557

Здесь была статья о «втором Песахе», о том, что странный полупраздник говорит нам с пергамента Торы: «Никогда не думай: все пропало, не отчаивайся».

Но эту статью я стер с диска компьютера. Не потому, что уроки «второго Песаха» неправильны и неактуальны. Наоборот, именно сейчас народу Израиля нужно вернуть надежду. Почему же в последние минуты перед отправкой листов в печать я решил написать другую статью?

Потому что с исходом субботы радио и Интернет обрушили на меня новость, которая перестанет быть новостью для вас задолго до того, как этот листок попадет вам на глаза: 19 убитых и десятки раненных.

Впервые в истории этого издания, я, его автор и редактор, решил упомянуть на его страницах нечто, не имеющее прямого отношения к к иудаизму и хасидизму.

У многих из нас есть вторая и третья профессия. Есть она у меня: история ислама и арабского мира. Эта профессия дает мне особую перспективу, особый взгляд на террор, пожирающий нашу плоть и пьющий нашу кровь.

Когда Ребе говорил каждому, кто готов был слушать об опасности, грозящей еврейскому народу, о страшных последствиях, которые несет нам «мирный процесс», никто еще не подозревал, как велика эта опасность. Даже верные его хасиды, даже те, кто верил каждому его слову, даже они не могли представить себе как ужасна будет голая правда похмелья после мира.

Дело было в первые дни Осло. Даже на демонстрациях протеста люди говорили: «да, это ужасно, но не нужно истерии, есть предел ужасам, которые можно вообразить». Я рассказывал тогда многим, что ислам не допускает, даже гипотетически, возможности заключить мир с евреями, о том, что даже подписанный договор является только уловкой в войне, которой не будет конца (прецедент Худайбийя). Я показывал тогда многим страницу, которую переснял из второй по важности книги ислама («Сахих Бухари»):

«Убивайте евреев пока не спрячется один из них за скалой, и закричит скала: о, раб Аллаха, вот, еврей прячется позади меня, убей же его».

Почему я решил рассказать об этом сегодня, 24 часа после взрыва в Тель-Авиве? Цель этой публикации проста: предостеречь читателей от напрасных надежд и иллюзий. Вред от них порой больше, чем от отчаяния. Еврей, говорил Рамбам, должен выбрать золотую середину, отдалиться от отчаяния, отдалиться и от беззаботности.

Когда профессиональные миротворцы говорят вам: «осторожно, как бы не разразилась война!» – отвечайте: «война уже здесь». Отвечайте: «после вашего 'мира' нам уже никакая война не страшна». И, главное, не вслух, про себя, повторите, как аксиому: мира с ними не может быть в принципе. Поэтому и не мира должны мы искать, а безопасности. А она достигается совсем иными путями, не за столом переговоров в Осло, не в безумных экспериментах по реанимации и перевооружению врагов, не в воспаленных умах геронтомечтателей, не в кабинетах теоретиков «нового Ближнего востока». Безопасностью должны заниматься профессионалы, генералы. Они у нас пока еще есть, не все переквалифицировались в политики. Они пока еще не забыли свое дело, у них под началом хорошая профессиональная армия, которой десять лет связывали руки.

А что можем мы, не генералы и уже даже не солдаты? Жить так. чтобы – нет, не человечеству, а нам самим – было ясно, что мы здесь делаем, какое отношение мы имеем к этой земле. Это земля евреев. Эрец-Исраэль. Право на нее имеет один народ, только один. Это мы с вами – евреи. Мы с вами будем жить здесь и через десять, и через пятьдесят, а наши дети – и через сто лет. Мы никуда не собираемся отсюда, здесь мы встретим Машиаха. Мы будем живы, и будет мир. Не тот. о котором уже и слышать-то тошно, а настоящий, когда «падет страх евреев» на врагов наших.

А пока, как велит Тора: «готовящегося тебя убить – опереди и убей».

БЭААЛОТХА

Тора разделена на пятьдесят четыре главы так, что читая их в синагогах по субботам, мы завершаем за год полный цикл чтения. Каждый in выпусков нашего еженедельника посвящен соответствующей главе или главам Торы. Разумеется , прочесть это краткое изложение главы – недостаточно. Изучая Тору, обращайтесь к авторитетным еврейским переводам на русский язык («Мосад а-рав Кук» . Ф Гурфинкель. и изд. «Шамир» – Сончино ).

И говорил Всевышний Моше:

-Скажи Аарону: «Когда зажигаешь лампады семисвечника, то пусть пламя их будет обращено к центру меноры.

И вот устройство светильника: чеканной работы из золота, от его основы до его цветка чеканной работы. По образу, какой показал Всевышний Моше, так сделал он светильник.

И говорил Всевышний Моше:

-Возьми левитов из среды сынов Исраэля и очищение соверши над ними: окропи их водой очистительной, и обреют,все тело, и вымоют одежды свои, и чистыми станут. И возьмут они молодого быка, и хлебное приношение при нем: тонкая мука, смешанная с елеем; а второго молодого быка возьми для очистительной жертвы. И подведи левитов пред шатер собрания, и собери всю общину сынов Исраэля.

И подведи левитов пред Господа, и возложат сыны Исраэля руки свои на левитов, и будут они нести служение Всевышнему. И выделишь ты левитов из среды сынов Исраэля, и буду! Моими левиты. Ибо отданы они Мне из среды сынов Исразля вместо первенцев сынов Исраэля. Ибо Мне принадлежит всякий первенец у сынов Исраэля из людей и из скота, в день поражения Мною всякого первенца в Египте Я посвятил их Себе. И взял Я левитов вместо всех первенцев, и передал Я левитов Аарону и его сынам, чтобы совершать служение сынов Исраэля при шатре собрания н искупить сынов Исраэля. И не будет у сынов Исраэля ущерба от приближения сынов Исраэля к Святыне.

И сделал Моше и Аарон и вся община сынов Исраэля с левитами, как повелел Всевышний Моше.

И очистили себя левиты, и вымыли одежды свои, и совершит Аарон им посвящение перед Всевышним, и искупил их Аарон для очищения их.

А затем вошли левиты совершать служение свое при шатре собрания пред Аароном и пред его сынами. Как повелел Господь Моше о левитах, так и сделали.

И говорил Всевышний Моше:

-Вот закон о левитах: с двадцатипятилетнего возраста и старше придет для несения службы служением при шатре собрания. А с пятидесятилетнего возраста оставит службу. И будет находиться со своими братьями при шатре собрания, но служения совершать не будет.

И говорил Всевышний Моше в пустыне Синай:

-Пусть совершают сыны Исраэля песах в четырнадцатый дет, этого месяца, вечером совершите. По всем законам о нем н по всем предписаниям о нем совершите его.

И совершили они Песах, как повелел Всевышний Моше.

Но были люди, которые были нечисты от умершего и не могли совершить лесах в тот день; и пришли они пред Моше и пред Аарона в тот день и сказали: «Почему лишимся мы права принести жертву вместе с сынами Исраэля?!»

И говорил Всевышний Моше:

-Если кто-либо будет нечист от умершего или будет в дальнем пути, из вас или в последующих поколениях ваших, – должен он совершить песах во втором месяце, в четырнадцатый день вечером, с мацой и горькими травами пусть есть жертву, и пусть не оставит от нее до утра и кости не преломит в ней, по всем закону о песах должны совершить ее.

Тот же, кто чист и в дороге не был, и пренебрег долгом совершить песах, искоренится та душа из своего народа, ибо жертвы Господу не принес в ее пору назначенную, грех свой понесет тот человек.

И если будет жить с вами пришелец и пожелает совершить (жертву) песах Господу, то по закону о песах и по предписанию о нем, так совершит. Закон один будет для вас и для пришельца и для уроженца земли.

И в день возведения скинии покрыло облако скинию, шатер свидетельства, а с вечера было над скинией словно видение огненное до утра.

Так было всегда: облако покрывало ее, и видение огненное ночью.

И когда поднималось облако над шатром, вслед за тем выступали в путь сыны Исраэля; а на месте, где остановится облако, там станом располагались сыны Исраэля.

По речению Господа выступали в путь сыны Исраэля, и по речению Господа располагались станом; во все дни, когда пребывало облако над скинией, стояли станом.

И когда было облако над скинией много дней, то соблюдали сыны Исраэля веление Всевышнего и не выступали в путь, установленное Всевышним соблюдали они по слову Его к Моше.

Хасидское слово

Один человек был. не про вас будь сказано, клеветником. Но еврейская душа всегда готова к тшуве. Однажды он пришел к раввину: «Хочу искупить свою вину». Раввин велел этому человеку вынести из дома пару подушек, распороть их и пустить перья по ветру. Требование было несколько странным, но легким. Дай-то Б-г, чтобы все наши грехи можно было искупить парой подушек! Выполнив требование раввина, провинившийся вновь пришел к нему. «А теперь, – сказал раввин. – пойди и собери все перья. Я верю, что ты искренен в своем желании искупить вину. Но исправить то, что сделали твои злые слова, так же трудно, как собрать пущенные по ветру перья».

Сиха Ребе

В хронике «Седер адорот» мы находим историю о раби Иеошуа бен Элем: ему приснилось, что в Ган Эдене (в раю) его соседом будет кацав (мясник), человек простой и грубой профессии по имени Нанес.

Раби Иеошуа, мудрец и великий праведник, был удивлен и заинтригован странным соседством. Проснувшись, он решил раскрыть тайну и пошел искать этого мясника. Поиски были нелегкими и потребовали изрядного времени.

Наконец, когда Нанес был найден, он был поражен тем, что «великий в Израиле» ищет его, простого мясника.

На вопрос о его праведных делах Нанес смущенно ответил, что он занят разделкой и продажей мяса и ничего особенного не. свершал. Между прочим, не подчеркивая этого и не придавая этому особого значения, он рассказал о том, что его старые родители совсем стали немощны и он их одевает и кормит, как малых детей. Раби поцеловал мясника в лоб и благословил: «Сын мой, с тобой благословение, удел твой прекрасен. Счастье, что после смерти, я удостоюсь быть рядом с тобой в раю».

Велика заповедь почтения к родителям, она уравнена на скрижалях с заповедями служения Всевышнему. Но Тора установила, что есть вещи, которые столь важны, что затмевают эту заповедь.

Мне пишут, что некий молодой человек, душа которого жаждет изучения хасидизма, сталкивается с непониманием и протестами со стороны родителей, и спрашивают, что он в такой ситуации должен делать.

Удивительно для меня уже то, такой вопрос возник, ведь закон, в соответствии с которым разрешается данная ситуация, подробно изложен в «Шулхан Арухе» «Йоре Деа», глава 240, пункт 25. Даже, если отец запрещает сыну заниматься Торой, чтобы спасти его от опасности (и даже опасности смертельной), даже если отец не вовсе запрещает сыну заниматься, а только противится учению в определенном месте, закон таков: сын не должен слушаться отца и нет в этом нарушения долга уважения к родителям.

В том же случае, о котором мне пишут, разумеется, родители не пытаются спасти юношу от какой бы то ни было опасности, тем более смертельной, а просто противятся в силу своих убеждений или заблуждений занятиям определенными областями Торы.

Разумеется, юноша не должен просто нарушить слова отца и изучать то, чего просит душа его, но и постараться не превращать эти разногласия в конфликт, а тем более войну, в которой он «берет верх». Изучение Торы – не война и нет в изучении Торы победителей и побежденных.

История хасидизма

Продолжение серии статей.

В Хабаде отношение к связи хасид – цадик было менее ориентировано на личное общение, нежели в других течениях хасидизма: учителя Хабада не раз говорили, что лучше перечесть книгу Ребе, чем бросать семью и ехать к нему.

Уже в «Тании» Старый Ребе пытался перевести по крайней мере часть общения с хасидами «на бумагу». Более того, даже тех, кто не в состоянии вполне понять писанное, Ребе отсылает не к цадику (то есть к себе), а к раввинам городов и другим знающим людям:

«Однако я обращаюсь к тем, кто знает меня, к каждому из наших верных со-• братьев, живущих в этой стране и в соседних с нею странах, с кем часто говорил, кто открывал мне тайны сердца и разума в том, что касается служения Всевышнему, связанного с сердцем человека.

Их пусть достигнет слово мое, да заменит язык перо писца в этих писаниях, которые названы «Ликутей амарим» [»Сборник высказываний»] и собраны из книг и поучений наставников величайшей святости -души их пребывают в Эдене, и славны они у нас. Кое-что написано понятными для ученых намеками в священных посланиях наших учителей в Святой Стране, да будет она в скором времени вновь отстроена и да вернется слава ее уже в наши дни. Амен! Кое-что я слышал из их уст, когда они еще были здесь с нами. Все они представляют собой ответы на многие вопросы, с которыми постоянно об* ращаются и ищут совета верные наши собратья, живущие в нашей стране.

каждый на своем уровне, чтобы помочь себе в служении Всевышнему, – а нет времени и возможности каждому дать ответ в отдельности; кроме того, сказанное забывается, и поэтому я записал ответы на все эти вопросы, чтобы запечатлеть их письменно, и для каждого они будут указанием и памяткой, всегда перед его глазами, и он не должен будет добиваться прийти ко мне для беседы наедине. В них он найдет покой своей душе и истинный совет в отношении всех своих вопросов, затрудняющих служение Всевышнему. Сердце его будет верно и надежно во Всевышнем, Который вершит за нас все наши дела.

Тот же. кому будет трудно понять и найти совет для себя в этих писаниях, пусть обратится к великим, живущим в его городе, они наставят его. Я же прошу их не замыкаться в молчании, не проявлять ложное смирение и скромность, упаси Б-жс. Известно. как велика кара для тех, кто отказывает в духовной пище, и как велико вознаграждение щедрых, сказали наши мудрецы комментируя стих «Освещает очи обоих Bс-вышний»: ибо осветит лик Свой Всевышний свет лика живого Б-га. дарующий жизнь да оживит нас и да удостоит дней «когда уже не будет надобности друг друга поучать ибо все познают Меня и т.д.». «ибо наполнился земля знанием Б-га и т.д.» Амен, Да будет воля Его».

Возможно, этот специфический подход в Хабаде был вызван широкими масштабами движения (в наше время Хабад – самая большая глобальная община в иудаизме). Но и в Хабаде, как в других течениях, поездка к Ребе осталась важнейшим событием в жизни хасидов.

Верный традиции, последний Любавичский Ребе писал отцу одною хасидов который искал фарбунд гиткашрут – связь с цадиком. «...Объясните ему (и наверняка вы выберете.подходящие слова) что наши святые цадики не раз говорили, что связь с ними – через их учение, их Тору, как сказано: «Всевышний смотрел в Тору и творил мир. Здесь имеется в виду мир в целом, но это касается и частного «малого мира» – человека. Естественный для него вывод – установить постоянные занятия Торой наших цадиков, неотъемлемой части всей нашей Святой Торы, данной Моше на Синае. А начинает пусть с изучения «Тании».

Цадики (а со времен Бешта во главе многих сотен дворов стояли почти три тысячи рабеим, цадиков) были и есть -люди очень разные. Обобщающий портрет цадика построить вряд ли удастся: даже такие безусловные качества, как харизма и педантичное исполнение Торы, эмоциональность и ораторский дар,– даже они характерны для некоторых – и не более того – цадиков.

Даже попытка наметить неличностные, богословские границы роли цадика – задача неосуществимая. Польские и украинские хасиды видят в цадике посредника между человеком и Б-гом.

Цадик в такой системе призван решить неразрешимую проблему встречи между Всевышним и человеком, между Неограниченным и ограниченным, но и более того – между двумя несовместимыми частями в самом человеке: духом и плотью. Так пишет «Маор Эйнаим»:

«Ведь известно, что это две противоположности: небеса, которые есть духовность, а земля – абсолютная материальность, – и нужен между ними посредник, ибо невозможно сблизить две крайности без середины. И цадик это и есть посредник, ибо душа его – духовность из горних, а тело его – из дольних».

Раби Зуся из Анниполя говорил: «Одно дело у цадика в этом мире: открыть дольним то, что душа ею слышала в райском саду (Ган-Эден). Цадик этот тот, к кому можно отнести слова Торы: «Вот, … в то время, чтобы передать вам слова Всевышнего». И не случайно, читая этот стих Торы, хасиды переводят на идиш последний глагол не как «зогн» – говорить, сказать (таков буквальный смысл), а «ибергебен» – передать. Цадик не просто передает слова, он передает жизненность, витальность, хайут. Такая связь носит название гамшаха привлечение, притягивание, проводимость, – цадик «тянет» жизненность «сверху вниз», из Источника к людям.

Для этого нужно быть не только Б-жьим человеком (как говорит Тора о Моше), но и знатоком людей, специалистом по душам. Одного из хасидов р. Шалом-Довбера (пятого любавичского ребе), торговца драгоценными камнями, раздражало окружение раби.

– Что делают все эти простые люди?

– Ну что ты, это очень интересные и достойные люди, – не согласился раби с купцом.

– Странно, я не вижу в них ничего интересного.

– Расскажи лучше о твоих камнях, – неожиданно попросил раби.

Удивленный и обрадованный, расстелил торговец на столе черный бархат и разложил на нем перед раби бриллианты.

– Этот только кажется роскошным, но он не чистой воды, а вот этот небольшой стоит всей дюжины.

– Странно, ты так интересно говоришь об этих камнях, а я не вижу в них ничего особенного,– произнес с «удивлением» Ребе.

– Ничего удивительного, вы ведь не специалист в этом деле.

– Есть специалисты по камням, а есть – по людям,– улыбнулся ребе.


Вам понравился этот материал?
Участвуйте в развитии проекта Хасидус.ру!

Запись опубликована в рубрике: .