Ангелы, которые ждут нас

Канун Шабос главы «Вайишлах»
15 кислева 5780 года / 13 декабря 2019 г.

Люди часто обращаются к Небесам с просьбой о чуде. Каждый из нас был бы счастлив встать утром, заглянуть на свой банковский счет и обнаружить, что добрые ангелы вложили на него миллион долларов… Это, конечно, было бы очень здорово, но реальность такова, что Всевышний не продает чудеса в магазине, и то, что не может произойти естественным путем, — не произойдет. Поэтому очень трудно понять, почему, комментируя стих: «И послал Яаков ангелов пред собой к Эйсаву, брату своему» (Брейшис, 32: 4), Раши говорит: «Именно ангелов. Слово малах имеет два значения: «ангел» и «посланец»; в данном случае он послал ангелов из тех, которые встретили его». Значит, наш праотец Яаков пригласил верховных ангелов с небес, Михоэля и Гавриэля, и отправил их к своему брату?! Это, конечно, очень озадачивает. Что заставило Раши дать именно такое толкование? Почему бы просто не выбрать второе значение — «посланец»? Точно так сказано в главе «Хукас»: «И направил Исраэль послов (малохим) к Сихону, царю эморийцев» (Бамидбор, 21: 21), и комментарии (и перевод) показывают, что Моше отправил обычных посланников, из плоти и крови. И главное: зачем Яакову понадобилось такое великое чудо? Разве это была столь сложная задача, что для ее выполнения надо было призвать верховных ангелов с небес? В общем, Яаков хотел «пощупать пульс» у Эйсава и проверить степень его гнева. Пребывает ли он все еще в ярости от того, что произошло между ними двадцать лет назад, или долгие годы разлуки сделали свое дело — он повзрослел и менее зол? Для такой проверки можно было нанять частного детектива или хорошего адвоката, обладателя сертификата медиатора, и не было никакой необходимости беспокоить небесных ангелов!

Однако следует сказать: Эйсав был, к сожалению, убийцей, очень опасным, вспыльчивым человеком, способным, не задумываясь, «нажать на курок». И поэтому в голову Яакову даже не приходила мысль отправить к нему посредника-человека. Это было бы слишком рискованно…

Подтверждение этому мы найдем в описанном в Торе эпизоде, предшествовавшем продаже первородства. Яаков на кухне готовит отцу чечевицу (в этот день скончался Авраѓам, и Ицхок сел оплакивать своего отца, а по традиции в первую трапезу после похорон скорбящим дают блюда из чечевицы). Эйсав возвращается домой, заходит на кухню и, увидев еду, просит брата: «Дай же мне глотнуть от этого красного, красного, ибо устал я» (Брейшис, 25: 30). Почему Эйсав устал? Что сделало здорового, крепкого 15‑летнего юношу «уставшим»? Раши говорит (в комментарии на предыдущий стих): «Устал убивать». В тот день он совершил первое в своей жизни убийство: сразил своей стрелой царя Нимрода, который был властителем мира на протяжении десятилетий! Яаков хорошо помнил этот момент, поэтому он и не думал посылать к Эйсаву посланника из плоти и крови. Было ясно, что ему нужна помощь верховных ангелов, чтобы выстоять и остаться в живых после встречи со своим братом.

…Приближается 19 кислева, когда весь еврейский мир отметит день освобождения из заключения Алтер Ребе, автора «Тании» и свода законов «Шулхан орух ѓаРав». Одним из знаменитых приверженцев Алтер Ребе был рабби Шмуэль Мункес. Это был интересный человек: на первый взгляд он производил впечатление этакого «Гершеле», который любит пошутить и насмешить, но те, кто его хорошо знал, понимали, что за его юмором скрывается глубокая душа. Когда реб Шмуэль Мункес был совсем молодым, он услышал про величие цадика из Лиозно (Алтер Ребе) и решил стать его хасидом. Холодной зимней ночью реб Шмуэль прибыл в Лиозно и постучал в дверь дома Ребе. Ему никто не ответил. Он постучал сильнее, и услышал голос рабби Шнеура-Залмана: «Уходи отсюда! Дверь сейчас не откроется». Но не таким человеком был рабби Шмуэль Мункес, чтобы переживать из-за отказа. Он начал стучать еще сильнее. Ребе повысил голос и закричал: «Уходи! Если ты не уйдешь, я позову моего помощника, моего Эйсава (свое злое начало), чтобы прогнать тебя». Реб Шмуэль ответил: «Рабби, мне не страшно, мой Эйсав сильнее вашего!»

История встречи Яакова с Эйсавом — это притча нашей жизни: перед каждым из нас стоит такой «Эйсав», чтобы помешать нам продвинуться в духовном плане. Мы начали год духовно окрыленными, но жизнь в мире делает свое дело: мы дышим материальным, едим материальное, пьем материальное и сами становимся материальными. Есть красивое выражение, подводящее итог жизни человека: «Мы теряем важное из-за срочного». Необходимость прибыльно закрыть месяц и преуспеть в бизнесе гасит огонь и энтузиазм, и так проходит еще один год. Вот почему для нас так важна помощь «ангелов». У нас нет возможности выходить в мир с пустыми руками и идти по жизни только благодаря своим собственным силам. Согласно учению автора книги «Тания», ангелы — это «мозг» и «сердце»: мозг и сердце выше в мире, чем наша обычная рутина. И если мы сможем наполнить их высоким содержанием Торы, мозг передаст это послание сердцу — и оба они поднимут нас над ежедневными проблемами. Каждая открытая книга Торы знает, как передать ее мозгу, но только некоторые слова Торы способствуют созданию невероятного и одновременно говорят разуму и сердцу. Их сила хороша, чтобы задействовать все составляющие личности и поднять нас на более высокую ступень духовности. В этом и заключается сила «Тании», сила хасидизма в целом: взять утомленных жизнью людей и зажечь их духовным энтузиазмом.

Ангелы, которых Яаков послал к Эйсаву, также напоминают нам: Б‑г дал нам ангелов. Они ждут очень близко, внутри большого книжного шкафа. Все, что нам нужно сделать, — это вытащить их. И что еще более важно: мы все с нетерпением ждем Мошиаха, а учение хасидизма должно сыграть важную роль в подготовке мира к его приходу, как известно из знаменитого письма Баал-Шем-Това, в котором он рассказывает о своем подъеме в духовные миры и о встрече с Мошиахом. «И спросил я его, — пишет Баал-Шем-Тов: — «Эймосай кооси мар — Когда же ты придешь, господин мой?» И ответил он: «Вот тебе знак. Когда известно станет твое учение в мире и кшейофуцу майанойсэхо хуцо — когда источники твои изольются наружу». Да произойдет это вскоре, в наши дни! Омейн!

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (789 КБ).

Еще одно преимущество свадьбы

Канун Шабос главы «Вайишлах»
15 кислева 5779 года / 23 ноября 2018 г.

На этой неделе хасиды Хабада во всем мире отметили светлый день 14 кислева, ознаменованный в 5689 (1928) году свадьбой Любавичского Ребе с ребецн Хаей-Мушкой, благословенна память о ней. В одной из своих бесед Ребе сказал об этом событии: «В этот день была установлена моя связь с вами [хасидами]. Да поможет Всевышний и благословит нас увидеть хорошие плоды наших трудов».

Обычно свадьба дает человеку много преимуществ: эмоциональное партнерство, создание семьи, удвоенные расходы, обязательный отчет о месте, в котором вы находитесь в любой момент, и т. д. Но на этой неделе мы читаем о другом большом преимуществе, которое также следует учитывать. Мидраш говорит, что в день свадьбы Эйсава все его грехи были прощены. Под хупой как бы обнулился счет грехов злодея Эйсава, и он начал новую жизнь, как гер, принявший иудаизм. Мидраш сообщает нам об этом, приводя имя невесты. В конце нашей сегодняшней недельной главы «Вайишлах» Тора рассказывает, что Эйсав взял в жены свою двоюродную сестру — «Босмас, дочь Ишмоэля» (Брейшис, 36: 3). Но в конце главы «Тойлдойс» (Брейшис, 28: 9) сказано, что его жену вообще-то звали Махалас (это слово также означает «прощение»). Наши мудрецы объясняют, что ее настоящее имя было Босмас, но Тора намекает, что в момент заключения брака все грехи Эйсава были прощены.

Как это возможно? Разве правильно, что человек грешил столько лет, но в один момент вхождения под хупу все его грехи прощаются?! Вспомним, что успел натворить Эйсав до свадьбы. Будучи мальчиком 15 лет, он уже убил человека! В главе «Тойлдойс» рассказывается, как однажды вечером в доме Ицхока и Ривки Яаков готовил чечевичную похлебку. Появляется Эйсав и просит дать ему поесть чечевицы, а Яаков требует взамен продать ему первородство. Эйсав дает ужасающий ответ уставшего от жизни человека: «Вот я близок к смерти, для чего же мне первородство?» (Брейшис, 25: 32). От чего так смертельно устал 15‑летний мальчик и почему он говорит о смерти? Потому что в тот день он очень близко видел смерть. Во время охоты Эйсав убил царя Нимрода. Забрав жизнь у человека, он почувствовал уныние и опустошенность… Разве можно простить грех убийства в один момент при входе под хупу? Действительно, мидраш добавляет, что Эйсав раскаялся, «высказал свое намерение измениться» («Брейшис рабо», 62: 13). Для каждого нормального человека момент входа под хупу — время сосредоточенности и молитвы. И этот эмоциональный момент пробудил в Эйсаве угрызения совести за все, что он сделал, а Б‑г принял его раскаяние. Конечно, остается вопрос: разве можно верить Эйсаву? Мы не раз наблюдали картину появления опасных преступников в зале суда с кипой на голове, чтобы произвести хорошее впечатление на судью, который должен принять решение о продлении их наказания. Это не действует. И намерение Эйсава измениться тоже не должно было впечатлить Всевышнего. Как же Б‑г смог принять его тшуву? И еще один важный вопрос: почему Тора намекает на это великое новшество на свадьбе Эйсава? Ведь и до него были грешники, которые женились. Ишмоэль женился, мужчины поколения Потопа были женаты, и еще много других. Почему Тора ждет с сообщением о прощении до свадьбы Эйсава?

Во второй половине XIX века гаон рабби Хаим Берлин был главным раввином Москвы. В конце своей жизни он поднялся в Эрец-Исроэль и стал главой ашкеназской общины Иерусалима. Каждый год на Песах, когда принято читать Песнь песней, рабби Берлин вытирал слезы с глаз. Как-то ему захотелось рассказать своим прихожанам, почему он плачет:

«Однажды меня вызвали на допрос в следственное отделение Москвы. Чиновник начал расспрашивать меня о моей религиозной деятельности. Делаю ли я обрезание младенцам? Кто помогает мне и т. д.? Я был страшно напуган и не ответил ни на один его вопрос. Он громко пригрозил, что ему придется арестовать меня, но я молчал. Тогда он встал, сделал несколько кругов вокруг стола, приблизился ко мне и шепотом сказал, что видит, что мне можно доверять, и поэтому просит меня завтра утром прийти к нему домой, ребенок будет уже готов. Затем он крикнул своему писарю, чтобы меня вызвали на допрос через несколько дней.

На следующее утро в доме чиновника меня встретила только старая бабушка ребенка. Я поспешно совершил обряд брис-мило и ушел.

Несколько дней спустя я появился в следственном управлении для повторного допроса, и тот же чиновник кричал на меня и проклинал меня, а после прошептал: «Спасибо за то, что ты сделал для меня». Я не мог удержаться и спросил: «Вы ведете себя как атеист — почему вы рискуете своей жизнью и своей работой?» Он ответил: «Я уже потерян, это моя работа, моя карьера, и я стараюсь сделать это как можно лучше. Но мой сын только начинает жизнь. Он может захотеть быть кошерным евреем в будущем, поэтому я открываю ему дверь, чтобы, если он захочет жить другой жизнью, он смог это сделать».

И тогда я понял, — сказал в заключение рабби Берлин, — стих: «Как ты прекрасна, подруга моя, как ты прекрасна! Голуби — очи твои из-под фаты твоей!» (Песнь песней, 4: 1). Почему царь Шломо уподобляет народ Израиля взгляду голубей? Потому что голубь не сводит глаз с голубятни. Даже вылетая на поиски пищи, он остается на связи с домом, чтобы следить за птенцами. Так и еврей никогда не разъединяется с Творцом и — пусть и в глубине души — хочет жить по-еврейски».

У каждого из нас бывают хорошие и плохие моменты. Ситуации, в которых мы раскрываем свои лучшие качества, и противоположные им. Вопрос в том, во что мы должны верить. Когда человек выражает свое истинное содержание, а когда подвергается чужому влиянию? История Эйсава учит, что Б‑г верит в нашу доброту и не верит в наше зло. Б‑г верит в прощение, и когда Эйсав стоял под хупой и проливал слезы о своей печальной судьбе, Всевышний посчитал, что тот никогда не хотел грешить. Не то чтобы он согрешил от всего сердца, и теперь хочет начать новую эру. Нет и еще раз нет! Эйсав встал под хупу и сказал: «Владыка Вселенной, если бы я мог заранее планировать свою жизнь, она выглядела бы совершенно иначе. Я никогда не хотел бы оказаться в тех местах, куда меня занесло».

Теперь ответ на второй вопрос становится абсолютно понятен. Почему Тора намекает на прощение в день свадьбы именно для Эйсава, а не для грешников, которые предшествовали ему? Потому что он — первый еврей, который согрешил. Перед ним были только праведные евреи — Авраѓам и Ицхок. Эйсав — первый наш грешник, он первый отступник, родившийся у родителей-евреев. Из-за этого его просьба о прощении звучала так: «Я никогда не хотел отдаляться. Все мои грехи были своего рода «временным безумием» из-за «духа глупости», который напал на меня и соблазнил меня». Действительно, хасидизм всегда говорит о добром начале в душе каждого еврея, а не о ее греховной части. «Вторая душа, отличающая каждого еврея, — частица безграничной сущности Б‑га свыше» («Тания», начало 2‑й главы). Хасидизм считает, что более глубокая сущность человека — «вторая душа в нем». Все, что связано с грехами, существует, но не как главное в нас, и поэтому слова хасидизма затрагивают в душе те струны, которые хотят отдавать, внести свой вклад и подняться.

Рабби Зуша из Аниполи однажды рассказал, что видел много ангелов на небесах и заметил странное явление: в группе белых ангелов, которые были созданы от исполнения заповедей, все были цельны и здоровы. А в группе черных ангелов, созданных грехами человека, все были искалеченные, а кто был цел внешне, у того либо сердце разбито, либо ум смущен, и т. д. Эти слова можно объяснить следующим образом: ангел на небе отражает человека, который создал его внизу… Еврей исполняет заповеди обычно с желанием и радостью, всем сердцем, в полной гармонии с самим собой, создавая белых здоровых ангелов. Но когда еврей запятнает свою жизнь, совершив грех, не дай Б‑г, он всегда мучается угрызениями совести, сомнениями и размышлениями о раскаянии, поэтому созданный им ангел выглядит неполноценным и жалким. Давайте попробуем не грешить и исполнять заповеди радостно, обдуманно, с наслаждением, чтобы наши ангелы сверкали своими чистыми белыми одеждами!

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (741 КБ).

«Свет и живость нашим душам…»

Канун Шабос главы «Вайишлах»
13 кислева 5778 года / 1 декабря 2017 г.

19–20 кислева (7–8 декабря) евреи во всем мире отмечают Новый год хасидизма — 219‑ю годовщину со дня освобождения из тюрьмы Алтер Ребе — рабби Шнеура-Залмана из Ляд, основателя хасидского движения Хабад, автора книг «Тания» и «Шулхан орух ѓаРав».

…Темной ночью по улицам города Лиозно, что в Белоруссии, проехала вызывающая ужас черная карета, предназначенная для перевозки особо опасных государственных преступников. Она остановилась перед одним из домов, который уже был окружен взводом вооруженных полицейских. Офицер зачитал приказ об аресте хозяина дома — рабби Шнеура-Залмана. Его посадили в карету, которая в сопровождении конвоя пустилась в обратный путь по улицам города, направляясь в сторону Петербурга. Это произошло в ночь на исходе праздника Симхос-Тойре 5559 (1798) года. То, как происходил арест, и особенно приезд черной кареты не оставили никаких сомнений в серьезности опасности, которая грозила Ребе!

Это были дни третьего поколения хасидизма, который в то время распространился уже довольно широко, охватив множество городов и даже целые области! Новый дух радостного служения Творцу начал захватывать широкие слои еврейства Восточной Европы. Успех хасидизма вызвал возобновление спора с его противниками, разгоревшегося на заре истории хасидского движения. В ход были пущены сплетни, клевета на хасидов и обвинения их в том, что они свернули с пути Торы. Главные стрелы были направлены на рабби Шнеура-Залмана, который был лидером хасидизма в Литве и Белоруссии. Благодаря величию личности Алтер Ребе, его почитали даже те евреи, которые не являлись приверженцами хасидизма. Видя, что обычными способами не остановить растущее движение, противники хасидизма (миснагдим) решили устранить главу хасидов с помощью царских властей. Они воспользовались тем, что Алтер Ребе организовал сбор средств для жителей еврейских поселений в Земле Израиля, и послали донос о том, что он нелегально переправляет деньги в Турцию — Эрец-Исроэль была тогда частью Османской империи, находящейся во враждебных отношениях с Россией. К этому были также добавлены обвинения против учения хасидизма. Главной целью доноса было устранить, не дай Б‑г, Алтер Ребе и таким образом положить конец распространению хасидизма…

Ребе был арестован и препровожден в Петербург, где на время следствия его поместили в каземат Петропавловской крепости. Его долгое время допрашивали по всем пунктам обвинения. Позже Алтер Ребе рассказывал, что самым сложным для него был ответ на вопрос о природе хасидизма, отвечая на который ему пришлось перевести абстрактные и глубокие суждения в упрощенные выражения и приземленные понятия, чтобы неподготовленные умы следователей смогли понять то, о чем он говорил.

В ходе следствия рабби Шнеур-Залман смог произвести неизгладимое впечатление на следователей своей удивительной мудростью и чистотой сердца. Вскоре в правительственных кругах широко распространился слух о том, что Алтер Ребе — чудотворец и мудрец, обладающий неисчерпаемыми познаниями в любой области. В его камеру начали приходить высокопоставленные правительственные чиновники, которые вели с ним длительные беседы о вере, о мировоззрении. После того, как все доносы были тщательно расследованы и оказались ложными, он был освобожден, проведя в тюрьме ровно 53 дня — по числу глав в первой части его книги «Тания». Под вечер 19 кислева Алтер Ребе был освобожден из тюрьмы, но случайно попал в дом к одному из миснагдим, который в течение трех часов внимал его словам, пока хасиды не нашли его там в ночь на 20 кислева.

Выйдя на свободу, Ребе написал письмо (включено вторым в раздел «Святое послание» книги «Тания»), которое начинается со слов «Котойнти миколь ѓахасодим — Мал я против всех милостей…» (см. Брейшис, 32: 11). В нем он предупреждал своих последователей, чтобы они не праздновали его освобождение, как победу над миснагдим, но, напротив, «смирились духом и сердцем» в надежде, что, «может быть, Всевышний пробудит в сердцах ваших братьев ответное чувство: ведь «так же, как в воде отражается лицо человека, так и сердце его отражается в сердце другого» (Мишлей, 27: 19).

Эти два дня, 19–20 кислева, стали праздником для последующих поколений. Он отмечается каждый год с большой радостью на хасидских фарбренгенах и сопровождается принятием дополнительных решений об усилении изучения хасидизма и продолжении следования его путями…

Рассказывают, что один хасид был занят поиском работы, которая дала бы ему средства к существованию и позволила бы достойно и спокойно жить. Ему предложили учить маленьких детей. На современном языке — стать воспитателем у дошкольников. Это была очень подходящая для его характера и способностей профессия, но была одна проблема: место, где предлагалась работа, было в городе, все население которого состояло из противников хасидизма. А он, как мы упомянули, был хасидом. Тем не менее, он поехал на собеседование, и очень понравился горожанам, которые решили принять его на работу. И только в конце встречи они спросили его, между прочим, был ли он хасидом? Он ответил отрицательно. Чтобы убедиться, что он говорит правду, они продолжали спрашивать, посвящает ли он каждый день размышлениям о Всевышнем? И он ответил отрицательно. Но со временем стало ясно, что этот человек действительно был хасидом в полном смысле этого слова. Работодатели пришли к нему и сказали: «Мы не удивлены, что вы сказали, что не являетесь хасидом, потому что вам, видимо, не хотелось хвастаться… Но как вы могли сказать, что не думаете о Б‑ге? Как вы решились солгать?» Хасид ответил: «Я не лгал, вы, миснагдим, постоянно думаете о Б‑ге, а мы, хасиды, думаем только о мире».

Есть вещи, которые человеческий ум воспринимает ясно, без сомнений, и вещи, к которым человек относится скептически и постоянно ищет доказательства их существования. Тот, кто не смотрит на мир с позиций хасидизма, воспринимает его как конкретную и ясную реальность. Для него существование мира однозначно и неоспоримо. А что же подлежит сомнению? Что нужно доказать? Реальность Творца. Где Он в мире и есть ли вообще? Поэтому противники хасидизма постоянно думают только о Б‑ге и ищут доказательства Его существования и реальности. Однако для сторонников хасидизма реальность Творца ясна, абсолютна и недвусмысленна — все в мире есть проявление Б‑жественности! Поэтому хасид думает о мире…

В преддверии праздника 19 кислева я хотел бы еще раз напомнить о том, в чем состоит сущность и новизна учения хасидизма. Ведь Тора — это та же Тора, и заповеди остались теми же заповедями. И тем не менее, хасидизм произвел настоящую революцию в иудаизме, вдохнул новый и свежий ветер в еврейскую жизнь. Это учение буквально возродило евреев до такой степени, что даже те, кто не принадлежит к хасидскому сообществу, на самом деле находятся под влиянием хасидизма. Пятый Любавичский Ребе, рабби Шолом-Довбер Шнеерсон, определил суть хасидизма в коротком и исчерпывающем предложении: «Свет и живость были даны нашим душам». Эти два слова: «свет» и «живость» составляют новизну и основу хасидской философии.

В чем разница между темной и ярко освещенной комнатой? С одной стороны, свет ничего не добавляет к тому, что было в комнате раньше. Но он полностью ее изменил! В темноте предметы, находящиеся в комнате, теряют смысл. Трудно установить их истинную ценность. Вместо того, чтобы использовать их по назначению, можно натолкнуться на них, и даже хуже… Но когда комната освещена — вы знаете, как относиться ко всему, что в ней есть, и используете это в соответствии с его назначением. Так же обстоит дело и с жизненной силой. Дух жизни ничего не добавляет к реальности тела. Те же органы и сухожилия, но какая разница! Этот набор органов и членов может лежать как бездвижный камень, не имеющий значения или важности. И он же может быть живым существом, энергичным, полным веселья и жизненной силы. Все из-за этой неопределенной вещи — живости.

Эти два понятия, «свет» и «живость», иллюстрируют, как можно полностью изменить вид вещей, ничего не добавляя к самой их сути. Одно и то же может быть освещенным и живым, и оно же может быть темным и лишенным жизненной силы. Изучение хасидизма возрождает и освещает все мировоззрение человека и фактически меняет его полностью. Цель творения, жизненные устремления, жизнь семьи, общества и окружающей среды, добывание средств к существованию, питание и питье, на самом деле все, абсолютно все приобретает иной смысл, совершенно другую внутреннюю глубину.

Не случайно, что радость и аѓавас Исроэль (любовь к евреям) являются одними из самых выдающихся характеристик хасидизма. Ибо они являются проявлением внутренней доброты каждого события в жизни. Хасидизм учит нас немного использовать «глаза ума», и смотреть на внутреннюю цель каждого объекта или творения, с которыми мы вступаем в контакт. Это необходимо для того, чтобы мы могли видеть каждый из них надлежащим образом — как то, что содержит в себе чудесный Б‑жественный свет, несущий добро в этот мир. И таким путем мы соединим наши жизненную силу и доброту с нашим окружением и всем миром!

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (749 КБ).

Заботиться о «муже» или о «детях»?

Канун Шабос главы «Вайишлах»
16 кислева 5777 года / 16 декабря 2016 г.

В эти дни мы читаем в Торе о женитьбе Яакова на сестрах Лее и Рахель, о зарождении колен Израилевых, в сущности, о рождении еврейского народа. Много было сказано и написано о любви Яакова к Рахель. А на этой неделе пришел ко мне один еврей из нашей общины и спросил: «Слово «любовь» появляется в 29‑й главе Книги Брейшис четыре раза. Три раза говорится о любви Яакова к Рахель, и один раз Лея просит любовь Яакова. А что чувствует Рахель по отношению к Яакову? Она его любит или не любит? Об этом ничего не говорится…» Я, конечно, очень обрадовался, что мои прихожане так внимательно и вдумчиво читают Тору, и решил посвятить этому вопросу свою сегодняшнюю статью.

И на самом деле, брак Яакова представляется нам несколько странным. Совершенно ясно, что Яаков любил Рахель, и Тора прямо говорит об этом: «И полюбил Яаков Рахель» (Брейшис, 29: 18). Затем снова: «И служил Яаков за Рахель семь лет, и были они в его глазах будто несколько дней, из-за любви его к ней» (там же, стих 20). И в третий раз: «И вошел он также к Рахели, и любил он также и Рахель, больше, чем Лею» (там же, стих 30). Однако в действительности все происходило немного иначе. На самом деле Яаков женился на Лее раньше, чем на Рахель. Кроме того, Лея родила семерых из 13 его детей. С Леей он прожил в браке гораздо дольше, чем с Рахелью, которая после пятнадцати лет совместной жизни умерла, родив Биньямина. Более того, Яаков был похоронен рядом с Леей! И если упомянутые выше события мало зависели от воли нашего праотца, то место погребения Рахель и Леи Яаков выбирал сознательно. Он сам похоронил Рахель, о чем наша недельная глава «Вайишлах» рассказывает: «И умерла Рахель. И погребена была она на пути в Эфрат, он же Бейс-Лехем. И поставил Яаков постамент над ее могилой» (Брейшис, 35: 19, 20). А позже, незадолго до смерти, Яаков, наказывая своим сыновьям похоронить себя в пещере Махпела, говорит: «Там погребли Авраѓама и Сару, его жену, там погребли Ицхока и Ривку, его жену, и там я погреб Лею» (Брейшис, 49: 31). Очень странно, что Яаков любил больше Рахель, но на самом деле жил больше времени с Леей и даже похоронен рядом с ней.

Что же касается любви двух жен к Яакову, то о ней говорится только в стихе: «И зачала Лея и родила сына, и нарекла ему имя Реувен, ибо сказала она: «Ибо увидел Г‑сподь нищету мою, ибо теперь будет любить меня муж мой» (Брейшис, 29: 32) — Лея всячески стремится завоевать любовь Яакова… Более того, и в продолжении рассказа о рождении сыновей мы встречаемся с явными доказательствами того, что Лея любила Яакова. Второму сыну она дала имя Шимон, что также стало выражением ее чувств к мужу. А о третьем сыне она говорит так: «Ныне, на сей раз прильнет мой муж ко мне, ибо я родила ему трех сыновей. Потому нарек ему имя Леви» (там же, стих 34). В то же время, когда Рахель, наконец, родила своего первенца, она дала ему имя, выразившее ее желание: «И нарекла ему имя Йосеф, говоря: Да прибавит Г‑сподь мне сына другого» (Брейшис, 30: 24). Она хотела еще одного ребенка. У Рахель было только одно желание — дети.

Разница между сестрами состояла в том, что Лея хотела детей, чтобы завоевать любовь своего мужа, а Рахель хотела Яакова, чтобы иметь детей. И подтверждение этому мы находим на протяжении всего их жизненного пути. Тора рассказывает, что однажды Реувен принес своей матери Лее мандрагоры. Рахель тоже захотела мандрагоры и попросила их у сестры. И вот, что сказала ей Лея в ответ: «Мало ли, что забрала ты мужа моего? И забрать тебе также мандрагоры сына моего?» Тогда Рахель, не задумываясь, уступила сестре свое право на супружеское ложе и предложила: «Потому пусть ляжет с тобой в эту ночь за мандрагоры сына твоего» (Брейшис, 30: 15). Раши комментирует этот стих так: «За то, что пренебрегла ложем праведника, не удостоилась погребения вместе с ним».

Эта тема также находит свое отражение в споре Рахель и Яакова о детях. Когда Рахель сказала мужу: «Дай мне детей! А если нет — мертва я», то «воспылал гнев Яакова на Рахель, и сказал он: «Ужели я вместо Б‑га, Который отрешил от тебя плод чрева?» (Брейшис, 30: 1). Яаков сказал ей столь горькие слова, что мидраш говорит: «Б‑г сказал ему: «Разве так отвечают несчастным?» Почему же Яаков не ответил любимой жене так, как сказал Элькана Хане, когда она плакала о том, что у нее нет детей? Элькана дал гораздо более утешительный ответ, сказав: «Отчего скорбит сердце твое? Не лучше ли я для тебя десяти сыновей?» (Шмуэль I, 1 :8). Причина проста: для Рахель дети были первой и главной целью в жизни. Поэтому Яаков не мог успокоить ее таким ответом. Именно потому, что для Леи муж был самым главным в жизни, она удостоилась первой выйти за него замуж, жить с ним в течение многих лет и быть похороненной рядом с ним. Рахель, для которой дети были важнее всего, удостоилась называться «наша праматерь Рахель», хотя с точки зрения количества она была прародительницей только двух колен, и большинство сынов Израиля не являются ее биологическими детьми. Так как главной целью ее жизни были дети, Рахель самоотверженно стремилась к этому и, в конце концов, пожертвовала собой, умерев во время родов своего сына Биньямина. Благодаря этому стремлению, она стала матерью всех сынов Израиля. Поэтому пророк Ирмияѓу выбирает именно Рахель, как мать, оплакивающую своих детей, когда они идут в изгнание: «Слышится голос в Раме, вопль и горькое рыдание: Рахель оплакивает сыновей своих; не хочет она утешиться из-за детей своих, ибо не стало их» (Ирмияѓу, 31: 14). Таким образом, будущие поколения всего народа Израиля называют ее «Мама Рахель».

Чему это нас учит? Как известно, Песнь песней царя Шломо сравнивает отношения Всевышнего и народа Израиля с отношениями между мужем и женой. В народе Израиля, есть два типа жен: Лея и Рахель. Одни в первую очередь заботятся о выполнении заповедей «между человеком и Б‑гом». Для них нет ничего важнее отношений со Всевышним. Поэтому они молятся каждый день, накладывают тфилин, едят только кошерное, соблюдают Субботу и т. д. Но заповеди «между человеком и ближним» не столь важны для этого типа евреев. Поэтому они не особо стараются посещать больных, принимать гостей. Они на самом деле не очень-то и любят каждого еврея, а отношения с детьми менее важны для них. Это евреи, относящиеся к типу «Лея».

С другой стороны, есть те, кто всегда рад помочь другим евреям. Они становятся первыми добровольцами, когда кто-то нуждается в помощи при переезде на другую квартиру. Если, не дай Б‑г, кто-то в беде, они будут первыми, кто постарается разрешить опасную ситуацию. Если у кого-то сгорел дом, спаси и помилуй нас Б‑же, они первыми внесут пожертвование на нужды погорельцев. Любая беда другого еврея трогает их до глубины души. Но они не слишком усердно исполняют заповеди между человеком и Б‑гом: тфилин, кошерная пищи, молитвы, посещение синагоги и т. д. Они утверждают, что это не для них. Это тип «Рахель», для которой дети были самым важным в жизни.

Но правда в том, что совсем не обязательно быть либо Рахелью, либо Леей. В хорошем браке Рахель и Лея могут объединиться. Еврей должен исполнять и заповеди между человеком и Б‑гом, и заповеди между человеком и ближним. Как многократно подчеркивал Любавичский Ребе, одно не только не противоречит другому, а наоборот, человек, соблюдающий заповеди между человеком и Б‑гом, заповеди между человеком и ближним будет исполнять иначе. Даже если он не очень любит какого-нибудь конкретного человека, он все равно поможет ему, потому что в данном случае это для него не связано с соблюдением заповеди. Он любит делать добро людям, потому, что так Всевышний повелел в Своей Торе. И он будет это делать, даже если у него нет на то особого желания.

Так что, хотя Лея любила Яакова всю свою жизнь, наш праотец любил Рахель и через много лет после ее смерти. Спустя почти пятьдесят лет после того, как Рахель покинула этот мир, за несколько дней до своей кончины он говорит: «Умерла у меня Рахель». Мидраш комментирует это так: «Смерть Рахель — самое тяжелое из всех моих испытаний». Так и Всевышний, в конечном счете, любит «Рахель» — тех, кто заботится о Его сыновьях.

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (675 КБ).

Что нужно делать, когда трудно…

Канун Шабос главы «Вайишлах»
15 кислева 5776 года / 27 ноября 2015 г.

В дни нью-йоркского съезда шалиахов (посланников) Любавичского Ребе, который закончился несколько недель назад, в один из вечеров я сидел и разговаривал с несколькими друзьями по иешиве (дело было после урока хасидизма, вечерней молитвы, ужина и нескольких лекций; стрелки часов приближались к полуночи). Я встречаюсь с ними обычно раз в год, именно на съезде. Один из них живет в Вашингтоне, другой — в Москве, третий — в Мехико, четвертый — в Нью-Йорке. Двое других живут в Бразилии, и еще трое — в Израиле. Нас объединяет то, что в юности мы вместе учились у Ребе в «Севен севенти», а сегодня мы все являемся его шалиахами.

Мы сидели и разговаривали, о трудностях и успехах, проблемах и их решениях, расходах и доходах, об учреждениях, которые мы открыли, и тех, что еще не успели открыть… У нас было много тем для обсуждения, и подтверждением этому служил бой часов, которые один раз в час напоминали нам, что приближается время утренней молитвы. Мы обсуждали и экономическую ситуацию в мире в целом и положение наших друзей, некоторые из которых испытывают в последние годы финансовые трудности из-за мирового экономического кризиса, войн и других неблагоприятных политических событий. Тогда я рассказал им о разговоре с одним из моих друзей — бизнесменом, который уже много лет помогает нашей общине, но никогда не посещал наш город. Он живет в Нью-Йорке. В 2014 году из-за неожиданного скачка курса швейцарского франка его компания потеряла за одну ночь около 400 миллионов (!) долларов. Вот уже год, как он находится в тяжелом материальном положении и никак не может найти способ выбраться из «ямы», в которую угодил… «В дни съезда, — сказал я своим друзьям, — я говорил с ним и в ходе нашей беседы рассказал ему историю об одном из учеников Баал-Шем-Това, которую недавно прочитал. Эта история, думаю, поможет ему по-новому взглянуть на ситуацию и найти, наконец, пути выхода из кризиса». И, конечно, я поделился этой историей со своими друзьями.

Баал-Шем-Тов попросил однажды, чтобы ему из Бессарабии привезли вина, которое славилось своим особым изысканным вкусом. Миссия была возложена на его ученика, рабби Давида из Николаева, который с благоговением взял на себя роль посланника и отправился в бессарабское местечко Теленешты. Он оставался там весь период, пока делали вино. Рабби Давид сам наблюдал за каждой стадией изготовления, от приобретения винограда и до самого завершения, не отвлекаясь ни на минуту, чтобы вино вышло кошерным и наилучшего качества. Он во все глаза следил за соблюдением законов кашрута, чтобы в конце это вино могло быть поставлено на стол Баал-Шем-Това. Когда процесс брожения вина завершился, рабби Давид сам перелил его в бочку. Все это время чувство огромной ответственности, благоговение перед своим учителем и трепет перед Небесами переполняли его душу. Он всего себя вложил в то, чтобы выполнить возложенную на него важную задачу наилучшим образом, без малейшей погрешности.

И вот настал день, когда бочка с вином, погруженная на телегу, отправилась в Меджибож. Рабби Давид был вдвойне взволнован: изготовление вина, с Б‑жьей помощью, завершилось, но теперь следовало с чрезвычайной осторожностью и ответственностью сделать так, чтобы вино было благополучно доставлено. А поскольку в это время уже наступили заморозки, пошел снег, началось бездорожье, то можно представить себе, с каким великим трудом добирался он с вином до Меджибожа, подвергаясь опасности почти на каждом шагу. Наконец, преодолев все трудности пути, ему удалось довезти вино до города, где жил Баал-Шем-Тов.

Рабби Давид почувствовал себя необыкновенно счастливым от того, что удостоился исполнить поручение своего учителя. Телега, словно танцевала, свершая свой путь по булыжной мостовой. Рабби Давид возвел глаза к распростертому над его головой небу, и поблагодарил Всевышнего за то, что ему удалось сделать. Радость переполняла его душу, а мысли витали далеко. Он представлял себе с каким восторгом и благодарностью будет смотреть на него учитель, узнав, как прекрасно он справился с возложенной на него задачей… И вдруг он очнулся: дорогу им преградил полицейский на лошади, который хотел провести проверку содержимого бочки, так как в город было запрещено привозить брагу. И как рабби Давид не пытался отговорить его, убеждая, что в бочке вино, ничего не помогло. Полицейский спрыгнул с лошади, открыл бочку, засунул туда шомпол и убедился, что там не брага. После этого он вскочил на лошадь и поскакал своей дорогой. А вино по еврейскому закону стало некошерным!

Рабби Давид был необычайно расстроен, что все его великие старания и труды пропали даром. Он в слезах пришел к Баал-Шем-Тову и спросил: «Учитель, за что мне такое великое наказание? Я так старался наилучшим образом исполнить заповедь, чтобы у вас было вино высшей степени кошерности — а в последний момент все мои труды оказались напрасными?!»

Ответил ему Баал-Шем-Тов: «Это наказание ты заслужил тем, что считал себя единственным стражем вина. Ты должен понимать, что не в человеческих силах стеречь что-либо, и многое выше человеческих возможностей. Ты же вложил всю душу в охрану вина, как будто это в твоих силах, и забыл, что лишь Г‑сподь единственный может уберечь что-то, ибо все — в руках Его. Разумеется, тебе следовало стеречь вино по мере сил, но свою великую заботу о кошерности вина ты должен был выразить в молитве, обратившись к Г‑споду из глубины своего сердца, прося, чтобы Всевышний сохранил это вино в чистоте по милости Своей. Ибо недаром сказано: «Если Г‑сподь не стережет город, напрасно усердствует страж» (Теѓилим, 127: 1).

Я закончил рассказ, все молчали. Часы пробили пять раз — пять утра, скоро уже надо будет вставать на утреннюю молитву. И мы разошлись, чтобы немного отдохнуть…

* * *

В нашей сегодняшней недельной главе «Вайишлах» рассказывается о встрече Яакова и Эйсава. Эйсав ненавидел Яакова в течение многих лет. Еще до того, как Яков покинул Беер-Шеву, Эйсав собирался убить брата за то, что тот украл у него отцовское благословение. И вот настало время, и Яаков возвращается домой. В пути он узнает, что Эйсав с четырьмя сотнями воинов идет ему навстречу. А когда они встретились, «побежал Эйсав ему навстречу и обнял его, и бросился на шею ему и целовал его. И они плакали» (Брейшис, 33: 4). Это одно из наиболее трогательных описаний в Торе: и обнял, и поцеловал и плакал… У нас возникает естественный вопрос: в чем секрет Яакова? Как ему удалось превратить Эйсава из врага в сердечного друга, из того, кто пришел убить, в того, кто обнял и поцеловал?

Ответ мы находим у Раши: «Он готовил себя к трем действиям: к дароприношению, к молитве и к битве» (комментарий на Брейшис, 32: 9). В одной из своих бесед Любавичский Ребе объясняет, что три действия, к которым готовил себя Яаков, это три пути — хесед (доброта), гвура (храбрость) и рахамим (милосердие). Хесед — дароприношение, гвура — битва, рахамим — молитва.

Во-первых, Яаков готовился к войне, он поделил «людей, которые были с ним, на два лагеря» (Брейшис, 32: 9), собрав в одном женщин и детей, а в другом — своих рабов и скот. Он показал Эйсаву, что обладает достаточной силой, чтобы бороться с ним, — это гвура. Во-вторых, Яаков проявил доброту: показал свою любовь к брату, послал ему подарки и слова примирения. Он назвал его «мой господин Эйсав», а себя — «твой слуга Яаков» (там же, стих 5). Все для того, чтобы «найти благоволение в глазах» брата (там же, стих 6) примириться с ним, добиться его расположения, «просить его любви» (Раши). Но самое главное — это милосердие. Яаков молился Б‑гу, он обратился ко Всевышнему со словами: «Мал я против всех милостей» (Брейшис, 32: 11) Эти слова Яакова определяют понятие молитвы. Сама суть молитвы заключена в состоянии битуль, это заявление «мал я». Когда человек молится, он на самом деле говорит, что у него нет всех ответов, что он не знает, как правильно поступить. Человек признает, что не контролирует ситуацию, поэтому он просит Б‑га защитить его и направить в правильную сторону. Признавая «мал я», человек превращается в сосуд для Б‑жественного благословения. Он становится посланником, через которого Всевышний передает благословение для всего мира.

Вот что нам нужно делать, когда нам трудно! Надо молиться, сказать Творцу: «Мал я». «Я готов быть сосудом, принимающим Твое благословение. Одного прошу — благослови!»

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (840 КБ).

Что символизирует двенадцать?

Канун Шабос главы «Вайишлах»
13 кислева 5775 года / 5 декабря 2014 г.

Рабби Шмуэль Страшун (Рашаш, 1794–1872), один из выдающихся мудрецов Торы города Вильно (широко известны его комментарии к Талмуду — «Ѓагаѓойс ѓаРашаш»), был сведущ во всех тонкостях и деталях Закона и много делал для блага еврейской общины. Помимо прочего, он руководил фондом, который выдавал беспроцентные ссуды нуждающимся. Рабби Шмуэль вел дела фонда очень аккуратно, записывал всех, кому выдавались ссуды, и следил за тем, чтобы деньги возвращались в срок, — иначе фонд просто не смог бы существовать.

Случилось так, что один еврей взял ссуду 100 рублей (солидная сумма для того времени), которую обязался выплатить через четыре месяца. Когда пришло время возвращать долг, он пришел домой к рабби Шмуэлю. Но ему сказали, что рабби в бейс-мидраше, куда еврей и отправился. Он подошел к погруженному в чтение раввину, положил на раскрытую перед ним книгу ассигнацию достоинством в сто рублей и сказал, что возвращает долг. Рабби Шмуэль, не отрывая глаз от текста, кивнул головой. Должник решил, что кивок означает, что долг погашен, и со спокойной душой отправился домой. На самом же деле рабби Шмуэль, погруженный в изучение ѓалохических предписаний, не заметил ни самого должника, ни сторублевки. Закончив учебу, он закрыл том Талмуда, поставил его в книжный шкаф и ушел домой. Деньги остались внутри книги.

Рашаш каждый день просматривал список должников, чтобы проверить, не подошло ли время возвращать ссуды. В этот день, вернувшись из бейс-мидраша, он также просмотрел список и увидел, что пришло время выплаты одной из ссуд — 100 рублей, и долг пока не возвращен. Из милосердия Рашаш решил подождать еще несколько недель. Когда срок закончился, он отправил к «должнику» человека с требованием вернуть долг.

Вскоре появился сам «должник» со словами: «Я же вернул долг точно в срок уважаемому раввину, когда он сидел в бейс-мидраше!» Рабби Шмуэль, который такого не помнил, решил, что этот человек лжет, и, заботясь о возвращении общественных денег, вызвал его на суд Торы. Судьи выслушали обе стороны, и слова мудреца перевесили чашу весов в его пользу. Однако принятие решения было отложено, в надежде, что должник сам признается, что не вернул деньги.

Слух об отказе вернуть долг немедленно распространился по всему городу, и все были поражены: как этот еврей не стыдится лгать?! Чем большее распространение получала эта история, тем тяжелее становилась жизнь несчастного «должника» и его семьи. Дело дошло до того, что его сын от стыда за поступок отца покинул Вильно. Сам еврей лишился работы, от него все отвернулись, но он продолжал настаивать на своей невиновности.

Однажды рабби Шмуэлю понадобилось заглянуть в тот том Талмуда, который он изучал, когда пришел должник. Он открыл книгу и увидел там… сто рублей! Раввин понял, что по его вине пострадал честный человек и его семья. Он немедленно послал за ним и спросил: «Скажи, пожалуйста, как я могу исправить вред, который причинил тебе? Может быть, ты хочешь, чтобы я попросил у тебя прощения в присутствии всей общины — чтобы все узнали правду?» Ответил еврей: «Это не поможет, ведь люди подумают, что ты делаешь это только ради того, чтобы спасти меня от позора. Я навсегда останусь для них лжецом. И как твоя просьба о прощении поможет мне вернуть сына, который из-за позора покинул город?..» Рабби Шмуэль задумался, а потом сказал: «Отправь человека за своим сыном — пусть вернется, и я выдам за него свою дочь. Надеюсь, тогда уж весь город поверит, что ты честный человек!»

Потрясенный отец не мог и мечтать о том, что его сын женится на дочери знаменитого раввина! Он вызвал сына, и через считанные дни состоялась церемония обручения, в которой принял участие весь цвет еврейской общины Вильно. Люди не могли наговориться об удивительном повороте событий: «Это, должно быть, на Небесах было решено, что сын простого человека женится на дочери великого раввина. И все произошло только из-за ошибки в возврате долга. Как же чудесны пути Г‑сподни!»

* * *

В сегодняшней недельной главе «Вайишлах» мы читаем о нашей праматери Рахель, которая умерла, когда ей было всего 36 лет (такое мнение приводится в мидрашах). Что же стало причиной ее смерти? В предыдущей главе, «Вайейцей», мы узнали о том, что Яаков бежал от Лавана после 20 лет вынужденного служения в его доме. Лаван пустился в погоню за зятем и, догнав, обратился к Яакову с упреком: «Почему ты тайно бежал, и похитил ты у меня, и не поведал ты мне? Я отпустил бы тебя с радостью и пением, с тимпаном и с лирой» (Брейшис, 31: 27). Еще Лаван попенял Яакову: «Зачем ты похитил мои божества?» (там же, стих 30).

Яаков, уверенный в том, что не брал ничего чужого из дома тестя, очень рассердился и произнес слова, о которых потом пожалеет: «У кого же найдешь твои божества, не будет жив. При наших братьях опознай, что из твоего у меня, и бери себе…» — и не знал Яаков, что Рахель похитила их» (Брейшис, 31: 32). Раши, комментируя этот стих, пишет: «Из-за этого проклятия Рахель умерла в пути».

Тора рассказывает, что Рахель умерла во время родов: «Рожала… и тяжки ей были роды ее. И было: когда тяжко давались ей роды ее, сказала ей приемница: «Не страшись, ибо также и это тебе сын!» (Брейшис, 35: 16, 17). Почему же акушерка за несколько мгновений до смерти именно этими словами решила утешить несчастную женщину?

Ответ на этот вопрос можно найти в комментарии Раши на стихи главы «Вайейцей», в которых говорится о том, что Рахель, родив своего первого сына, «нарекла ему имя Йосеф, говоря: «Да прибавит Г‑сподь мне сына другого» (Брейшис, 30: 24). Само имя было обращением к Всевышнему о даровании ей еще одного сына. Раши объясняет: «Пророчески знала, что от Яакова произойдут двенадцать колен. Сказала: «Да будет Ему благоугодно, чтобы тот еще один сын, который должен произойти от него, родился бы у меня». Поэтому она молилась о «другом» сыне».

Наши праматери, Лея и Рахель, ведали, что у Яакова должно быть двенадцать сыновей, от которых произойдет народ Израиля. И поэтому, когда Рахели было подарено счастье рождения Йосефа, ставшего одиннадцатым сыном Яакова, она молилась, чтобы Всевышний пожаловал ей привилегию родить последнего, двенадцатого сына нашего праотца. Вот почему, когда Биньямин родился, повивальная бабка сказала ей: «Не страшись, ибо также и это тебе сын!» Это означало, что молитва Рахель принята Г‑сподом и появление основоположников двенадцати колен завершилось.

Рождение двенадцати колен Израиля — это главная тема в повествовании о жизни Яакова. В главе «Вайейцей», когда рассказывается о том, что Яаков бежал из Беер-Шевы в Харан, мы читаем: «И достиг того места, и ночевал он там, ибо зашло солнце. И взял он из камней того места и положил себе изголовьем, и лег на том месте» (Брейшис, 28: 11). Мидраш уточняет: «Взял двенадцать камней, и после того, как двенадцать камней соединились один с другим, он знал, что установит двенадцать колен» («Брейшис рабо», 68: 11). Яаков, прежде чем лечь спать собрал двенадцать камней и положил их вокруг своей головы, а проснувшись утром, он обнаружил, что они стали одним камнем, и тогда он понял, что удостоится чести стать родоначальником двенадцати колен Израиля.

Вообще-то, в семье Авраѓама знали о необходимости рождения двенадцать колен. Тора в конце главы «Хайей Сара» завершает перечисление имен сыновей Ишмоэля словами: «двенадцать князей их племен» (Брейшис, 25: 16). Становится ясно, что если со стороны, противоположной святости, есть двенадцать князей, то, конечно, им должны противостоять двенадцать князей на стороне святости. Но ни Авраѓам, ни Ицхок не удостоились произвести на свет двенадцать сыновей. Поэтому Яаков знал, что двенадцать колен должны произойти от него. И все жены Яакова очень хотели быть матерями этих двенадцати сыновей (Раши на Брейшис, 29: 34). Рахель действительно должна была быть единственной женой Яакова. Но она уступила Лее свою первую брачную ночь, передав ей условные знаки, о которых они договорились с Яаковом (Раши на Брейшис, 29: 35). Пойдя на это, Рахель лишила себя привилегии стать единственной матерью всех двенадцати колен.

Но «Творец никогда не лишает свои творенья награды» (Талмуд, трактат «Бава Кама», 38б), или, как говорят хасиды, «Б‑г никогда не остается в долгу». В конце концов, Рахель удостоилась двенадцати внуков. У двух ее сыновей родились двенадцать мальчиков: двое у Йосефа — Менаше и Эфраим, и десять у Биньямина — Бела, Бехер, Ашбель, Гера, Нааман, Эхи, Рош, Мупим, Хупим и Ард.

Однако встает вопрос, почему Творец решил, что народ Израиля будет состоять именно из двенадцати колен? Мы знаем, что число семь — особое в еврейской традиции, потому что Б‑г создал мир за семь дней. Число десять — это миньян и Десять заповедей, на которых стоит этот мир. Но что символизирует число двенадцать?

Любавичский Ребе говорит в одной из своих бесед, что двенадцать колен соответствуют двенадцати месяцам еврейского календаря. Реувен — нисон, Шимон — ияр, и так далее до Биньямина, которому соответствует месяц адор. Возможно, в этом кроется причина того, что у каждого еврея есть праздник, который он любит больше остальных. Одни любят Песах, другие — Хануку. Возможно, это потому, что месяц, в котором проходит праздник, соответствует месяцу того колена, из которого происходит сам еврей. И наш месяц, и этот праздник дают каждому из нас заряд жизненной энергии на весь год.

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (860 КБ).

«Яаков» и «Исроэль» — два пути служения

Канун Шабос главы «Вайишлах»
12 кислева 5774 года / 15 ноября 2013 г.

В восемнадцать лет Берл Индик был призван в ряды Красной армии. В его подразделении служил еще один молодой еврей. Они подружились и решили сделать все, что в их силах, чтобы сохранить свое еврейство и придерживаться еврейского образа жизни. На первом месте стояло решение непростой задачи соблюдения законов кашрута. На протяжении всей службы они ели только хлеб, фрукты и овощи, при этом всячески стараясь не привлекать к себе излишнего внимания. Очень нелегко было им постоянно отказываться от горячей пищи, столь необходимой их молодым организмам в условиях интенсивной физической нагрузки и сурового российского климата. Не менее сложным было под различными предлогами выкручиваться из ситуаций, когда сослуживцы предлагали им попробовать и оценить гостинцы, полученные из дома.

Для совершения ежедневной молитвы тоже требовались хитрые уловки и почти что героические усилия. Уставной режим был жестким и беспощадно карал солдат-нарушителей. Каждое утро их будили в ранние часы. В установленное нормативами время они должны были одеться и построиться для утренней поверки… Берл с другом вынуждены были просыпаться раньше всех. Стараясь никого не разбудить, они бесшумно вставали и направлялись в укромное место, молились, а затем, предварительно спрятав тфилин и Сидур, возвращались в свои кровати и притворялись спящими.

Нет необходимости объяснять постоянно грозившую им опасность разоблачения. Малейший неосторожный шаг, и они могли попасть под трибунал за нарушение устава. Тем не менее, они ухитрялись молиться каждое утро, черпая в молитве духовные силы, помогающие им преодолевать все сложности нелегкой солдатской службы и сохранить свое еврейство.

Но однажды утром все раскрылось. Берл забыл спрятать Сидур и вместо этого взял его в постель. Когда объявили побудку, он вскочил, оделся и вытянулся в струнку перед вошедшим в казарму офицером. Тот прошел перед выстроившимися возле своих кроватей солдатами и внимательно оглядел их одного за другим. Когда очередь дошла до Берла, офицер на мгновение остановил на нем свой взгляд, и уже собирался перейти к следующему солдату. Но потом он заметил небольшую выпуклость под аккуратно заправленным одеялом на кровати Берла и повернулся к ней. Сердце Берла ушло в пятки. Резким движением офицер сорвал с кровати одеяло и обнаружил Сидур.

«Что это?» — спросил он, рассматривая книгу со всех сторон. Берл решил, что раз уж он попался и его еврейство обнаружено, то ему остается только этим гордиться. «Это молитвенник», — сказал он. «Что ты делаешь с ним?» — вопрос звучал зловеще. Берл испугался, но и не думал отступать. «Молюсь», — ответил он громко.

Глаза офицера загорелись яростью. «Я отдам тебя под трибунал! — прошипел он сквозь зубы, потом набрал воздуха в легкие и выдохнул: — Сошлю в Сибирь! Расстреляю!». Он с презрением бросил Сидур на кровать, продолжая сверлить Берла глазами, очевидно, выбирая ему наказание построже. Но через считанные минуты гнев, исказивший его лицо, сменился на выражение презрения и неприязни. «У меня нет никакого желания с тобой возиться, жидовская морда! Я отправлю тебя к командиру части. Пусть он с тобой разбирается!»

Часа через два Берл стоял в кабинете с Сидуром в руках, пытаясь хоть как-то справиться с тревожно стучащим в груди сердцем. «Что это?» — спросил командир части безразличным голосом. «Сидур», — ответил Берл. «Что ты с ним делаешь?» — «Молюсь». — «Каждый день?» — «Да». — «А на каком языке это написано?» — «На иврите — святом языке». — «И ты действительно умеешь читать на нем?» — «Да».

Командир взял Сидур и начал его листать. Вдруг он поднял голову и знаком приказал Берлу приблизиться. «Пожалуйста, научи меня святому языку! Я не умею молиться, научи меня, а я тебе во всем помогу», — прошептал он. Берл был ошеломлен. Он спрашивал себя: «Что мне делать? Может быть, это ловушка? Что сказать?» Лихорадочно обдумывая свой ответ, он вдруг вспомнил, что командир носил довольно распространенную еврейскую фамилию. Собрав все свое мужество, он произнес: «Хорошо, я сделаю это с удовольствием».

С того дня Берл начал учить командира части молиться по Сидуру. В свою очередь, тот позаботился о том, чтобы облегчить службу Берлу и его другу: помог им получить медицинские справки, согласно которым им нельзя есть мясо. Кроме того, по пятницам он посылал их «служить» в соседнее местечко, чтобы они могли провести Субботу в еврейских семьях…

Через некоторое время этот офицер-еврей получил приказ о переводе в другую часть. Он предложил Берлу поехать с ним и быть его личным водителем. Берл был бы рад сделать это, но он не мог отказаться от своего лучшего друга. Тем не менее, командир попросил своего преемника позаботиться о солдатах. Дальнейшая его судьба неизвестна, а вот Берл вскоре демобилизовался (также чудесным образом) и женился на сестре своего лучшего друга, а немного погодя совершил алию в Израиль. По милости Б‑жьей, Берл Индик удостоился создать настоящую еврейскую семью, вырастить детей и внуков, идущих по пути Торы и ее заповедей, по той самой дороге, по которой он сам самоотверженно шел всю свою жизнь!

…В нашей сегодняшней недельной главе «Вайишлах» рассказывается о том, что Яаков боролся с ангелом Эйсава, который увидел, что не может победить Яакова «и сказал: «Не Яаков отныне имя тебе будет, а Исроэль, ибо ты боролся с ангелом и с людьми, и победил» (Брейшис, 32: 29).

Высказывание ангела логически делится на три части. «Не Яаков отныне имя тебе будет…» — причину этого объясняет Раши в своем комментарии на этот стих: «Не скажут более, что благословения получены тобой обманом и хитростью; они обретены тобою с величием и открыто». Имя Яаков означает «облукавит», «перехитрит», что указывает на сокрытии истины. Именно об этом говорит Эйсав Ицхоку, узнав, что Яаков вместо него получил отцовское благословение: «Не потому ли нарек ему имя Яаков, что обошел меня дважды: мое первородство взял и вот ныне взял мое благословение?!» (Брейшис, 27: 36).

Далее ангел говорит, что отныне Яаков будет называться другим именем — Исроэль. Это имя связано со словом сроро — «господство, власть» и указывает на раскрытие истины. Это означает, что благословение принадлежит Яакову по праву, в соответствии с его величием.

И заканчивает ангел такими словами: «Ты боролся с ангелом и с людьми — и победил». Ты сумел противостоять как духовным сущностям (ангелу Эйсава), так и материальным, людям (Лавану и Эйсаву).

Итак, Яакову изменили имя на Исроэль. Мы можем найти в Торе и другие примеры изменения имени человека. В Талмуде (трактат «Брохойс», 13) сказано, что и имя нашего праотца Авраѓама было изменено. Всевышний говорит ему «И не будешь ты больше называться Аврамом, но будет тебе имя Авраѓам» (Брейшис, 17: 5). Более того, Талмуд предупреждает: «Каждый, кто называет Авраѓама Аврам совершает преступление, ибо нарушает установление «не будешь ты больше называться Аврамом».

Но на Яакова это правило не распространяется, и тот, кто называет его прежним именем, не совершает греха, хотя в Торе ясно сказано: «Не Яаков отныне имя тебе будет». Причина этого в том, объясняет Талмуд, что даже Сам Всевышний продолжает называть его Яаковом, подтверждая этим, что первое имя остается действительным. Так во время дарования Торы были упомянуты сразу оба имени: «И воззвал к нему Г‑сподь с горы, говоря: «Так скажи дому Яакова и возвести сынам Израиля» (Шмойс, 19: 3). В отличие от других случаев перемены имени, прежнее имя — Яаков — не вышло из употребления. Напротив, оба имени сохранились в традиции и до сих пор фактически остаются равноправными.

Почему Тора продолжает называть Исроэля также именем Яаков? Существует хасидское объяснение, согласно которому эти два имени отражают два способа служения евреев Всевышнему. Как известно, на каждую еврейскую душу на время пребывания в материальном мире возлагается обязанность осветить и очистить его, и сделать этот мир местом обитания Всевышнего. Чтобы выполнить это, мы должны использовать продукты материального мира для святости и духовности. Но к этой цели можно идти двумя путями. Один путь преобразования этого мира соответствует имени Яаков, а другой — имени Исроэль.

Яаков строит свои отношения с миром на хитрости и лукавстве, поиске обходных путей, использует и преобразует этот мир «обманным путем». Хитрый человек не раскрывает своих истинных намерений. Он их тщательно скрывает. Кажется, что он следует путем своего оппонента, сближается с ним, усыпляет его бдительность и не вызывает у него никаких подозрений. Однако в критический момент хитрец вдруг делает то, что собирался сделать с самого начала. Так и Яаков: живет в этом мире, ест и пьет, занимается своими делами — ведет жизнь обычного человека. Он «надевает одежду Эйсава», чтобы получить благословения «от росы небесной и от туков земных» (Брейшис, 27: 28). И мир не противится ему, ибо не знает его намерений. Но на самом деле Яаков использует мир для служения Всевышнему. Он ест и пьет, чтобы иметь силы молиться, изучать Тору и выполнять заповеди. Он зарабатывает деньги, чтобы давать цдоку, иметь возможность дать своим детям достойное и благочестивое воспитание и образование и т. д. В своих связях с материальным миром он кажется им поглощенным: ведь то, что он ест, пьет, зарабатывает деньги, не означает, что он выполняет заповеди. На первый взгляд он ведет себя, как все остальные люди, но он делает это во имя Небес. Его цели не являются материальными, он использует все это для службы Всевышнему. Он носит «одежды Эйсава», но должен раскрыть и поднять «святые искры».

Имя же Исроэль обозначает путь «благородного и открытого поведения». У такого человека, когда он находится в мире, живет среди людей, нет необходимости скрывать свои истинные намерения служить Всевышнему. Исроэль использует потребности материального мира непосредственно для выполнения заповедей. Он не испытывает напряжения, мир не имеет над ним власти и не скрывает от него таящуюся в себе Б‑жественную природу.

Хотя мир был создан Б‑гом, мы не видим этого. Творец не проявляется в мире явно, Его духовное воздействие на мир осуществляется при помощи ангелов и различных сил, скрывающих Б‑жественность. Исроэль «боролся с Б‑гом и с людьми» — не преклонялся перед ангелами, которые скрывают Творца, и не постеснялся людей, которые презирают и высмеивают тех, кто исполняет заповеди Всевышнего. Более того, он «победил» — преодолел оба олицетворяемых этими понятиями вида сокрытия Всевышнего. Для него больше не существует преград, и ангелы, и люди признали, что он открыто и по праву заслуживает полученные благословения, и теперь они даже будут помогать ему в его служении Творцу!

В отличие от Исроэля, Яаков действует в этом мире «c помощью обмана» — противостоит ему, борется с ним и подвергается опасности, поэтому у Яакова есть место для беспокойства о том, сможет ли он достичь успеха в своей деятельности. Но Яаков должен постоянно помнить, что Всевышний называет его «росток насаждений Моих, дело рук Моих», что душа еврея есть «часть Всевышнего». И так же, как невозможно, чтобы мир победил Б‑га, так же еврей может быть уверен, что мир не победит его. Он обладает достаточной силой, чтобы победить этот мир, ибо Б‑г на его стороне.

И это знание внушает нам уверенность и придает радость в служении Всевышнему. Эта радость, в свою очередь, внесет вклад в победу над нашей материальной природой и тем самым сократит саму борьбу. Как говорил предыдущий Любавичский Ребе: «Хотя солдат встречается лицом к лицу с опасностью, он идет в бой с радостной песней, и радость эта приносит ему победу». Мы знаем, что у нас есть силы, чтобы победить, и это знание приносит нам радость. Следовательно, победа нам обеспечена!

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (900 КБ).

«Яаков» и «Исроэль» — два пути служения

Канун Шабос главы «Вайишлах»
12 кислева 5774 года / 15 ноября 2013 г.

В восемнадцать лет Берл Индик был призван в ряды Красной армии. В его подразделении служил еще один молодой еврей. Они подружились и решили сделать все, что в их силах, чтобы сохранить свое еврейство и придерживаться еврейского образа жизни. На первом месте стояло решение непростой задачи соблюдения законов кашрута. На протяжении всей службы они ели только хлеб, фрукты и овощи, при этом всячески стараясь не привлекать к себе излишнего внимания. Очень нелегко было им постоянно отказываться от горячей пищи, столь необходимой их молодым организмам в условиях интенсивной физической нагрузки и сурового российского климата. Не менее сложным было под различными предлогами выкручиваться из ситуаций, когда сослуживцы предлагали им попробовать и оценить гостинцы, полученные из дома.

Для совершения ежедневной молитвы тоже требовались хитрые уловки и почти что героические усилия. Уставной режим был жестким и беспощадно карал солдат-нарушителей. Каждое утро их будили в ранние часы. В установленное нормативами время они должны были одеться и построиться для утренней поверки… Берл с другом вынуждены были просыпаться раньше всех. Стараясь никого не разбудить, они бесшумно вставали и направлялись в укромное место, молились, а затем, предварительно спрятав тфилин и Сидур, возвращались в свои кровати и притворялись спящими.

Нет необходимости объяснять постоянно грозившую им опасность разоблачения. Малейший неосторожный шаг, и они могли попасть под трибунал за нарушение устава. Тем не менее, они ухитрялись молиться каждое утро, черпая в молитве духовные силы, помогающие им преодолевать все сложности нелегкой солдатской службы и сохранить свое еврейство.

Но однажды утром все раскрылось. Берл забыл спрятать Сидур и вместо этого взял его в постель. Когда объявили побудку, он вскочил, оделся и вытянулся в струнку перед вошедшим в казарму офицером. Тот прошел перед выстроившимися возле своих кроватей солдатами и внимательно оглядел их одного за другим. Когда очередь дошла до Берла, офицер на мгновение остановил на нем свой взгляд, и уже собирался перейти к следующему солдату. Но потом он заметил небольшую выпуклость под аккуратно заправленным одеялом на кровати Берла и повернулся к ней. Сердце Берла ушло в пятки. Резким движением офицер сорвал с кровати одеяло и обнаружил Сидур.

«Что это?» — спросил он, рассматривая книгу со всех сторон. Берл решил, что раз уж он попался и его еврейство обнаружено, то ему остается только этим гордиться. «Это молитвенник», — сказал он. «Что ты делаешь с ним?» — вопрос звучал зловеще. Берл испугался, но и не думал отступать. «Молюсь», — ответил он громко.

Глаза офицера загорелись яростью. «Я отдам тебя под трибунал! — прошипел он сквозь зубы, потом набрал воздуха в легкие и выдохнул: — Сошлю в Сибирь! Расстреляю!». Он с презрением бросил Сидур на кровать, продолжая сверлить Берла глазами, очевидно, выбирая ему наказание построже. Но через считанные минуты гнев, исказивший его лицо, сменился на выражение презрения и неприязни. «У меня нет никакого желания с тобой возиться, жидовская морда! Я отправлю тебя к командиру части. Пусть он с тобой разбирается!»

Часа через два Берл стоял в кабинете с Сидуром в руках, пытаясь хоть как-то справиться с тревожно стучащим в груди сердцем. «Что это?» — спросил командир части безразличным голосом. «Сидур», — ответил Берл. «Что ты с ним делаешь?» — «Молюсь». — «Каждый день?» — «Да». — «А на каком языке это написано?» — «На иврите — святом языке». — «И ты действительно умеешь читать на нем?» — «Да».

Командир взял Сидур и начал его листать. Вдруг он поднял голову и знаком приказал Берлу приблизиться. «Пожалуйста, научи меня святому языку! Я не умею молиться, научи меня, а я тебе во всем помогу», — прошептал он. Берл был ошеломлен. Он спрашивал себя: «Что мне делать? Может быть, это ловушка? Что сказать?» Лихорадочно обдумывая свой ответ, он вдруг вспомнил, что командир носил довольно распространенную еврейскую фамилию. Собрав все свое мужество, он произнес: «Хорошо, я сделаю это с удовольствием».

С того дня Берл начал учить командира части молиться по Сидуру. В свою очередь, тот позаботился о том, чтобы облегчить службу Берлу и его другу: помог им получить медицинские справки, согласно которым им нельзя есть мясо. Кроме того, по пятницам он посылал их «служить» в соседнее местечко, чтобы они могли провести Субботу в еврейских семьях…

Через некоторое время этот офицер-еврей получил приказ о переводе в другую часть. Он предложил Берлу поехать с ним и быть его личным водителем. Берл был бы рад сделать это, но он не мог отказаться от своего лучшего друга. Тем не менее, командир попросил своего преемника позаботиться о солдатах. Дальнейшая его судьба неизвестна, а вот Берл вскоре демобилизовался (также чудесным образом) и женился на сестре своего лучшего друга, а немного погодя совершил алию в Израиль. По милости Б‑жьей, Берл Индик удостоился создать настоящую еврейскую семью, вырастить детей и внуков, идущих по пути Торы и ее заповедей, по той самой дороге, по которой он сам самоотверженно шел всю свою жизнь!

…В нашей сегодняшней недельной главе «Вайишлах» рассказывается о том, что Яаков боролся с ангелом Эйсава, который увидел, что не может победить Яакова «и сказал: «Не Яаков отныне имя тебе будет, а Исроэль, ибо ты боролся с ангелом и с людьми, и победил» (Брейшис, 32: 29).

Высказывание ангела логически делится на три части. «Не Яаков отныне имя тебе будет…» — причину этого объясняет Раши в своем комментарии на этот стих: «Не скажут более, что благословения получены тобой обманом и хитростью; они обретены тобою с величием и открыто». Имя Яаков означает «облукавит», «перехитрит», что указывает на сокрытии истины. Именно об этом говорит Эйсав Ицхоку, узнав, что Яаков вместо него получил отцовское благословение: «Не потому ли нарек ему имя Яаков, что обошел меня дважды: мое первородство взял и вот ныне взял мое благословение?!» (Брейшис, 27: 36).

Далее ангел говорит, что отныне Яаков будет называться другим именем — Исроэль. Это имя связано со словом сроро — «господство, власть» и указывает на раскрытие истины. Это означает, что благословение принадлежит Яакову по праву, в соответствии с его величием.

И заканчивает ангел такими словами: «Ты боролся с ангелом и с людьми — и победил». Ты сумел противостоять как духовным сущностям (ангелу Эйсава), так и материальным, людям (Лавану и Эйсаву).

Итак, Яакову изменили имя на Исроэль. Мы можем найти в Торе и другие примеры изменения имени человека. В Талмуде (трактат «Брохойс», 13) сказано, что и имя нашего праотца Авраѓама было изменено. Всевышний говорит ему «И не будешь ты больше называться Аврамом, но будет тебе имя Авраѓам» (Брейшис, 17: 5). Более того, Талмуд предупреждает: «Каждый, кто называет Авраѓама Аврам совершает преступление, ибо нарушает установление «не будешь ты больше называться Аврамом».

Но на Яакова это правило не распространяется, и тот, кто называет его прежним именем, не совершает греха, хотя в Торе ясно сказано: «Не Яаков отныне имя тебе будет». Причина этого в том, объясняет Талмуд, что даже Сам Всевышний продолжает называть его Яаковом, подтверждая этим, что первое имя остается действительным. Так во время дарования Торы были упомянуты сразу оба имени: «И воззвал к нему Г‑сподь с горы, говоря: «Так скажи дому Яакова и возвести сынам Израиля» (Шмойс, 19: 3). В отличие от других случаев перемены имени, прежнее имя — Яаков — не вышло из употребления. Напротив, оба имени сохранились в традиции и до сих пор фактически остаются равноправными.

Почему Тора продолжает называть Исроэля также именем Яаков? Существует хасидское объяснение, согласно которому эти два имени отражают два способа служения евреев Всевышнему. Как известно, на каждую еврейскую душу на время пребывания в материальном мире возлагается обязанность осветить и очистить его, и сделать этот мир местом обитания Всевышнего. Чтобы выполнить это, мы должны использовать продукты материального мира для святости и духовности. Но к этой цели можно идти двумя путями. Один путь преобразования этого мира соответствует имени Яаков, а другой — имени Исроэль.

Яаков строит свои отношения с миром на хитрости и лукавстве, поиске обходных путей, использует и преобразует этот мир «обманным путем». Хитрый человек не раскрывает своих истинных намерений. Он их тщательно скрывает. Кажется, что он следует путем своего оппонента, сближается с ним, усыпляет его бдительность и не вызывает у него никаких подозрений. Однако в критический момент хитрец вдруг делает то, что собирался сделать с самого начала. Так и Яаков: живет в этом мире, ест и пьет, занимается своими делами — ведет жизнь обычного человека. Он «надевает одежду Эйсава», чтобы получить благословения «от росы небесной и от туков земных» (Брейшис, 27: 28). И мир не противится ему, ибо не знает его намерений. Но на самом деле Яаков использует мир для служения Всевышнему. Он ест и пьет, чтобы иметь силы молиться, изучать Тору и выполнять заповеди. Он зарабатывает деньги, чтобы давать цдоку, иметь возможность дать своим детям достойное и благочестивое воспитание и образование и т. д. В своих связях с материальным миром он кажется им поглощенным: ведь то, что он ест, пьет, зарабатывает деньги, не означает, что он выполняет заповеди. На первый взгляд он ведет себя, как все остальные люди, но он делает это во имя Небес. Его цели не являются материальными, он использует все это для службы Всевышнему. Он носит «одежды Эйсава», но должен раскрыть и поднять «святые искры».

Имя же Исроэль обозначает путь «благородного и открытого поведения». У такого человека, когда он находится в мире, живет среди людей, нет необходимости скрывать свои истинные намерения служить Всевышнему. Исроэль использует потребности материального мира непосредственно для выполнения заповедей. Он не испытывает напряжения, мир не имеет над ним власти и не скрывает от него таящуюся в себе Б‑жественную природу.

Хотя мир был создан Б‑гом, мы не видим этого. Творец не проявляется в мире явно, Его духовное воздействие на мир осуществляется при помощи ангелов и различных сил, скрывающих Б‑жественность. Исроэль «боролся с Б‑гом и с людьми» — не преклонялся перед ангелами, которые скрывают Творца, и не постеснялся людей, которые презирают и высмеивают тех, кто исполняет заповеди Всевышнего. Более того, он «победил» — преодолел оба олицетворяемых этими понятиями вида сокрытия Всевышнего. Для него больше не существует преград, и ангелы, и люди признали, что он открыто и по праву заслуживает полученные благословения, и теперь они даже будут помогать ему в его служении Творцу!

В отличие от Исроэля, Яаков действует в этом мире «c помощью обмана» — противостоит ему, борется с ним и подвергается опасности, поэтому у Яакова есть место для беспокойства о том, сможет ли он достичь успеха в своей деятельности. Но Яаков должен постоянно помнить, что Всевышний называет его «росток насаждений Моих, дело рук Моих», что душа еврея есть «часть Всевышнего». И так же, как невозможно, чтобы мир победил Б‑га, так же еврей может быть уверен, что мир не победит его. Он обладает достаточной силой, чтобы победить этот мир, ибо Б‑г на его стороне.

И это знание внушает нам уверенность и придает радость в служении Всевышнему. Эта радость, в свою очередь, внесет вклад в победу над нашей материальной природой и тем самым сократит саму борьбу. Как говорил предыдущий Любавичский Ребе: «Хотя солдат встречается лицом к лицу с опасностью, он идет в бой с радостной песней, и радость эта приносит ему победу». Мы знаем, что у нас есть силы, чтобы победить, и это знание приносит нам радость. Следовательно, победа нам обеспечена!

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (900 КБ).