ШМУЭЛЬ ШНИЦЕР
Существует несколько условий, которые необходимо соблюсти при ведении
диалога, если заинтересованы в его значимости и эффективности обе стороны.
Прежде всего диалог должен вестись на основе равноправия: обе стороны должны
обладать одинаковым статусом, и голос каждой из сторон должен быть выслушан с
одинаковым вниманием.
При отсутствии взаимности и равноправия, при несбалансированности прав такой
диалог будет подобен тем теологическим диспутам, которые организовывались
церковью в средние века и в которых евреи оказывались не на высоте, так как
условия диспута устанавливались церковью и результаты определялись ею же.
Ватикан не пригласил евреев быть равноправными участниками диалога. Все
преимущества церковь сохранила за собой. Приглашению евреев принять участие в
диалоге предшествовало опубликованное ею в печати обращение, в котором с евреев
снимается историческое обвинение в убийстве Б-га. Намерения, может быть, были
искренними, а быть может, были продиктованы интересами церкви, которой на ее
пути к утверждению новых либеральных тенденций необходимо вести упорную борьбу с
религиозным антисемитизмом, ею же насаждавшимся на протяжении поколений.
Публикацией оправдательного вердикта в 1965 году церковь возвела себя в ранг
верховного арбитра, в то время как евреям была отведена роль обвиняемых.
Распределение функций, таким образом, предопределяет, что при обсуждении
проблем взаимоотношений евреев и христиан евреям не останется ничего большего,
как роль пассивного статиста. Они должны будут представить алиби, в то время как
порядочность христиан не требует никаких доказательств – это, видите ли, само
собой разумеется…
Согласно христианской религии, Б-га можно убить. Согласно иудаизму, само
понятие «убийство Б-га» есть чистейший абсурд. Б-г в соответствии с еврейской
концепцией – не материальный объект, и распять его на кресте невозможно, даже
если все фарисеи мира займутся подстрекательством всех римских наместников всех
провинций. Евреи не могли защищаться от обвинения, основанного на ложном
утверждении, ибо распятие Б-га, согласно еврейским канонам, не имело и не могло
иметь места в действительности.
Ответственность евреев за убийство Иисуса никогда не была доказана. Однако
церковь не нуждалась в юридическом обосновании своего религиозного догмата,
утверждающего, что евреи виновны, и эта их виновность наследственна. Не было
теологических диспутов – на протяжении семидесяти поколений церковь осуществляла
режим коллективного наказания и держала в своих руках бразды правления, евреи же
были беззащитны. И никакого труда не составляло проводить в жизнь самые
бесчеловечные декреты.
Теперь, говорит церковь, она согласна закрыть «дело». Ею вынесен запоздалый
оправдательный приговор, и она, восхищаясь собственным либерализмом, ожидает
аплодисментов. Но она ошибается. Церковь забывает, что в трагическом балансе
отношений между евреями и христианами фигурирует не только пункт о богоубийстве,
но и пункт о распятии целого народа. На основе обвинения, признанного теперь
самим христианством клеветническим, церковь и светские последователи ее догм
уничтожали, пытали и преследовали миллионы евреев.
Во всех городах Европы евреев изолировали в гетто, во всех церквах насильно
крестили детей, со всех площадей разносился смрад сжигаемых тел. Зверства
нацистов в двадцатом веке – всего лишь продолжение того, что было начато
христианской церковью много веков назад. Гетто, желтые звезды, грабеж еврейского
имущества, лишение евреев средств к существованию и их уничтожение – не нацистам
принадлежат лавры первооткрывателей, а христианской церкви. Она изобрела их,
официально узаконила в своем кодексе и одарила «высочайшим» благословением.
Право вершить суд не может быть предоставлено одной стороне, если обе стороны
участвуют в диалоге как равноправные. В 1965 году церковь закончила процесс над
евреями, которому, казалось, не будет конца. Она постановила, что в муках,
которые принял на себя Христос, были виноваты не все евреи того поколения и тем
более не виноваты евреи нашей эпохи.
Отлично! Однако евреи не реабилитировали церковь. Ее кровавые преступления не
искуплены. И чем их можно искупить?! Ответственность официальной церкви, ее пап,
кардиналов и епископов не подлежит сомнению. Их преступления зафиксированы во
всех хрониках. Протоколы судебных процессов сохранились до наших дней. Известны
и имена палачей – немалое число их удостоилось посмертно наивысшего признания
церковью – канонизации. Честь пап, предававших евреев анафеме, санкционировавших
насилие и погромы, превративших догматы веры в подлое орудие клеветы и кровавых
наветов против целого народа, преследовавших, унижавших и изгонявших евреев и
подававших тем самым пример всем светским династиям, не пострадала ни на йоту.
Церковь не отмежевалась от них и не осудила их действия. Она не видит в этом
необходимости. Ведь она,
церковь, всегда права: когда обвиняет и когда милует. Она неподсудна. Она –
инстанция, стоящая выше правосудия. А трагическую кровавую судебную ошибку,
которая обошлась в миллионы еврейских жизней, церковь, по ее мнению, искупила
тем, что даровала реабилитацию.
По сравнению с Еврейским документом, утвержденным более десяти лет назад,
«Положения и рекомендации по претворению в жизнь декларации Совета Ватикана в
отношении евреев», опубликованные в Риме в первых числах января 1975 года,
действительно свидетельствуют о прогрессе в усилиях по сближению с иудаизмом. Но
в одном церковь осталась на прежних позициях. С 1948 года и по сей день церковь
упорно твердит, что у евреев нет надела и своего очага. Они рассеяны среди
народов, и нет у них вотчины на Земле Обетованной. Католическая церковь
стремится также показать, что Эрец-Исраэль не имеет значения для еврейской
религии.
В начавшейся кампании, направленной на взаимное сближение, изучение основ
иудаизма и его нужд, церковь, признавая истинность и вечность Священного
Писания, последовательно обходит упоминание о том факте, что есть неразрывная
связь Эрец-Исраэль с еврейской религией и национальным сознанием евреев. Израиль
как государство Ватиканом не признается. Возвращение в Сион как центральное
движение еврейского народа в современную эпоху Римом также не признается. Такое
игнорирование фактов, вытекающее не из незнания, а из нежелания знать, и
определяет характер «Положений» – документа двуличного, искаженного и насквозь
пропитанного ложью. Нет иудаизма, в котором нет тоски по Сиону. Нет еврейской
молитвы, в которой бы не находила выражения страсть к родной земле. И нет
сопринадлежности с еврейством, не означающей солидарности с землей, с которой
наш народ был изгнан много веков назад и на которую он возвращается. Корни
еврейства – здесь, и все побеги, пущенные нашим народом вне Земли Обетованной,
отсюда черпали свои жизненные силы.
Эти факты известны Ватикану, но он отказывается их признать. Тех, у кого
отсутствует надежда на Избавление, возможно, удастся убедить в том, что
Избавитель уже был. Но весь еврейский народ верит, что истинное Избавление в
пути. И эта вера является доказательством победы еврейской религии над огнем
христианских костров. Даже в момент своей наивысшей либеральности христианство
остается нетерпимым, ибо иудаизм обязывает его сесть на скамью подсудимых и
держать ответ за свое прошлое. Поэтому даже в наш просвещенный век католическая
церковь вводит цензуру на еврейскую религию: нет Сиона, нет Израиля, нет
еврейского Избавления ни в документе 1965 года, ни в «Положениях» 1974 года.
Церковь изъяла упоминание о них, а затем пригласила нас участвовать в диалоге,
где речь будет идти обо всем, но только не о сути.
Согласна церковь или нет, Иерусалим – твердыня еврейского народа. Если она
стремится к диалогу и согласна вести его на основе равноправия и взаимности, то
она прежде всего обязана признать этот факт и прибыть в Иерусалим, чтобы вручить
приглашение тем евреям, которые трансформируют веру в Избавление.
Это одно из обязательных условий. Другое условие – церковь, снимая с евреев
обвинение в убийстве Б-га, обязана вынести резолюцию, что авторы всех иных
концепций, кто бы они ни были – папы, святые или теологи, – проливали невинную
кровь, которая еще вопиет из сырой земли. Только затем посланцы церкви могут
приехать в Эрец-Исраэль и вести диалог с евреями в том самом Иерусалиме, в
котором пророки вещали о Катастрофе и Избавлении.