«Если по уставам моим будете поступать…»
Вс-вышний завещал праотцам еврейского народа: Аврааму, Ицхаку и Яакову, что
земля Кнаан, которая стала позже называться страной Израиля, будет отдана их
потомкам в вечное владение.
«И пал Авраам ниц, и говорил с ним Б-г: «…Отдам тебе и потомкам твоим…
всю страну Кнаан во владение вечное». («Берейшит 17, 3-8)
«И явился ему (Ицхаку) Б-г и сказал: «…Тебе и потомкам твоим отдам Я все
эти земли и выполню клятву, которую дал Аврааму, отцу твоему». («Берейшит» 26,
2-3)
«И сказал (Б-г Яакову): «…Землю, на которой ты лежишь, – тебе отдам ее и
твоему потомству». («Берейшит» 28,13)
«Цветущим садом, плодороднейшим уголком мира была страна Израиля, «земля,
текущая молоком и медом» («Шемот» 3, 8) «…Б-г ведет тебя в землю благодатную,
в землю водных потоков, ключей и источников… В землю пшеницы и ячменя, и
винограда, и инжира, и гранатовых деревьев, в землю масличных деревьев и меда. В
землю, где не в нищете будешь есть хлеб; не будет тебе в ней недостатка ни в
чем…» («Деварим» 8, 7-9) .
«Земля гор и долин, от дождя небесного пьет она воду; земля, о которой Б-г
твой печется…» («Деварим» 11, 11-12) .
Отданная еврейскому народу земля неразрывно связана с ним. И ее судьба
неотделима от судьбы народа. И если за пренебрежение законами Торы мучается в
изгнании еврейский народ, то страдает и земля, став пустынею.
В главе «Бехукотай», которой заканчивается третья книга Торы «Ваикра»,
предсказывается об изгнании евреев из страны за нарушение союза с Б-гом.
В ней много говорится о будущих лишениях еврейского народа. Все эти
предсказания исполнились с поразительной точностью.
Говорится в главе также об опустении Эрец-Исраэль в период изгнания евреев.
«Я сделаю страну пустынной, и изумятся ей враги ваши, поселившиеся в ней»
(«Ваикра» 26, 32) .
Остановимся на этих словах.
В течение почти двух тысяч лет Эрец-Исраэль пребывала в запустении. Страна,
некогда столь плодородная, превратилась в дикую степь.
После подавления восстания Бар-Кохбы римляне разрушили города и села,
перепахали вдоль и поперек Храмовую гору, полностью разрушили развитую систему
гидротехнических сооружений в Земле Израиля.
В седьмом веке арабы-бедуины, кочевавшие по осиротевшей земле, скормили своим
козам последнюю траву, которую еще была способна давать истощенная земля.
Турки, захватившие Эрец-Исраэль в шестнадцатом веке, вырубили все леса,
извели под корень знаменитые когда-то на весь мир ливанские кедровые рощи.
Все попытки пришельцев возродить в стране землделие ни к чему не привели:
пшеница давала нищенские урожаи, гораздо меньшие, чем собирали в соседних
странах – Сирии и Египте. Разработка полезных ископаемых практически
прекратилась. Рыболовством почти никто не занимался.
Пришла в упадок плодороднейшая страна, лежавшая на перекрестке торговых
путей, соединяющих Европу, Азию и Африку, страна, являющаяся святыней для двух
господствовавших в этой части света религий – мусульманской и христианской,
страна, за право обладать которой сложили свои головы во время крестовых походов
сотни тысяч воинов европейских и арабских армий.
Так продолжалось почти две тысячи лет.
Немало неевреев – ученых, писателей и просто искателей приключений – побывало
в Палестине в годы турецкого владычества; до нашего времени дошли воспоминания
некоторых из них.
Известный французский востоковед К. Вольней, посетивший Эрец-Исраэль в конце
17-го века, пишет: «Я ездил в города, знакомясь с обычаями и нравами их жителей.
Я добирался до далеких деревень, где изучал положение людей, занятых обработкой
земли. Повсюду я видел лишь разбой и опустошение, тиранию и нищету. Каждый день
я встречал на своем пути заброшенные поля, опустевшие деревни, города, лежавшие
в развалинах…
Сравнение далекого прошлого с современным состоянием этой страны порождает
высокие думы. Перед моим духовным взором оживала история прошедших времен… Я
вспоминал царства Дамасское, и Иерусалимское, и Самаринское, в котором жили
десять колен еврейского народа, вспоминал воинственное государство филистимлян и
торговые города-республики Финикии. В Сирии, почти обезлюдевшей в нашу эпоху,
были когда-то сотни богатых цветущих городов. По равнинам ее были разбросаны
деревни и села… обработанные поля, людные дороги…
Что стало с этой страной изобилия и бурной деятельности? Где пахари и
возделанная ими земля, где стада, где все то, что составляло гордость и
украшение этой страны?
Увы! Я объехал всю эту пустыню, посетил места, где некогда пышно цвела жизнь,
и не видел ничего, кроме запустения и безлюдья… Великий Б-же! Отчего произошли
столь роковые перемены? По каким причинам так разительно изменилась судьба этой
страны?.. В чем причина проклятия Небес, тяготеющего над нею?»
К. М. Базили, русский дипломат на Ближнем Востоке, живший в 19-м веке,
отмечает в своих воспоминаниях ужасающую безнравственность обитателей Палестины,
алчность сборщиков налогов, от которых люди прятались в горах покинув свое
жилье. Он говорит о почти полном отсутствии в стране промышленности, об упадке
сельского хозяйства, о коррупции турецких властей – «самой безнравственной
администрации в мире».
Как тут не вспомнить слова Торы: «И скажут все народы: «За что поступил так
Б-г с этой страной?» («Дварим», 29:23). Не удивительно ли это? Богатейшая
страна, оставленная ушедшим в изгнание еврейским народом, так и не стала родиной
ни для кого иного, на протяжении девятнадцати веков отвергая пришельцев!
Вот что говорит по этому поводу РАМБАН (в комментариях к кн. «Ваикра»,
26–16): «Пророчество о том, что в отсутствие народа Израиля страна будет
пустынной, – добрый знак для всех евреев, находящихся в рассеянии. Это говорит о
том, что страна не примет никого другого, и убедительно доказывает, что
намерение Б-га вернуть еврейский народ в Эрец-Ис-Раэль будет исполнено. Ибо не
найти во всем мире благодатной и просторной страны, густонаселенной в прошлом,
которая остается в запустении, несмотря на то, что многие народы пытались
прибрать ее к рукам. Ничего у них не получилось: никого не приняла страна после
нашего ухода».
Ни один из историков не в состоянии объяснить, почему мы до сих пор не
сгинули, смешавшись с народами, среди которых жили. Эта загадка не давала покоя
и русским писателям и философам.
«Я вспоминаю, что в дни моей юности, когда меня привлекало материалистическое
понимание истории, когда я старался проверить его на судьбах других народов, мне
казалось, что величайшим препятствием для этого является историческая судьба
еврейского народа, что с точки зрения материалистической судьба эта совершенно
необъяснима. Нужно сказать, что со всякой материалистической и
позитивно-исторической точки зрения этот народ давно должен был бы перестать
существовать. Его существование есть странное, таинственное и чудесное явление,
которое указует, что с судьбой этого народа связаны особые предначертания.
Судьба эта не объясняется теми процессами приспособления, которыми пытаются
объяснить материалистически судьбы народов.
Выживание еврейского народа в истории, его неистребимость, продолжение его
существования, как одного из самых древних народов мира, в совершенно
исключительных условиях, та роковая роль, которую народ этот играет в истории, –
все это указывает на особые мистические основы его исторической судьбы!» (Н.
Бердяев, «Смысл истории», Обелиск, Берлин, 1923, стр. 105–106).
Достоевский, никогда не отличавшийся особой любовью к евреям, писал:
«…Приписывать Status in Statu одним лишь гонениям и чувству
самосохранения – недостаточно. Да и не хватило бы упорства в самосохранении на
сорок веков, надоело бы и сохранять себя такой срок. И сильнейшие цивилизации в
мире не достигали и до половины сорока веков и теряли политическую силу и
племенной облик.
Тут не одно самосохранение стоит главной причиной, а некая идея, движущая и
влекущая, нечто такое, мировое и глубокое, о чем, может быть, человечество еще
не в силах произнести своего последнего слова» («Дневник писателя: за 1877 год»,
Берлин, изд. И. П. Ладыжникова, 1922, стр. 124).
О том же говорит и Куприн в своем рассказе «Жидовка». «Удивительный,
непостижимый еврейский народ… что ему суждено испытать дальше? Сквозь десятки
столетий прошел он, ни с кем не смешиваясь, брезгливо обособляясь от всех наций,
тая в своем сердце вековую скорбь и вековой пламень. Пестрая, огромная жизнь
Рима, Греции и Египта давным-давно сделалась достоянием музейных коллекций,
стала историческим бредом, далекой сказкой, а этот таинственный народ, бывший
уже патриархом во дни их младенчества, не только существует, но сохранил повсюду
свой крепкий, горячий южный тип, сохранил свою веру, полную великих надежд и
мелочных обрядов, сохранил священный язык своих вдохновенных божественных
книг…
Нигде не осталось следа от его загадочных врагов, от всех этих филистимлян,
амалекитян, моавитян и других полумифических народов, а он, гибкий и
бессмертный, все еще живет, точно выполняя чье-то сверхъестественное
предопределение».
Главой «Бехукотай» мы завершаем чтение третьей книги Пятикнижия и громко
произносим: «Хазак, хазак венитхазек!»
Большая часть этой главы посвящена описанию благ, ожидающих еврейский народ
за соблюдение Торы, и наказаний, которые последуют за отход от ее принципов.
Тема кары, настигающей еврея, за отход от принципов Торы и награды – за
верность ей довольно часто встречается в книгах ТАНАХа, в талмудической
литературе и в сочинениях раввинов в послеталмудический период. Особенно часта
эта тема в проповедях еврейских мыслителей, живших в период, предшествовавший
распространению хасидизма.
Комментируя главу «Бехукотай», некоторые наши мыслители напоминают, что
материальный мир возник в результате эманации Б-жественной творческой силы. На
определенных этапах этой эманации возникли промежуточные духовные миры. Чтобы
эти миры – как материальный, так и духовный – не возвратились в небытие,
Б-жественная сила должна постоянно присутствовать в них. В этом плане следует
понимать стих из псалмов Давида: «Всегда, Г-сподь, слово Твое стоит в небесах».
Здесь, как и во многих других местах ТАНАХа, творческая Б-жественная сила
именуется словом Б-жьим.
В различные области материального мира Б-жественная энергия поступает по
особым духовным каналам. Благосостояние каждого из народов, населяющих землю,
зависит от состояния канала, посредством которого этот народ получает
необходимую для его существования Б-жественную энергию. Состояние этого канала,
в свою очередь, зависит от выполнения этим народом своего предназначения.
Основная цель человеческой деятельности в мире состоит в том, чтобы вознести
материю до такого уровня, чтобы в ней ощущалось Б-жественное начало. Каждому
народу дано принять определенное участие в осуществлении этой цели. Но главную
роль дано сыграть в этом сынам Израиля. Это обстоятельство было подмечено
многими мыслителями-неевреями.
Выполнение возложенной на них задачи сыны Израиля могут осуществить только с
помощью заповедей Торы. Нет такой области материального мира, на которую в той
или иной мере не распространялась бы человеческая деятельность. И нет такого
вида деятельности человека, которая не регламентировалась бы Торой. Поэтому с
помощью предписаний Торы заложенная в них Б-жественность проникает во все
области материального мира, которых коснулось их исполнение.
Заповеди Торы осуществляют также связь еврейского народа с Создателем.
Недаром они называются на иврите «мицвот», от слова «цевет» – объединение.
Отсюда выходит, что, нарушая какую-либо заповедь Торы, еврей ухудшает состояние
своего духовного канала.
Как свидетельствуют некоторые известные еврейские источники, во времена Храма
неблагочестивое поведение еврея немедленно сказывалось на его благосостоянии.
После разрушения Храма и изгнания сынов Израиля из своей страны, когда евреи
оказались в зависимости от других народов, они также получили возможность
питаться из чужих каналов. Этим объясняется то, что нередко можно видеть в наше
время: человек, кощунственно попирающий Тору и ее заветы, тем не менее
благоденствует. Однако это благоденствие не может быть долгим: невозможно долго
жить краденым. Если в этом человеке осталось что-то от еврейства, это что-то в
конце концов должно отвергнуть несовместимую с его сущностью чужую пищу. К тому
же люди, среди которых этот еврей живет, начинают подсознательно чувствовать,
что он питается чем-то принадлежащим им. Его начинают презирать, хотя никто не
может толком объяснить, в чем же причины этого презрения. Отсюда можно понять в
высшей степени странное явление: именно в тех странах, где евреи активно
ассимилируются и стараются слиться с основным населением пренебрегая принципами
Торы, традиционный антисемитизм становится наиболее зловещим. Именно в Германии,
где ассимиляция поразила самые широкие круги еврейской общественности, где
умудрились ассимилировать даже еврейскую религию, изъяв из нее все изначально
еврейское (в том числе тоску по Сиону) и введя христианскую обрядность в
синагогальное Б-гослужение, именно в этой стране антисемитизм смог достичь столь
чудовищных размеров. То что первыми жертвами пали праведные евреи Польши и
Украины, еще раз подтверждает сказанное полторы тысячи лет назад талмудическим
мудрецом р. Ионатаном: «Несчастье приходит в мир лишь тогда, когда в нем есть
грешники, но его первыми жертвами становятся праведники.
Несмотря на то, что Тора неоднократно предупреждает о бедствиях, навлекаемых
отходом от ее принципов, и обещает всяческие блага за верность им, исполнение
предписаний Торы только лишь ради вознаграждения или избежания кары порицается.
Вот что пишет об этом РАМБAM:
«Пусть не скажет человек: я буду исполнять предписания Торы, чтобы принять
все благословения, которые в ней написаны, или удостоиться жизни в грядущем
мире. Или: я буду отстраняться от грехов, о которых предостерегает Тора, чтобы
уберечься от наказаний, следующих за эти грехи, и не потерять жизни в мире
грядущем. Не следует таким путем служить Б-гу».
После перечисления всех грядущих несчастий за отход от принципов Торы,
которые уже сбылись в нашей истории, в нашей главе предсказывается
неуничтожимость еврейского народа, чему мы сейчас, через три тысячи лет,
являемся свидетелями, а затем возвещается грядущее великое освобождение сынов
Израиля, чему мы, хотелось бы надеяться, будем свидетелями в ближайшем
будущем.
«Но при всем этом, когда они будут в земле врагов своих не презрю Я их и не
отрину до того, чтобы истребить их, чтобы нарушить завет Мой с ними… И вспомню
Я завет Мой с предками, которых Я вывел из земли Египетской пред глазами
народов, чтобы быть им Б-гом».
Первые два раздела главы «Бехукотай» посвящены описанию благ, которые
Вс-вышний обещает еврейскому народу, если он будет блюсти и исполнять заповеди,
дарованные ему у Синайской горы. Там, в частности, имеется такой стих: «И
водворю Я мир на земле, и будете лежать без тревоги, и изведу лютого зверя с
земли, и меч не пройдет по земле вашей».
В сборнике «Торат коганим», составленном из комментариев к «Книге Левит»
различных мудрецов эпохи Мишны, приводится спор между двумя видными учеными
относительно слов «и изведу лютого зверя с земли». Р. Иегуда считает, что в
будущем на земле вообще не будет хищных зверей. Иного мнения придерживается р.
Шимон, утверждавший, что все теперешние хищники останутся и в мире грядущем, но
они не будут хищными. ‘Что более к чести Создателя: когда нет вредителей или
когда есть вредители, но они не вредят?» – аргументирует свое мнение р. Шимон. В
доказательство своей правоты ученый приводит также известные слова пророка Исайи
о времени Машиаха: «И волк будет жить (рядом) с овном, и леопард с козленком
будут лежать рядом, и телец, и львенок, и тучный бык вместе, и отрок малый будет
вести их. И телица с медведицей будут пастись и вместе укладывать своих
детенышей, и лев, как скот, будет есть солому. И будут играться младенец у норы
кобры, и к глазу гадюки ребенок протянет руку. Не будут злодействовать и
истреблять на всей Моей святой горе, ибо полна земля знанием Б-га, как вода море
покрывает» («Исайя» 11, 6 – 9).
Не все, однако, понимают вышеприведенный текст буквально. Так, великий РАМБАМ
в начале заключительной главы своего Кодекса, рассуждая об эпохе Машиаха,
говорит:
«Не думай, что в дни Машиаха устранится что-либо в мировом порядке или будет
что-либо новое во Вселенной. Мир будет существовать, как обычно. А то, что
сказано у Исайи: «И волк будет жить (рядом) с овном, и леопард – рядом с
козленком лежать» – это аллегория и притча. Смысл ее в том, что евреи будут жить
в безопасности вместе со злодеями-язычниками, аллегорически называемыми волком и
леопардом… И все вернутся к истинному Закону, и не будут грабить и уничтожать,
но будут спокойно довольствоваться дозволенным вместе с евреями, как сказано: «и
лев, как скот будет есть солому…»
Подобного же мнения придерживается и известный комментатор Писания Ибн-Эзра,
утверждающий в своем комментарии к Исайе, что картина, описанная пророком,
является аллегорическим изображением всеобщего мира, который будет царить по
приходе Машиаха.
И все же довольно много еврейских ученых всех времен разделяют точку зрения
упомянутого выше р. Шимона, понимающего рассказ пророка буквально. Так,
известный еврейский мыслитель и толкователь Торы, р. Моше бен-Нахман (РАМБАН),
живший примерно в ту же эпоху, что и РАМБАМ, и бывший, как и последний,
прекрасным знатоком не только религиозных, но и светских наук, комментируя
протицированные выше слова из главы «Бехукотай», приводит мнение р. Шимона,
которое он считает верным: «Ибо земля Израиля во время соблюдения заповедей
будет такой, каким был мир до греха Адамова, когда ни зверю, ни гаду не дано
умертвить человека… и об этом говорит Писание: «…и будет играться младенец
над норой кобры…» Ибо хишность появилась в диких зверях исключительно из-за
греха человека, которому присуждено было стать добычей для их клыков. Хищность
стала их натурой, чтобы терзать и друг друга… Но в рассказе о сотворении мира
о зверях сказано, что в пищу им были даны растения; это свойство, данное им
навеки. Лишь из-за греха научились они хищности… А когда земля Израиля
достигнет совершенства, уничтожится зло в их поведении, и они останутся при
своей первичной природе, данной им при создании… И поэтому говорит Писание о
днях Избавителя, который изойдет из рода Ишая, что миру тогда возвратится
спокойствие и животные и гады лишатся хищности и свирепости, как это было в их
изначальной природе».
Говоря о том, что лишь из-за своих прегрешений человек может стать добычей
зверя, р. Моше бен-Нахман ссылается на рассказ, приведенный в талмудическом
трактате «Берахот».
В одном месте появился свирепый змей, называемый в Талмуде «арвад», который
причинял много горя местным жителям. Об этом рассказали великому мудрецу р.
Ха-нине бен-Доса. «Сказал он им: покажите мне его нору. Ему показали. Положил он
пяту свою на отверстие норы. Вылез, укусил его и умер… тот арвад. Взвалил его
на плечо, принес в синагогу и сказал им: Смотрите, дети мои! Не змей убивает, а
грех. Тогда пошла поговорка: горе человеку, с которым повстречается арвад, и
горе арваду, с которым повстречается р. Ханина бен-Доса» («Берахот» ЗЗа).
Значительную часть главы «Бехукотай» занимают предостережения Моше
относительно несчастий, которые обрушатся на еврейский народ, если он отойдет от
Торы. Читая эти слова, диву даешься: с какой трагической точностью сбылись они в
истории еврейства.
Если бы даже эти жгучие душу предсказания не осуществились, это не могло бы
вызвать сомнений в том, что Моше –пророк Вс-вышнего, ибо, как указывает РАМБАМ в
своем Кодексе, лжепророком следует считать того, кто предсказывает от имени Б-га
доброе событие, но оно не наступает. Если же некто предсказал несчастье и оно не
пришло – сомневаться в истинности его пророчества еще не следует. Ибо добрые
поступки людей могут изменить самое мрачное предначертание.
В конце талмудического трактата «Макот» повествуется, как однажды
законоучители – раббан Гамлиэль, рабби Элиэзер бен-Азарья, рабби Иегошуа и рабби
Акива – восходили в Иерусалим.
«Когда подошли они к Храмовой горе, то увидели вдруг лисицу, выбегающую из
Святая Святых. Стали они рыдать, а рабби Акива – засмеялся. Сказали они ему:
«Акива, почему ты смеешься?» – «А почему вы плачете?» «Как же, – сказали они, –
вот место, о котором сказано: «Чужой, приблизившийся к нему – умрет».Теперь
исполнился о нем стих: «На опустевшей Сионской горе лисицы бегают», – как же нам
не плакать?!» «А я потому смеюсь, – говорит им рабби Акива, – что пророк Урия
дал в свое время такое предсказание: «Сион, как поле, распахан будет, и
Иерусалим станет развалинами, и Храмовая гора – пнями лесными», а в книге
Захарьи написано: «Еще будут восседать старцы и старицы на улицах Иерусалима».
Пока не исполнилось пророчество Урии, я боялся: вдруг и пророчество Захарьи не
исполнится. Теперь же, когда пророчество Урии исполнилось, можно быть уверенным,
что настанет день, когда исполнится и пророчество Захарьи». И тогда сказали
мудрецы рабби Акиве: «Акива, ты нас утешил! Акива, ты нас утешил!»
Подобным утешением пусть станет для нас и исполнение грозных предостережений,
записанных Моше-рабейну в главе «Бехукотай». Впрочем, одно из мрачных
предсказаний этой главы не свершилось и не свершится никогда. Об этом говорит
талмудический мудрец рабби Йоси бен-Ханина в том же трактате «Макот»: «Моше
сказал: «Вы затеряетесь среди народов», но пришел пророк Исайя и сказал, что это
не осуществится. Исайя сказал: «И будет в тот день, протрубит великий рог, и
придут затерянные в земле Ассирийской и заброшенные в земле Египетской и
поклонятся Б-гу на святой горе в Иерусалиме».
Существует хасидское толкование этого стиха из книги пророка Исайи, по
которому под «затерянными в земле Ассирийской» имеются в виду люди, забывшие о
Б-ге, из-за обилия земных благ, которыми обладают, ибо слово «Ашур», «Ассирия»,
можно перевести как «богатство». Слово же «Мицраим» – «Египет» можно перевести
как «теснины, ограничения, лишения». Поэтому под «заброшенными в земле
египетской» следует понимать людей, живущих в нужде, которым не дают задуматься
о высшей идее и смысле человеческой жизни постоянные заботы о хлебе
насущном.
Но все они, услышав трубный глас, возвещающий о великих событиях, которые
произойдут перед великим освобождением, вернутся в лоно своего народа и веры
отцов и «поклонятся Б-гу на святой горе, в Иерусалиме».
И закончим наш комментарий к недельной главе стихотворением русского
драматурга прошлого столетия А. Панова «Признание».
Я за то полюбил этот мощный народ,
Полюбил его горькую долю,
Что несчетные годы тяжелых невзгод
Не сломили в нем гордую волю.
Что он духом в борьбе вековой не ослаб,
Что дает он на вызов ответы,
Пред судьбою своей не склонился, как раб,
И не продал Святые заветы,
Что живет он века, и велик, и могуч,
Что не просит врагов о пощаде,
Что удары судьбы, громы сумрачных туч,
Он встречает с отвагой во взгляде!
Этот мощный народ я люблю оттого,
Что я верю в его возрожденье,
Что я вижу великие силы его
И Святое его назначенье!