Прежде, чем обратимся к самой теории эволюции, упомянем, что рассказ о
творении мира в течение шести дней имеет не только философско-информативное
значение, но и служит основой практически применяемого закона (Суббота как день
отдыха). Поэтому в рамках ортодоксальной веры нет места аллегорическому
толкованию шести дней как шести эпох. Речь в Торе, стало быть, идет о привычных
нам сутках из 24 часов, из дня и ночи.
Тора повествует о создании растительного и животного мира в определенном
порядке. Все сущее, как совершенно очевидно следует из текста, было сотворено
«по видам и родам», а не развилось «вид из вида».
Разумеется, были среди мудрецов Израиля и такие (например, «Ор гаХаим»),
которые поставили себе целью аппологетику Торы в глазах народов мира и с этой
целью предлагали натянутые толкования слов Торы и Талмуда, из которых, якобы,
следует, что описание сотворения мира следует понимать аллегорически. Как и
всякая апологетика, эти попытки обречены на короткую жизнь. Вспомним, как еще
несколько столетий назад пытались мудрецы истолковать аллегорически слова о
«ходе луны и солнца,… а земля навеки стоит» и теорией Коперника. И когда им
это, казалось бы, удалось, оказалось, что с точки зрения современной физики и
космогонии невозможно ответить на вопрос, что вокруг чего вращается, что стоит,
а что движется.
Обращаясь к теории эволюции, вспомним, что к любой теории предъявляются два
основных требования: (1) она должна объяснить необъясненные до ее появления
факты, (2) с ее помощью можно предсказать еще неизвестные феномены и, таким
образом, проверить ее. Теория эволюции, казалось бы, предложила объяснение
обилию видов растительной и животной природы. Казалось бы, остается только
понять, как возникли простейшие одноклеточные (на этот вопрос теория не
отвечает). Дальше — превращение из формы в форму. Так ли это?!
Превращение одного вида в другой не происходит (если верить теории эволюции)
мгновенно, но длится столетия и даже тысячелетия. Если так, то мы должны были бы
найти множество подобных процессов в окружающей нас живой природе. Вот уже не
одно столетие наблюдают ученые за животным и растительным миром, документируют
все известные факты, но никто не зафиксировал появление нового вида.
Более того, есть ряд простейших, срок жизни которых крайне краток, а темп
размножения велик. По крайней мере на них мы должны были бы пронаблюдать
изменение вида и появление новых видов — ведь на наших глазах родились и умерли
тысячи поколений! Но и тут никто не видел изменений.
Кстати, если скажет оппонент, что ученые наблюдают природу слишком мало
времени, эти слова обратятся против него самого: как на основании такого
короткого наблюдения осмеливаются ученые экстраполировать свои предположения на
все время существования Вселенной?
Как уже было отмечено, новая теория, заменяющая старую, должна быть проще и
очевиднее нее. Теория эволюции должна была бы, по мнению ее создателей, заменить
библейский рассказ о сотворении мира. Но ведь предположение, что элементарные
частицы возникли случайно, собрались в случайные сочетания, случайно из неживой
природы возникла жизнь, случайно из простейших возникли более сложные формы
жизни, животные и человек — куда менее очевидно и вместо теории одного чуда —
Творения — предлагает теорию миллиона случайностей-чудес.
Особая тема, о которой приходится слышать много неавторитетных отзывов —
возраст мира. Модно с легкостью отвергать библейскую хронологию. Но что
предлагает наука взамен? «Возраст», вычисляемый на основе содержания соли в
водах океана, «возраст» по радиоактивным изотопам (кстати, каждый элемент дает
иную цифру), «возраст» астрономический — разнятся друг от друга на несколько
порядков!
Подытожим сказанное о теории развития видов (эволюция):
1. Теория создана на основе краткосрочных наблюдений. Время, прошедшие с тех
пор, показало, что предпологагаемые процессы изменений в природе не
наблюдаются.
2. Попытка экстраполяции на граничные периоды (сотворение мира, первые эпохи
его существования) оказалась не только некорректной, но и несостоятельной. Это и
неудивительно: нет сомнения в том (и это признано наукой), что температурные,
атмосферные условия, обилие радиоактивных материалов, влияние которых нам и
сегодня трудно себе представить, делают такую экстраполяцию невозможной.
3. С тех пор, как человек был объявлен потомком обезьяны, появились новые
(главным образом, генетические) методы исследования, которые не подтверждают эту
посылку. Развитие прикладных методой медицины, в особенности, трансплантации
органов, показали, что человек более «совместим» со свиньей, чем с обезьяной. К
счастью, не нашлось среди биологов авантюриста, который осмелился бы предложить
нам нового «предка».
Спрашивают: если эта теория доказала свою несостоятельность и отвергнута в
конце XX века большинством добросовестных ученых, почему научный мир не
принимает библейский рассказ о сотворении мира? На этот вопрос есть два ответа.
Во-первых, есть множество ученых, искренне верящих в слова Танаха. В некоторых
университетах их больше, в иных меньше, но мода на атеизм в научных кругах
определенно прошла. Во-вторых, и тех, кто не хочет принять Танах как источник
информации, можно понять. Танах не похож на любой другой источник знаний.
Признание какой-либо теории не влияет на личное поведение ученого. Принятие
Танаха — не только интеллектуальный шаг, но и революция во всех областях жизни.
Тот, кто верит в Танах, должен жить по Танаху. Что подумают обо мне коллеги,
если я стану вести себя в соответствии с Байбл?! Да, на такой шаг не у всех
найдется мужество.