Ръэ

 

В главе этой недели мы встретимся, наверное, с самым удивительным и непонятным параграфом всей Торы:

«Вы, сыны Б-га – не делайте надрезов себе и над глазами своими по умершим. Ибо народ ты святой у Б-га и Б-г ИЗБРАЛ  тебя, чтобы был ты ему ИЗБРАННЫМ из всех народов, которые есть на земле» (14:1,2).

Мысль о том, что у Б-га есть сыны сама по себе потрясающая! Не менее удивляет и идея о том, что Он ИЗБРАЛ ОСОБУЮ нацию, чтобы она стала СВЯТОЙ…и это еврейский народ!

Но почему там оказался запрет «Не делайте себе надрезов по умершим»? Какое отношение к этим устрашающим идеям имеет этот особенный закон?

Я хотел бы ответить на этот вопрос с помощью следующей истории.

Прошлой ночью Янкеле не сомкнул глаз. На следующее утро глаза его слипались, когда он шел на работу вдоль заснеженных улиц Витебска. Есть ли выход из сложившейся ситуации? Когда все это закончится? Пять месяцев пребывания в постоянном страхе были невыносимыми.

Прошло уже почти пол года. Все это время казалось, будто ангел смерти бьет крыльями по крыше дома Янкелы. Его жена сходила с ума. – «Пусть они молятся где-нибудь еще! – умоляла она. – Почему в нашем доме? Пусть молятся одни у себя дома! Почему ты продолжаешь их приглашать?»

Это был 1926 год; в России Сталин был у власти, и повсюду царила смерть. Никто не осмеливался даже ДУМАТЬ против «Отца» Сталина, «Светила Человечества». Группы из трех и более человек немедленно попадали на допрос тайной полиции. Пол миллиона людей просто исчезло с улиц! Хасиды просто постоянно носили с собой тефиллины, из страха, что их могут неожиданно арестовать. По последним подсчетам по приказу Сталина было уничтожено 50 миллионов его собственных людей! Список страшных жестокостей еще не закончен.

И в этом аду на земле Янкеле, простой рабочий фабрики, занимался очень опасной деятельностью. Он содержал «миньян» (молельная группа из десяти евреев) в своем доме, просто потому, что он был хасидом Хабада, а Ребе велел не обращать внимания на Евсекцию (антисемитская армия тайной полиции Сталина, в которую входили одни евреи).

Но это еще не все, он также не отправил своего ребенка в государственную школу (Ребе сказал, что лучше броситься в горящую печь, чем позволить коммунистам обучать еврейских детей), так что если его поймают, то сошлют в Сибирь. Вдобавок ко всему, раз в неделю в его помещении проходили тайные «подпольные» уроки Торы для детей.

Это уж было слишком. Почему мы не можем просто жить своей жизнью, как любые другие религиозные евреи?!», - говорила сквозь слезы его жена.

Какое-то время Янкеле думал, что это лишь усталость, и скоро у нее это пройдет. Но через несколько недель он начал соглашаться с ней, а еще через несколько недель он стал думать о том, что с этим нужно что-то делать.

Ребе находился в Ленинграде. Янкеле решил просто поехать туда и попросить Ребе найти на его место другого человека.

За десять часов пути у него было время, чтобы все обдумать, и чем больше он отдалялся от Витебска и давления, которое испытывал дома, тем сильнее становилось осознание того, как он был прав.

«Как я вообще взялся за такое ужасное дело?» – думал он про себя. – «Да, Ребе этого хочет, но я должен был остановиться через несколько недель…пять месяцев – это просто безумие. Самоубийство!! Даже один день – самоубийство! Это настоящее чудо, что я все еще жив».

Прошло несколько часов, и его мысли еще больше прояснились. – «Вообще, в каком месте в Торе говорится о том, что человек должен рисковать своей жизнью, обучая детей или устраивая миньян?! А если бы они обнаружили, что мой ребенок не посещает школу, я бы уже был в Сибири, а мой сын был бы уже в приюте. Кому от этого была бы польза?! Пусть лучше  он ходит в их школу, а я буду обучать его Торе по вечерам».

К тому времени как он добрался до места назначения, ему казалось, что никогда в жизни он не был ни в чем так уверен, как сейчас. Он пойдет к Ребе и попросит его об отставке. Он договорился с секретарем Ребе, и ему даже посчастливилось в тот же вечер получить разрешение на личную встречу.

Но когда он уже поздно вечером он вошел в кабинет Ребе, все вдруг изменилось.

Ребе просматривал какие-то бумаги, лежавшие на его столе, в комнате было очень тихо, а Ребе выглядел …безграничным. Это внушало страх. Первое, что пришло в голову Янкеле, было: «Я вторгся в Святую Святых». Он хотел повернуться и уйти, но в то же время он знал, что хотел сюда попасть. Он не мог объяснить этого, но когда Ребе взглянул на него и Янкел увидел его глаза, ему стало ясно, что этот человек чувствует боль  каждого еврея на земле.

Янкел попытался открыть рот и рассказать о той неразрешимой ситуации, сложившейся у него дома, но не смог. Он долго смотрел в глаза Ребе и вдруг, почувствовал радость и, в то же время, неописуемую грусть. Ребе заговорил.

«В районе, где ты живешь, нет миквы (очищающий бассейн) для женщин. Будет трудно. Тебе придется собрать деньги, купить материалы, найти рабочих и построить микву, но так, чтобы об этом никто не узнал. Затем, конечно же, возникнет проблема, как убедить женщин приходить, и кто будет их сопровождать. Но я нахожусь в зависимости от тебя».

Янкел лишился дара речи, он хотел начать жаловаться, протестовать, но он был в состоянии лишь пропищать: «Но, Ребе!», а затем замолчал.

Ребе продолжил: «На Йом Киппур (День Искупления грехов) во время службы в Святом Храме апогеем был момент сбрасывания ягненка с высокой горы (Азазель), с целью очищения еврейского народа от грехов. Легенда гласит, что тот, кто выполнял этот ритуал (Иш Ити) каждый год, умирал в течение года. Но, не смотря на это, устраивались целые соревнования за право на выполнение  этой миссии, ибо человек, совершавший ее, очищал от греха еврейский народ».

Когда Янкел увидел, что глаза Ребе наполнились слезами, он тоже заплакал. Через несколько минут он вытер глаза и возвратился домой, чтобы начать строить Микву. 

Эта история является ответом на наш вопрос.

Смерть – очень шокирующая и пугающая вещь, и не напрасно. Ибо, как гласит Тора, это самое большое зло и низший уровень осквернения (тума, противоположность СВЯТОСТИ).

Вот почему смерть – это последняя ложь; Б-г есть жизнь, и нет ничего «за пределами» Б-га. А если так, то как смерть вообще может существовать?

А ответ следующий: она существует как ложь. Она появилась, когда Адам пошел против воли Б-жьей, затем, во время дарования Торы еврейскому народу она исчезла, но вернулась вновь, когда они начали боготворить Золотую корову.

Тем не менее, единственным антиподом смерти является ИСТИНА, а истина только в Торе. Вот почему смерть отступила от Матан Торы.

Б-г избрал еврейский народ для особой миссии: уничтожить смерть, открывая миру СВЯТОСТЬ Торы.

Но это нелегко. Смерть – очень могущественный и почти непобедимый враг.

Мы видим это на примере первого еврея на земле; Авраам постоянно боролся со смертью, его бросили в печь, а позднее он чуть не принес своего сына в жертву ради того, чтобы установить истину на земле.

Поэтому его считают «отцом» иудаизма, а не цадиков (Святых) его предшественников (Ной, Ханух и Месушела); ибо он был первым, кто постоянно рисковал своей жизнью ради установления порядка в мире.

Вот почему евреев называют СЫНОВЬЯМИ Б-жьими. Ибо их сущность – врожденное стремление к установлению правды и жизни на земле. Они связаны с Б-гом как сын со своим отцом – связью, неподдающейся пониманию.

Теперь мы понимаем, почему запрет на совершение меток на своем теле в память об умерших выражен такими сильными  предложениями. Потому что смысл иудаизма состоит в том, чтобы избавить мир от смерти и, конечно же, никогда не отождествлять себя с ней.

Мошиах и только Мошиах сможет осуществить все это.

Мимонидис в своем списке «13 постулатов веры» связывает веру в Мошиаха с верой в воскрешение из мертвых (номер 12 и 13). Ибо лишь Мошиах, прихода которого мы с нетерпением ждем, раскроет миру истинную сущность иудаизма и превратит этот мир, полный «лжи» и смерти – в мир Истины, Жизненного Благословения и Радости.

И в наших силах привести его, хоть на одно мгновение раньше.

Мошиах Сейчас!!

 


Вам понравился этот материал?
Участвуйте в развитии проекта Хасидус.ру!

Запись опубликована в рубрике: .