Недельная глава « Ваякгель – Пкудей»
24 адара 5759
12.3.99
МЫ, ЕВРОПЕЙЦЫ… МЫ?!
Психологи говорят, и нет оснований сомневаться в их словах, что нет худшей
ловушки для человека, чем отсутствие самоидентификации, самосознания. То есть,
живет себе человек и не знает, кто он. У некоторых это незнание частично
(человек без национальности, без вероисповедания или без имени).
Впрочем, бывает и хуже – человек считает себя не тем, кто он на самом деле.
Живет не своей жизнью, – это почти смерть.
О чем это я? Да так, в последнее время часто слышу от российских (в прошлом)
евреев: «мы, европейцы…». Как правило, продолжение бывает рассистским, от
умеренно– до ультра-. Мы, европейцы – а они африканцы, азиаты.
Израильский-примитивский-варварский, как говорится в известной юмористической
миниатюре. Меня, честно говоря, бесит высокомерие знати из Мценского уезда,
интеллектуалов из Урюпинска и элиты из Шепетовки. Впрочем, снобов хватает и
среди выходцев из Москвы и Петербурга.
Но со временем раздражение и гнев уступают место тихой жалости. Милые мои
европейцы, люди с ошибочной самоидентификацией!
Российский еврей, считающий себя органическим элементом и продуктом
европейской культуры ошибается дважды.
Во-первых, он исходит из ошибочной посылки, что он русский. Во-вторых, он
исходит из ошибочной посылки, что Россия находится в Европе, а культура ее –
культура европейская.
Начнем с конца. Блок не случайно сказал: «Да, скифы мы, да, азиаты мы…»
Задиристое слово «да!» было ответом на потрясение российской интеллигенции,
обнаружившей в начале века, что европейцы, странные люди, не считают Россию
частью Европы. Впрочем, и утверждение, что россияне суть азиаты – тоже ошибка.
Россия с ее восхитительной культурой в узком смысле слова (литература, музыка,
изобразительное искусство) и ужасающей культурой в широком смысле слова
(пьянство, добровольное рабство, невежество) представляет собой гибрид Востока и
Запада,– одним словом Евразия.
Но – и это главное – нам-то что до дискусии о культурной принадлежности
России?!
Припоминаете? Мы – потомки Авраама (Ирака), Ицхака, Яакова (Эрец-Исраэль),
последователи учения Моше (Египет), исповедующие веру пророков (Эрец-Исраэль),
мудрецов Талмуда (Ирак). Наши деды и прадеды жили по законам, установленным
Рамбамом и Каро, упивались поэзией гаЛеви и ибн-Гвироля, искали откровения в
книгах мудрецов каббалы, – и никто из них не был и не считал себя европейцем.
Наш язык – семитский, родственный арабскому и даже амхарскому, ни на волос не
похожий на европейские. И родина наша здесь – на побережье Средиземного моря и в
Иудейской пустыне, на древнем пути из Египта в Шам (Сирию).
Да, мы выросли, не зная не только своего языка, но и, порой, не зная, что он
существует. Да, многие из нас (не будем лукавить, далеко не все и даже не
большинство) пропитаны европейской культурой больше, чем средний француз или
англичанин. Но он, бретонский крестьянин или ирландский пьянчуга – европеец, а я
– нет. Я могу попытаться играть в «допустим» и в «представим себе» – но
самообман не приведет ни к чему хорошему.
Мои корни здесь, – не только в этой земле, но и в нерусских буквах, бегущих
справа налево, и в фонетике, ломающей славянское небо, и в древней вере, и в
долгой памяти, в которой Европа – эпизод. Я – еврей, не русский, не «сын
универсальной цивилизации». Я знаю языки Востока и Запада, читаю их книги, но
остаюсь самим собой. Я – не европеец и не азиат. Думаю, что и вы.