Празднование бар-мицвы
Укрепись и станешь мужчиной
Надевать тфилин я начал задолго до дня «введения в заповедь». В первый день
чтения недельной главы Ахарей-Кдошим, 11 Ияра 5653 года, отец сказал мне маймор
хасидизма на стих «Укрепись и станешь мужчиной».
Маймор содержал четыре определения человека: «одом» («адам»), «енош», «иш»,
«гевер». Отец объяснил мне сущность прекрасного человека — «одом», показал, что
такое приятный человек — «иш», подчеркнул, что аспекты «енош» и «гевер» зависят
от самого человека.
«Одом» и «иш» — это сущностные определения человека, интеллектуальное и
эмоциональное. А «енош» и «гевер» — ступени, на которых находятся «одом» и «иш»,
причем «енош» указывает на слабость, а «гевер» на силу. Это значит, если «одом»
и «иш» слабые, они находятся в аспекте «енош», а если «одом» и «иш» осуществляют
непоколебимо то, что на них возложено, они пребывают в аспекте «гевер».
Собственно, в этом и заключается смысл высказывания, что «енош» и «гевер»
зависят от самого человека.
Это был первый маймор хасидизма, в котором я почувствовал частный,
относящийся непосредственно ко мне смысл. В этом майморе я ощутил «Ребе» в моем
тогдашнем понимании, почувствовал, что такое «отец».
Мне помнится беседа хасидов реб Нисана, реб Генделя и реб Меира-Мордехая
после этого маймора. Каждый из них объяснял мне маймор в соответствии со своим
путем в служении. Реб Меир-Мордехай говорил о ступени «одом», реб Гендель — с
позиции «иш», а мой учитель реб Нисан подробно объяснил мне аспекты «енош» и
«гевер», сказал, что их слабость и сила зависят только от формы реального
служения.
Не обманывать
От трех вещей предостерег меня отец в преддверии моей бар-мицвы: не
обманывать себя, не обманывать других, не позволять другим обманывать тебя.
И все это должно происходить без выпячивания, без подчеркивания.
Когда Ребе Раяц рассказал об этом в праздник Симхас Тойра 5704 года, он
добавил:
— Вот уже пятьдесят лет, как я выполняю эти указания из месяца в месяц, из
недели в неделю, изо дня в день. И поэтому меня невозможно обмануть. Я не хочу
говорить здесь в отношении себя, но это касается не только меня, это касается
всех. Тем, кто думают, что обманывают тебя, пусть даже на очень тонком уровне,
надо сказать, что они заблуждаются. Я хорошо знаю таких. Случается, что они не
понимают этого, но есть и такие, кому это объясняют.
Три маймора
К моей бар-мицве, 12 Тамуза 5653 года, я должен был выучить наизусть три
толкования хасидизма — один короткий маймор и два длинных. Короткий маймор отец
велел мне произнести на публичном праздновании моего совершеннолетия после
молитвы.
Один длинный маймор я должен был сказать в этот же день при посещении святого
Оэля прадедушки Ребе Цемаха Цедека и дедушки Ребе Шмуэля.
О третьем майморе не должен был знать никто, в том возрасте это было для меня
большим испытанием, но я его выдержал.
Возлюби ближнего своего, как самого себя
В 5640 году 12 Тамуза, день, когда я родился, оказался понедельником. День
моей бар-мицвы, 12 Тамуза 5653 года, также пришелся на понедельник.
В этот день отец начал говорить маймор «Тфилин Г-сподина мира» и говорил его
до субботы главы «Балак».
Ежедневно после произнесения маймора следовало хасидское застолье, трапеза
радости заповеди совершеннолетия. Празднование началось еще 8 Тамуза, в четверг.
На субботу главы «Хукас» в Любавич приехало много гостей-хасидов, некоторые даже
с Украины, все собрались на праздничный фарбренген. Главное же празднование, в
день самой бар-мицвы, трудно описать. В моем дневнике подробно записаны все
беседы, все рассказы отца.
В день моей бар-мицвы, по возвращении со святого Оэля и после произнесения
хасидского маймора, состоялось возвышенное хасидское застолье, длившееся
несколько часов.
Отец был в приподнятом состоянии духа. Он рассказал, что со времен бар-мицвы
Митлер Ребе в «доме Ребе» установлен порядок, по которому отец (тогда это был
Алтер Ребе) на бар-мицве сына просит его:
— Спроси что-нибудь.
Так же обратился ко мне отец на трапезе бар-мицвы:
— Йосеф-Ицхок, спроси что-нибудь.
И я спросил отца:
— В Сидуре написано, что правильно сказать перед молитвой: «Вот я принимаю на
себя позитивную заповедь ”возлюби ближнего своего, как самого себя”.» Почему
постановили сказать это именно перед молитвой? Если любовь к ближнему должна
проявляться с самого утра, не лучше ли было бы сказать это в утренних
благословениях?
Отец ответил мне:
— Если у отца много детей, основное наслаждение он испытывает от их единства,
любви друг к другу. Молитва — это ведь обращение человека к Б-гу с просьбой об
удовлетворении его нужд материальных и духовных, и перед просьбой надо доставить
удовольствие Отцу в небесах. Вот почему постановили принимать на себя заповедь
любви к ближнему именно перед молитвой.
Идея любви к ближнему, как к себе самому, выражается не только в том, что ему
дают возможность поесть, помогают милосердием или предоставляют ночлег, но и в
том, что эта идея выражается всей сущностью человека, что проблемы ближнего
занимают его больше, чем свои. Известно выражение старых хасидов: «Надо любить
себя так, как ты любишь ближнего».
Раскрытие
Перед моей бар-мицвой отец дал мне на несколько дней маймор «Приводится в
Мидраше теилим», отметив, что этот маймор Ребе Цемах Цедек дал своему сыну
Шмуэлю на его бар-мицву, а он — своему сыну, моему отцу, на его бар-мицву.
В один из дней, предшествовавших бар-мицве, отец попросил меня повторить
перед ним наизусть маймор, который он указал. Закончив чтение, я хотел кое-что
сказать отцу, но кто-то вошел, и беседа прервалась. Отец почувствовал, что мне
хотелось ее продолжить, и спросил меня, когда освободился:
— Ты хотел мне что-то сказать?
Я тогда начал читать маймор «Спускающиеся в море на кораблях», губы отца
задрожали, и он спросил, когда я видел дедушку, Ребе Шмуэля? Я ответил, что в
канун субботы, а до этого — летом, и закончил повтор маймора.
Потом мы вместе пошли на Оэль, о чем я говорил выше. По дороге домой отец
произнес слова из благословения праотца Яакова внукам своим Эфраиму и
Менаше:
— Ангел, избавивший меня от всякого зла, да благословит этих отроков и да
наречется на них имя мое и имя отцов моих.
Я спросил отца, как же праотец Яаков, человек очень скромный, в благословении
на первое место ставит имя свое, а потом уже «отцов моих»?
— Человек должен начать с того, что ближе к нему самому, — объяснил мне
отец.
Самоуверенность в вынесении решения
На праздновании моей бар-мицвы отец говорил в майморе хасидизма:
— Самоуверенный в вынесении судебного решения — глупец, злодей, высокомерен.
Какая в этом идея?
Он объяснил это, изложив идею света и тьмы. В темноте невозможно обнаружить
какие-либо препятствия, при свете же, особенно сильном свете, можно увидеть все,
даже различить «белое пятно». Тора — это свет, в Торе есть и внутренняя Тора, по
отношению к которой то, что до этого называлось светом, та же тьма.
Хасид реб Яаков-Мордехай из Полтавы попросил уточнить:
— Отсюда следует, что темнота — это отдельное творение.
– Это мнение Алтер Ребе, — подтвердил отец. — У того, кто самоуверен, груб
сердцем, при вынесении судебного решения сердце грубо также к «свету», он «глуп»
в разуме, «злодей» в эмоциях и «груб духом» в одеяниях души.
В конце маймора отец добавил:
– Кто-то понимает идею во всех ее деталях, с логическими выкладками, что
соответствует понятию «мудрец в понимании», о чем сказано: «Мудрость оживляет ее
обладателя». Ее обладатель — хозяин мудрости, как это объясняется — у мудрости и
понимания свой отдельный источник, в силе разума и еще выше — в силе души,
которая выше даже «тайного распространения».
У понимания есть свой источник, более того, источник понимания еще выше
источника мудрости по причине того, что мудрость находится в аспекте «точки», а
понимание — в аспекте сущностной широты. И если человек понимает идею во всех ее
нюансах, у него есть еще и аспект осязаемого видения идеи, не только в
постижении, но и в служении в молитве, идеи единства Всевышнего, когда он
пробуждается в любви и трепете, что свидетельствует — идея пронизала его
насквозь до реального служения. И если после молитвы он становится «проулком,
выходящим на пустырь», т.е. «самоуверен при вынесении судебного решения», то он
глупец, злодей и высокомерен, что показывает — и его постижение вовсе не
постижение.
Что такое хасидизм
В четверг, 15 Тамуза, в доме у моего дяди Залмана-Аарона состоялся
фарбренген, на котором обсуждался вопрос, что такое хасидизм. Большинство
присутствующих признало наиболее правильным мнение на этот счет реб
Гершона-Дова. Все согласились с тем, что хасидизм — это исследование
Б-жественности, однако необходимо было выяснить, какие преимущества, что нового
содержит хасидизм по сравнению с каббалой и принятой ранее еврейской
философией.
Хасид реб Гершон-Дов заявил, что Тора каббалы называет по имени каждое
Б-жественное качество (сфиру) и каждую структуру, образованную из них (парцуф),
еврейская философия вывела отрицательное постижение: «Если бы познал Его — был
бы Им». Тора хасидизма вывела абстрактное постижение: «Познаю Его — буду Им»;
когда в постижении Б-жественной души посредством труда души и тела в служении
всем сердцем наступает полное понимание, приходишь к ощущению «Познаю Его — буду
Им».
Хасид реб Яаков-Мордехай Безпалов поддержал мнение реб Гершона-Дова, горячо
его одобрил:
— Обладатель способности так глубоко мыслить, который провел десятки лет в
истинном труде душой и телом, коронованный благословениями рабеим, является и
обладателем этих обеих вещей — «познал Его» и «был Им». И оба аспекта у него
заключены в форму великого разума.
В 5761 году я часто встречался с реб Яаковом-Мордехаем. Мы гуляли с ним, пили
чай под сенью деревьев во время одного из его посещений нашего дома я напомнил
ему о том, что написано в моих записях о праздновании моей бар-мицвы.
Пока мы разговариваем, появился мой святой отец, сел с нами и спросил, чем мы
занимаемся.
Я вспомнил о фарбренген на трапезе моей бар-мицвы в доме дяди Залмана-Аарона,
показал мои записи, где были изложены мнения всех присутствовавших на ней.
Отец стал просматривать мои записи, почитал несколько страниц о бар-мицве, о
том, что было во время трапезы (не про посещение Оэля святых отцов и не про
легкую трапезу после молитвы, а именно про трапезу бар-мицвы), затем стал читать
о фарбренгене.
Реб Яаков-Мордехай, как уже отмечалось, был убежден, что мнение реб
Гершона-Дова о новшестве Торы хасидизма — только для обладателей высочайшей
ступени в постижении и в служении, но не для таких как мы, – сказал он о
себе.
— Это не так, – возразил ему отец, — каждый хасид занимается изучением
хасидизма и служением всем сердцем, оба они, учеба и молитва, по сути, одно
целое. Если учатся и не занимаются истинным служением, учеба не учеба, если же
служат и не учатся — служение не служение. И только когда эти две вещи
существуют вместе, ощущают «был Им», приходящее от «познал Его», что в душе.
Долго еще отец объяснял эту идею, приводя убедительные примеры, вспоминая
чудеса (в постижении), происшедшие с несколькими хасидами, связанными с его
отцом Ребе Шмуэлем, одного возраста с реб Яаковом-Мордехаем, которых знал и
я.
Особые майморы
Со времени моей бар-мицвы отец стал говорить передо мной на аудиенции особые
майморы хасидизма, отличающиеся от тех, которые говорили публично по субботам.
Иногда небольшая часть была из тех, что произносили по субботам.
В большинстве своем это были майморы короткие, майморы, объясняющие идеи
служения, сопровождаемые подробными примерами. В каждом примере отец обращал мое
внимание на какую-либо деталь, объяснял ее мне и ее отношение к тому, на что был
направлен пример. Кроме того, что он учил со мной маймор и объяснял мне каждую
идею досконально на уровне моего понимания, он показывал мне, как надо
учиться.
Мудрец тот, кто учится у всех
В первый день недельной главы «Пинхас» отец сказал мне:
— Несмотря на то, что пост 17 Тамуза «отодвинутый», тот, который выпадает на
субботу и переносится на воскресенье, это первый пост у тебя в новом состоянии:
«укрепись и станешь мужчиной». В первый пост необходимо поститься, а не худеть.
Просто не есть и не пить называется «небольшое похудение», и только когда
трудятся над постижением Торы и вместе с тем не едят и не пьют — это пост.
— Сегодня, — продолжал отец, — повтори мысленно три маймора хасидизма на твою
бар-мицву и несколько глав Мишны (в дополнение к ежедневному уроку по изучению
Мишны наизусть), а в четыре часа зайди ко мне.
В назначенный час он попросил меня рассказать ему эти три маймора, что заняло
несколько часов. Между майморами я немного отдыхал.
Та великая близость, которая установилась между нами, была для меня таким
счастьем, что я даже не почувствовал тяжести поста. Отец предупредил меня никому
не говорить, что я постился.
Когда я пришел на миньян к молитве Минха — в Любавиче было принято молиться
Минху в пост поздно, — мне очень хотелось, чтобы все знали, что я уже взрослый и
пощусь, но никто этого не заметил. С понедельника главы «Пинхас» 19 Тамуза, до
субботы главы «Ваэтхананан» я должен был ежедневно повторять один из трех
майморим, последовательно один за другим.
Во вторник я от имени моего отца попросил учителя реб Нисана разрешить мне
оставить хедер на несколько часов.
Когда я пришел к отцу, он сказал мне:
— Месяц Элул уже наступает и ощутим, это первый твой Элул с того момента, как
ты стал мужчиной. Я скажу тебе маймор хасидизма и буду его повторять, пока ты не
выучишь его. Потом обдумай его содержание. И никто не должен об этом знать.
Это был короткий маймор «И уберет Всевышний от тебя всякую болезнь». Я выучил
его после полудня в комнате у отца. В субботу главы «Экев» отец говорил публично
маймор «И уберет…» более подробно. Передо мной он сказал его кратко, я должен
был выучить его хорошо, и тогда он скажет мне второй маймор.
Так продолжалось некоторое время.
Летом 5654 года отец поехал на отдых на лиман, недалеко от Одессы, и разрешил
мне проводить его до Смоленска. Там он должен был дождаться поезда Орел –
Одесса, и происходило это в абсолютной тайне.
В поездке из Рудни в Смоленск отец сказал мне короткий маймор «В три года
познал Авраам своего Творца».
А перед тем как сесть в поезд, едущий в Орел, еще сказал:
— Кто такой мудрец — кто учится у всех, чтобы быть учащимся, не надо быть
мудрецом. Поскольку учение — суть достоинство человека. Человек тот, кто учится,
не учится — значит, не человек. И только тот, кто учится у каждого, — мудрец,
т.е. мудрец — тот, кто ищет и находит в каждом хорошее, чему стоит
научиться.
Учение — это разум, а разум — это степенность, рассудительность. Слово
«человек» («иш») намекает на эмоции, но только на эмоции, руководимые разумом.
Природные эмоции — пылающий огонь («эш»), человек же — это «эш» и «йуд» («иш»),
т.е. огонь, в котором присутствует «йуд» — мудрость и разум.
Преимущество ступени человека только над ангелами, находящимися в аспекте
огня «эш», поскольку души находятся в аспекте «иш», и тем не менее истинное
преимущество человека выражается именно словом «одом», а не «иш».
Великим достоинством Моше было то, что он находился на ступени «иш», а
человек («иш») Моше был очень скромный, более скромный, чем все люди на земле.
На первый взгляд, определение «одом» относится к разуму, «иш» — определение
эмоций, а ступень «одом» выше, чем «иш».
Святая Тора прославляет Моше: «Верный он во всем доме Моем», как «сын дома»,
«Из уст в уста говорю с ним…», без посредников, именно про него употребляется
определение «иш», а не «одом».
Тора хасидизма объясняет это так: «одом» — аспект разума, и вместе с тем есть
у него разум, но нет в нем цельности. «Иш» — аспект эмоций, а добрые качества
(эмоции) находятся в полноте. Всевышний отмечает у Моше достоинство «одом», что
он «сын дома» Его. Моше — это ступень «хохмы», мудрости мира Ацилус (наивысшего
из миров), «Из уст в уста говорю с ним», без посредников, поскольку мудрость —
это полное аннулирование себя перед Б-жественностью. И более высокая ступень в
нем — то, что он «иш». Глубочайшая и великая мудрость, раскрывающаяся в полноте
эмоций, соответствующих уровню мудрости.
Праздник 18 Элула
Во вторник, 17 Элула 5653 года, отец сказал мне:
— Завтра, в среду, рано утром, окунешься в микву и не говори Таханун
(покаянную молитву).
Воспитание и наставления в те времена «вырезали» на сердце у воспитателя
качество скромности. Не только в том, что отдалялись от чисто внешних
проявлений, но еще с детства отвращали в сердце выпячивание и трудились по его
искоренению, а вместо них «вырезали» добрые свойства и первое из них —
скромность в поведении.
Когда отец сказал мне, чтобы я не говорил Таханун, я не спросил — почему.
Подобных слов не существовало в нашем словаре. Мы, дети «дома Ребе», знали от
рождения: «сделай свое ухо трубой». Вспоминая, что слышал я о детских годах
Алтер Ребе, моего деда Ребе Шмуэля, отца и его братьев, о моем детстве, я вижу
особенно ярко идею «сделай свое ухо трубой». Требовалось смотреть, слушать и
вслушиваться, а не спрашивать почему. Не надо было даже приказывать, достаточно
было только сказать, и дело было сделано.
В среду, 18 Элула, с разрешения учителя реб Нисана вернулся рано домой из
хедера. Отца я застал в приподнятом настроении. Он встретил меня словами:
— Хаг самеах — радостного праздника нам! Сегодня день рождения двух наших
великих светил: 18 Элула 5458 года родился Баал-Шем-Тов, а 18 Элула 5505 года —
Алтер Ребе.
Я много слышал о дне 18 Элула, но первый «хаг самеах», связанный с «хай
Элул», праздновал 18 Элула 5653 года.
Отец надел субботнюю одежду, закрыл дверь своей комнаты и сказал мне маймор
хасидизма, начинающийся со слов: «Пятьдесят врат понимания созданы в мире».
Когда отец закончил произнесение маймора, он добавил:
– Распространение Моше в каждом поколении, общий хасидский Моше с
пятьюдесятью вратами понимания, созданными в мире, – это Баал-Шем-Тов и его Тора
хасидизма, наш хабадский Моше с теми же пятьюдесятью вратами понимания – это
Алтер Ребе и его Тора хасидизма. Все врата были переданы Моше, кроме одного, и
эти одни предназначены для Мошиаха, это и есть «Распространятся источники твои
наружу».