Древне греческой эротической педагогике

В.:

Ну, наверное, самый известный текст про это, это «пир Платона», где они обсуждают природу любви, и они выделяют два типа эроса, два типа любви.

Любовь земную и любовь небесную.

Любовь земная, то есть Венера земная, она относится к воспроизводству.

Это гетеросексуальное отношение, чтобы продолжать род.

А любовь небесная, относится к любви к красивым мальчикам.

Там описывается технология отношений.

Безусловно, аристократическое, исключительно аристократическое отношение в Древней Греции, когда взрослый мужчина интересовался молоденьким мальчиком до 14 лет.

Там есть критерии, чтобы пушок у него там еще не был под носом или что-то такое.

Ну, и он его учил.

Учил, обучал, дарил подарки.

И тот становился умнее.

Умнее, входил в круг аристократов.

И в итоге, просвещался и сам становился ученым мужем.

И.:

Нет, на мой взгляд, как раз я скорее фройдеаниц, который не разделяет между духовной любовью и физической любовью. Одно время у меня было куча роликов на русском языке насчет всех этих дел.

Сейчас я это делаю больше на иврите.

Нет, есть только либидо, больше ничего нет.

Есть только либидо, есть только энергетика.

А, я как раз этот ролик сделал на иврите.

Ну, сейчас я немножко расскажу, о чем я сейчас, так сказать, говорю на иврите.

А, я сейчас расскажу еще более интересный кейс.

Есть такой рав Глуховский, достаточно известный рав Хабада.

Он рав города Реховот.

Я жил в Реховоте 15 лет назад.

У меня были прекрасные отношения с Глуховским.

Он меня очень любил, я его тоже очень любил.

А у него был пацан 13 лет, который меня очень любил, и я его тоже очень любил.

В какой-то момент я начал бояться, не слишком ли я сильно люблю этого мальчика.

Я пошел к Глуховскому папе спросить, а вот что, вот я чувствую, что я так люблю своего сына, и я не знаю, это правильно, это неправильно, а он испугался.

Говорит, это так страшно, и так далее.

Я даже не помню его слова, но он меня испугал страшной силой. Я понял, что вот, я полный пидорас.

Еще чуть-чуть, я выебу какого-то ребенка, не дай бог.

Я вообще не хотел жить на свете.

И вдруг через пару дней он мне звонит, этот Глуховский папа, и говорит: а где ты и чего ты?

Я говорю, ну вот, я понял, что такой у меня величайший грех, я не знаю, что с этим делать.

Нет, нет, ходи, ходи в синагогу, ходи.

А я для себя решил, что если я такой страшный грешник, значит, к этому мальчику я не должно подходить, не подходить к нему, не разговаривать с ним, не говорить ни здравствуйте, ни до свидания.

То, что этот пацан сам хочет этой связи, мне было совершенно неочевидно, это совершенно не важно.

Я понял, что это грех, я должен как можно сильнее оттолкнуться от этого греха.

Я все делал правильно по хабадской системе.

И вот в один прекрасный день я иду в микву, как принято в Хабаде, захожу в этот самый бассейн, и там этот пацан.

В микву окунается голыми.

И вот у меня ощущение, что если я сейчас не выйду из этого миквы, то мне все, мне пиздец.

Я вышел, слава богу.

Я пошел к его отцу, говорю: я чуть не выебал твоего сына, и что делать? Как грех замолить?

Он тоже не знает, что сказать, в таком шоке.

Вроде я ничего не сделал, но я мог сделать.

Он говорит: иди к этому Гинзборгу.

Тогда я пошел к раву Гинзборгу по во второй круг.

Это уже был второй круг мой у Гинзборга.

Я все ему рассказал.

Он говорит: это не так страшно, детей любить можно.

Бал шем тов тоже любил детей, типа, что ничего плохого в этом нет.

Он меня, как говорится, вытащил из ямы.

Я начал снимать его уроки, это было примерно два года.

Там на уроках много молодых ребят, красивых, сладких и так далее.

Ну, раз можно, так можно.

Я сильно много с ними не общался, но как-то была какая-то симпатия.

У меня к ним, у них ко мне.

У меня все равно ощущение, что не надо слишком много заниматься этом вопросе, но теми они какие-то отношения были.

Много лет спустя, когда я начал разбираться со всеми этими сексуальными технологиями, что, в принципе, ничего кроме либидо вообще нету, на самом деле, в человеческой теле.

Либидо это главное энергетика тела, ни в коем случае не надо давить эту энергетику.

И тогда я начинаю понимать, что этот Глуховский папа, на самом деле, он гомо.

Латентный, конечно, очень сильно латентный гомо.

Мои отношения с его пацаном были прекрасные.

Мы просто любили друг друга.

Как ты говоришь, взрослый, который видит ребенка, который может быть его учеником.

Я хотел его учить, но его отец мне сказал, что это нельзя, что это страшно и так далее.

Вместо того, чтобы регулировать это спокойно, потому что пацан тоже тянулся ко мне с страшной силой.

Тринадцатилетний ребенок, ему необходим взрослый, который ему как учитель.

И он видел во мне такого человека.

А Глуховский отец это разорвал.

В результате я пошел к Гинзбургу, который тоже, конечно, педофил, как и все раввины.

Пацан я потом увидел много раз.

Он несчастный стал, несчастный абсолютно, потому что эти связи необходимы.

Сейчас, говорят, я понимаю, что энергетические связи, которые, если они рвутся, то они потом очень трудно восстанавливать.

И что интересно, этот гомосексуализм Глуховского он до сих пор остался.

Я время от времени приезжаю в Реховот, собираю там деньги.

Он мне дает то 200 шекелей то шекель.

А вот отчего это?

А это от латентной гомосексуальной любви.

Я помню, я был с ним в какой-то разговор, когда я только-только вышел из больницы.

И он начинает мне ебать мозги, что я должен писать на хсидус.ру.

Какое его дело?

Что он понимает в русском языке?

Что он понимает в моём сайте?

Он знает только название, хсидус.ру.

Он говорит: если хсидус.ру, то ты должен там ставить только сихот рэби, только слова рэби.

Почему он в это влезает?

Хуй знает.

Это гомосексуальная любовь, причём негативная.

Судя по всему, он до сих пор в этой конфликте когда-то был.

Я из этого вышел, поднялся наверх.

А он до сих пор вот в этой говне, понимаешь.

Потому что он не знает, потому что я изучал, я разбирался, я пошёл психологом, я читал книги. Разобрался, поднялся выше.

А он остался вот в этой всей говне, понимаешь. И он там остался, и его сын там остался. Потому что люди об этом не понимают, боятся об этом думать и так далее.

А бояться не надо, надо разбираться. Это один из главных принципов юнгенства, насколько я правильно.

Когда эта вещь названа, она не такая страшная.

Когда ты боишься назвать явление, то это явление становится в миллион раз больше, чем его реальная величина. Тем не менее, отношения существуют. Ещё нет никакой принципиальной разницы между мужчинами и женщинами.

Главная разница между духовным полами.

Не знаю, объяснял тебе или нет.

Так же, как есть физический возраст и духовный возраст.

Так же есть физический пол и есть духовный пол.

И эти вещи, они относительны.

Ученик – это аспект нуква, то есть женщина.

Неважно, это мальчик, он как женщина для мужчины.

И эта связь, она необходима и тому другому.

Точно так же, как и мужчина и женщина.

Духовная связь – это та же самая связь мужчины и женщины.

Она необходима, она жизненная.

Я об этом говорю очень много.

Ребёнок не может вырастить на самом деле, если у него нет такого взрослого, который его любит.

Когда мне было восемнадцать лет, я пошёл в синагогу в первый раз.

И там тоже был мужик, я был восемнадцать, а он сорок с чем-то. Мой отец мной никогда не занимался.

И когда я увидел такого человека, сразу был контакт, что называется.

Он мне нашёл учителя иврита, потом я нашёл компанию религиозную и так далее.

Какое-то время мы с ним общались.

Потом мне стало неинтересно с ним общаться.

Он обижался, говорит, почему так?

Что ты меня, забросил меня?

Потому что эти контакты, они динамические, они очень динамические.

Самое правильное – это не бояться этого.

Это абсолютно естественно.

Это всё энергии Бога.

Любовь – это божественная энергия.

Если ты эту энергию задавишь, то она от тебя отомстит.

А если ты знаешь, как с этим работать, то всё хорошо.