Еврейская душа

Любавичский Ребе говорит о еврейских испытаниях, о еврейской судьбе, о самопожертвовании, словом, – о нашей душе...

НАСЛЕДНИК

Египетская принцесса

Авраам узнал о рождении Ицхака, когда у него уже был сын по имени Ишмаэль. Его мать, Агарь, была дочерью фараона. Она оставила дворец и стала служанкой в семье скитальцев, лишь бы находиться в доме Авраама и дышать святостью, царящей в нем.

Наши мудрецы не жалеют добрых слов, говоря об Агарь. Они утверждают, что поведение этой женщины по своей чистоте было подобно службе в Храме. Можно представить, какими достоинствами обладал сын такого отца и такой матери, какое воспитание он получил. Ишмаэль соблюдал заповеди Торы, причем делал это сознательно, убедившись в их разумности. Он сделал обрезание в тринадцать лет, когда человек уже способен оценить ситуацию и сказать «да» или «нет». Неудивительно, что Авраам видел в Ишмаэле своего наследника, того, кто утешит его старость.

Но Вс-вышний в пророчестве называет имя Сары, объявив:

«И Я благословлю ее и дам тебе от нее сына..».

Авраам говорит в сердце:

«О, хотя бы Ишмаэль был жив перед Тобою..».

И слышит в ответ:

«Именно Сара, жена твоя, родит тебе сына, и ты наречешь ему имя Ицхак, и установлю союз Мой с ним и его потомством на вечные времена..».

Возникает вопрос: что же еще можно было добавить к тем достоинствам, которые были у сына Агарь?

Чем отличался от него ребенок Сары?

Два брата

Об Ишмаэле нельзя сказать ничего плохого. Он все делал по правилам. Выполнял заповеди, потому что за это положена награда. Признавал слова Торы, потому что они казались ему разумными. Но никто не знал, как этот юноша поведет себя, когда в мире что-то изменится. Скажем, станут преследовать за веру. Или будут доказывать, что Тора – сказка.

Еврейство Ишмаэля было от «ума». Вс-вышнему нужен был такой народ, у которого оно будет подниматься из сердца. Поэтому Авраам услышал:

«И ты наречешь ему имя Ицхак, и установлю союз Мой с ним..».

В этот союз Ицхак вошел, когда ему было восемь дней от роду. Именно на восьмой день, согласно Торе, еврейскому мальчику делают обрезание, и он заключает нерасторжимый союз с Б-гом. Понятно, что о сознательном выборе, о взвешивании всех «за» и «против» речи не было.

Если бы малыш, лежащий на руках у Авраама, обрел дар речи, он бы сказал, что не выбирал свое еврейство, а родился в нем. Ведь не выбирают же отца и мать. И любить их сын начинает прежде, чем разберется во всех их достоинствах.

Такое еврейство не отбросишь, от него не откажешься, как нельзя отказаться от самого себя.

Нахас

То, как человек приходит в мир, влияет на его восприятие этого мира. Ишмаэль родился от здоровой молодой женщины. Ицхак был сыном Сары, которой исполнилось девяносто лет. Он появился на свет с помощью чуда, и все его шаги делались так же, чудесным, а не обыкновенным образом. Его еврейство не зависело от того, что думают об этом окружающие народы и их цари. В добре или в горе Ицхак продолжал оставаться самим собою – евреем всегда. И родил такой же народ.

Есть родители, которые дают ребенку еврейское воспитание «в разбавленном виде», надеясь, что когда ребенок подрастет, то сам решит, что взять из Торы, а что оставить. Это путь Ишмаэля, который связан с немалым риском. Судьба вашего еврейства, вашего рода будет зависеть от того, что выберет юноша, порой не самый большой мудрец, да еще применяясь к внешним обстоятельствам.

Таким родителям можно сказать, что они непоследовательны. Ведь обрезание они обычно делают сыну на восьмой день, не дожидаясь, пока он вырастет, и даже не спросив его согласия...

Хотя в Торе говорится о зарождении еврейства, но это не книга минувших дней, потому что все, что в ней сказано, происходит постоянно. Еврейские папы и мамы, подобно Аврааму и Саре, надеются получить от своего ребенка нахас – отраду. Хотят быть счастливы его счастьем. Если так, то они должны научить его быть выше будничных расчетов. Малыш, который на восьмой день заключил союз с Б-гом, поднимается над ними.

Не нужно сулить ему легкой жизни. Но нужно объяснить, что те тревоги и ограничения, которые волнуют народы мира, не относятся к нему и никогда не будут относится. От ребенка, который живет по-еврейски, живет высоко, родители обязательно получат нахас, и в духовном смысле, и в самом материальном, простом. Нахас без границ.

ПОМНИ И СОТРИ

Тора приказывает нам помнить о том, что сделало евреям племя Амалека. Вырвавшись из Египта, наш народ шел по пустыне. В это время Амалек и его народ напали с тыла, надеясь убить как можно больше евреев. Вслед за этим событием Вс-вышний дал евреям особую заповедь: когда они надежно утвердятся на своей земле, нужно уничтожить все, что связано с Амалеком. И даже память о нем.

Для чего?

В нашей истории были события гораздо более значительные, чем столкновение с этим племенем. Конечно, нужно помнить о кознях врагов, чтобы уметь бороться с ними. Но -«помни и сотри»?.. По отношению к Амалеку нам нелегко выполнить этот приказ.

Ассирийский царь Санхерив в ходе своих завоеваний перемешал между собой многие народы. И Амалек, раздробленный на множество кусков, укрылся среди них, перестал существовать как отдельное племя. Почему же он продолжает быть опасен, почему о нем нельзя забывать?

Дело в том, что у Амалека есть еще одно убежище: еврейская душа. Сказали об Амалеке наши мудрецы: «Он знает Творца и все-таки хочет взбунтоваться». Конечно, редко встретишь еврея, который прямо отрицает свою связь с Б-гом. Но он может оттолкнуть от себя одну из заповедей Торы – если ее трудно исполнять, если он не может понять ее смысла. Увы, в этом случае тоже можно сказать: «Знает и бунтует»...

«Еврейский Амалек», может быть, не так груб и жесток, как его нееврейский двойник. Но он не менее опасен, потому что умеет нарушить контакт между различными частями души.

Строение еврейской души повторяет строение четырехбуквенного имени Б-га. Каждый ее элемент выражает определенное духовное начало.

Первая ступень – Хохма – связана с мудростью, с постижением Б-жественной воли.

Вторая – Бина – исследует, как эта воля отражается в различных частях мироздания.

Оба этих начала выражаются в деятельности разума.

Третья ступень – это мир сердца, любовь к Б-гу и страх перед ним.

И четвертая – это конкретное действие, выполнение заповедей.

Об Амалеке сказано, что он «знает Творца». Но, пользуясь этим знанием, он пытается разорвать связь между разумом и сердцем, между изучением Торы и соблюдением ее заповедей. Еврей с холодным сердцем, забывший Творца, – вот его идеал.

Амалека надо убить. Его надо стереть, даже если он избрал убежищем еврейскую душу. Эта борьба не будет легкой. Амалек, верный своей роли, будет стараться, чтобы разум не получил доступа к сердцу, чтобы рука не подчинялась мысли. Но мы раскрываем свиток Торы, где написано -«стереть». На Торе, как известно, стоит мир. Если так, значит, сотрется...

Эта заповедь лежит на каждом еврее, в любой части света, куда Вс-вышний направил его шаги. Ее плоды мы будем пожинать все вместе, когда евреи соберутся на Святой земле, когда они встанут под знамя царя-Машиаха из дома Давида.

А если семя Амалека прорастет среди народов мира, выделяясь среди них особой ненавистью к евреям, тогда мы сможем стереть Амалека физически, в самом простом смысле, чтобы не осталось и памяти о нем под небесами...

КОГЕН И КОПЬЕ

Трещина

Когда евреи шли по пустыне, два племени, мидьянцы и моавитяне, наняли волшебника Бил'ама, чтобы тот проклял народ Торы. Проклятье Бил'аму не удалось, но зато он дал «полезный» совет: постараться запутать евреев в разврате и идолопоклонстве, чтобы Вс-вышний наказал их сам...

Этот замысел пришелся по душе Балаку, царю обоих народов. Он не пожалел усилий, он даже дочь свою, Касби, отправил в еврейский лагерь, чтобы та постаралась соблазнить кого-нибудь из вождей. Ее увидел Зимри, один из глав колена Шимона, и увел в свой шатер. Это произошло на глазах у всего народа. Это было на глазах у Моше-рабейну и семидесяти членов Сан'эдрина, которые стояли и плакали у входа в Мишкан, где хранились Скрижали Завета.

Они ничего не могли сделать. В Торе есть запрет брать жен из других народов, но не было закона, который бы запрещал случайную связь.

Казалось, Зимри нашел трещину в Галахе.

«Нашедший письмо...»

Он так думал. На самом деле трещина прошла через еврейскую память и была так широка, что захватила весь народ, включая Моше-рабейну. Глава евреев, потрясенный поступком Зимри, забыл правило, которое гласит:

«Если человек грешит с нееврейкой, ревнители настигают его».

То есть еврейскому суду неподсудно это преступление, но любой, чья душа не может примириться с этим поступком, имеет право убить развратника.

Среди 600 000 взрослых мужчин, стоявших лагерем в пустыне, эту Галаху вспомнил только один человек: Пинхас, сын Элазара, внук Аарона.

Стоит вспомнить, как евреи учили Тору в пустыне. Моше-рабейну приходил в Мишкан, становился у Скрижалей Завета и слушал Голос Вс-вышнего, открывавший ему новые тайны Торы.

Моше-рабейну передавал услышанное своему брату, первосвященнику Аарону.

Потом этот урок повторялся перед сыновьями Аарона, Элазаром и Итамаром.

Затем Моше-рабейну сообщал новую Галаху семидесяти старейшинам, членам Сан'эдрина.

И, наконец, глава евреев начинал обучать весь народ.

Пинхас не был членом Сан'эдрина. В отличие от Элазара, своего отца, он также не считался когеном – священником. Когда Вс-вышний отделил для когенской службы Аарона, его сыновей и все их будущее потомство, Пинхас уже появился на свет и не вошел в это число. Его происхождение заставляло многих хмурить брови, поскольку матерью Пинхаса была мидьянка, принявшая еврейство. Женщина, вышедшая из народа, который сейчас задался целью погубить евреев.

Пинхас знал Тору не так глубоко, как Моше, Аарон и члены Сан'эдрина. И, тем не менее, он вспомнил то, что забыли они – «закон ревнителя».

Нашим мудрецам известно правило:

«Тот, кто нашел письмо и прочитал приказ, обязан его исполнить».

И пока старейшины плакали, Пинхас взял копье и отправился в шатер.

На острие

Пинхас подвергался смертельной опасности. Вмешательство ревнителя – это последняя возможность отвести от народа кару Б-га.

Согласно Торе, Пинхас мог убить Зимри лишь в момент греха. Иначе еврейский суд мог осудить его на смерть как убийцу.

Если бы Зимри, защищаясь, убил Пинхаса, то был бы оправдан.

Если бы Пинхас захотел спросить разрешения у Моше-рабейну, то не услышал бы ни «да» ни «нет».

Быть ревнителем «не учат». И, хотя известна Галаха, кого считать ревнителем и как он должен себя вести, никто не может дать такой совет другому. Тут каждый решает сам.

Пинхас пронзил Зимри и Касби копьем и пронес их тела по всему еврейскому лагерю. Это вызвало осуждение очень многих. Вслед ему раздавались голоса: «Сын мидьянки убил еврейского князя..».

Правды ради, нужно сказать, что Зимри был еще жив. Вс-вышний не сразу забрал его душу, чтобы Пинхас, священник, не осквернял себя прикосновением к мертвому телу: в этот момент он стал когеном по воле Б-га.

Без ограничений

Мир устроен так, что, чем трудней работа, тем больше плата за нее. Пинхас, рискнув всем, получил в награду «вечное когенство». Вс-вышний раскрыл Моше-рабейну смысл его поступка:

«Пинхас, сын Элазара.,. отвратил гнев Мой от сынов Израиля в ревности Моей..».

Можно задать вопрос: каким образом когенство, священничество, можно получить в награду? Это ведь не титул. Это дар нести в мир добро и благословение, изначально заложенный Б-гом в природу Аарона и его потомков.

Ответ таков: этот дар был и у Пинхаса, скрытый в тайниках его души. Он обнаружился, когда Пинхас решил пожертвовать всем – ради Б-га и ради евреев.

Его ругали многие, в том числе знатоки Торы. Ведь ни Закон, ни люди не заставляли Пинхаса браться за копье – зачем же он пошел на это?

Есть два вида еврейского служения Вс-вышнему. Один укладывается в рамки здравого смысла. Другой называется самопожертвованием. Первый невозможен без второго. Месирут нефеш – самопожертвование – непременно должно присутствовать в том, как еврей учит Тору, зарабатывает на хлеб, воспитывает детей. Но бывают времена, когда самопожертвование необходимо в чистом виде. Так было, когда евреи стояли на пороге Эрец Исраэль, чтобы изгнать из нее другие народы и сделать ее землей Торы. Так будет во времена Машиаха, когда евреи вновь собирутся вместе на Святой земле.

Пинхас действовал без ограничений, обнаружив ту часть еврейской души, которая слишком высока, чтобы «одеться» в рамки правил или здравого смысла. Это вызвало ответ сверху. Простив евреев, Вс-вышний обнаружил свою неограниченность, раскрыв источник такого света, который смывает все грехи, заполняет все изъяны.

От мора, который Вс-вышний наслал на евреев в наказание за разврат и идолопоклонство, погибло 24 тысячи человек. После удара копьем мор прекратился. Как сказано в Торе, Пинхас «искупил сынов Израиля», хотя они и не просили его об этом...

Без арифметики

Чему учит нас, живущих в эпоху Машиаха, поступок Пинхаса?

1. Не заниматься арифметикой. Не подсчитывать, у кого больше солдат, денег, влияния. Раскрывая перед Б-гом душу, ты поднимаешься на такой уровень, где числа и дроби кончаются, где есть только воля Творца.

2. Не оглядываться «на старших». Если главы общины льют слезы, это не значит, что ты должен присоединиться к ним или уйти в сторону. Правило такое: если можешь действовать – обязан действовать!

3. Не кричать: «Откуда возьмутся силы?!» Если Вс-вышний дает тебе возможность проявить самопожертвование, то Он и посылает столько сил, сколько нужно для этой цели.

Это касается всех евреев и особенно молодежи. Если ваша душа стремится к цельности, если она ищет мира, нужно вспомнить о Пинхасе. Он собрал чувства в комок, он поставил на карту душу, и в награду Вс-вышний дал ему брит шалом – мир и цельность на вечные времена.

САД АВРААМА

В Торе рассказывается о том, как Авраам, первый еврей на земле, поселился в Беер-Шеве и посадил там эшэль – ветвистое дерево. Конечно, это не очень заметное событие. Но в пустыне, где негде укрыться от палящего солнца, тенистое дерево на пути окажется неожиданным подарком.

Мудрецы Талмуда утверждают, что Авраам посадил не одно дерево, а целый сад. Более того, рядом с этим садом был постоялый двор, где Авраам принимал усталых путников,

давая им не только хлеб и воду, но также мясо, вино и сладости. Есть еще мнение, что Авраам основал в том месте суд Торы – если у путешественников возникал спор, то они могли обратиться в суд за помощью.

Какой во всем этом урок для нас?

Тора учит нас, как надо принимать людей, которые находятся в беде. Не держать их на хлебе и воде, а давать самое сладкое и вкусное. В имени Авраам спрятано слово ав -«отец». Природа родителей такова, что они стараются угостить ребенка самым лучшим. Авраам, отец наш, относился так ко всем, кто встречался на его пути. Такое поведение не укладывается в рамки здравого смысла. Как же можно отдавать совершенно посторонним людям, которых ты раньше не встречал и, может, никогда больше не увидишь, то, что досталось ценой нелегкого труда?

Авраам поступал так, потому что источник добра, питавший его душу, находился выше житейского разума. Дать голодному кусок хлеба, чтобы он не страдал у тебя на глазах, – с этим даже житейский разум согласится. Сделать так, чтобы ближний не просто был сыт, но еще и наслаждался вкусными яствами, – на это решиться сложнее. И уже совсем не просто утолить голод его души. Человек может не знать об этом голоде и страдать, сам не ведая от чего. Нужна чуткость Авраама, чтобы услышать немой призыв. Его мудрость, чтобы понять, какое блюдо надо подать на стол.

Среди многих навыков, которыми владели наши предки, они особое внимание уделяли науке «как жить на свете». Куда бы ни приходили евреи – по своей воле или по принуждению, они первым делом открывали йешивы и школы, где мальчики и девочки начинали учить Тору. Здесь тоже действовал закон Авраама – давать не только знания, без которых нельзя обойтись, но и все «яства» и «сладости» святой Торы, которые могут поместиться на столе. Среди них одно из самых важных – умение жертвовать собой ради другого.

Никто не говорит, что это легкая задача. Напротив, она необычайно сложна. Но если мы с ней справимся, то в мир придет поколение евреев, которые преодолеют любые трудности. Они будут теми, кем должны быть, – вечным народом, который несет вечную Тору. В ней каждое слово драгоценно, в том числе и рассказ о том, как было посажено дерево в пустыне...

УГОЛКИ КОВЧЕГА

Бурлящая миква

Мировой потоп был страшным наказанием для человечества. Его бурные воды наши мудрецы сравнивают с миквой. Миква – это водоем с живой проточной водой. Ее назначение – очищать. Кипящая волна потопа не только уничтожила злодеев, но и очистила землю от духовной скверны. Когда праведный Ноах открыл дверь ковчега, он увидел, что вступает в новый мир...

Вот еще одно сравнение мудрецов: воды потопа похожи на даагот парнаса – заботы о заработке. Тот, кто когда-либо терял работу или мучился, не зная, как расплатиться с долгами, может оценить верность этого сравнения. Почему наравне с болезнями и войнами в мире есть этот особый вид наказания – бедность? Правда, беднякам не грозят недуги богачей. Они меньше подвержены гордости, меньше разбрасываются, меньше страдают от ожирения – и физического, и духовного. Несмотря на это, мало кто согласится быть бедняком. Слишком тяжким бременем ложится на душу тревога о завтрашнем дне, о том, как добыть кусок хлеба.

Можно сказать бедняку: представь, что волны тревоги и неудач, которые бушуют вокруг тебя, это – очищающие воды миквы. В буре житейской борьбы ты должен остановиться на минуту и вглядеться в самого себя. Может быть, ты увидишь то, что нуждается в очищении. Для него, для этого больного уголка твоей души, и бушуют волны, принявшие вид житейских неудач и трудностей. Нельзя мерить все судьбы одной меркой. Но рано или поздно в жизни человека может наступить момент, когда он, преодолев себя, вдруг чувствует опору под ногами. А вместо бури и мглы вдруг наступает спокойствие.

Слепящий блеск «небесных окон»

Ноах, выполняя приказ Вс-вышнего, сделал ковчег своими руками. Понятно, что он лучше всех был знаком с его конструкцией. Однако рассказ о том, как Ноах с семьей укрылись в ковчеге, в Торе заканчивается странной фразой: «И затворил Г-сподь за ним». Оказывается, зайти в ковчег дело настолько сложное, что для этого необходимо Б-жественное вмешательство. На иврите слово тева имеет два значения – «ковчег» и «написанное слово». Объединяя оба этих понятия, основоположник хасидизма рабби Исраэль Баал-Шем-Тов говорил, что еврей должен найти убежище в словах Торы и молитвы. Подобно ковчегу, они должны окружать еврея со всех сторон. Это не означает бегство от мира, напротив, тогда еврей будет жить в мире без боязни.

Что может этому помешать? Воды потопа. В Торе сказано, что воды потопа обрушились на землю снизу и сверху: из «великой бездны» и «из небесных окон». В судьбе человека «великая бездна» – это заботы о заработке. Об этом уже говорилось. А «небесные окна» – это бремя забот, духовных и общественных.

Человек, болеющий за судьбу общества, даже если признает пользу «ковчега», часто стоит в нем одной ногой. Он не может слишком много времени отдать изучению Торы, слишком долго молиться. Бушуют кризисы, грозят войны, как же можно сидеть в ковчеге в такую пору?

Он не понимает, что болезнь не лечится разговорами о ней. Чтобы вытащить другого, ты сам должен стоять крепко. Еврейская душа похожа на дерево, корнями уходящими в небо. Каждая заповедь это – поток света, который устремляется вниз, к человеку, соединяя его с Б-гом, давая ему жить, дышать и думать в полную меру. Если общественные заботы не позволяют еврею нормально выполнять Закон, это значит, что к «борьбе за правду» зовет не дух, а тело, не Б-жественная душа, а животное начало, которое противится выполнению заповедей...

Есть другая крайность – когда еврей вбегает в ковчег, захлопнув дверь перед своими близкими. Тогда он совсем не похож на праведного Ноаха, который спас свою жену и сыновей с их семьями. В хасидизме отец – это машпиа – человек передающий Б-жественное влияние, а жена (или ребенок) – мекабелъ, то есть тот, кто его принимает. Значит, еврей, знающий, где вход в ковчег, должен помочь подняться туда другому. Начиная с жены и детей в прямом смысле слова и кончая теми, кого можно назвать его детьми, потому что он научил их словам Торы...

Торопливый человек резонно возразит: а что, если другие не хотят спасаться? Если они не верят в ковчег? Ответим ему: тогда твое личное убежище тоже не будет надежной защитой. Евреи перед тем, как войти в Святую землю, поклялись отвечать за поступки друг друга. Праведник за грешника. Сосед за соседа. Мы с вами – за совершенно незнакомого еврея, который живет на другом конце света.

Задумавшись над этим, даже самый торопливый перестанет торопиться и постарается привести в ковчег как можно больше людей. Потому что от этого зависит спасение его собственной жизни.

Сказано: человек ест в субботу только то, что он, трудясь в поте лица, приготовил в будние дни. Это правило относится и к «ковчегу». Когда бури кончатся, моря и реки вернутся в свои берега, мы, все вместе и каждый в отдельности, почувствуем – твердо. Можно выходить. Другой мир, новый и чистый, встретит нас. И лишь тогда, любуясь им, мы поймем, почему евреи так мучились, так старались, плывя по бурлящим волнам.

ДВА БРАТА

Пасхальная Агада рисует такую картину: за отцовским столом сидят четверо сыновей. Один – мудрец, другой – злодей, третий – простодушный, а четвертый не умеет даже задать вопрос.

Сын-злодей умеет задавать вопросы. Он спрашивает: «Что это тут за служба у вас?» У нас, но не у него. Он исключает себя из общего числа, не хочет праздновать вместе со всеми исход из Египта. Агада советует «притупить ему зубы», ответив, что если бы он жил тогда в Египте, то вряд ли бы спасся...

Почему Агада вообще оказала злодею такую честь, поместив его рядом с мудрецом? Предыдущий глава Любавичских хасидов, мой учитель и тесть, рабби Иосеф-Ицхак Шнеерсон, дал такое объяснение: и мудрец, и злодей несут в душе частицу Единого Б-га. Только у мудреца она раскрыта, а у злодея глубоко запрятана. Нужны большие усилия, чтобы освободить ее, и это – задача мудреца.

У рабби Иосефа-Ицхака был странный обычай: лучших учеников, обладающих выдающимися способностями, он отправлял заниматься с людьми, далекими от Торы, вольно или невольно нарушавшими наш Закон. Ребе объяснил это так: лишь тот, кто стоит высоко, может поднять того, кто упал низко...

А зачем вообще поднимать? Пусть он остается там, куда скатился, и несет ответ по всей строгости... Тому, кто так думает, нужно напомнить, что все еврейские души связаны. Их сравнивают с буквами, из которых сложен текст Торы. В каббалистической книге «Зоар» говорится, что, если в свитке Торы пропала хотя бы одна буква, это уменьшает святость всего свитка...

Хасидизм учит, что каждый из сыновей, описанных в Агаде, связан с одним из четырех духовных миров. Мудрец – с самым верхним, где Б-жественное влияние и правда ощущаются сильнее всего, а злодей – с самым нижним, где различить их очень трудно. Но это не значит, что злодей не достоин большего. В нем таится сила, готовая поднять его на самый верх, и задача мудреца – помочь ей раскрыться.

Читая Агаду, мудрый сын тоже может извлечь для себя урок. Он должен помнить, что они со злодеем соседи. Наши учителя, благословенна их память, напоминают: тот, кто выше духовно, у того и злое начало сильнее. Частица брата-злодея живет и в душе самого мудреца. Именно это имел в виду основатель движения ХаБаД, рабби Шнеур-Залман, говоря: «Мудрец должен очень-очень присматривать за своим злодеем..».

Когда мудрый брат спешит на помощь другому еврею, чтобы помочь тому найти верный путь, ему будет легче совладать со злом, живущим в его собственной душе. И в конце концов все братья будут действительно сидеть рядом.


Вам понравился этот материал?
Участвуйте в развитии проекта Хасидус.ру!

Запись опубликована в рубрике: .