Осел царя Мошиаха

בס"ד

Алеф

Два знаменитых осла

Рабби Йегошуа бен Леви сталкивает [сравнение, выявляющее противоречие]: Сказано: "и вот, с небесными облаками, как человек, приходит", и сказано: "бедняк, верхом на осле"? Если удостоятся – то "с небесными облаками", если не удостоятся – бедняк верхом на осле[2].

На первый взгляд, "удостоились" и "не удостоились" очень близко к возможности геула[3], которая зависит от тшувы, и которая не зависит от нее, и тогда, по мнению Рава следует сказать, что избавление прийдет "с небесными облаками", а по мнению Шмуэля – что прийдет на осле, в соответствии с тем, как представлен их спор ранее в той же сугие[4]:

Сказал Рав: прошли уже все сроки, и это зависит только от тшувы и добрых дел, а Шмуэль сказал: достаточно скорбящему скорби.

[Раши: от тшувы – если весь Израиль сделает тшуву, прийдет, а если нет – не прийдет. Достаточно скорбящему скорби: достаточно того, что Вс-вышний стоит много дней и рука Его отведена назад, т.е., даже если не сделают тшуву, он не будет находиться в скорби навсегда, но несомненно, есть предел этому. Другое объяснение: достаточно скорбящему – достаточно Израилю мучений изгнания, и даже без тшувы они будут избавлены].

Однако, Геморо рассматривает этот спор Рава и Шмуэля параллельно спору рабби Элиезера и рабби Йегошуа, и по Иерушалми[5] (и многие читают таким же образом также и в Бавли) следует, что мнение самого рабби Элиезера, который считает, что геула зависит от тшувы, более сложно, и не так легко сказать, что он считает, что геула должна прийти только как результат "удостоились":

Рабби Элиезер говорит: если Израиль не делают тшуву – не будут избавлены никогда, как сказано "бешуво увенахас тивошеун[6]". Сказал ему рабби Йегошуа: и разве, если Израиль будет стоять и не делать тшуву, то никогда не будут избавлены? Сказал ему рабби Элиезер: Вс-вышний ставит над ними царя, жестокого как Аман, и немедленно они делают тшуву, и немедленно они избавляются[7].

Тшуву, происходящую как результат давления извне, более логично уподобить варианту "не удостоились". Следовательно, приход Мошиаха, как "бедняка верхом на осле" возможен также по мнению Рава, который считает также, как рабби Элиезер, если сделают "тшуву по принуждению" (как это называет Магаршо[8]), а не "по доброй воле", и также по мнению Шмуэля, если геула прийдет без тшувы вообще.

Для того, чтобы вдуматься более глубоко в идею этого осла, обратим наш взгляд, чтобы посмотреть на ослов, которых Гемара отмечает особо, осла рабби Пинхаса бен Яира, и осла рабби Йоси из Йукрас, как далее будет объясняться. Отношение этих двух ослов к нашей теме хорошо видно из слов Аризаля об осле рабби Йоси из Йукрас – о котором мы расскажем далее – и о том, чья душа вселилась в него:

Осел рабби Йоси из Йукрас исправил шалиша (сановника) [о котором рассказывается в Млахим Бет, 7, hафтара главы Беhаалотха], который сказал: "разве сотворит Вс-вышний форточки в небесах" – он хотел сказать, что его поколение – сыны потопа, и достойны потопа, и не сделает Вс-вышний чуда понапрасну, и не настолько он отрицал [шалиш; т.е., он не отрицал способность Вс-вышнего творить чудеса], но он не верил пророку, и также обвинял Его сынов[9].

Таким образом, мы видим, что этот осел исправляет того, кто считает, что поколение недостойно чудес, аспект "если не делают тшуву – не будут избавлены". (Эти слова шалиша говорятся после того, как рассказывается, как исполнились самые жестокие предсказания – когда матери отказывались справедливо разделить мясо своих сыновей – отсюда ясно, что в трагедии Шомрона был намек на разрушение Храма, и после всего этого не рассказывается там ни о каком пробуждении к тшуве). Шалиш был наказан, и его исправление – стать ослом рабби Йоси из Йукрас.

И сейчас давайте рассмотрим самих этих ослов:

Сказал рабби Зейра, сказал Рово бар Зимуно: если первые – как ангелы, то мы – как люди, а если первые – как люди, то мы – как ослы. И не такие как осел рабби Ханины бен Доса, и рабби Пинхаса бен Яира, а как остальные ослы[10].

[Раши: осел рабби Пинхаса объясняется в "hакол шойхтин" [Хулин], а рабби Ханины – в трактате Таанис.

И в замечании там внизу: В трактате Таанис не говорится ничего про осла рабби Ханины бен Доса, но об осле рабби Йоси из Йукрас… возможно, что имелась в виду история в Авот дэрабби Натан в конце гл. 8, история осла рабби Ханины бен Доса].

Однако, есть такие, которые явным образом читают вместо "осел рабби Ханины бен Доса" – "осел рабби Йоси из Йукрас", и хотя это трудно понять, как это рабби Зейра может упомянуть рабби Йоси из Йукрас, который жил через два поколения после него, но можно сказать, что возможно, это добавление к его словам, ибо в Иерушалми[11] приводится эта фраза, и упоминается в ней только осел рабби Пинхаса бен Яира. Осел рабби Ханины бен Доса, к которому отсылает нас ссылка в Геморе – очень похож на осла рабби Пинхаса бен Яира, и мы не будем входить здесь в обсуждение взаимоотношений между ними. В продолжение нашего разговора мы будем обсуждать только эти две истории, которые приводятся в нашем Талмуде, и к которым отсылает нас Раши, история осла рабби Пинхаса бен Яира, и история осла рабби Йоси из Йукрас.

Про осла рабби Пинхаса бен Яира история рассказывается в двух вариантах, одна – в Бавли[12], и одна – в Йерушалми, и мы здесь приведем ее перевод:

Бавли: Рабби Пинхас бен Яир шел, чтобы избавить пленных; пришел он в одну гостиницу, и положили овес его ослу и не стал он есть. Провеяли их, чтобы очистить их – и не ел. Очистили вручную от камней и отходов – и не ел. Сказал им [рабби Пинхас бен Яир, сопровождающим его, которые пытались накормить осла]: может, вы не отделили десятины? Отделили десятину – и ел. Сказал: эта бедняжка идет, чтобы исполнить волю своего создателя, а вы хотите накормить ее твалим[13]?!

И разве оно нуждается в отделении [десятины]? И ведь мы учили: "тот, кто берет [от ам-hоорец[14], который подозревается на десятину] для того, чтобы сеять [не для еды, а для того, чтобы сеять], и для корма скоту, и для муки, чтобы выделывать кожу, и масло для свечи, и масло, чтобы мазать им – свободно от дмай[15]". [Т.е., не распространяется на него установление снова отделять десятину из опасения, что, может быть, она не была отделена, и если так – можно было дать ослу еду из этого овса]?

[Объяснение]: Ведь сказано об этом: сказал рабби Йоханан: не учили, но только когда взял их изначально для корма скоту, но если изначально взял их для еды человеку, и после этого решил использовать для корма скота – обязан отделять десятину [и этот овес изначально предназначался для еды человека, поэтому запрещено было отдавать их ослу, и поэтому он не ел][16].

Йерушалми: Осел рабби Пинхаса бен Яира, украли его грабители ночью, спрятали его у себя три дня, и не ел ничего. Через три дня они решили вернуть его хозяевам, сказали: отошлем его хозяевам, чтобы не умер у нас, и будет запах на всю пещеру. Вывели его, пошел и остановился у ворот своего хозяина и начал кричать. Сказал им [рабби Пинхас бен Яир сынам своего дома]: откройте этой несчастной, которая уже три дня ничего не ела. Открыли и вошла. Сказал им: дайте ей что-то кушать, чтобы она поела. Принесли перед ней овес, и не хотела кушать. Сказали ему: рабби, она не хочет кушать. Сказал им: "отделена ли от них десятина"? Сказали ему: да [поскольку дали ей дмай, который разрешен животному]. Сказал им: и вы отделили десятину от дмай? Сказали ему: и разве не так ты учил нас, учитель, "тот, кто берет для посева, для корма скоту, муку для выделывания кожи, масло для свечи, масло, чтобы смазывать им сосуды, свободен от дмай"?! Сказал им: что делать с этой несчастной, которая устрожает на себя больше, чем нужно. Отделили десятину от дмай, и ела[17].

Подход Бавли и Йерушалми к достоинству осла различен: по мнению Бавли, праведность этого осла выражается в том, что он не дает своему хозяину нарушить заповедь. Сам осел не имеет на себе запретов, и причина того, что он устрожается, чтобы не кушать дмай – в том, что его хозяину запрещено ставить перед ним этот овес. Йерушалми, напротив, видит в осле самостоятельную "личность", которая берет на себя дополнительные устрожения, которая беспокоится о том, чтобы исправить свою душу. Поэтому также фон этой истории отличен: если дело только в том, чтобы не нарушили хозяева, то нет запрета кушать у преступников и грабителей. Есть у них – это аспект "накорми грешника, чтобы он умер" (Гемора учит отсюда, что нет на нас обязанности спасать грабителей от запретов на пищу, связанных с пищей, которую они украли, и нет здесь места говорить об этом подробно).

Образ, рисуемый Йерушалми, больше соответствует словам Геморы, приведенным выше, что мы, последние поколения, ниже, чем этот осел. Ведь он почти как человек, и даже как еврей (и это соответствует тому, что говорит Аризаль выше, про шалиша, душа которого вселилась в осла, и исследуй это).

А сейчас, перед тем, как задуматься глубже об этом осле, приведем то, что рассказывается о втором осле, осле рабби Йоси из Йукрас (тот самый, который гилгуль[18] шалиша, как говорилось выше).

"Был у него [у рабби Йоси из Йукрас] этот осел, что когда нанимали его каждый день, то вечером клали плату ему на спину, и он шел (сам) в дом своего хозяина. И если добавляли [к плате] или уменьшали, то не шел [т.е., не шел домой]. Однажды забыли [нанимавшие этого осла] пару сандалий на нем, и не пошел, пока не взяли с него, и после этого пошел[19].

Таким образом, здесь перед нами два "знаменитых" и "элитарных" осла, один из них устрожается в отделении десятины, а другой устрожается в имущественных делах. Они могут служить для нас как бы материалом («хомер»), чтобы понять, что это будет за осел, верхом на котором поедет Мошиах.

Выше мы определили, что есть две возможности, даже когда говорят, что "не удостоились", и Мошиах прийдет верхом на осле, а не с небесными облаками: мнение Рава, что сделают тшуву, но это не будет "добровольная тшува", а результат страдания, а мнение Шмуэля, что не сделают тшуву.

И вот, эти два осла помогают Раву и Шмуэлю, ибо "Галаха как Рав в запретах, и как Шмуэль в законах [имущественных]"[20], и поэтому несчастный и бедный осел рабби Пинхаса бен Яира, который устрожается в запретах, и который пробуждает жалость своего хозяина после продолжительного страдания, поможет нам, чтобы понять, что представляет собой тшува, совершаемая по принуждению обстоятельств, а осел рабби Йоси из Йукрас, который устрожается в законах имущества и суда (аспект "дерех эрец [который] предшествует Торе", как далее будет объясняться), поможет нам понять, каким образом Израиль может быть достоин избавления, даже если не совершат тшуву (вопреки обвинению шалиша, уподобившего свое поколение поколению потопа, наполнившего землю насилием, как далее будет объясняться).

Бейс. "Ослиность" и чувство справедливости в параллели с бедностью и скромностью (аниют и анава)

Осел рабби Пинхаса Бен Йяира - это осел, который берет на себя устрожения[21]. Можно найти намек в словах "удостоились – с небесными облаках" – в аспекте легкого облака, аспект кулот[22], «не удостоились – бедняк верхом на осле» – аспект хумрот[23]. И не относись к этому {намеку} с легкомысленностью, ибо мы находим, что самоощущение бедности, и сознание человека, что он далек от святости, приводят к пониманию и подходу, что нужно возложить на себя дополнительные устрожения (а не так, как это представляется с первого взгляда, что чем больше я считаю себя праведником, тем больше мне следует остерегаться). Рассказывается в книге "меа шеарим", что некоторые из самых больших учеников Баал Шем Това отказывались кушать у него, поскольку он облегчал в вопросах еды, и когда их спрашивали, как же это они устрожаются больше своего учителя, отвечали – то как раз именно потому, что он их учитель: тот, чья душа свободна от заключения в клипот[24], ей легко поднять любую вещь к святости, искры святости, находящиеся в мире, который скрывает их, и скрывается сам, определяются и поднимаются с легкостью, и все соединяется с единством Вс-вышнего; однако тот, кто скован тьмой этого мира, и этот мир для него – реальность, может лишь с большим трудом и после большого бирур[25] определить искру святости в реальности.

С одной стороны, можно видеть бедного осла рабби Пинхаса Бен Яира, как хасида, подражающего своему учителю, и принимающему на себя его поведение, и не потому, что он считает, что находится на одной ступени со своим учителем, а обратно, ибо он решил, что если не подчинит и не свяжет себя со своим учителем – нет ему жизни. Если я буду "оригинальным", "естественным" и "самостоятельным" – так он знает – не будет здесь ничего, кроме загнившего источника. Но – если я буду подражать моему учителю - так он надеется – тогда исполнится "каждый, кто делает себя таким – в конце концом приходит к этому" (так ответил Алтер Ребе, когда у него спросили, что среди его хасидов есть такие, которые совершенно не на высокой ступени, и тем не менее, они ведут себя как большие хасиды, окунаясь каждодневно в микву и долго молясь и т.д. Источник этого выражения – в словах Разал, что тот, кто выдает себя за слепого, например, для того, чтобы пробудить жалость, и собирать милостыню, в конце прийдет к слепоте, не дай Б-г).

Привести Мошиаха на этом осле означает, что тшува связана с прилепленностью к праведнику. Положение отнюдь не блестяще («hамацав эйно мазhир»), мы не превратились из животного в человека, не произошло внутреннего преобразования, и нет здесь "тшувы по доброй воле", но есть внутреннее согласие отдаться с ослиным подчинением тому, у кого есть лицо человека действительно, и помогать ему во всех его делах ("эта несчастная идет исполнить волю ее создателя", когда она помогает заниматься пидьон швуим[26]). Подобно тому, что умножение хумрот практически означает сосредоточиться исключительно на страхе перед Небесами, даже когда сердце еще не перевернулось, так же, в связи с приведением Мошиаха, умножение хумрот, в качестве подражания праведнику, выражают сосредоточение на делах праведника, и распространение его влияния и учения.

Те, кто делают себя как осел, оставляют сейчас свой собственный мир, со всем сокрытым в нем человеческим богатством, и мобилизуют себя целиком на то, чтобы привести избавителя. В действительности, они делают себя ослами не только по отношению к всаднику, но также в отношении тех, к кому приходит этот всадник. Они согласны, чтобы другие восхищались им, как люди, которые восхищаются со всем человеческим "пониманием" великому человеку, сами же они отказались от переживания этой встречи. Такая полная само-мобилизация может прийти только из глубокого переживания бедности, из чувства, что невозможно продолжать так дальше, и что несмотря на это, мы своими силами не способны произвести переворота.

Однако, осел рабби Йоси из Йукрас - это совершенно другой осел. На первый взгляд, ослу подобает быть преданным своему учителю, и, если уже идет речь про "чудо-осле", то это также должно быть чудесным образом. Но, если бы речь шла только об этом, осел бы заботился об интересах своего хозяина, и отказывался бы идти домой лишь тогда, когда было заплачено меньше положенного за аренду; но этот осел отказывался идти домой не только когда было заплачено меньше, но и когда было заплачено больше положенного. Это - осел с чувством справедливости. Хотя есть здесь подчинение хозяину (ибо речь идет об осле), но это очень глубокое внутреннее подчинение, которое на практике раскрывается именно как уверенность в собственных силах, ибо этот осел совершенно не выглядит бедным и несчастным. «Я знаю» – говорит осел – «что мой учитель и господин не согласился бы взять больше, чем положено ему, и в соответствии с его духом и его подходом я веду дела». Этот осел более самостоятелен, и поэтому также более человечен, чем осел рабби Пинхаса бен Яира.

На что это похоже? Можно привести пример рош йешивы, или Ребе, у которого есть директор, руководящий их учреждениями. Поверхностный подход состоит в том, чтобы сказать, что преданность выражается в том, что директор должен сделать все ради того, чтобы достичь максимума для этих учреждений, и он способен ради этого проводить различные сомнительные сделки, и также "не замечать" какие-то вещи время от времени "когда следует" ("у Ребе есть дух пророчества, и если он не говорит ничего – по видимому, это "кошер", и достаточно постигающему), и главное – чтобы дела праведника процветали и развивались, ибо нет ничего важнее этого (и если бы мы не опасались подозревать праведных, мы бы сказали, что осел рабби Пинхаса бен Яира способен отнестись к такому битулю[27] перед праведником весьма позитивно). Однако истинный директор, истинного Ребе, знает, что секрет успеха лежит именно в широте взгляда, в желании, чтобы дела велись как положено, и было хорошо для всех. "Ребе[28] говорит – каков прямой путь, который следует избрать человеку? Все, что приносит славу идущему по нему, и пользу для людей[29]". Только такой путь принесет славу праведнику.

Привести Мошиаха на таком осле – означает привести его на "дерех эрец, который предшествует Торе". Не пусто то утверждение, что отвращение от Торы в предшествующих поколениях, и отсутствие готовности вернуться в тшуве сегодня, это следствия (также) того, что ведут себя по Торе, не обращая внимания на "дерех эрец". Сильнейшее давление – которое испытали на себе боящиеся Б-га из-за переворотов нового времени, и из за соблазнов мира вообще, породило путь "все, что есть у человека – включая все его достоинства – отдаст за душу его", стремление отгородиться и закрыться в мире Торы и заповедей ("исурей[30]"), даже за счет исправления мира в (обще)человеческом понимании этого слова. Плоды этого подхода – осквернение имени Вс-вышнего и презрение к Торе в общем, не дай Б-г, поскольку эта последняя потеряла свою способность показать на глазах народов красоту ее, и силу исправить мир, сокрытую в ней.

Осел рабби Йоси из Йукрас представляет восприимчивость к идее мировой справедливости, и достаточно этой заслуги, которая не выглядит как возвращение к тшуве в общепринятом смысле этого слова, чтобы привести Мошиаха. Иными словами, Мошиах прийдет в результате того, что сыны Израиля будут заниматься исправлением мира (сынам Израиля будет важно исправление мира). (Поколение потопа согрешили развратом и искривлением пути всякой плоти и т.д., и тем не менее, их приговор был подписан из за воровства именно. Можно сказать, что этот хамор показывает шалишу, что Израиль не подобен поколению потопа, но любят справедливость по своей природе).

Если дойти до полного абстрагирования идеи этих двух ослов, возможно, что они дают нам два выражения уподобления (Мошиаха) бедняку верхом на осле: Осел может быть символом нищеты (Далут), и выражать идею того, что далут – это делет (дверь) к Вс-вышнему, она пробуждает его милость и желание прийти и избавить, но осел может быть также символом чистой простоты, которая не возвышается и гордится (в противоположность лошади[31]), которая любит равенство и справедливость. Слово "ани" в стихе "они веройхев ал хамойр[32]", действительно, объясняется двояко. Ибн Эзра объясняет, что идет речь о бедности, от которой впоследствии обогащаются, но Раши (и большинство комментаторов) объяснили, что из контекста видно, что "עני" означает "עניו" («скромный»), который не хочет выделяться, и поэтому едет верхом на осле (см. там).

Гимел. Достоинство справедливого суда

Какой осел лучше? По простому – лучше геула, которая приходит как результат тшувы, и даже если это "бедная тшува" (и ведь есть свое преимущество в такой бедности и коленопреклоненности, в сравнении с "тшувой, совершаемой по доброй воле" и "идеалистической", ибо, там где находится униженность духа, там находится дух симпатии (חן) и мольбы, что совершенно не очевидно будет присутствовать когда тшува совершается по собственному желанию и в аспекте "удостоились"), как представляется очевидным, что Тора выше, чем "дерех эрец[33]".

Мы уже упомянули выше, что преимущество Рава – в "исурей", а Шмуэля – в "диней[34]", и также здесь легко предположить, что чувствительность к "исурей" - которые развивают связь человека с Вс-вышним – лучше, чем чувствительность к имущественным делам, которая развивает справедливые отношения между человеком и его товарищем, и, тем не менее, мы находим в Аризале обратное этому! [Его языком и в его терминологии: корень Рава – в Зеер Анпин, а Шмуэля – в Има (которая выше, чем ЗО, а не в малхус, которая под ним), и достаточно постигающему]. Если так, то, по нашему пути, "осел Шмуэля" – осел рабби Йоси из Йукрас – лучше. И действительно, также в вопросе дерех эрец и Торы мы находим в комментариях хасидизма, что этот первый предшествует не только по времени (аспект взрослеющего ребенка, что тогда, чем он становится старше, тем лучше), но также в достоинстве! И как мы объясним все это?

Для того, чтобы понять это, приведем здесь слова Хазал в Танхума, на которые отсылает нас Раши в гл. Шмини:

Разрешил им [гоим] запреты и нечистое и пресмыкающихся. Пример, на что это похоже? – на врача, который пошел посетить двух больных. Увидел, что один из них не выживет, и сказал его семье: дайте ему всякую еду, которую он попросит. Посмотрел на другого, что он может выжить, сказал им [его семье]: такую и такую пищу пусть кушает, такую и такую – пусть не кушает. Сказали врачу: что это?... сказал им врач:… но тот, которому суждено умереть – я сказал им, все что он попросит – пусть кушает, ведь не выживет он… Но Израиль, которым суждено жить, сказал им [Вс-вышний]… "И это не кушайте…" Почему? Потому что им суждено жить, как сказано: "и вы, прилепившиеся к Вс-вышнему, Б-гу вашему, живы все сегодня".

Отсюда следует, что способность чувствовать запреты ("исурей") – означает чувствительность к самому себе, к опасностям, подстерегающим тебя. Хотя речь идет о чувствительности тонкой и святой, к ощущению способности соединиться и открыться святости, понимая, что может прервать эту серебряную нить, но в конечном счете человек сосредоточен на себе самом, как ему лично спастись от угроз окружающего мира. Для этого он изучает скрытые законы, управляющие мирозданием, и учит, как правильно вести себя в нем.

В принципе, такая чувствительность подходит также для гоя (и ведь Ноах уже знал, как разделять между чистым и нечистым, ибо вся его культура – это собрание умений, как не утонуть внутри природы и ее дикости, как в смысле физического выживания, и также в смысле сохранения превосходства человека (свобода, наука, поэзия, частная инициатива и т.п.). То, что сынам Ноаха разрешены запрещенные виды пищи (и вплоть до того, что есть мнение, что это составляет основное различие между гейр-тойшавом и евреем), означает, как выше, что чувствительность к святости, в истинном смысле этого слова, пропала у него. Поэтому можно себе представить, что основная сила гиюра это приведение гоя к такому состоянию, что снова будут запрещены ему запрещенные виды пищи, ибо это будет означать, что он выходит от смерти к жизни. И действительно, мы находим в осле рабби Пинхаса бен Яира, что основные искры народов мира удостоились реинкарнировать в него и быть исправлены посредством него [рабби Пинхас бен Яир – искра Авраама, а его осел, который был украден – чтобы исправить душу Ишмаэля, среди которого есть воры", "Зло, которое в Эсаве, реинкарнировало в осла рабби Пинхаса бен Яира", и известно, что Ишмаэль и Эсав – это общность всех народов мира].

Напротив этого, устрожение в имущественных законах означает желание исправить мир, и вести себя в нем, как тот, кто несет ответственность за него, как представитель своего Творца, а не как тот, кто подчинен ему, и учится, как уберечься от него (и это есть образ Има, о котором говорилось выше, и исследуй это). И см. в Раши:

Судьи этого народа – не так, как судьи остальных народов, что если судит и убивает и присуждает палочные удары и отклоняет его суд, и грабит – нет в этом ничего, а – если я присудил имущество не по праву – души с меня взимают.

Как говорилось выше, у народов мира есть чувствительность к порядку и законности, и поэтому, все время, пока сохраняется общий порядок – не произошло ничего страшного; но Исроэл хотят справедливости, а не только порядка, красоты и совершенства, а не просто существования, они желают, чтобы было видно, что этот мир – это мир Вс-вышнего [однако, важно напомнить то, что все уже успели выучить, что когда "дерех эрец" оторван от Торы – отсутствует в нем внутреннее убеждение, что он способен победить реальность, и что это действительно необходимо (а не просто "украшение"), и поэтому он не имеет силы и авторитета, ни против дурного начала, и ни против реальности, и в конечном счете, не выдерживает испытания].

Стремление видеть мир, который подобает своему Творцу, это то, что "приглашает" Мошиаха прийти и "ехать верхом" на нем. "Йешуос" – это раздел Незикин. Цион судом будет искуплен, и возвращающиеся в него – справедливостью[35].


[1] Из книги «Рухо шел мелех hамошиах». Из урока, который был дан в Рош Ходеш Ияр, месяц Иссахара, по Аризалю, который был "хамойр горем" ("осел ширококостный").

[2] Сангедрин 98, 1

[3] Избавление Израиля

[4] Тема в Талмуде

[5] Иерусалимский Талмуд

[6] "В тишине и покое спасены будете" (Йешайа 30, 15)

[7] Йерушалми Таанит, 1, 1

[8] Его мнение мы исследовали в статье "маасэ пилегеш бегива", см. там сноски 44-45

[9] Сейдер а-дорот, раздел Таноим и Амораим, раздел рабби Йоси из Йукрас

[10] Шабат 112, 1

[11] Дмай 1, 3

[12] Вавилонский Талмуд

[13] Урожай, от которого не отделена десятина.

[14] Малограмотный еврей

[15] Урожай, в отношении которого есть сомнение, отделена ли от него десятина.

[16] Хулин 7, 1

[17] Дмай 1, 3

[18] Реинкарнация, переселение душ.

[19] Таанит 24, 1

[20] Бехорот 49, 2

[21] В оригинале: "хамор" – "осел", и "махмир" – "устрожает" – одного корня. Прим. переводчика.

[22] "кулот" - "облегчения" и "каль" – "легкий" – одного корня

[23] устрожения

[24] Букв. "оболочки". В Каббале и хасидизме: сторона, противоположная Святости.

[25] Очищение и исправление мира

[26] Заповедь выкупа пленных

[27] Подчинение и самоустранение

[28] Рабби Йегуда а-Наси

[29] Авот 2, 1

[30] «запреты»

[31] См. статью "Ал мецилот а-сус"

[32] "Беден и восседает на осле" (Захария 9, 9)

[33] Букв. «путь земли». Правила общежития и приличия. В более широком смысле – порядочное, достойное поведение.

[34] (имущественные) законы

[35] Йешая 1, 27. Внимательно изучающий всю главу заметит, что в ней описывается положение, когда укрепляется страх перед Небесами, умножаются жертвоприношения, молитвы, субботы и праздники, и все это не радует Вс-вышнего, из-за того, что извращена справедливость.

Запись опубликована в рубрике: .
  • Поддержать проект
    Хасидус.ру