Шмойс

 

Шмойс: серебро и золото как оплата за труд

 

В главе, открывающей вторую книгу Торы, Вс-вышний говорит Моше: «И дам Я этому народу приязнь в глазах египтян» (Шмойс, 3:21). В Мидраше сказано об этом: «Дам вам приязнь египтян, чтобы (перед тем как выйдете вы из Египта) не вышли вы пустыми. Чтобы не сказал Авраам, что (обещание) «и поработят их» исполнилось, а (еще одно обещание) «после этого выйдут с большим имуществом» не исполнилось».

Но разве только для того, чтобы «не сказал Авраам», Вс-вышний должен исполнять Свои обещания? Разве недостаточно того, что Он обещал? Ведь «не человек Б-г обманывать»!

Уходя из Египта, евреи забрали с собой серебро и золото египтян. Это произошло по двум причинам: одна из них - наказать Египет, другая - получить плату за свой труд.

Из Талмуда нам известно, что во времена Александра Македонского египтяне предъявили евреям иск, потребовали, чтобы они вернули серебро и золото, вывезенные ими из Египта. От имени евреев Гвиа бен Псиса в свою очередь предложил египтянам: «Расплатитесь с нами за несметное количество (евреев), которых вы поработили».

Здесь кроется ответ на вопрос, почему Вс-вышний дал евреям выйти с большим имуществом именно из-за обещания Аврааму. Б-г мог одарить евреев богатством и другими путями, вовсе не обязательно было заставить египтян по доброй воле отдать им свои серебряные и золотые вещи, дорогую одежду. Он хотел, чтобы награда евреев была так же публична, как и их рабство. Ведь все знали, что евреи порабощены, пусть же все увидят, что египтяне добровольно отдают им «большое имущество»!

В учении каббалы объясняется, что «большое имущество», вывезенное евреями из Египта, на духовном уровне означает искры святости, сосланные туда. Своей работой в Египте евреи освободили и подняли эти Б-жественные искры.

Но еврейский народ должен был пройти через египетское рабство для поднятия не только Б-жественных искр, но и самих себя, для достижения собственной цельности. Благодаря изгнанию они сами удостоились нового духовного уровня.

Ваэра: верить и кричать

 

В этой главе Вс-вышний продолжает свое обращение к Моше. Чтобы понять его смысл, следует вернуться к окончанию предыдущей главы.

Моше, как и весь еврейский народ, разочарован тем, что спасение не явилось мгновенно. Казалось, фараон, если он только посмеет не отпустить народ, будет уничтожен Небесами. Этого не произошло. Тиран еще раз продемонстрировал неограниченность своей власти, что повергло народ в отчаяние. Моше бежит в пустыню, туда, где Вс-вышний возложил на него миссию, чтобы сказать Ему: «Народ Твой Ты не спас». Но Вс-вышний упрекает Моше в непонимании Б-жественного плана и обещает в полной мере проявить Свою волю через чудеса с целью освободить избранный народ: «И говорил Всесильный с Моше, и сказал ему: «Я - Б-г. Я открывался Аврааму, Ицхаку и Яакову в образе Всемогущего, но своей Б-жественной сущности Я им не открывал. И заключил Я с ними союз Мой, чтобы отдать им страну Кнаан - ту страну, в которой жили они. И также услышал Я стенание сынов Израиля, которых египтяне порабощают, - и вспомнил Я союз Мой. Поэтому скажи сынам Израиля: Я - Б-г, и выведу Я вас из-под ига египтян, и избавлю вас от служения им, и спасу вас мощью великой и страшными карами, и возьму Я вас народом Себе, и буду вам Всесильным, и узнаете вы, что Я -

Б-г, Всесильный ваш, выводящий вас из-под ига Египта, и приведу вас в страну, которую Я поклялся отдать Аврааму, Ицхаку и Яакову, и отдам ее в наследие вам! Я - Б-г»» (Шмойс, 6:2-8). Мудрецы объясняют слова Б-га так: праотцы Моше прошли через множество испытаний, но никогда не посмели упрекнуть Вс-вышнего.

Известно, что Тора старается не говорить ничего плохого даже о животных. Здесь же, на первый взгляд, сообщаются мало приятные для Моше, пророка Вс-вышнего, вещи. Один из немногих людей, удостоившихся лицезреть Б-жественное присутствие, он, разумеется, знал о поступках и жизненной линии праотцев. И, конечно, сам был на уровне не менее высоком, чем они, обладал абсолютной верой в Б-га, в справедливость Его деяний. И все-таки он предъявил Вс-вышнему претензию: «Зачем сделал Ты зло этому народу?»

Еврейская традиция утверждает, что Моше стоял на ступени Мудрости, тогда как праотцы оставались на ступенях эмоций - Добра, Строгости, Великолепия. На эмоциональном уровне есть место для полной смиренности, безусловного принятия воли Вс-вышнего. Разум же требует объяснений.

Здесь содержится двойной урок. С одной стороны, есть ответ Вс-вышнего, ставящего в пример Моше праотцев, не задававших никаких вопросов. В тяжелые моменты жизни надо полагаться на Творца, на Его справедливость и мудрость. С другой стороны, уроком для нас является и то, что Моше задает вопросы. Находясь в изгнании, во времена, когда духовный мрак покрыл землю настолько, что уже не разобрать, где свет и где тьма, где добро и где зло, где правда и где ложь, следует идти сразу обоими путями: верить в то, что все происходящее в жизни - к лучшему и благодаря мраку придет освобождение; проявляя разумность Моше, требовать и кричать: «ДОКОЛЕ?!»

Бо: знак  у входа в дом

 

В главе «Бо» среди прочего рассказывается о десятой из «казней египетских» - об эпидемии среди первенцев. Эта казнь единственная, до исполнения которой Вс-вышний заповедовал евреям пометить свои дома отличительными знаками - кровью обрезания и кровью пасхальной жертвы: «И пусть возьмут крови его, и нанесут на оба косяка и на притолоку в домах... И пройду Я по стране египетской в ту ночь, и поражу всякого первенца в стране египетской, от человека до животного, и над всеми божествами Египта совершу расправу, Я - Б-г!» (Шмойс, 12:7,12). И дополнительный приказ получили евреи: «...вы же не выходите за двери дома своего до утра» (Шмойс, 12:22). Мидраш объясняет, почему во время Б-жьей кары египтянам евреи должны принимать особые меры, чтобы их она не коснулась: «Когда ангелу смерти даны полномочия - он не разбирает между праведными и злодеями».

Но ведь и во время предыдущих казней были «ангелу смерти даны  полномочия». Почему же тогда не было необходимости в принятии особых мер для защиты  детей Израиля?

Надо учесть разницу между казнями первенцев и остальными казнями. О первых девяти нельзя сказать, что ангел смерти обладал тогда всеми полномочиями. Во всех этих казнях были установлены очень строгие ограничения ущерба и способов его нанесения. В казни же первенцев ангел смерти получил право убить всех первенцев любыми способами.

Существовало еще одно, более серьезное отличие: целью всех казней, кроме десятой, было оповестить  бунтовщиков, что «Я - Б-г» (доказательства этого евреям не требовалось), последняя же, десятая, казнь преследовала цель наказать и уничтожить. А уж наказывать было за что и евреев. Они, как и египтяне, грешили идолопоклонством и совершали все остальные грехи «в тридцати девяти вратах нечистоты». Поэтому им был необходим отличительный знак, чтобы ангел смерти не переусердствовал.

Но как этот знак мог изменить тяжелый  приговор? Хасидизм объясняет, что казнь первенцев совершалась «мечом самого Б-га». И именно в тот момент, когда сама Сущность вмешалась в порядок вещей, пробудилась и открылась сущностная любовь Вс-вышнего к Своему народу, отцовская любовь. Она сохраняется вне всяких условий и обстоятельств, не угасает даже в случаях  отрицательного поведения сына.

Особый знак у входа в дом еврея служил напоминанием об особых отношениях его со Вс-вышним. Моля Небесного Отца о такой безграничной, лежащей вне разума  любви, евреи и сами совершали поступки в высшей степени самоотверженные, неразумные. Ведь овца, служившая пасхальной жертвой, являлась египетским божеством, и было крайне опасно на глазах у египтян возносить ее открыто, публично в жертву, тем более - отмечать косяки своих домов ее кровью. Когда же сыны Израиля, невзирая ни на какие доводы разума, исполнили эту волю Вс-вышнего, Он, отвергнув все разумные доводы, спас Свой народ.

И мы сейчас находимся в положении, аналогичном тому, в котором пребывали  наши предки перед Исходом из Египта. Мы верим, что очень скоро наступит Великий Исход и грядет освобождение. В такие времена мы должны брать пример с поколения Исхода, выполнять волю Вс-вышнего даже тогда, когда она нам непонятна.

Бешалах: песнь женщин

 

В этой главе повествуется об одном из самых больших чудес в истории еврейского народа, о чуде расступления вод моря во время Исхода евреев из Египта. Потрясенные люди поют песню благодарности Вс-вышнему. Поют мужчины и женщины, но, как подчеркивается в Торе, радость женщин была больше радости мужчин - они не только пели, они одновременно играли на музыкальных инструментах: «...и вышли все женщины... с тимпанами и свирелями» (Шмойс, 15:20). Благодаря этой особой радости женщин наши мудрецы постановили читать после главы из Торы «Бешалах» главу из «Судей», посвященную аналогичному сюжету - песне женщины: «И пела Двора». Мидраш рассказывает, что при расступлении вод моря и ангелы готовы были присоединиться к песне людей, но Вс-вышний запретил им это делать, пока не закончится песнь евреев. Мидраш уточняет: Вс-вышний хотел услышать сначала песню женщин.

Чем же можно объяснить повышенную радость женщин в момент освобождения? Дело в том, говорят мудрецы, что именно женщины страдали в Египте в наибольшей степени. Ведь самый страшный антиеврейский указ фараона предписывал уничтожать новорожденных еврейских мальчиков. Материнское сердце не в состоянии выдержать подобное. Боль и страдание отца в этом случае, как правило, менее глубоки. Вот почему женщины выражали большую радость, чем их мужья.

Мудрецы не устают повторять, что Тора - не учебник истории, а инструкция, имеющая отношение к любому человеку в любом поколении, актуальная во все века. Человеконенавистнические указы «фараона» издаются постоянно, просто выглядят они всякий раз по-новому. Если фараон египетский требовал уничтожать еврейских детей в прямом смысле слова, то «фараон» в каждом новом поколении для достижения той же цели облекает ее в другую, более цивилизованную форму, не столь жестокую, но не менее опасную.

Сегодня, когда по милосердию Б-жьему еврейский народ находится в относительной безопасности, фараоновы указы одеты в духовные одежды. Нынешнего «фараона» зовут международным именем «ассимиляция». Это атмосфера, которая царит среди евреев в разных странах, завлекающая их в страшные ловушки. Если в Египте еврейских детей топили в Ниле, то сейчас мы часто позволяем утопить наших детей в водах материализма так называемой мировой цивилизации, лишая их возможности получить еврейское образование, познать мудрость Вечной Торы. Такое положение таит в себе огромную опасность. Еврейский народ не может существовать без Торы. Мы лишаем себя будущего, если сегодня подчиняемся указу «фараона» и равнодушно наблюдаем, как топят наших детей.

Как и в свое время в Египте, этот указ имеет наибольшее отношение к женщинам. Именно они, женщины, способны противостоять грозящей народу опасности, позаботившись о еврейском воспитании своих детей. Кто, как не мать, больше всего общается с ребенком, она и спасет его, она и будет петь песнь благодарности Вс-вышнему, подобно пророчице Мирьям и остальным женщинам, вышедшим из Египта.

Исро: идолопоклонство, отступающее перед Б-жественностью

 

Глава «Исро», повествующая о судьбоносном событии в истории нашего народа, о даровании Торы на горе Синай, представляется одной из важнейших в Торе. И тем более удивительно, что в названии главы это событие не нашло отражения. Как же связано это событие с бывшим священником Исро, правителем Мидьяна, тестем Моше?

О связи Исро с дарованием Торы сказано в книге «Зогар». В ней утверждается, что пока Исро не признал Вс-вышнего, Тора не могла быть дарована. Как только он заявил: «Теперь узнал я, что Б-г выше всех божеств...» (Шмойс, 18:11), евреи смогли ее получить. Тора именует Исро «коэном Мидьяна». Это означает, что он был уважаемым правителем Мидьяна, мидьянским священником и «знал все виды идолопоклонства в мире». Таким образом, Исро символизировал собой власть и религию тех времен.

Можно попытаться объяснить, почему Вс-вышний ждал признания со стороны Исро. Когда такой человек пришел поклониться Б-гу, материализовалось в мире величие Б-жественной истины. Темнота, ставшая светом, и есть наибольший свет.

В этом заложена сущность дарования Торы. Дарованная на Синае людям, она существовала еще до этого. Как сказано в Талмуде, праотцы учили Тору, ею занимались и в Египте. Что же означало дарование Торы? Народ Израиля получил возможность освятить материальный мир, перевернуть в нем все, что скрывало Б-жественную истину, превратить сокрытие в открытие Б-жественного света.

Когда Исро, символ тьмы, не только отвернулся от идолопоклонства, но и поклонился Вс-вышнему, этот процесс начался. Глава Торы названа его именем, ибо он символизирует наиболее важную цель ее дарования.

Вывод, который мы можем сделать из этой главы, ясен. Не следует полагать, что истинное служение Творцу невозможно в этом материальном мире. Напротив, преобразуя будничное в святое, заставляя самые обыденные вещи служить Творцу, мы открываем свое сердце и разум Торе.

Недостаточно того, чтобы атмосфера святости пребывала в синагоге или ешиве. Этот свет должен освещать и нашу повседневную жизнь - дома, вне дома, во время работы, еды, сна. В преобразовании материального в святое и заключается выполнение главной цели дарования Торы.

Мишпотим: не ломать, а освящать

 

Получив Тору в весьма торжественной обстановке, сопровождавшейся раскатами грома и блеском молний, евреи захотели узнать, что в ней, в этой книге, дарованной им Небесами? Что же они увидели? Мишпотим, простые законы, касающиеся отношений между людьми, имущественные установления. Казалось бы, ничего нового...

Здесь мы сталкиваемся с единством противоположностей. В предыдущей главе сообщалось о Б-жественном открытии, о чем-то, расположенном вне природы, вне разума - на Небесах. Глава «Мишпотим» повествует о будничных, вполне земных заботах, которые легко постигаются человеческим разумом.

Эти два противоположных подхода олицетворяют собой два этапа великого Б-жественного открытия. Дарование Торы имело целью уничтожить кажущийся извечным конфликт между духовным и материальным. Б-жественная Тора была дана в материальный мир, духовное объединилось с материальным. При этом обнаружилось, что они вполне могут соседствовать друг с другом.

Первый этап этого единения описывается в главе «Исро», где речь идет о даровании Торы на горе Синай, об атмосфере торжественности, трепета, воцарившейся в мире. Как сказано в Мидраше: «Птица не щебетала, бык не мычал, весь мир был в тишине». Такое открытие потрясло евреев, они даже не решались стоять на самой горе и оставались на почтительном расстоянии от нее. Таким образом завершился первый этап - Б-г спустился вниз.

Но задача Создателя заключалась в другом. Он желал, чтобы мир продолжал свое существование в тех же материальных рамках. Для этого потребовался второй этап, представленный в главе «Мишпотим», в которой излагаются имущественные законы, связанные с возмещением причиненного ущерба. Тора учит  человека тому, как он должен пользоваться законами Б-га в материальных событиях жизни. Эти простые заповеди указывают, как «поселить» святость в мир, сделать ее частью этого мира.

Трума: три части

 

Глава «Трума» трижды напоминает сынам Израиля об их обязательных приношениях Б-гу. Как объясняют мудрецы, имеются в виду приношение, из которого строилось подножие, приношение на жертвы и приношение на все строительство шатра, служившего евреям в пустыне Храмом.

Заповедь вечна. И сейчас мы обязаны построить Шатер Вс-вышнему, духовный Шатер, дать возможность Б-жественному присутствию расположиться среди нас. И так же, как приношение на Шатер в пустыне состояло из трех частей, наши действия делятся на три пути.

Повседневная задача человека базируется на трех ценностях мира, как они изложены нашими мудрецами: Тора; жертвоприношение, воплощаемое молитвой; милосердие как основа выполнения заповеди.

Анализируя сущность этих трех путей и их «прообразов» в пустыне, мы обнаружим удивительную связь между ними.

Тора соответствует подножию шатра - как подножие служило основой, фундаментом всего шатра, Б-жественного пребывания в нем, так и Тора является основой открытия святости в мире, всех заповедей и добрых дел.

Жертвоприношение, отождествляемое с молитвой, на иврите называется корбан. Однокоренным этому слову на иврите же является слово кирув - «приближение», а задача жертвоприношения заключается в том, чтобы приблизить человека к Б-гу. Молитва на иврите тфила, однокоренное этому слову псил означает «фитиль», и как фитиль позволяет огню подняться вверх, так молитва поднимает человека к святости.

Шатер - как заповеди: возводится он из вполне материальных вещей - золота, серебра, меди, и подобно ему заповеди имеют отношение к нашей повседневной жизни.

Эти три ценности, Тора, жертвоприношение и милосердие, составляют тройственное единство - Б-га, человека и мира. Тора есть мудрость Вс-вышнего, жертвоприношение (и молитва) - путь приближения человека к Б-гу, заповеди призваны внести Б-жественную святость в материальный мир.

Тецаве: высшая сущность

Эта глава, единственная с того времени, когда рассказывается о рождении Моше, не упоминает его имени. Комментаторы видят причину этого в «дерзком» обращении Моше к Вс-вышнему, который решил наказать еврейский народ за грех поклонения золотому тельцу: «...простишь ли их? И если нет - то, прошу Тебя, сотри и меня из книги Твоей...» (Шмойс, 32:32). Слова праведника, даже чем-то обусловленные, исполняются, исполнились и слова Моше - его имя стерто из целой главы Торы.

Однако, даже не называя имени Моше в этой главе, Вс-вышний не раз обращается к нему, да и сама глава, названная «Тецаве», начинается с такого обращения: «И ты [Моше] прикажи...»

Каббала объясняет, что имя человека находится на гораздо более низкой ступени, чем его сущность. Имя - это только «ярлык» человека, необходимый для его контакта с окружающими. Сам человек не нуждается в имени. Младенец, появившийся на свет, уже человек, уже сущность, но имени еще не имеет. Он получит его лишь через несколько дней. До этого его называют просто «он», «ты». Каббала полагает, что это гораздо больше выражает «его» сущность.

Возникает вопрос: почему же именно та глава, в которой выполняется просьба Моше «сотри и меня из книги Твоей», подчеркивает сущность праведника, которая выше каких-либо названий?

Именно в этой просьбе выразилась подлинная сущность Моше. Тора была его жизнью, она и называется его именем (Учение Моисея). Но когда само существование еврейского народа оказалось под вопросом, Моше готов был вырвать себя из этого источника. Потому что Моше и народ Израиля - единое, неделимое целое; как выразился Раши, «Моше - он Израиль и Израиль - они Моше». И когда народ Израиля согрешил, Моше почувствовал, что падает сам, хотя был он в то время на горе и не имел возможности помешать грешникам. И говорил ему Б-г: «Иди вниз, ибо растлился твой народ...» (Шмойс, 32:7). Спустись со своей высоты, будь с ними.

Несомненно, величие Моше проявилось в той «дерзкой» просьбе, в готовности быть стертым из Торы ради народа Израиля, и величие это выше его имени.

Ки тиса: освященные зеркала

 

«И говорил Б-г, обращаясь к Моше, так: «Сделай медный умывальник на медном основании - для омовения, и помести его между Шатром Откровения и жертвенником, и налей в него воды. И будут омывать из него Аарон и сыновья его руки и ноги свои»». Эти умывальники были сделаны из «крашеных зеркал», медных зеркал, которые использовали женщины, а впоследствии принесли в Храм.

Мидраш повествует: «Презирал их [зеркала] Моше, ибо изготовлены они были для дурного начала (самолюбования, гордыни и т.д.), и сказал ему Б-г: «Прими [эти пожертвования от женщин], потому что люблю Я их [зеркала] больше всего остального - ведь с их помощью создали женщины армию (много детей) в Египте»».

Умывальник, хотя и является принадлежностью Храма, выделен из остальной храмовой утвари, и заповедь о нем отделена от остальных, касающихся других предметов Храма.

Возникает вопрос: в чем же величие умывальника? Чтобы ответить на этот вопрос, следует обратиться к предназначению самого Храма. Благодаря его строительству свершилось удивительное: «...и поселюсь Я среди вас» - высшая святость поместилась в материальный мир. Из материальных предметов, золота, серебра, меди, евреи сотворили Храм, и осуществилась главная идея создания мира - «сделать Ему, Благословенному, жилье в нижних мирах».

С этой точки зрения умывальник обладает особым преимуществом. Он более, чем что-либо другое, символизирует путь, по которому святость спускается в самые будничные предметы - в «крашеные зеркала», «сделанные для дурного начала». Создав умывальник, евреи освятили низменную вещь, которая отныне стала привносить в мир Б-жественный свет.

Тогда чем объясняется презрение Моше к «крашеным зеркалам»? Дело в том, что он находился на высокой духовной ступени, и для него обычные материальные предметы являлись достаточно низменными, чтобы можно было использовать их для строительства «жилья в нижних мирах». Он желал поднять на свою ступень весь Израиль.

Но Вс-вышний объяснил Моше, что Храм должен быть и в самых обыденных вещах, «сделанных для дурного начала». Более того, когда святость привносится на самую низкую ступень, когда из самых будничных предметов создается жилище для

Б-га, - это и есть то, чего Он желает.

История с умывальником призывает нас не отвергать материальные предметы, не считать, что они непригодны для службы Вс-вышнему, что прошлое нельзя изменить. Подобно тому как священники омывались с помощью «бывших медных зеркал», мы, «смыв» с себя все нежелательное, поднимем прошлое на уровень святости. Именно такая служба угодна Вс-вышнему.

Ваякгел: искупление греха

 

В этой главе Тора рассказывает об усердии, которое проявили евреи при строительстве Шатра Откровения. Они жертвовали на строительство даже больше того, что от них требовали. Этот энтузиазм был обусловлен тем, что Шатер рассматривали как искупление греха поклонения золотому тельцу. Грех этот совершил весь народ, и строительство Шатра должно было осуществляться при участии всего народа.

Сотворение золотого тельца - преступление, за которое пришлось расплачиваться евреям во всех поколениях. Как же строительство Шатра могло явиться искуплением такого страшного греха?

Что это, собственно, такое - сотворение тельца? Маймонид говорит, что идолопоклонство не есть полное отрицание Творца. Ведь можно верить в существование дополнительных могущественных сил, не забывая о Хозяине мира. Как утверждает великий ученый, предполагая присутствие в мире какой-нибудь иной сущности, кроме Б-га, человек уже вплотную приближается к идолопоклонству.

Идолопоклонству противостоит вера в единство Творца, в самом глубоком понимании того, что «нет ничего, кроме Него». То есть не только нет ничего, что может править, управлять этим миром, кроме Творца, но и нет ничего, имеющего самостоятельное, «автономное» от Б-га существование. Единственная сущность, присутствующая в мире «сама по себе», - это Б-жественная сущность.

Одно из указаний Торы гласит: «Во всех твоих путях познавай Его». Мало того, что человек связан с Создателем через изучение Торы и исполнение ее заповедей, - «во всех твоих путях познавай Его». Вся наша жизнь, все, что нас окружает, все, с чем мы связаны, есть результат влияния Б-жественности. В каждом своем поступке в любой области, на «всех твоих путях» существует возможность познавать Творца и служить Ему.

Даже обыкновенная прогулка может превратиться в служение Вс-вышнему. Человек уже не просто восторгается природой - он проникается пониманием того, как «велики чудеса Б-жьи».

Таким образом можно понять, почему строительство Шатра Откровения стало искуплением греха золотого тельца. Именно в Шатре исполнились слова Вс-вышнего: «И поселюсь среди вас» - Б-жественная святость спустилась вниз, расположившись в материальной сущности мира. Жертвуя свои будничные вещи на строительство Шатра, евреи освящали их, поднимая на самый высокий уровень, доказывая, что существует только Б-г и даже материальные предметы быта предназначены для святости.

Пкудей: когда наступает темнота

 

Эта глава - последняя в книге Торы Шмойс, которую называют еще и Книгой Освобождения, так как в ней описывается Исход евреев из Египта. А заканчивается книга рассказом о строительстве Шатра Откровения и об открытии Б-жественности в нем. В конце главы сообщается: «И когда поднималось облако над Шатром - отправлялись сыны Израиля во все странствия свои...»

Между этими словами и тем, что им предшествует, казалось бы, нет никакой связи. Какое отношение имеет рассказ об облаке к установке Шатра? Кроме того, из этих слов следует, что движение евреев, их приближение к стране Израиля было связано с удалением Б-жественного присутствия: «когда поднималось облако». Почему?

На оба эти вопроса есть общий ответ: цель всего - и строительства Шатра, и вообще Творения - выражена в том, что евреи «отправляются» тогда, когда «поднимается облако». Недостаточно выполнять волю Творца в те моменты, когда Его присутствие очевидно. Принципиально важно подниматься на уровень святости и тогда, когда оно скрыто, когда все выглядит так, будто «облако поднялось».

Мидраш говорит: «Возжелал Вс-вышний, чтобы было у Него жилище в нижних [мирах]». Но разве для Него существуют понятия «высшее» и «низшее»? В Мидраше сказано «в нижних» - в такой ситуации, когда святость скрыта, когда духовность пребывает на самом низком уровне, следует строить жилище для Б-га. И в этом есть цель создания - чтобы «низкое», где нет открытого Б-жественного присутствия, превратилось в «жилище» для Него.

Когда облако Вс-вышнего остается внизу и Б-жественность очевидна, открыта для всех, этот мир не является «нижним», в нем не может выполняться цель Творения. Когда же «облако удаляется», сыны Израиля «отправляются в путь».

В этом и есть предназначение Шатра: дать человеку силы для служения Творцу, «когда облако удалилось». Вот почему в конце главы, повествующей о Шатре, речь идет об «удалении облака».

Запись опубликована в рубрике: .
  • Поддержать проект
    Хасидус.ру