Молчание Аарона

Суббота «Ки тиса»

21 адара 5761 года

16.3.2001

МОЛЧАНИЕ ААРОНА

 

Моше и Аарон – в Торе они все время вместе, иерархия вполне ясна и установлена свыше.

Моше – единственный из смертных, говоривший со Вс-вышним лицом к лицу.

Аарон – уста его, посредник, помогающий Моше справиться с косноязычием, говорящий вместо брата.

Но высокая миссия, возложенная на Аарона и его потомков - вечное священство, заставляет нас задуматься над непростым вопросом: почему не Моше и его род избраны служить Вс-вышнему в Святилище?

Складывается впечатление, что священство «отнято» у Моше.

Более того, внимательный читатель обнаружит, что имя Моше вообще не упомянуто в тексте, говорящем о священничестве сынов Аарона.

Намек а ответ можно найти в недельной главе: «Если же не простишь ты народ этот, то вычеркни имя мое из Книги Твоей».

«Зогар», основополагающая книга каббалы, говорит, что, хотя народ и был прощен, Вс-вышний не только стер имя Моше из одной главы Торы, но и лишил его священства.

Парадоксальный комментарий! Мы-то привыкли думать, что Моше проявил удивительную самоотверженность, скромность, пренебрежения собой ради своего народа.

Так-то так, да не совсем.

Рамбан не видит в словах Моше особой скромности. Он говорит: «... сотри имя мое», – и тем свидетельствует, как важно в его глазах его имя. Два великих греха в Торе:

золотой телец и Вавилонская башня.

Не так ли говорил ее строители: «создадим себе имя»?! «Создание имени» – своего рода антитеза поклонению золотому тельцу.

Те хотели дать осязаемую форму Б-гу, эти хотели самих себя «произвести» в боги.

Разумеется, чрезмерное внимание, которое Моше уделяет своему имени (по Рамбану) не имеет ничего общего с грехом строителей башни, а Аарон не виноват в сотворении тельца. Но...

Два типа греха связаны со «слабыми сторонами» двух великих праведников, Моше и Аарона. В их случае речь идет не о грехе, а о «перегибе» в желании как можно лучше исполнить волю Б-га.

Моше – не только отец пророков, но и скромнейший из людей. Он не ищет себе «имени», но сама миссия лидера превращает его в знаменитость, объект поклонения.

Служение в Храме, предстояние, требует иного, потому священничество ускользает от Моше и переходит ко «второму лицу», к Аарону и его потомкам по прямой мужской линии.

Так же логика «работает» и в описании двух видов одежд священничества: в самые высокие мгновения службы, всего раз в год, в Йом Кипур, первосвященник надевает простые белые одежды вместо золотых и входит в Святая Святых.

Что может быть проще белой ткани, что может быть лучшим смирением, чем полная анонимность, безымянность.

И еще один интересный момент. Аарон, как мы же говорили, был устами Моше.

То есть, его функция – «говорение», Моше же – «тяжел устами», немногословен.

Но вот что интересно: в Торе мы находим слова «И сказал Моше...» 65 раз, а «И сказал Аарон...» – ни разу!

Аарон безмолвствует. Один раз его безмолвие даже особо подчеркнуто в Торе.

Есть ли связь между анонимностью, безмолвием и служением в Храме? Да, если принять во внимание внутренний смысл сужения: диалог, встреча с Б-гом.

Хасиды рассказывают: один поруш (аскет-богомолец) пришел к святому Магиду за советом:

- Я молюсь днем и ночью, не отрываю уста от учения и молитвы, но Вс-вышний никогда не отвечает мне. Как услышать Его ответ?

-  Попробуй помолчать несколько минут,– ответил Магид.

 


Вам понравился этот материал?
Участвуйте в развитии проекта Хасидус.ру!

Запись опубликована в рубрике: .