Тшува должна раскрывать личность, а не нивелировать ее. Есть известный стих в Йехезкеле, рав Кук цитирует его, "И было через тридцать лет, и я — в изгнании, на реке Квар".
Рав Кук говорит: "я" находится в изгнании.
Можно добавить, что в этом стихе есть также намек, где именно потерялось "я", где именно происходит потеря личности. "На реке квар". "Квар" означает прошлое. Можно тогда объяснить этот стих так: тшува, направленная на реставрацию прошлого, оборачивается потерей личности. Тшува, проходящая под лозунгом "назад в местечко", тшува, не пытающаяся синтезировать прошлое и настоящее, убивает личность. И тогда получается, что "тридцать лет спустя" человек обнаруживает, что он не только ничего не нашел, но наоборот, потерял самое ценное, что у него есть — самого себя.
Следует ли за этим новое раскрытие, как говорит продолжение стиха? Поживем посмотрим…