А. КОРНМАН
Тенденция быть, «как все народы» возникла еще свыше 2500 лет назад, в эпоху
пророка Самуила. Впервые в истории нашего народа старейшины племен (колен)
потребовали назначить царя, – такого, кто вершил бы правый суд. И весь народ
поддержал это требование, заявив: «Будем и мы как все народы…»
Спустя много веков, в эпоху так называемого «просвещения», еврейские
«просвещенцы» идеологически обосновали эту тенденцию. Но вот что удивительно: за
все 25 веков, разделивших современников пророка Самуила и поколение
«просвещения», люди так и не обратили внимания на то, что тенденция «быть, как
все народы» в основе своей абсурдна.
Что означают слова «быть, как все народы»? Что есть характерного в других
народах и вместе с тем отсутствует в еврейском? Какие особенности морального
кодекса других народов не являются наследием нашего народа и не предуказаны
Торой? И еще: почему еврейские «просвещенцы» яростно защищают принципы, не
свойственные всем народам? Ответ один: тенденция «быть, как все народы» означает
на деле стремление уподобиться одному из народов. «Просвещенцы» XIX века, жившие
во Франции, Германии или какой-либо другой стране, стремились идентифицировать
себя с народом этой страны. Особенно характерно это было для «просвещенцев»
Германии. Даже те из них, кто боролся за осуществление «сионистских идеалов»,
требовали признать немецкий язык официальным языком будущего суверенного
государства евреев в Палестине.
Во всем этом есть глубокое внутреннее противоречие. Допустим, что мы хотим
быть, как любой другой народ. Но найдется ли в мире народ, который добровольно
отказался бы от своей национальной индивидуальности? Который бы не хотел хранить
своих национальных особенностей и традиций? Поэтому, если уж становиться как
все, то стоило бы прежде всего научиться дорожить своим прошлым, традициями и
всем тем, что является неотъемлемыми чертами каждой из наций.
Каждый народ, который достаточно развит, чтобы обладать национальным
самосознанием, обладает и отличительными чертами, которыми гордится, и даже
видит в них основание для «превосходства» над другими народами. Даже варвары и
людоеды, стоящие на наиболее примитивных уровнях развития, имеют право на
выражение своей национальной индивидуальности, и лишь еврейский народ,
объективно более совершенный, чем другие, стремится лишить себя этого права.
Понятие «избранный народ» не противоречит понятию «как все народы». Каждый
народ и всякая народность убеждены в своей исключительности, и у одного и того
же народа представление о причинах своей исключительности может изменяться на
протяжении всей его истории.
Что же до национальных особенностей, то всем народам свойственны прагматизм и
даже корыстность, особенно ярко проявляющиеся в моменты реализации национальных
«преимуществ». Национальными достоинствами оправдываются вымогательство,
нарушение чужого суверенитета, посягательство на независимость других, более
малочисленных и слабых народов.
Напротив, избранность еврейского народа означает лишь бремя обязанностей.
Избранность эта обязывает его исполнять множество предписаний, и, согласно его
же национальной концепции, именно из-за несоблюдения их еврейский народ
находится в долгом и мучительном
изгнании.
Что же, в конце концов, означает это «быть, как все народы»? Если допустить,
что этим преследуется цель сбросить с себя бремя заповедей, то уже более двух
тысяч лет назад было предсказано пророком Иехезкиелем: «Что приходит на ум вам –
не сбудется; мыслите вы, что, мол, будем как туземцы, как племена иноземные
служить древу и камню» («Иехезкиель» 20, 32).
Следовательно, быть, как все народы – это, в сущности, не что иное, как
освобождение от бремени заповедей, а это неизбежно приводит к служению «древу и
камню».
Ту же мысль блестяще раскрывает выдающийся мыслитель и философ Франц
Розенцвейг: «Чем более отдаляет человек от себя Б-га, тем более присваивает он
себе право населять пространство между Б-гом и собой, наполненное Б-жественными
токами энергии, богами наполовину, на треть, на четверть».
И действительно, многие из молодых нигилистов, прошедших сложный процесс
«эволюции» (наркоманы, модные течения мазохистского толка и т. п.), становятся
затем активными членами христианских сект и охотно агитируют духовно
ассимилированную еврейскую молодежь Запада перейти в христианство.
Мы можем учиться тому, что есть положительного у неевреев в области научных
исследований и технологии, умеренному и скромному образу жизни отдельных
народов, организационному таланту, управлению страной, искусству и т. д. Но это
не должно быть продиктовано желанием «быть, как все
народы».