Глава 109

Кардиналы без крестов. – Молодой еврей среди кардиналов. – Р. Моше ищет связей.

Диспут между бывшим руководителем Познаньской еврейской общины, р. Моше, и кардиналами в Ватикане в конце концов состоялся на условиях, выдвинутых великим еврейским ученым, – во время диспута крестов на груди кардиналов не было. Не были видны и картины с крестами на стенах помещения, где происходил диспут. Против одного р. Моше из Познани выступали тридцать кардиналов и других представителей Ватикана, в том числе двенадцать знаменитых ученых католиков. Тема и правила проведения диспута должны были быть согласованы между обеими сторонами на основе полного их равноправия. На этом настоял р. Моше, и католическим духовникам пришлось, скрепя сердце, с этим согласиться. Поскольку диспут должен был касаться всех сторон еврейской религии, настоял р. Моще, чтобы обсуждались также и любые фазы христианской веры. Он также добивался, чтобы с самого начала диспут велся на обоих языках, – на латинском и на иврите (Лошен-Кодеше). Он знал в совершенстве оба языка. Среди кардиналов же мало кто знал иврит. Среди них были такие, которые ни слова не понимали по-еврейски. Поэтому они категорически отклонили это требование р. Моше. Но уже один этот факт, – то, что они вынуждены были забраковать иврит, тем самым признавая публично свою несостоятельность в знании этого древнего языка, было неприятно кардиналам и унизительно для них. Еврей знал их язык, а они, кардиналы, его языка не знали.

Зал, в котором происходил диспут, находился в одном из дворцов Ватикана. Там было достаточно места для значительного числа гостей помимо непосредственных участников диспута, – около тридцати человек с одной- стороны, и р. Моше с другой. Избрали председателя и секретаря для ведения протокола, а также состав судей для вынесения решений по обсуждаемым вопросам.

Уже с самого начала, когда обсуждался первый пункт диспута, – о месте, которое занимает религия в жизни человека, – дело дошло до резкого расхождения во мнениях между кардиналами и их оппонентом. После того, как католическая сторона изложила все, что она имела сказать по этому вопросу, – эта сторона выступала первой и заняла много времени, – пришла очередь р. Моше выступать одному против многих. Р. Моше начал с доказательства, насколько диспут с самого начала ведется не на равных началах для обеих сторон. Он говорил ясно и бегло по-итальянски и произвел своей речью глубокое, хотя и не очень приятное впечатление на высокопоставленных духовников. Он привел их в замешательство своей аргументацией, доказав, что они, кардиналы, допустили несправедливое к нему отношение. Во-первых, против него одного выступает целых тридцать человек. Затем ему не дали выступить первым, хотя еврейская религия почти на шестнадцать веков старше христианской. Тем более, что первым основателем еврейской религии, – веры в Б-га, – на которой основано и христианство, был патриарх Авраам. Это было второй несправедливостью, допущенной против р. Моше. Он упрекнул их и в вопросе о языке. Кардиналы отказались разрешить ему аргументировать на иврите, поскольку они этого языка не знают, не интересуясь при этом, знает ли р. Моше их язык. Но даже если он знает их язык, за ним все же остается право пользоваться и ивритом, раз он настаивает на этом, в той же мере, что и кардиналы, настаивающие на том, чтобы пользоваться своим языком. Его, р> Моше, слова могут быть переведены, если иначе нельзя. Если же обе стороны не пользуются одинаковыми правами, подчеркнул р. Моше, то весь диспут не имеет смысла.

Слова р. Моше вывели высокопоставленных духовников из себя. Нашлись среди них и такие, которые пришли в ярость и заявили, что еврей слишком нахален и должен быть наказан за это. Более выдержанные из них, однако, признали правоту р. Моше. Поэтому заседание было прервано на неопределенное время, пока не установят точный регламент ведения диспута. Во всяком случае, отношение к р. Моше в Ватикане было натянутое. Если и были среди кардиналов и других важных гостей некоторые, признававшие справедливость упреков еврея и чувствовавшие даже симпатию к нему и его вере, они, естественно, не смели открыто выказывать это. Одним из симпатизировавших р. Моше и тайных его почитателей был кардинал, заведующий папской библиотекой, с которым р. Моше познакомился раньше. Именно благодаря этому кардиналу, расхвалившему р. Моше перед остальными кардиналами, и была организована эта дискуссия, как упомянуто выше, с целью якобы померяться духовными силами и знаниями. На самом деле имелось в виду унизить еврейскую религию, а самого р. Моше дискредитировать и показать, что он не знает, что говорит.

Кардинал-библиотекарь, тайный почитатель еврейской религии, а потому дружески настроенный к р. Моше, был очень взволнован всей этой историей. Поскольку р. Моше все время посещал библиотеку, разыскивая старые манускрипты, имелась у кардинала возможность беседовать с ним и выказывать ему свое дружелюбие, как бы желая этим загладить свою вину в том, что он его втянул в этот злополучный диспут, который причинил р. Моше пока что одни неприятности и подверг его немалой опасности.

Между тем случилось здесь нечто, сильно взволновавшее р. Моше.

Во время произнесения им в процессе дискуссии речи, явившейся причиной перерыва диспута, заметил р. Моше среди слушателей лицо, сильно ему импонировавшее. Это было несомненно еврейское лицо, принадлежавшее молодому человеку, сидевшему среди других избранных высокопостаВ-ленных лиц Ватикана, приглашенных на диспут. У р. Моше не было достаточно времени установить личность молодого человека. По выражению его лица можно было судить, что выступление р. Моше произвело на него чрезвычайно большое впечатление. Р. Моше хотелось знать, как Вообще попал сюда молодой еврей? Что он здесь делает? Почему находится он среди таких высокопоставленных лиц Ватикана?

Сразу же после заседания юноша исчез. На все свои вопросы р. Моше не получил вразумительного ответа. Отвечали ему намеками, междометиями. Р. Моше решил спросить об этом отца-библиотекаря. По словам библиотекаря, это являлось тайной; об этом запрещено открыто говорить. Но именно эта тайна и возбудила еще больше любопытство р. Моше и его желание во что бы то ни стало раскрыть эту тайну. Прошло несколько дней, пока кардинал-библиотекарь не решился, наконец, рассказать р. Моше, то, что ему было известно об этом молодом еврее. Оказалось, что он происходит из Польши и является большим ученым. Он прибыл в Ватикан изучать астрономию и слушать лекции по вопросам религии. По-видимому, этот молодой ученый имел в виду ознакомиться с историей и развитием различных религий мира, помимо еврейской, которую он знал по еврейским источникам. Профессор религии Венецианского университета посоветовал молодому ученому еврею, если он действительно стремится ознакомиться с вопросами религии, отправиться в Рим и изучать этот вопрос в Ватикане. Он его заверил, что там он получит все, что его душе угодно в духовном смысле. При этом имелось в виду толкнуть молодого еврея в лапы жадных католических священников в Ватикане. Молодой человек последовал совету профессора, не подозревая, возможно, о грозящей ему опасности. Вот уже больше полугода, рассказывал библиотекарь, как этот молодой еврей находится в Ватикане и усердно изучает вопросы религии. Вначале, информировали р. Моше, строго соблюдал еще этот молодой ученый еврейство. Но постепенно он начал сдавать. Он придерживался еще субботы и кашрут. Его связь с еврейством не была еще целиком прервана, но он находился уже под влиянием его католических учителей, которые теперь полны надежды, что вот-вот они его завербуют для католицизма и официально окрестят. Пока польский еврей еще не крестился и вообще находился еще на распутьи, высокопоставленные католические руководители хотели держать все это втайне. Они так жаждали уловить еврейскую душу, тем более – такого ученого и многообещающего еврея, что они боялись, как бы он не подпал под влияние кого-либо другого и отказался от крещения.

Когда р. Моше услышал эту историю, он сильно расстроился. Он сразу почувствовал, что его обязанностью является сделать что-нибудь для спасения этого молодого польского еврея от крещения. Р. Моше уже начал было сильно жалеть, что вообще явился в библиотеку Ватикана; это ведь явилось причиной вовлечения его в диспут и навлечения на него беды. Но теперь он почувствовал, что Провидение привело его сюда для единственной цели – спасти молодого еврея от крещения. Теперь он уже благодарил и славил Б-га за великую мицву, которая выпала на его долю выполнить. Но как же вызволить молодого человека из лап католиков? Р. Моше еще даже не встречался с ним и не знал, как попасть к нему. Вообще, это должно было быть нелегкой задачей убедить молодого ученого в том, что он находится на грани «сорока девяти ворот нечисти». Зависело это теперь также и от того, что решат кардиналы о дальнейшем ходе диспута.

Прошло несколько дней, и р. Моше сообщили, что по решению Ватикана диспут отложен на две недели. А когда диспут возобновят, он не будет уже вестись между одним р. Моше, с одной стороны, и тридцатью кардиналами, – с другой, как раньше. Кардиналы признали, что диспут не будет таким образом равным для обеих сторон. Вместо этого будет назначен один кардинал, ученый, для дискуссии с р. Моше один на один. Оба они должны были избрать третьего ученого в качестве судьи.

Теперь у р. Моше было достаточно времени, чтобы заняться молодым ученым, стоявшим у порога крещения. Он попросил кардинала-библиотекаря познакомить его с ним.


Вам понравился этот материал?
Участвуйте в развитии проекта Хасидус.ру!

Запись опубликована в рубрике: .