Суббота «Вайакгел Пкудей»
28 адара 5761 года
23.3.2001
ЭТОТ ЧЕТЫРЕХМЕРНЫЙ ИУДАИЗМ
Иудаизм всегда оперировал четырьмя измерениями, три пространственные
координаты и однонаправленная ось времени воспринимались нашими мудрецами как
единая система отсчета.
Именно такое четырехмерное восприятие мира и сделало возможным удивительный,
уникально-еврейский ответ на один из парадоксов в отношениях человек — Б-г:
кажущееся противоречие между свободой выбора и предопределением. Как можно
говорить о свободе выбора, дарованной человеку, если Вс-вышний знает заранее,
какой выбор мы сделаем в каждом конкретном случае? Среди множества известных
попыток ответить на этот вопрос, еврейский ответ поражает простотой. Понятие
времени не имеет ко Вс-вышнему никакого отношения, как не придет нам в голову
спросить — «где Он?», не правомочен и вопрос «когда» по отношению к Нему. Итак,
ошибка в постановке задачи («Как можно говорить о свободе выбора, если Вс-вышний
знает заранее…?») заключена в слове «заранее», неприменимом ко Вс-вышнему. Это
мы, ограниченные в пространстве и времени, можем быть локализованы в их. Это нас
можно «датировать» и описать координатами. А для Него и «везде» и «всегда» лишь
малые подмножества известного.
И хотя нет у Него ни определенного «места», ни определенного «времени»,
присутствие Вс-вышнего отмечено «островами святости» во всех четырех
координатах. В пространстве это Храмовая гора, которая формально освящена только
с завоеванием евреями земли Израиля, но избрана для Храма еще от сотворения мира
(Эвэн Штия, жертвоприношение Ицхака).
Во времени же святостью отмечен седьмой день творения, а за ним – каждый
седьмой день – суббота.
Интересно отметить, что это, по сути, единственный день недели, имеющий имя,
остальные же названы лишь порядковым номером (кстати, не только в еврейском, но
и, например, в арабском, русском, грузинском и др. языках). Слово «шабат»,
происходящее от корня со значением «прекращать», органически связано с историей
сотворения мира. Но суть шабата не в том, что Вс-вышний, создав за шесть дней
мир, нуждался в отдыхе, а в том, что в седьмой день творения бытие получило
дополнительное измерение, материальное получило способность вмещать в себя
святость.
Ни в одной древней культуре или религии мы не находим представления о
святости определенного времени, а не места или объекта. Можно сказать, что евреи
не только познакомили мир с Единым Б-гом, не только первыми позволили себе
верить в Невидимого и Неосязаемого, но и первыми приняли идею святости
времени;
Нет сомнения в том, что время принимает на себя большую святость, чем
пространство. Евреи жили и живут без Храма (до его сооружения и после его
разрушения), хотя его восстановление и является важной частью наших мессианских
чаяний. А вот без субботы мы бы не прожили не только два тысячелетия, но и два
поколения, да и не может никто отнять у нас наш остров во времени (кстати, и в
этом преимущество времени: завоеватели не властны над ним). И действитель но,
когда в Торе встречаются две святости: пространственная, Храм и временная
(суббота), предпочтение отдается времени:
«…И сделают они все, что Я повелел: Шатер собрания, и ковчег свидетельства
Только субботы Мои соблюдайте! Ибо знак это между Мною и вами для поколений
ваших, чтобы знали, что Я, Г-сподь, освящаю вас. И соблюдайте субботу, ибо
святыня она для вас»,– важность сооружения Храма велика, но не может отменить
святость субботы.