Что за странная блажь — устраивать раздел с таким названием в середине
книги? Есть у нас или у вас мало-мальски толковый ответ?
Да. Нет.
Знаете, что…
Нам захотелось, чтоб у этой книги, как у ствола дерева, было нечто
очень-очень сокровенное, духовное и прочное.
На чем все держится. Читайте.
На полях
Она порождает жизнь
Рабби Йосеф Ицхак, предыдущий Любавичский Ребе, говорил: «Есть два вида
законов. Одни рождают жизнь, другие рождаются из жизни.
Законы народов мира рождаются из жизни, поэтому в каждой стране они разные, в
зависимости от тамошних условий. Тора — это закон Б-га, и она порождает
жизнь.
Поэтому в любом месте и в любое время она неизменна…»
Больной кошелек
Так случилось, что на одну ярмарку съехалось несколько богатых хасидов.
Сначала поговорили о ценах на кожу и на сукно, а потом разговор перешел на дела
духовные. Каждый расхваливал своего Ребе, каждый говорил о его чудесах. Наконец
порешили: собраться вечером вместе, и пусть каждый расскажет о чуде, которому
сам был свидетелем.
Так и сделали. Истории о чудесных благословениях и удивительных исцелениях
текли одна за другой. Когда дошел черед до реб Шмуэля Гурария, хасида ХАБАД, он
встал из уважения к предмету разговора и рассказал вот что:
«Однажды мне предложили крупную сделку с партией леса. Требовалось вложить
кучу денег, но зато, если дело пойдет гладко, ожидалась сказочная прибыль. А
если нет — все пропало… Я приехал в Любавичи, к Ребе Шолом-Довберу и спросил:
«Покупать?» Он ответил: «Покупай». Я так и сделал, но начались проволочки, время
ушло, и все мои тысячи пропали…»
Реб Шмуэль замолчал. Несколько человек, не выдержав напряжения, разом
воскликнули:
— А где же чудо?
— Чудо в том, что после этого случая я остался его хасидом. Наступила глухая
тишина. Пожалев новых знакомых, реб Шмуэль добавил:
— Я верю полной верой, что Ребе предвидел все и дал мне этот совет не
случайно. Может, меня или моих родных ждала болезнь или другие невзгоды, а
теперь, после вмешательства Ребе, заболел только мой кошелек…
Бочка с бриллиантами
После всех этих философий веселенький рассказ, почти сказку хотим мы вам
рассказать.
Начало у истории обычное: бедный еврей собрался выдавать дочку замуж, а денег
нет Посоветовали ему друзья купи бочку с водкой и отвези в город, на ярмарку
Народу там много, за день все и распродашь.
Легко сказать — купи Назанимал этот еврей ото всех и отовсюду денег, купил
драгоценную бочку, погрузил на сани, повез. Уже когда показались первые дома,
заметил наш еврей, что бочка как-то странно болтается, будто пустая. Она и
оказалась пустой — в дороге обруч съехал, доски разошлись, и вылился драгоценный
напиток потихоньку на снежок, отмечая путь неудачника.
Застонал еврей, закричал от душевной боли. И развернул лошадей в сторону
местечка Лиозно, где жил Ребе Шнеур-Залман, глава хабадников, который, если
надо, творил чудеса.
Делал он это, правда, не так часто и не так охотно, как другие праведники,
утверждая, что Всевышний ждет от нас «авода ацмит» — работу своими силами. Но —
зимой дороги долгие, где уж тут выбирать! Прикатил несчастный еврей в Лиозну и
выждал свой час, чтоб войти к цадику. Зашел, рассказал о своей беде и от
избытка чувств потерял сознание. Когда он пришел в себя, то услышал голос
Ребе:
— Езжай к себе домой с миром, и там удача тебя найдет.
Еврей добрался до дома, распряг лошадку и, обогревшись, рассказал жене обо
всех событиях. Та, конечно, сказала мужу пару слов, теплых и крепких, а
потом вышла во двор взглянуть — может, в бочке чего осталось. Возвращается,
а в руках какой-то сверток. Раскрывают его, а там шкатулка. Надломили замок
-а там драгоценности сияют тихо на бархате. Гуляй, еврейчик…
Тогда вспомнил муж, что, когда ехал он по замерзшей реке и оказался под
мостом, грохотала по нему какая-то роскошная карета и в раскрытую бочку
что-то шмякнулось. Он решил — камень. Оказалось — да, и не один, вон как
блестят.
Продали украшения без лишнего шума, а вот свадьбу, наоборот, сыграли громко и
весело. На ней было несколько хасидов. Они пели, пили и, между прочим, узнали
весь секрет. При первой же возможности они пришли к своему Ребе, чтобы
поздравить его с новым чудом. Рабби Шнеур-Залман покачал головой:
— Я здесь ни при чем. Есть в Талмуде правило:
«Всевышний не судится со своими творениями». Это значит: каждый получает
только ту долю испытаний, какую он может снести. Когда тот еврей упал
в обморок, я понял, что убыток его слишком велик, душа с ним не
справляется. А значит, и помощь не за горами…
Вот так мы и закончим наш рассказ — и весело, и умно.
Нет, погодите! Значит, и в нашей судьбе то же самое. Или ты сильный, и тогда
крепись и держись, или слабый, и тогда жди чуда. А может, еще и выбирать
заставят.
Я пойду в синагогу, завернусь в свой талес, стану к стене. И крикну или
прошепчу:
— Рибоно шель олам! Хозяин мира! Не делай за меня всю работу! Но и не
оставляй меня совсем УЖ ОДНОГО. ..
Он и не оставит.
Сосуды любви
Ребе Йосеф Ицхак из Любавич
Свет любви, который таится в нашей душе, имеет различные формы выражения во
внешнем мире. Посмотрим, какие имеются «сосуды», в которых может раскрыться этот
свет..
Прежде всего, это рукопожатие вместе с «шалом алейхэм» и ответным «алейхэм
шалом».
В прежние времена еврейский «шалом алейхэм» был совсем иным, чем теперь
В прежние времена правда была более твердой валютой. Конечно, правда, как и
деньги, может быть различного достоинства. Есть правда на пятак, есть на рубль.
Впрочем, даже если ты раньше просил правды только на пятак, то получил надежный
товар.
Сами люди были надежней и правдивее. Поэтому, когда два еврея встречались, их
«шалом алейхэм» произносился от всей души, с глубоким внутренним чувством, с
потоком добра, идущим от одного к другому.
Рост жизненных удобств сделал нашу жизнь более размеренной, но порядком
охладил ее, а также уменьшил поток правды… Общая холодность, которая
царит в мире, повлияла и на наш «шалом алейхэм». Теперь он звучит так: «Ну-ну,
ступай себе с миром…» И все же нужно помнить, нельзя забывать, что это первый
из сосудов любви.
Второй сосуд — это поцелуй двух друзей. При этом раскрывается свет более
высокий, чем при простом рукопожатии.
Третий сосуд, еще более чистый и емкий, — это теплый и доверительный разговор
о том, что случилось с двумя товарищами за время их разлуки.
Но есть еще одна ступень любви, более высокая, которую простая речь не может
вместить и передать. Слова человеческие слишком сухи для выражения этой
любви, а сама она слишком глубока и сокровенна. Сосудом для этой любви является
взгляд. Двое любящих смотрят друг на друга и обходятся без
слов…