ЙОМ-КИПУР -СУДНЫЙ ДЕНЬ
10-го дня месяца тишрей 2449 г. (в 1311 г. до н. э.) Всевышний даровал
прощение народу Израиля после его грехопадения – сотворения золотого тельца – и
даровал Новые Скрижали Завета. Поэтому Йом-Кипур и стал днем прощения
прегрешений всему народу Израилеву.
Йом-Кипур – самый святой день из всех еврейских праздников. Это день
Всепрощения, когда Б-г прощает проступки тех, кто раскаивается. Это день поста и
в то же время день радости. Еда, питье, купание, супружеская близость запрещены
в Йом-Кипур. Тот, кто ввиду слабого здоровья поститься не может, должен
обратиться к раввину за консультацией. В день, предшествующий Йом-Кипур,
заповедано есть больше обычного. Последнюю трапезу перед наступлением поста
следует закончить до захода солнца. Пост Йом-Кипур соблюдается вплоть до
появления звезд на исходе Йом-Кипур.
В Йом-Кипур читается поминальная молитва – Изкор.
Первые 10 дней нового года называются Десятью днями покаяния – Асерет йемей
тшува.
Слово «тшува» нелегко перевести на другой язык, так как оно имеет много
значений. Тшува – это возвращение, и прежде всего к вере в Б-га; тшува – это
раскаяние, так как без искреннего раскаяния в совершенных ранее грехах –
сознательно или бессознательно – не может быть искреннего возвращения к вере.
Сочетание этих двух понятий и составляет содержание тшувы – отвратить от греха и
вернуть к праведной жизни, к вере предков.
Мысль о возвращении к вере, о раскаянии вызывает в каждом человеке вполне
естественную настороженность и опасение. Тшува представляется большинству людей
коренным переворотом, который потрясает личность и приводит к коренной
переоценке всех ценностей. Большинство же людей боится потрясений и переворотов
в привычном течении жизни, в сложившемся укладе вещей. И хотя человек слышал о
том, что имеются раскаявшиеся грешники – баалей тшува, – достойные восхищения
силой их духа, он говорит себе: «Но ведь я простой человек, я не нахожу в себе
достаточно сил для тшувы. Это не значит, конечно, что я считаю себя непогрешимым
и не вижу, в чем мне необходимо исправиться; возможно даже, что в будущем я
постараюсь быть лучше, однако я не готов вот так, сразу, изменить всю свою
жизнь. К тому же я не вижу в этом такой уж необходимости для себя – не такой уж
я грешник и преступник, чтобы так резко изменить весь ход жизни».
При таком подходе тшува якобы предназначена для крайних категорий людей – для
законченных грешников, степень испорченности которых вынуждает их к резкому,
абсолютному изменению образа жизни, или для людей, обладающих необычайно сильной
волей, которые стремятся подняться на высшую ступень совершенства.
Такой подход в корне ошибочен, так как тшува – это одно из шестисот
тринадцати предписаний, соблюдать которые должен каждый сын еврейского народа.
Эта заповедь может и должна выполняться в любое время, однако есть дни,
повторяющиеся из года в год, когда выполнение этой заповеди особенно угодно
Всевышнему – это десять дней между Новым годом и Судным днем для размышлений о
жизни и для раскаяния.
По сути дела, тшува – самый естественный поступок: это не внезапный
переворот, разрушающий жизнь человека, а органическая часть всего хода вещей.
Этот поступок находится в пределах обычных человеческих возможностей и требует
не сверхусилий, а простого стремления человека стать лучше.
Но нельзя забывать о высшем, духовном содержании тшувы, о том, что делает
этот поступок высочайшей милостью, дарованной человеку. Ведь недаром в тшуве
различают две стороны: естественное раскаяние, выражающееся во внешних формах, в
соблюдении предписанных норм – и нет ничего легче, чем тшува на этой ступени; и
высшая, надъестественная сторона возвращения к вере, место которой в высших
сферах человеческого духа, в самых потаенных уголках человеческой души. И нет
ничего труднее для человека, чем достижение этой степени тшувы, а без нее тшува
не является полной. О естественном раскаянии Тора говорит следующее: «Ибо
заповедь сия, которую я заповедаю тебе ныне (имеется в виду заповедь о тшуве),
не недоступна она для тебя, и не далека она Не на небе она, чтобы сказать: кто
взошел бы для нас на небо и достал бы ее нам и возвестил бы ее нам, чтобы мы
исполняли ее? И не за морем она, чтобы сказать: кто отправился бы для нас за
море и достал бы ее нам, чтобы мы исполняли ее? А весьма близко к тебе слово
сие: в устах твоих оно и в сердце твоем, чтобы исполнять его» («Деварим» 30, 11–14).
Две стороны у тшувы, два аспекта. Один – естественный: человек перестает
грешить и начинает соразмерять свои поступки с заповедями Торы. Надъестественный
же аспект тшувы относится к исправлению души человека, к очищению ее от былой
греховной жизни.
Возвращение, круговорот – естественное явление. В ходе всех естественных
процессов во Вселенной господствует принцип обновления, возвращения к исходному.
И этот же принцип является основным в тшуве. Гениальный раввин и учитель Рав Кук
так сформулировал это: «Течение всего сущего построено на принципе тшувы». Вот
некоторые примеры тшувы в природе.
Существующие во Вселенной системы распространяются и разбегаются с огромной
скоростью. Однако по достижении определенной границы начинается сжатие, растут
центростремительные процессы, и все возвращается к начальному состоянию. Своего
рода «хозер б’тшува» – воротившийся.
Земной шар вращается вокруг Солнца. За один год Земля завершает один полный
цикл и возвращается в ту же точку, от которой она удалилась на сотни миллионов
километров. Обновление и возвращение к исходному положению повсеместно
наблюдается и в живой природе, возрождение и цикличность свойственны всему в
природе. Так же обстоит дело и с душой человека.
Экклезиаст говорит: «Б-г создал человека правым», а Тора пишет: «По образу
Б-жию сотворил его (человека)» («Берейшит» 1, 27). Если бы человек прислушивался
к своей совести, к голосу Б-жьему, что в глубине души его, познал бы он Правду,
Справедливость и Добро. Однако на жизненном пути человек отклоняется в
большинстве случаев от своей Б-жественной сущности, и тогда-то он должен
вернуться к самому себе, к исходной Б-жественной точке, с которой он начал
путешествие по жизни.
Как Вселенная возвращается к центру, к начальному состоянию после периода
расширения,
как всякое небесное светило, двигаясь по своей орбите, возвращается на
исходную точку,
как Луна, восстанавливающая регулярно полное сияние свое,
как воздух, который очищается и вновь свеж и бодрящ,
как тело человеческое восстанавливает себя и силы свои, так и человеку
необходимо время от времени возвращаться к самому себе, к своему исходному
началу.
Пусть вернется он в свой дом и оглядится немного, подведет итог своим деяниям
– кто он, что он представляет собой, и где его место в мире. И пусть изменит
себя; обновленный и ободренный, направится на новый путь.
Все усилия культурной деятельности человека направлены на борьбу со злом, с
уродливыми явлениями жизни, на совершенствование доброго начала. В своей
ежедневной физической жизни человек удаляет переработанный воздух и остатки
пищи, очищает от мусора свое жилище. Так и в духовной жизни человека. Он
раздираем различными желаниями и стремлениями, зачастую противоречивыми, он
мечется между Добром и Злом, Правдой и Ложью. В душе его со временем
накапливается грязь окружающего мира. Эта грязь затрудняет человеку
существование, и он должен избавиться от нее, очиститься. И так каждый человек,
потому что «Нет человека праведного на земле, который делал бы добро и не грешил
бы» («Экклезиаст» 7, 20).
Но человек поглощен ежедневными заботами, и разум его ограничен. Не всегда он
выдерживает испытание, и не всегда его достает для борьбы со Злом и Ложью во имя
Добра и Правды. Но каждому человеку предоставлена возможность очиститься и
укрепиться в Добре – тшува. Тшува, таким образом, является основой существования
цивилизованного общества. Посредством тшувы мы возвращаемся к своим истокам, к
пути, предписанному Торой, к Правде, которая заложена глубоко в наших
сердцах.
Всякое действие – слово или поступок – оставляет неизгладимый след в душе
человека. «Все деяния твои в книгу записываются» («Пиркей авот» 2, 1) – сам
человек является этой книгой. Ничто не проходит бесследно, все фиксируется, если
не в сознании человека, то где-то в подсознательной сфере. Человек как бы
постоянно находится перед съемочной камерой, которая регистрирует все его
высказывания и поступки, а затем демонстрирует все дни его жизни до мельчайших
подробностей.
Все зафиксированное в сознании человека не покоится там в пассивном виде, а
оказывает влияние на жизнь этого индивидуума. Подсознательные ощущения влияют на
процесс мышления и определяют поступки человека. Установлено, что следы прошлого
обладают огромной силой влияния на поступки в будущем. Если это следы
отрицательных поступков, то они будут направлять человека на ложные, опасные
дела. И наоборот – в случае положительных отпечатков прошлого. «Одно доброе дело
ведет к другому, один грех порождает другой» («Пиркей авот» 4, 2).
В таком случае, где же путь к исправлению, если ничто не забывается и не
вычеркивается, и грехи лишь влекут за собой новые! В этом случае человек не
найдет утешения ни в мудрости, ни в пророчествах, ни даже в Торе. Не найдет
утешения до тех пор, пока Б-г не снизошлет на него откровения тшувы. Есть
прошлое, настоящее и будущее, и живущий сегодня не в состоянии вернуться в
прошлое и изменить его, ведь что сделано – сделано. Но Б-г пребывает вне
времени. Для Него прошлое, настоящее и будущее – едины. Так же вне-временны
тшува и сила ее.
Сила тшувы вытекает из ее Б-жественного происхождения. «И обратишься ты к
Б-гу твоему» («Деварим» 30, 2). «Тшува предшествовала всему миру.» Она стоит над
временем, ведь время, как и весь мир, возникло с началом творения. И ее силой
человеку дано как бы вернуть время вспять, проникнуть в прошлое, «изъять»
совершенные проступки и вычеркнуть их из памяти. И чем глубже будет раскаяние в
прошлом, тем легче будет вычеркнуть из сознания это прошлое и создать чистое
поле для записи деяний нового человека. Талмуд утверждает: раскаявшийся, баал
тшува – «как младенец, только что родившийся»: