Есть известный мидраш (Раши приводит его на "день шестой") — "Земля боялась и успокоилась". "боялась" — примут ли сыны Израиля Тору. "И успокоилась" — когда сыны Израиля приняли Тору.
Можно трактовать этот мидраш в том смысле, что до Дарования Торы основным принципом управления мироздания был суд. Если ведут себя хорошо — хорошо. Если плохо — плохо. Можно назвать это "условная любовь". Поэтому "боялась".
Во время Дарования Торы "накрыл их горой как бочкой". Объясняется в хасидут Хабад, что "бочка-гора" — это было раскрытие аhава ацмит — безусловной любви и милосердия
И поэтому "успокоилась" — в мире появилась составляющая безусловной любви. Существование мира перестало быть функкцией ежедневного подведения баланса грехов и добродетелей. В мире раскрылось нечто, что выше этого.
На мой взгляд, именно это раскрытие безусловной любви — и есть суть Дарования Торы. И это именно то, что дает возможность исполнения Торы и изучения Торы.
В переводе на язык психологии — эта "безусловная любовь" означает уверенность человека в себе. Уверенность человека в том, что его жизнь и личность самоценны. Независимо от его успехов и провалов.
Неделю назад я задал здесь вопрос, смутивший некоторых, имеет ли вообще смысл быть религиозным. Возможно, в вышесказанном есть ответ. Если Тора — это безусловная любовь — то да. Если нет — то нет.
Т.е., если мы воспринимаем Тору как прежде всего безусловную любовь и раскрытие ее в мире — то да. Но если Тора для нас — это всего лишь сборник обязательств и "налоговая инспекция" — тогда наверное мы просто еще не поняли, что на самом деле означает Тора.