Пекудей

«И... в первый месяц второго года... поставлена была скиния»

Недельная глава «Пекудей» начинается с отчета Моше о том, сколько и на что потрачено золота, серебра, драгоценных камней. Вспомним, что Б-г сказал о Моше: «Мой раб Моше, во всем Моем доме, он доверен». И вот такой человек должен дать перед всем народом отчет! Это показывает, как должны вести себя те люди, которые занимаются общественными делами.

Интересно отметить, что и величайшего из пророков может подвести память. Давая отчет, Моше забыл, на что ушло 1775 серебряных шекелей. Он молился Б-гу, чтобы вспомнить, и вспомнил, что ушли эти деньги на крючки, которые сделали на столбах, и на серебряные нити, которыми окрутили эти крючки. Моше восхвалил Б-га в 15 выражениях.

Согласно «Мидраш Рабо» Б-г сказал Моше в Йом-Кипур: «Салахти» (Я простил), и в знак этого было велено сделать переносной Храм. 25 кислева, после 70 дней работы, переносной Храм (мишкан) был закончен. Но Б-г не давал приказа собрать его. Все чувствовали себя неловко. Наконец Б-г сказал, чтобы Аарон и его сыновья семь дней готовились к службе. Они ежедневно приносили жертвы, чтобы Б-г простил им все грехи, причем Моше был священнослужителем, а Аарон и его сыновья – прихожанами.

Семь дней Моше собирал мишкан, вносил туда Ковчег завета, стол, жертвенники, светильник. Приносились жертвы, зажигались лампады светильника, совершалось воскурение на алтаре, а потом все разбиралось, чтобы назавтра начать все сначала.

В восьмой день Моше собрал мишкан навсегда (т. е. до следующего переезда), и в тот же день Аарон начал служить в Храме.

Зачем нужно было семь дней собирать и разбирать мишкан?

В комментарии к Торе, рабби Авраама Мордехая Алтера, есть удивительно ясное объяснение этому. Мишкан простоял в пустыне 39 лет, затем он стоял в Гилгале 14 лет, потом его внесли в город Шило – там он простоял 369 лет. После этого мишкан был в городе Нов, затем в Гивоне (вместе 57 лет). Первый Храм просуществовал 410 лет. Затем, через 70 лет, был построен Второй Храм, просуществовавший 420 лет. То есть всего 7 раз «собирали и разбирали» Храм. А в первый день нисана Моше собрал мишкан, но не разбирал его больше. Таким образом, Третий Храм будет стоять вечно.

Пророк Йехезкель говорит от имени Б-га: «И заключу с ними чавет (о) мире, завет вечный... и помещу свой Храм среди них навечно... И буду им Б-гом, а они будут мне народом и узнают народы, что Я – Б-г, освящающий Израиль, (тем), что будет Мой Храм среди них навечно».

Мы уже указывали, что, если в предыдущих главах содержались указания относительно сооружения Мишкана, переносного Храма, то в главах «Ваякхел» и «Пекудей» рассказывается о том, как эти указания были исполнены.

«И собрал («ваякхел» Моше всю общину сынов Израилевых...».

Почему для того, чтобы сообщить о порядке изготовления мишкана, Моше собрал всю общину?

Вот, что говорят по этому поводу комментаторы.

Существование единого святого Храма в среде Израиля свидетельствует о внутреннем единстве народа.

В поколении, вышедшем из Египта, царило единство, когда они, «как один человек, с единым сердцем» (РАШИ), стояли у Синайской горы. Когда же это поколение впало в грех, создав золотое изваяние, это единство было нарушено. Самозабвенная погоня за материальными благами не может способствовать единству людей. Сооружение после этого Храма свидетельствовало о прощении греха и восстановлении единства в народе.

Поэтому рассказ о воздвижении мишкана начинается словами: «И собрал Моше всю общину...»

Когда евреи обосновались в стране Израиля, на смену мишкану пришел Иерусалимский Храм. И он был символом единства еврейского народа, «служащего единому Б-гу в едином святилище при едином первосвященнике» (РАШИ). А когда в народе умножились распри, воцарилась беспричинная вражда. Храм был разрушен.

По сей день лежит он в развалинах. И хотя номинально весь Иерусалим находится в еврейских руках, на деле произвести какие бы то ни было работы по восстановлению (скажем по-современному – реставрации) Храма евреи не имеют никакой возможности. Все «прогрессивное», «развитое» и «развивающееся» человечество без устали диктует евреям, как им вести себя по отношению к их национальным и религиозным святыням, включая самое святое для евреев место на земле – Храмовую гору.

Поэтому сама возможность восстановления Храма будет свидетельствовать о подлинном суверенитете евреев, их раскрепощении и независимости от других больших и малых наций.

При сегодняшнем положении вещей трудно даже поверить, что такое время может наступить. И главная помеха тому – та же беспричинная вражда, разъедающая тело и душу народа.

Эта вражда в наше время не только не уменьшилась, но разрослась до ужасающих размеров. Каждый старается перещеголять другого в слепой вражде к ближнему. И первенство в этом безумном соревновании безусловно принадлежит политическим лидерам.

Само существование института политических партий способствует дроблению народа. Ведь само слово партия – от латинского partire – разделять – означает отделение какой-то группы от других. Малочисленный Израиль не только «удостоился» рекордного количества азартно соперничающих между собой политических партий, но каждая из них еще разделена на фракции. А в каждой фракции враждуют между собой приверженцы различных деятелей. Да и те, кто внешне борется единым фронтом в поддержке того или иного деятеля, только и мечтают о том, чтобы этот деятель ушел с арены и освободил желанное место в политической иерархии. Но до того времени они азартно чернят приверженцев другого деятеля той же фракции, наплевав на то, что это ослабляет всю фракцию. А представители одной фракции злобно нападают на представителей другой фракции, хотя это ослабляет партию, под знаменем которой они проникли в органы государственного управления. И все партии наперебой порочат друг друга. Чтобы напакостить сопернику, они готовы открыто поддерживать врагов, неприкрытая мечта которых – сбросить в море и тех, и Других.

При таком всеобщем помешательстве на почве слепой злобы, злорадства и злодейства стоит ли удивляться, что среди неевреев, живущих на земле Иудеи, честью считается быть врагом евреев.

И не перестаешь поражаться, насколько наши нынешние руководители, уже само появление которых на трибуне или на экране телевизора вызывает новый взрыв слепой злости, непохожи на самого первого еврейского лидера. Как отличны они от Моше, который не только не ставил власть превыше всего, но был готов оставить ее ради блага своего народа.

И поэтому Моше был способен собрать всю общину сынов Израилевых, уничтожить раздробляющие народ языческие суеверия и утвердить веру в единого Б-га с единым Храмом.

Комментаторы также обращают внимание на то, что вскоре после слов «И собрал Моше всю общину...» напоминается заповедь о субботе: «Шесть дней пусть делается работа, седьмой же день да будет свят...» Ибо и суббота обладает чудесным свойством объединять евреев.

В течение шести будничных дней каждый занят своим ремеслом, своими заботами о хлебе насущном. В день субботний предписывается не только прекратить любую производственную и творческую деятельность, но перестать даже говорить и думать об этом. Каждый еврей наряжается в субботние одежды, принятые в его общине, будь это меховая шапка-«штраймель» и долгополый кафтан польских хасидов, или сюртук «литовцев», или даже просто чистая, нарядная рубашка, специально отложенная для святой субботы. В субботу внешне не отличишь раввина от истопника в микве, профессора от дворника.

И не только внешне. Вся атмосфера в еврейском доме в субботу преображается. Дом превращается в Святой Храм. Обеденный стол уподобляется жертвеннику. Субботняя трапеза–в отличие от будничных приемов пищи – подлинное служение Вс-вышнему, сопровождаемое субботними песнями, подобно тому как левиты в Храме сопровождали пением службу жертвоприношений. А до, и после трапезы, и посреди ее за столом читаются традиционным речитативом слова Торы.

Соблюдение субботы – один из секретов сплоченности семьи, соблюдающей традиции. Если бы в каждой еврейской семье царило единство, то это неизбежно привело бы к единству всего народа. Недаром говорят наши мудрецы в Талмуде (Талмуд Иерусалимский, «Таанит» гл. 1, 1): «Если евреи проведут одну лишь субботу как следует, они тут же будут освобождены».

В субботу по прочтении недельной главы «Пекудей» в синагогах провозгласят: «Хазак, хазак веншхазек!» Это будет означать, что закончено чтение второй книги Пятикнижия. Назавтра синагогальные служки обойдут молитвенные залы, соберут томики книги Исхода (или книги «Шемот», как принято называть ее У евреев) и припрячут их до будущего года.

Прежде чем расстаться с книгой «Шемот», пробежим еще раз по ее страницам.

Первая глава «Шемот» рассказывает о закабалении наших предков египтянами, о рождении еврейского правителя Моше и его бегстве из Египта, о том, как в Синайской пустыне Вс-вышний явился Моше в огне, пылающем на несгораемом кусте терновника, и велел ему вернуться в Египет, чтобы освободить евреев из рабства. Заканчивается глава рассказом о первом визите Моше к фараону с требованием: «Отпусти мой народ» – и о результатах этого визита, отнюдь не вселявших оптимизма.

Тема второй главы – это казни, постигшие египтян, за отказ разрешить евреям покинуть страну. Причем говорилось тогда не более чем о трехдневном выходе в пустыню, чтобы отметить религиозный праздник. При каждой казни фараон несколько смягчался, однако тут же занимал прежнюю жесткую позицию, как только наступало временное облегчение. К концу периода казней фараон, правда, выразил готовность пойти на значительные уступки. Однако стороны так и не пришли к какому-либо компромиссному соглашению, потому что Моше категорически отказался сделать ответный жест и хоть немного смягчить свои требования. Еврейский руководитель отверг компромиссное египетское предложение, чтобы вышли из Египта одни только мужчины. И даже когда фараон, казалось бы, проявил верх личного благородства и политической гибкости, разрешив всем еврейским рабам покинуть Египет с одним лишь условием: чтобы скот свой они оставили в стране, Моше ответил: «Не останется ни копыта».

Не может быть никакого сомнения, что все тогдашние нации, большие и малые, всячески приветствовали государственную мудрость и реализм фараона и всемерно поносили Моше за его неуступчивость и неуместный идеализм. Но Творец мира и его истории, от Имени которого говорил Моше, не всегда считается с мировым общественным мнением. И вот из третьей главы книги Исхода, «Бо», мы узнаем, что после дополнительной порции наказаний фараон не только принял все требования Моше, но и приложил личные усилия к их скорейшему выполнению. В следующей главе «Бешалах» повествуется о начальном периоде странствования евреев в пустыне, о чуде расступления вод Красного моря.

В последующих главах книги Исхода нам открывается цель невыносимо мучительного плена сынов Израиля, завершившегося чудесным Исходом. И не только история еврейского народа в его зачаточном состоянии, но и вся дальнейшая его история, так непохожая на историю других народов земли, становится понятной в свете этих глав. В главах «Итро» и «Мишпатим» рассказывается о даровании сынам Израиля Б-жественного Учения, Торы. Это событие знаменовало собой рождение народа, призванного быть «царством священнослужителей», народа, передающего миру Слово Создателя, находясь в постоянной неразрывной связи с Ним. Чтобы подчеркнуть эту связь, сынам Израиля было предписано построить особый шатер для богослужений Скинию Завета. Теме Скинии посвящены последние пять глав книги – «Трума», «Тецаве», «Ки Тиса», где повествование прерывается начальным рассказом об изготовлении золотого идола, затем «Ваякхел» и, наконец, нынешняя недельная глава «Пекудей».

Запись опубликована в рубрике: .
  • Поддержать проект
    Хасидус.ру