Суббота «Ваэра»
29 тевета 5763 года
3/1/2003
ДВЕ
ПРИЧИНЫ
Много-много лет
назад, когда на доисторическую родину повалили евреи (вы не поверите, тогда это
были настоящие евреи!) я и мой друг Сеня Аш устраивали для них семинары в Цфате,
что-то вроде «Моя первая встреча с иудаизмом». На одном из таких семинаров мы
встретили немолодую женщину, которую можно было бы назвать мечтой лектора: она
не клевала носом, задавала разумные вопросы, живо реагировала на материал и даже
записывала что-то в блокнотик. На перерывах она выказывала изрядный
внеклассный интерес к «религии древних евреев». Семинар подошел к концу, мы
тепло попрощались. И тут последовал удар: милая дама сказала мне и Сене: «Все
было так интересно, так ново, так увлекательно. Но завтра нас ждет обычная жизнь
репатриантов и, глядя вперед, понимаешь: все, что было сказано здесь — чушь
собачья».
Ну-с, а теперь к
тексту. И не подумайте, что я себя или господина Аша сравниваю с Моше. Куда
нам.
«И говорил Моше все
это сынам Исраэля, но не послушали они Моше из-за малодушия и тяжкого
труда».
Тора называет две
причины, сделавшие сынов Израиля «глухими», не позволившие им услышать и понять
слова Моше. Относительно второй причины все ясно: лепят рабы кирпичи, а тут
аристократ и белоручка обрушивает на них утопические идеи. Тяжел труд этих
людей, страшно далеки они от свободы.
А вот первая причина,
которую я лихо перевел как малодушие,
не так уж однозначна
и понятна.
«Коцер руах» означает
буквально «короткий дух» или «короткое дыхание». Речь, однако, явно не идет об
астме.
Классические
комментарии, обычно, трактуют это выражение как «нетерпение».
И так, за
«неслышаньем» стоит не только изнурение плоти непосильным трудом, но и рабское
свойство характера: нежелание и неумение тратить время на то, что не имеет
очевидного и немедленного эффекта. Например, на мысли.
Старый анекдот: чем
отличается прапорщик от обезьяны. Обезьяна трясет пальму, кокосы не падают.
«Думай!» — слышит она внутренний голос. Подумавши и оглядевшись, берет обезьяна
палку, гоп, и кокос падает ей прямо в лапы. А рядом трясет пальму прапорщик.
«Думай!» — слышит он внутренний голос. «Чего там думать, трясти надо!» —
решительно отвечает прапорщик самому себе.
Рабская природа
отмечена многими яркими чертами. Неверие в будущее и, как следствие, желание
получит все и сразу, — одна их таких черт. Похлебку — сейчас, мир — сейчас,
равенство — сейчас.
Гражданин Шариков
ведь как говорил: «…пишут, пишут… Конгресс, немцы какие-то. Голова пухнет.
Взять все, да и поделить…»
Рабские решения
общечеловеческих проблем, при всем многообразии, обладают одной общей чертой:
все сложное решается просто. А чё мудрить-то?! Пусть слон думает, у него голова
большая.
За нетерпением и
скрывается второй эшелон рабской психологии. Ученики Баал-Шем-Това переводили
«коцер руах» как «малодушие».
Неспособность
выслушать и вслушаться, нежелание «преклонить ухо» (Рамбан) продиктованы
внутренним страхом: а ну, как Моше прав?! Тогда ведь вся жизнь — кувырком. Вещи
собирать, в путь пускаться.
Жизнь сложна, мало
кто свободен от «тяжкого труда». Но если слова Торы не доходят до сердца и ума,
не стоит обманывать себя: не только тяготы жизни тому виной.
Не только вне нас
причины нашей глухоты и невосприимчивости. Всегда есть и внутренняя причина,
«коцер руах», нетерпение и малодушие.
Мало, стало быть,
выйти из рабства, надо еще и рабство выдавить из себя. Научиться слушать и
слышать. Понять, что в спешке не рождается понимание.