НЕПОХОЖИЕ БЛИЗНЕЦЫ
У Ривки родились близнецы, двое сыновей. Все вокруг спрашивали о них.
— Близнецы! — кричали наперебой дети. — Они очень похожи?
— Совсем непохожи, — отвечала старая кормилица Ривки. — Один красный и весь
оброс волосами. Его зовут Эйсав. Другой — белый, с нежной гладкой кожей. Его
зовут Яаков.
Взрослых интересовало, кто из мальчиков родился первым. Это был очень важный
вопрос, ведь первенец получал право первородства. Это означало, что в свое
время, после смерти отца, он будет главой семьи.
— Эйсав, этот волосатый, родился первым, — отвечала кормилица. — Он на
несколько минут старше брата.
Чем старше становились близнецы, тем разительнее отличались они друг от
друга. Эйсав стал искусным охотником. Он уходил в поля или в горы, вооруженный
луком и стрелами, и возвращался с тушей оленя на плечах. Он всегда выбирал
лучшее, отборное мясо, приготовлял для отца его любимые мясные кушанья и
приносил ему в шатер. Эйсав был любимцем отца.
Яаков стал мирным пастухом, как Аврагам и Ицхак. Днем и ночью он пас овец и
ухаживал за ними. Часто, глядя на мерцающие в небе звезды, он думал об обещании,
которое Б-г дал его деду Аврагаму и его отцу Ицха-ку: «Ваши потомки будут
многочисленны, как звезды небесные. Через вас благословятся все племена
земли.»
Как хотелось Яакову быть старшим и иметь право первородства! Тогда именно он
стал бы вождем этого великого народа.
Однажды, когда Яаков варил густой красный суп из чечевицы, с охоты вернулся
Эйсав. Он очень устал и проголодался.
— Дай мне поесть этой вкусной красной похлебки, — потребовал
Эйсав.
— Я продам ее тебе за право первородства, — ответил Яаков.
— Зачем мне мое первородство, когда так хочется есть? — сказал
Эйсав.
И он продал свое первородство Яакову за миску похлебки. Теперь Яаков
понял, как мало для Эйсава значило первородство.
КТО ИЗ СЫНОВЕЙ ПОЛУЧИТ БЛАГОСЛОВЕНИЕ?
Прошли годы. Ицхак состарился и ослеп. Он почти не выходил из
шатра. Забота о семье легла на плечи Яакова. Он пас скот. Он заботился о том,
чтобы хватало пастбищ. Он приносил жертвы Б-гу.
Эйсав ничего не хотел знать, кроме охоты. В один прекрасный день он привел в
дом двух жен — хеттеянок. В те дни мужчина мог иметь много жен. Жены Эйсава
принесли с собой идолов и поклонялись им. Это очень огорчало Ицхака и Ривку.
В конце концов Ицхак так ослабел, что понял, что может вот-вот умереть.
Пришло время благословить сына, который будет его наследником, продолжателем
дела отца. Ицхак собирался благословить старшего сына Эйсава. Но Ривка хотела,
чтобы благословение получил Яаков. Она сказала Ицхаку:
— Твой отец Аврагам разбил идолов в отцовском доме и пришел сюда, в эту
страну, чтобы служить Б-ry. А Эйсав позволяет своим женам поклоняться идолам.
Как мне жить, если Эйсав станет здесь господином?
— Эйсав — первенец, — ответил ей Ицхак. — Благословение получают первенцы.
Так было всегда.
Через некоторое время Ривка услышала, как Ицхак говорит Эйсаву:
— Сын мой, возьми свой лук и стрелы, отправляйся на охоту и принеси оленя.
Приготовь мне вкусное тушеное мясо, какое я люблю. Это придаст мне силы, чтобы я
мог благословить тебя перед смертью.
Ривка твердо решила про себя, что Яаков, а не Эйсав, получит
благословение.
Как только Эйсав ушел, она послала за Яаковом и пересказала ему все, что
услышала.
— Сын мой, делай, как я скажу тебе, — сказала она. -Иди к стадам и заколи мне
двух козлят. Я приготовлю мясо, какое любит твой отец, и ты отнесешь ему еду. Он
подумает, что ты Эйсав, и благословит тебя как первенца.
Яаков побежал и заколол козлят, как велела ему мать. Ривка приготовила
вкусное тушеное мясо. Затем она укутала гладкие руки Яакова шкурой козленка,
чтобы они казались волосатыми, как у Эйсава, вложила Яакову в руки блюдо с мясом
и послала его к отцу в шатер.
— Отец! — позвал Яаков.
— Кто ты? — спросил Ицхак. Яаков ответил:
— Эйсав, первенец твой. Сядь, поешь мясо, что я приготовил, и благослови
меня.
— Подойди ко мне поближе, сын мой, — сказал Ицхак, — дай мне прикоснуться к
тебе.
Яаков подошел ближе, и Ицхак ощупал его.
— Голос — голос Яакова, — сказал Ицхак, — но руки -руки Эйсава.
И он поцеловал Яакова и благословил его как первенца.
Не успел Яаков покинуть отцовский шатер, как с охоты вернулся Эйсав. Он тоже
приготовил вкусное мясное кушанье и принес отцу.
— Встань, отец! — сказал он. — Поешь мяса, что принес твой сын.
— Кто ты? — спросил Ицхак. Эйсав ответил:
— Я твой сын, твой первенец, Эйсав.
— Но кто же тогда только что приносил мне мясо? До того, как ты пришел, я уже
благословил того человека…
Когда Эйсав услышал слова отца, он зарыдал громким плачем:
— Благослови и меня, отец мой! Но Ицхак ответил:
— Пришел твой брат и взял твое благословение. Я поставил его здесь господином
и благословил его хлебом и вином. Что же я теперь могу сделать для тебя, сын
мой?
— Разве у тебя только одно благословение, отец? -воскликнул Эйсав. —
Благослови и меня, отец мой!
Тогда Ицхак благословил и Эйсава, но дал ему другое благословение.
Благословение первенца получил Яаков.
ЛЕСТНИЦА ДО НЕБА
Ривка снова послала за Яаковом. На этот раз она умоляла его бежать в Харан, к
ее родным.
— Эйсав грозится убить тебя, — сказал она. — Поживи немного у моего брата
Лавана, пока не пройдет гнев Эйсава. А тогда я пошлю за тобой.
И вот Яаков оставил отцовский дом и пустился в далекий путь, в Харан. Когда
спустилась ночь, он остановился в укромном месте, недалеко от дороги, подложил
себе под голову камень вместо подушки и лег спать.
И
приснился ему сон. Во сне он увидел лестницу, соединяющую небо и землю. По
лестнице поднимались и спускались ангелы. Яаков услышал обращенный к нему
голос:
— Я — Г-сподь, Б-г Аврагама и Ицхака. Я буду охранять тебя, Яаков, куда бы ни
лежал твой путь, и Я приведу тебя обратно в эту землю.
И тут Яаков проснулся.
— Б-г обитает в этом месте, — сказал он, — а я не знал этого.
Он взял камень, на котором спал, и поставил его как памятник, чтобы показать,
что это место свято. И он назвал это место Бейт-Эль — «дом Б-га».
ЯАКОВ РАБОТАЕТ ЧЕТЫРНАДЦАТЬ ЛЕТ, ЧТОБЫ ПОЛУЧИТЬ ЖЕНУ
Рано утром Яаков снова тронулся в путь и наконец пришел в землю, где когда-то
жила его мать Ривка. В открытом поле он увидел колодец. Возле колодца стояли
трое пастухов со своими стадами. Яаков подошел к пастухам и заговорил с
ними:
— Откуда вы держите путь, братья?
— Из Харана, — отвечали они.
— Знаете ли вы Лавана, внука Нахора?
— Да, — отвечали они. — Вон Рахель, его младшая дочь, идет со своими
овцами.
И они указали на прелестную девушку-пастушку, которая шла к колодцу.
Яаков подошел к колодцу, сдвинул огромный камень, закрывавший отверстие, и
начерпал воды для овец Рахели. Затем он сказал Рахели, что он ее двоюродный
брат, сын Ривки, и поцеловал ее. Рахель поспешила рассказать об этом своему
отцу.
Так Яаков стал жить у своего дяди Лавана и пасти его овец. Прошел месяц, и
Лаван сказал Яакову:
— Ты не должен работать на меня даром из-за того, что ты мой племянник. Скажи
мне, какую ты хочешь плату?
Яаков горячо полюбил Рахель. И он сказал Лавану:
— Я буду служить тебе семь лет, если ты дашь мне в жены Рахель.
Лаван согласился. Семь лет работал Яаков на Лавана.
Но для Яакова эти годы промелькнули словно несколько дней, так он любил
Рахель.
Когда истекли семь лет, Яаков сказал Лавану: — Теперь дай мне мою жену, как
ты обещал. И Лаван созвал всех соседей и устроил свадебный пир. Когда стемнело,
он ввел в зал невесту. Она была укутана покрывалами так, что лица ее не было
видно. Яаков взял ее и сделал своей женой. Но когда утром он поднял покрывала,
то увидел, что это была не Рахель, а ее старшая сестра Лея.
Яаков бросился к Лавану.
— Что ты сделал? — закричал он — Я работал семь лет за Рахель, а ты дал мне
Лею!
— У нас в стране не принято, чтобы младшая дочь выходила замуж прежде
старшей, — отвечал Лаван. — Я могу дать тебе и Рахель в жены. Но тебе придется
служить мне еще семь лет.
Так Яакову пришлось работать еще семь лет за Рахель, свою
любимую.
ЯАКОВ СТАНОВИТСЯ ИЗРАИЛЕМ
Когда истекли четырнадцать лет, Яаков сказал Лавану: — Теперь позволь мне
взять мою семью и вернуться в Ханаан.
Яаков очень скучал по отцу и матери и по родной земле. Но Лаван
упросил Яакова остаться еще. Так Яаков пас скот Лавана еще шесть лет. В уплату
за свою работу он получил от Лавана много овец и коз.
За эти годы Лея родила Яакову несколько сыновей и дочь. А у Рахели был только
один сын — Йосеф. Он был младшим из одиннадцати братьев. И вот, когда Йосефу
было семь лет, Яаков посадил своих жен и детей на верблюдов, собрал весь свой
скот, всех коз и овец, и тронулся в путь. Он возвращался в отцовский дом, в
Ханаан.
Когда они достигли Иордана, Яаков послал вперед гонцов, чтобы выяснить, как
встретит его Эйсав по прошествии стольких лет. Гонцы вернулись с вестью, что
Эйсав идет ему навстречу, и с ним четыреста воинов.
Ужас объял Яакова.
— О, Б-же! — взмолился он. — Спаси меня от моего брата Эйсава, не то он убьет
меня, моих жен и детей!
Когда Яаков увидел, что приближается его брат, он с трепетом вышел ему
навстречу и семь раз склонился перед ним. Яакову удалось умилостивить брата, и
Эйсав на время забыл о своем гневе.
И Яаков с семьей неторопливо продолжали свой путь в Ханаан. В Бейт-Эле, где
Яакову когда-то приснилась лестница, достигающая небес, они остановились, чтобы
принести благодарность Б-гу.
И снова Яаков услышал голос Б-га:
— Твое имя отныне будет не Яаков, а Израиль, что означает «будет властвовать
Б-г». Ты станешь отцом великого народа. Эту землю, которую Я дал Аврагаму
и Ицхаку, Я даю тебе и твоим потомкам в вечное владение.
Яаков и его семья двинулись дальше. Возле Бейт-Лехема у Рахели родился второй
сын, Биньямин. И от родов она умерла.
И вот, наконец, Яаков пришел в Хеврон, в отцовский дом. За те годы,
что Яаков был вдали от дома, умерла Ривка. Но Ицхак был еще жив.
Яаков расположил свои шатры возле отцовских и заботился об отце в последние
годы его жизни.