Очерк третий

Хазары и славяне. Евреи и Киевская Русь. Нашествие монголов.

1

Контакты между хазарами и славянами происходили постоянно и с давних времен, потому что это были народы-соседи. Под защитой могущественного Хазарского каганата славяне Поднепровья могли заниматься земледелием и торговлей. Славянские купцы спускались по Дону и Волге к хазарской столице, выходили в Каспийское море, проникали на юго-восточные его берега и даже привозили на верблюдах свои товары в город Багдад.

В восьмом веке хазары стали брать дань с восточных славян. Сказано об этом в русской летописи: "Хазары брали дань с полян и с северян, и с вятичей, брали по серебряной монете и по белке с дыма". То есть с каждого жилого дома — по шкурке белки и по серебряной монете. Поляне впоследствии, очевидно, освободились от этой подати, о чем и сказано в летописи: "Поляне были притесняемы древлянами и иными окрестными людьми. И нашли их хазары... и сказали: "Платите нам дань". Поляне, посовещавшись, дали от дыма по мечу. И отнесли их хазары к своему князю. И сказали старцы хазарские: "Не добрая дань эта, княже: мы доискались ее оружием, острым только с одной стороны, то есть саблями, а у этих оружие обоюдоострое, то есть мечи: станут они когда-нибудь собирать дань с нас и с иных земель".

Скорее всего хазары отступились от полян и взамен обложили данью радимичей — другое славянское племя. В русской летописи есть упоминание о том, что в 885 году "послал Олег к радимичам, спрашивая: "Кому даете дань?" Они ответили: "Хазарам". И сказал им Олег: "Не давайте хазарам, но платите мне". И дали Олегу по щелягу, как раньше хазарам Давали".

В каирской синагоге, в ее генизе, было найдено письмо на иврите, которое написали евреи, жившие в Киеве. Современные ученые определили, что письмо написано в первой половине десятого века, и если их заключения верны, то это значит, что самый ранний обнаруженный достоверный документ, относящийся к истории Киева, написан на иврите и исходит от еврейской общины города. В своем письме евреи Киева оповещали все общины рассеяния, что некий Яаков бар Ханука "стал жертвой злодеяния: его брат взял ссуду у нееврея, а Яаков был его поручителем. И вот поехал его брат в дорогу, но пришли разбойники, и убили его (брата), и забрали его деньги. Тогда пришли кредиторы и взяли Яакова, на шею его повесили железные оковы, и сковали ноги его. И там (у них) пробыл он целый год. А потом мы взяли его на поруки и заплатили шестьдесят монет, а еще осталось долгу — сорок- монет..." С этим сопроводительным письмом Яаков бар Ханука отправился по еврейским общинам мира, чтобы собрать недостающие деньги, и, возможно, дошел даже до Каира. "Господа наши... — написано было в письме. — Последуйте доброму обычаю... И Бог смилостивится над вами и восстановит Иерусалим в ваше время, и принесет избавление вам — и нам вместе с вами". В углу письма имеется пометка тюркскими рунами, которую сделал, по всей видимости, хазарский чиновник. Это первое известное нам слово на хазарском языке, написанное оригинальными тюркскими рунами: "Хокурум", что означает —"Я прочитал". На основании этого письма можно предположить, что в первой половине десятого века в Киеве уже существовала община евреев из Хазарии, и в сопроводительном письме указаны их имена — как традиционно еврейские (например, глава общины — Авраам га-парнас), так и имена хазарские: Кьябар, Саварта, Манас, Манар и Кофин.

После разгрома Хазарского каганата евреи, его населявшие, рассеялись по разным странам. Был у них один путь — в Крым. Был другой путь — на Кавказ. Третий путь — возможно, в Среднюю Азию, в Хорезм. Некоторые беглецы оказались даже в Испании, в городе Толедо: об их потомках'упоминает в "Книге традиций" еврейский историк из Толедо Авраам ибн Дауд. И был еще, конечно, путь к Киеву, где жили евреи и до этого. Русский историк восемнадцатого века В. Татищев, которому довелось прочитать исчезнувшие позднее русские летописи, уверяет, что победитель хазар Святослав увел в полон, в Киев, большое количество хазар и расселил их по разным местам, — среди них, наверное, были и евреи.

Евреи приходили в Киев не только с востока или из Крыма и Кавказа, но и из европейских стран. Известно, что с девятого века проходили через славянские земли купцы-евреи, которых арабские историки называют раданитами. Через этих раданитов шла основная торговля Европы с Азией. Сказано о них в "Книге путей и государств" арабского географа Ибн-Хордадбха: "Путь купцов-евреев раданитов, которые говорят по-персидски, по-румски, по-арабски, по-франкски, по-андалузски, по-славянски: они путешествуют с запада на восток и с востока на запад морем и сушей. Они возят евнухов, служанок, мальчиков, шелк, меха и мечи... На обратном пути они берут мускус, алоэ, камфару, корицу и другие произведения восточных стран..." Раданиты везли товары разными путями, в том числе и через славянские страны, к хазарам в Итиль, а оттуда через Каспий — в Индию и Китай. Киев был узловой станцией на торговом пути, и в еврейских источниках этих купцов называли "голхей русия" — идущие в Русь.

Так встретились на территории Киевской Руси евреи из Европы и Хазарии. В Киеве было два особых квартала, один из которых назывался "Козары", а другой — "Жидове". Возле второго квартала находились одни из ворот города — Жидовские ворота, которые упоминаются в русской летописи за 1151 год: защищая Киев от половцев, "Изяслав Давыдович стал меж Золотых ворот и Жидовских, а Ростислав перед Жидовскими вороты". Евреи в Киевской Руси составляли группу свободных людей, которые занимались транзитной торговлей, что было чрезвычайно выгодно киевским князьям. Они пользовались свободой передвижения, но жили преимущественно в городах, в особых кварталах. В. Татищев отмечал, что в Киеве даже существовала синагога, в которой евреи заперлись во время смуты в 1113 году и выдержали осаду до прихода Владимира Мономоха.

В русской летописи говорится, что в 986 году евреи из Хазарии — "Жидове Козарстии" — приехали к великому князю Владимиру, чтобы склонить его к принятию иудаизма. "А где земля ваша?" —

спросил их князь Владимир. "В Иерусалиме", — ответили евреи. "А вы разве там живете?" "Нет, — сказали они, — ибо разгневался Бог на предков наших и рассеял нас по странам за грехи наши..." Тогда Владимир сказал: "Как же вы других учите, когда сами отвержены Богом и рассеяны? Если бы Бог любил вас, то вы не были бы разбросаны по чужим землям. Разве вы и нам думаете такое зло причинить?" И Владимир, как известно, выбрал христианство.

Церковь боролась с еврейским влиянием, и митрополит Илларион даже написал в 1050 году специальное полемическое сочинение против иудейской религии — "Слово о законе Моисеевом и о благодати Иисуса Христа". Игумен Печерского монастыря Феодосии поучал христиан жить в мире с друзьями и с врагами, "но со своими врагами, а не с Божьими... Божьи суть враги: жидове, еретицы, держаще кривую веру..." Этот же самый Феодосии "имел следующее обыкновение: многократно ночью вставал и тайно от всех ходил к жидам и спорил с ними о Христе; укорял и досаждал им, называя их отступниками и беззаконниками; желал быть убитым ими за исповедание Христа". Евреи, однако, его не убили, но, очевидно, спорили с ним и защищали свою веру.

Киевский митрополит Иоанн II уже запрещал продажу евреям рабов-христиан, по-видимому, из боязни, что их обратят в иудейство: "Христианина нельзя продавать ни жидовину, ни еретику, а кто продаст жидам — беззаконник". А связь с Византией привела к тому, что на Русь стали проникать постановления соборов, направленные против иноверцев, и в уставе времен князя Ярослава в одиннадцатом веке уже есть закон об отлучении от церкви за сожительство христианина с "бусурманкой или с жидовкой".

И тем не менее положение евреев в Киеве было достаточно прочным. Князь Изяслав перевел рынок вместе с лавками из нижней части города — Подола в верхнюю его часть, где жили евреи, за что они ему уплатили большие деньги. В конце одиннадцатого века число евреев в Киеве увеличилось, несмотря на мор, голод, набеги половцев: очевидно, туда переселились евреи из Центральной Европы, спасаясь от преследований крестоносцев. Великий князь Святополк II хорошо относился к евреям, но после его смерти толпа возмутилась против его жены и приверженцев, громили не только бояр, но разгромили и еврейский квартал — в 1113 году: "Кияне же разграбиша двор Путятин тысячьского, идоша на Жиды и разграбиша". А в 1124 году был в Киеве большой пожар, и летопись отмечает, что выгорел почти весь город "и Жидове погореша".

У В. Татищева есть еще упоминание о том, что, будто бы, Владимир Мономах велел в 1126 году "из вся русския земли всех жидов выслать со всем их имением, и впредь не пущать, а есть ли тайно войдут, вольно их грабить и убивать... С сего времени жидов в Руси нет..." Но этот факт оспаривают другие историки.

Евреи Киевской Руси не были оторваны от своих соплеменников на Западе и на Востоке. Они переписывались друг с другом, из страны в страну ездили купцы-евреи, даже детей своих они посылали учиться из Киева в Европу, в лучшие иешивы того времени. Сохранилось имя рабби Ицхака из Русии, который учился в городе Вормсе, в Германии. Некий Ашер бен Синай из Русии учился в испанском городе Толедо, а рабби Моше из Киева был либо учеником в иешиве знаменитого рабби Яакова Тама, крупнейшего авторитета французского и германского еврейства, либо встречался с ним лично во время своих поездок по Европе. Этот же самый рабби Моше из Киева переписывался с главой иешивы в Багдаде. Известно еще, что некий еврей из Русии, у которого родным языком был славянский, встретился в Салониках со своим родственником. Тот с восторгом описал ему свое путешествие в Эрец-Исраэль, и под впечатлением этого рассказа еврей из Русии тоже решил отправиться туда.

Евреи жили не только в Киеве, но и в Волынской и в Галицкой землях, появлялись они и в северо-восточной Руси. При дворе великого князя Андрея Боголюбского во Владимире в конце двенадцатого века жили два еврея — Ефрем Моизич и Анбал Ясин с Кавказа, ключник великого князя: оба они были участниками заговора, который закончился убийством Андрея Боголюбского.

А потом на Киевскую Русь обрушились монголы. В 1239 году они разрушили Киев, и многие евреи погибли там вместе с другими жителями, а остальные бежали. В Подолии сохранился с 1240 года надгробный памятник некоему Шмуэлю, очевидно, главе общины, и на нем выбита такая надпись: "Гибель следует за гибелью. Велико наше горе. Этот памятник воздвигнут над могилой нашего учителя; мы остались, как стадо без пастыря; гнев Божий постиг нас..."

В середине тринадцатого века Киев был пуст и разорен, стояло в нем каких-нибудь двести домов, и великие князья снова приглашали евреев селиться в Киеве. Сохранилось свидетельство об их присутствии на Руси в летописи за 1288 год. Рассказывая о смерти князя Владимира Васильковича, правившего во Владимире Волынском, летописец отмечает: "И тако плакавшеся над ним всемножество Володимерцев, мужи и жены и дети, Немцы, и Сурожьце, и Новгородци, и Жидове..."

В двенадцатом-тринадцатом веках в Киевской Руси была переведена с греческого на древнерусский язык "История иудейской войны" еврейского историка первого века новой эры Иосифа Флавия, а частичные переводы из Флавия относятся еще к одиннадцатому веку. Все специалисты единодушно отмечают то влияние, которое оказал перевод "Истории иудейской войны" на такие крупнейшие русские литературно-исторические памятники, как "Слово о полку Игореве", "Слово о погибели русской земли" и на "Задонщину".

На древнерусский язык было переведено и другое еврейское историческое повествование — "Иосиппон". Его перевели с иврита, очевидно, в двенадцатом веке, и отрывки из него уже включены в русскую летопись "Повесть временных лет" под датой — 1110 год. С иврита переводились тогда и библейские тексты — из книги Эсфирь, Даниила, Песни песней, а также сказания о Моисее и царе Соломоне. Влияние этих переводов с иврита прослеживается в тогдашнем языке. Например, в переводе "Иосиппона" употреблен глагол "взыти" — взойти, подняться — при обозначении движения к Иерусалиму. Это полностью соответствует глаголу на иврите "ала" — подниматься, идти наверх, потому что на иврите не говорят — "идти в Иерусалим", но — "подниматься в Иерусалим"

Еще известно, что в 1282 году для новгородского епископа Климента был даже составлен еврейско-русский словарь, — очевидно, была в нем такая потребность. Словарь назывался так: "Речь жидовского языка, переложена на русскую, неразумно на разум, и в Евангелиях и в Апостолах, и в Псалтыри, и в прочих книгах".

Известно, что сюжет новгородской былины о Садко — торговом госте имеет свой прототип — библейский рассказ об Ионе, которого корабельщики сбросили в бурю с корабля. Еще дореволюционные русские ученые отмечали, что основой для имени героя — Садко — послужило еврейское имя Цадок в значении "справедливый, праведный". В примечаниях к сборнику "Новгородские былины" (Изд. "Наука", Москва, 1978 год) сказано, что певцы былин, "употреблявшие форму (имени) Садок, вряд ли знали первоначальное значение древнееврейского имени, совершенно не вяжущееся с образом героя. В их текстах подобное знание никак не отразилось. Скорее всего имя Садок ассоциировалось у них с русскими словами "сад" или "садок" (также и в значении "устройство для содержания живой рыбы")".

Знаменитый создатель славянского алфавита Кирилл знал иврит. И когда он создавал новый алфавит — кириллицу, то для большинства букв использовал греческие прототипы, но написание трех букв — "ш", "щ" и "ц" — он позаимствовал из иврита. Сравните написание букв "ш"/"щ" с буквой "шин" ש, а буквы "ц" с буквой "цади" צ, и вы сразу убедитесь в этом.

 

Запись опубликована в рубрике: .
  • Поддержать проект
    Хасидус.ру