Описывать радость Ребе аналогично тому, что жителю прерии описывать
величие скалистых гор. В нашем представлении счастье – это улыбающееся лицо и
удовлетворенный взгляд веселого человека. Но у Ребе радость была глубоко
внутренней – как ослепительный свет внутри лампы. Свет продолжающийся,
постоянный. Не сгорающая, а сдерживаемая радость бесконечного оптимизма, силы и
жизни, ждущая момента, чтобы выплеснуться, как нежданный цунами, сметая все на
своем пути.
Даже сейчас, входя в кабинет Ребе, можно почувствовать эту живительную
радость, наполняющую атмосферу и любой предмет, которого он касался.
По собственному признанию, Ребе был мрачным, подверженным глубокому
самоанализу человеком, и ему стоило большого труда наполнить свой характер
радостью.