго, даже после записи Мишны. Что касается практического применения закона, до сих пор алахические решения каждого мудреца-аморы опирались на его собственную традицию, полученную от учителей. Отныне, после того как традиции всех ученых были собраны вместе, сверены и очищены от ошибок (в результате чего получился единый свод, названный Талмудом), алахическив решения стали приниматься только на основании того, что сказано в нем. Везде, где Талмуд предпочитает одно мнение другому, его решение остается уже неизменным. Все последующие поколения принимают это мнение, не оспаривая. Отныне никто не пересматривает решений Талмуда; вся работа последующих поколений в алахе сводится к тому, чтобы глубже и правильнее понять приведенное на его страницах. Только на основании такого правильного прочтения текста можно приступить к решению конкретных жизненных вопросов.

Внимание, здесь таится один подводный камень. Согласно одному из главных принципов Торы, решения прежних поколений не всегда обязывают последующие. Действительно, стоит открыть сборник законов, собранных Рамбамом (см. Илхот Мамрим 2), как сразу убеждаемся, что решение раввинского суда (бейт-дин), касающееся толкования закона Торы (мидеорайта), может быть изменено любым бейт-дином в последующих поколениях. Решение, которое касается постановления мудрецов (мидерабанан), может быть изменено, но уже только бейт-дином, превосходящим предыдущий по числу членов и по их мудрости. Исключение оставлено только для гзерот (так называемых "оград вокруг закона Торы", возведенных мудрецами). И то только для тех, которые широко распространены в народе, — их никто и никогда не может отменить! (См. главу "Устная Тора в эпоху Второго храма.)

Итак, мы видим, что по крайней мере во всем, что касается законов Торы, последующие поколения не обязаны автоматически принимать решения предыдущих, но могут их пересматривать. Почему же никто в дальнейшем не оспаривал Талмуд? Это и есть наш подводный камень, который мы так лихо миновали. Ответ прост, мы его находим в "Кесеф мишне" раби Йосефа Каро, одном из комментариев к своду Рамбама: таково было добровольное решение всех мудрецов Израиля, принявших на себя и на свое потомство отношение к Талмуду как к неоспоримому авторитету по всем вопросам.

Все понимали, что рав Аши и его товарищи проделали гигантскую работу, собрав воедино Устное учение во всех его версиях и со всеми мнениями, в результате чего были приняты окончательные решения с согласия ВСЕХ авторитетов своего поколения (а то были великие и прославленные мыслители). После составления Талмуда никто уже не сомневался, что в следующих поколениях никогда и ни при каких условиях не появится кто-либо, достаточно компетентный, чтобы оспорить эти решения. Поэтому повелось, что с тех пор и поныне ответы на все вопросы жизни ищутся исключительно в Талмуде.

Теперь самое время вспомнить, что у нас есть два Талмуда — Иерусалимский, составленный мудрецами Эрец Исраэль, и Вавилонский. Каковы отношения приоритетов между ними? Оказывается, и здесь со временем выработался четкий принцип предпочтения: там, где Иерусалимский Талмуд противоречит Вавилонскому, алахические решения выносятся по Вавилонскому. В тех случаях, когда Вавилонский Талмуд молчит, авторитетом является Талмуд Иерусалимский. Тому есть две причины.

Первая причина: составители Вавилонского Талмуда были хорошо знакомы с Иерусалимским. Считается, что, если они расходятся с ним во мнениях, значит на то у них были веские причины и аргументы.

О второй причине мы уже говорили: каждое положение, прежде чем войти в Вавилонский Талмуд, должно было пройти через "сито" многочисленных проверок и дебатов, которые велись между ВСЕМИ мудрецами поколения рава Аши. Любое утверждение попадало на страницы Талмуда, если с ним соглашались опять-таки ВСЕ мудрецы поколения. Иерусалимский Талмуд такой "обработки" не прошел — беспорядки в Эрец Исраэль и гонения помешали мудрецам проделать необходимую работу над его текстом. Во многом он остался незавершенным. Поэтому в спорных вопросах приоритет остался за Вавилонским Талмудом.

Есть еще одно различие между этими двумя Талмудами. Собственно, оно и разъяснит нам особенность следующего важного периода в цепочке поколений, периода, в который мы с тобой, читатель, сейчас вступаем и который называется эпохой сабураев.

Текст Иерусалимского Талмуда похож на краткий протокол, в нем, действительно, как бы запротоколированы те дискуссии, что велись в метивтах Тверии и Кейсарии. Форма почти стенографическая. Отсутствуют введения в тему, связки между разными отрывками, ссылки. Споря между собой, мудрецы во всем этом "вспомогательном аппарате" не нуждались. Поэтому изучать Иерусалимский Талмуд крайне сложно. Кто из нас, не являясь специалистом, может разобраться в стенограмме ученого заседания, скажем, по нейробиологии? Кто поймет, о чем ведется ученый спор? Похожие трудности встают перед тем, кто приступает к изучению Иерусалимского Талмуда.

Его не коснулась рука редактора. Неудивительно, что для многих он остается книгой за семью печатями. Непосвященный не всегда даже разберет, о какой части Мишны идет дискуссия. В результате, по причине его запутанности и сложности, на Иерусалимский Талмуд столетиями смотрели как на книгу для избранных. Широкими еврейскими кругами он не изучался. Знания о нем черпались в основном из сборников комментариев на Вавилонский Талмуд, в которых нередко цитировались параллельные места из Талмуда Иерусалимского, чтобы сравнить и сопоставить оба Талмуда друг с другом.

Такого не произошло с Вавилонским Талмудом — он дождался своих редакторов. Ими оказались сабураи. Так называли мудрецов первых трех поколений после рава Аши, занимавшихся окончательной "доводкой" и "шлифовкой" талмудического текста. Название происходит от слова савар, "обдумывать". И хотя работа по редактуре продолжалась всего три поколения, историки выделяют их время в отдельную эпоху, принципиально отличную от предыдущей эпохи (амораев) и последующей (гаонов).


Вам понравился этот материал?
Участвуйте в развитии проекта Хасидус.ру!

Запись опубликована в рубрике: .