Рабби Иосиф Ицхак Шнеерсон

Приближается месяц Тамуз, когда мы отмечаем наш праздник–День Освобождения
предыдущего Любавичского Ребе. Как известно, он был арестован в той стране из-за
самоотверженной, в буквальном смысле этого слова, деятельности, которой
занимался на протяжении семи лет: распространял идишкайт, помогал
изучению Торы и исполнению ее заповедей.

В этом ему сопутствовал огромный успех, как и в дальнейшем, после
освобождения, когда Ребе смог благополучно продолжить и расширить свою
деятельность и заниматься ею еще много лет, до последних дней своей жизни.

Я хочу напомнить, что обязанность каждого из нас —– задуматься над историей
его ареста и освобождения. Все сыновья и дочери еврейского народа, где бы они ни
находились, обязаны вникнуть в смысл тех событий и сделать из них выводы,
ведущие к практическим действиям.

В истории ареста Ребе много поучительного. Главное, на что следует обратить
внимание, -это самопожертвование Ребе, который не щадил себя ради воспитания
еврейских детей всех возрастов. Для них открывал он начальные и средние
еврейские школы и именно этим вызвал гнев и злобу беззаконной власти, именно в
этом была одна из основных причин его ареста.

Важно подчеркнуть, что Ребе отдавал все силы и время воспитанию детей и
юношества, прекрасно сознавая, что тем самым он ставит свою жизнь под угрозу.
Эту опасность еще увеличивала его постоянная поддержка синагог, микв и других
жизненно важных для евреев институций.

Самоотверженность Рабби Иосифа Ицхака Шнеерсона показывает, какое важное
значение он придавал воспитанию молодежи,– ради нее самой и ради нашего народа,
чье будущее зависит от молодых. Ибо наши мудрецы говорят: «Если нет ягнят, нет и
овец».

Сразу же с принятием руководства Любавичским Движением Рабби с
самоотверженностью начал свою деятельность. Он жил в России в период бесчинств
Евсекции, когда распространение Торы и ее заветов, противоречившие
государственному порядку, требовали полной душевной самоотдачи. Подобной же
самоотверженности он требовал и от тех, кто следовал его путем и сотрудничал с
ним.

Хотя в Шулхан-Арух нет закона о том, чтобы требовать самоотверженности от
других[1], однако это вправе делать тот, у кого есть
ощущение предназначения свыше.

В одной из своих статей Рабби объясняет разницу между самоотверженностью
Рабби Акивы и праотца Авроома. Рабби Акива стремился к самопожертвованию, жаждал
его и говорил: «Когда у меня будет возможность исполнить это!?» У праотца
Авроома самопожертвование не было целью, и нравственная его деятельность
заключалась в том, о чем сказано: «И воззвал там Именем Б-га, Государя
вселенной». Авраам приводил каждого к сознанию: «Б-г – Государь вселенной…» Он
не жаждал самопожертвования, но если бы нужно было пожертвовать жизнью, он
сделал бы и это.

Точно так же вел себя и Рабби. Он не стремился жертвовать собой, и не в этом
был смысл его деятельности. Его задача заключалась в распространении Торы и
заповедей, в обучении хасидизму, а также хасидским правилам и обычаям: «И
воззвал там Именем Б-га, Государя вселенной». В этом была его задача, которой он
полностью посвятил себя, и его не останавливали никакие помехи.

Именно поэтому он не входил в рассуждения, обязан ли он по закону рисковать
своей жизнью в каждом конкретном случае или нет. Его занятием было
распространение и укрепление еврейства, а все остальное не занимало места в его
мыслях. И ничто не могло помешать ему.

В этом – пример и поучение, которое Рабби преподал нам, всем, кто должен
приготовиться к будущему Освобождению… Наша деятельность – любить и приближать
евреев к Торе.

[1] Относительно всех заповедей есть указание
требовать их исполнения, что выражено в словах «наставляй, советуя и убеждая
ближнего твоего», но это не относится к самоотверженности.