Один деревенский еврей, у которого не было детей, поехал вместе с женой к
святому магиду из Козенице просить его, чтобы он молился вместе с ними и
благословил их на обзаведение потомством. Святой магид благословил их, и его
благословение подействовало: родился сын.
Сколько-то времени спустя ребенок опасно заболел, и жена настояла, чтобы муж
поехал к магиду снова. Тот поехал, магид благословил его на полное излечение
малыша и отпустил с миром. Но ребенку становилось все хуже. Мать не отходила от
его постели, все время сидела рядом, огорченная и встревоженная. Однажды она
задремала возле сына, а когда проснулась, увидела около постели какого-то
солдата; в одной его руке -кувшин, в другой — ложка, и вот, он поит мальчика из
ложки. Испугалась женщина и закричала, а солдат убежал. В тот же миг лучше стало
мальчику, и начал он выздоравливать. Обрадовались родители, но и испугались: а
что, если это был колдун или черт? Что же они сделали? Поехали снова к святому
магиду и поговорили с ним о том, что случилось. Сказал им магид, чтобы не
волновались они, нет в этой истории ничего плохого.
Как только они уехали, приказал магид своему слуге взять его трость, пойти на
козинецкое кладбище, ударить тростью по могиле одного солдата и сказать этому
солдату, что его вызывает магид. Слуга так и сделал. Магид спросил у солдата:
«Кто поставил тебя лечить детей?»
Ответил ему солдат: «Когда забрали меня в армию, затерялся я среди гоев, жил
как они, только в их реестрах значился иудеем. Однажды вместе с другими
солдатами я шел по дороге и встретился нам беззащитный еврей. Солдаты окружили
его, обыскали, нашли сто рублей. Ограбив же его, испугались, что тот
пойдет и расскажет все офицеру, и тогда взяли они беднягу, повесили на дереве
и ушли. Как увидел я это жуткое дело, — задрожала во мне еврейская жилка, и
охватила меня жалость. Я скрылся от своих товарищей и пошел скорее к
повешенному, достал нож и перерезал веревку. И тут к нему вернулось дыхание. У
меня с собой были кое-какие деньги, я дал этому еврею сто рублей, и он в великой
радости отправился домой. Когда солдаты пришли на место, офицер устроил, как
положено, перекличку, вызывал каждого по имени, а как дошел до моего имени —
никто не отвечает: «Вот я». Спросил офицер солдат обо мне, и они ответили, что
по дороге я шел вместе с ними, да видать, задержался где-то. Приказал им офицер
разыскать меня. Они пошли и отыскали меня под деревом, на котором был повешен
еврей, да только его, повешенного, нет. Догадались солдаты, что это я спас
еврея, испугались, что расскажу я об этом деле офицеру, и решили повесить и меня
на этом дереве. Так они и сделали, а после пришли к офицеру и сказали, что нашли
меня повешенным. А потом забрали меня и похоронили на кладбище в городке
Козенице.
Когда же после моей смерти пришел я в Небесный суд за приговором, там
сказали, что присудить мне тут же райский сад невозможно, потому что ежедневно
совершал я преступления, но так же невоз-можно присудить мне ад, ведь я спас
жизнь еврею, а «всякий, кто спасет одну жизнь в Израиле, — словно спас целый
мир», да еще я отдал свою жизнь за его спасение.
Поэтому постановили, что буду я детским целителем, и дали мне на Небесах
право возвращать детям жизнь в час, когда они нуждаются в спасении.
Из книги Ш.-Й. Зевина «Хасидские рассказы « в переводе А. Львова