157. Таннаим

157. ТАННАИМ

ПЕРВЫЕ ТАННАИМ

Вслед за Мужами Великого Собрания (Аншей Кнесет Агдола), носителями «Устного Учения» (Тора-шеБеал-Пе) были таннаим (учителя или мудрецы). Духовными вождями первых пяти поколений этих таннаим были так называемые «Зугот», то есть пары. Это были: 1. Носи бен Иоезер из Цереды и Носи бен Иоханан из Иерусалима; 2. Иошуа бен Перахья и Ниттай из Арбела; 3. Иуда бен Таббай и Шим'он бен Шетах; 4. Шемая и Автальон; 5. Иллель и Шаммай. Из этих пяти пар таннаим первый был председателем Синедриона или Верховным судьей, а второй – «Ав-Бет-Дин», товарищ и заместитель Верховного судьи. Они были мудрецами такой высокой ученой степени, обладающими исключительно большими знаниями, что они не носили даже титула «Рабби». Это были духовные вожди еврейского народа на одном из труднейших этапов еврейской истории, и их решения и учения наложили свою печать на весь образ жизни еврейского народа. Ибо это было время, когда еврейский народ не имел уже царей или пророков, и евреи начали относительно незадолго до этого вновь заселять свою родину после возвращения из вавилонского плена.

О первых четырех парах мы знаем очень мало, если не считать дошедших до нас некоторых их решений («Алахот») и известных сказаний из первой главы А вот. Больше всего мы знаем о рабби Шим'оне бен Шетахе, брате царицы Саломеи-Александры. Он был исключительно деятельным вождем еврейского народа, заложившим основы систематического начального обучения еврейских детей. Это было в начале первого века до н. э., более двух тысяч лет тому назад! Мы уже знаем о большой роли, которую он играл в еврейской жизни (См. главы 152–153). А теперь перейдем к следующей паре:

ШЕМАЯ И АВТАЛЬОН

Шемая и Автальон были выдающимися учениками Шим'она бен Шетаха и Иуды бен Таббая и их преемниками, первый из них – глава Синедриона, а второй – его товарищ, в течение смутного времени гражданской войны и последовавшего за этим начала римского владычества над Израилем. Шемая и Автальон были оба потомками прозелитов, членов семьи царя Санхерива. В отличие от своих предшественников, они мало участвовали в политической жизни страны, сосредоточив все свое внимание главным образом на духовном руководстве. Таким образом они сумели укрепить функции Синедриона в любой области, так что его влияние чувствовалось во всем, касающемся жизни народа. Учитывая судьбу их предшественников Иуды бен Таббая и Иошуи бен Перахьи, которые вынуждены были бежать в Александрию за их участие в политической жизни страны, они сформулировали следующие хорошо известные положения: «Люби труд, избегай общественных должностей; не веди дружбы с властями предержащими» (Шемая). Автальон говорит: «Мудрецы, будьте осторожны в выражениях! Вы можете быть наказаны изгнанием и сосланы в места с дурной водой; и будут пить эту воду ученики, следующие за вами, и умрут, и так будет осквернено имя Небесное». Отстранившись от политической борьбы, Шемая и Автальон отдались всецело делу создания многочисленных учеников, хорошо сведущих в Законе и толкующих его согласно преданию, а затем в свою очередь готовых продолжать преподавать его большим массам еврейского народа. За это эти два благородных мудреца были глубоко уважаемы и любимы народом, даже больше чем сам первосвяшенник. Талмуд (Иома, 716) рассказывает следующий характерный случай: дело было на исходе дня Иом Киппура, когда по окончании службы в Бет-Амикдаше народ провожал вечером первосвященника к нему домой. В это время провожающие заметили Шемаю и Автальона. Тут же они оставили Коен-Гадола и собрались вокруг мудрецов, чтобы выказать им свое почтение. Первосвященник посчитал это обидой для себя и потому, отвечая на поздравление мудрецов, сказал: «Да пусть чужестранцы (подразумевая потомков язычников) идут с миром». На это Шемая и Автальон ответили: «Да, пусть идут с миром чужестранцы и да выполнят они дело детей Аарона, которым пренебрегает один из его потомков, не следующий по путям своего великого предшественника».

Более серьезное столкновение произошло позже с самим Иродом, который был тогда правителем Северной провинции. Под предлогом очистки страны от грабителей Ирод казнил многих патриотов и в том числе военного командира Хизкияу. Вызванный на суд Синедриона за преступное убийство евреев без суда и решения Синедриона, Ирод явился при всем оружии, окруженный своими телохранителями. Верховный суд испугался Ирода, и никто не посмел подняться и обвинить его. Даже царь Гиркан не посмел выступить против Ирода, любимца мощного Рима. Тогда Шемая встал, чтобы обвинить Ирода, невзирая на угрожавшую ему опасность. Он упрекнул своих товарищей в трусости и малодушии*. Ободренные Шемаей, заседатели продолжали слушать дело и вынесли Ироду смертный приговор. Но царь Гиркан не допустил приведения приговора в исполнение; он отложил объявление приговора, давая тем самым Ироду возможность ночью бежать.

Даже на самого Ирода произвело большое впечатление безбоязненность и прямота Шемаи и Автальона. Только им обоим он разрешил жить и оставаться в своих должностях, когда он убил всех членов Синедриона после своего восшествия на престол. Другой причиной выказанного Иродом особого уважения к этим мудрецам явилось то, что, когда Ирод осадил Иерусалим, советовали Шемая и Автальон его противникам сдаться ему и согласиться на его царствование, чтобы избежать кровопролития.

Среди наиболее известных нам нововведений Шемаи и Автальона, был налог «тарфика», четверти динара, который следовало уплатить привратнику при входе в Бет-Амикдаш. Это мероприятие имело в виду сбор средств для оказания помощи тысячам нуждающихся студентов.

Наиболее знаменитыми стали их ученики Иллель и Шаммай, заменившие потом Шемаю и Автальона на их высоких постах.

ИЛЛЕЛЬ И ШАММАЙ

Иллель был известен как «Бавли» – вавилонянин, потому что он родился в Вавилонии в семье эмигрантов. Он также известен как Иллель Азакен, то есть Иллель-Старец, в отличие от Иллеля II, его потомка, особенно знаменитого за составленный им еврейский календарь с твердо установленными датами еврейских праздников. Иллель происходил из одной из благороднейших еврейских семей. С материнской стороны он вел свою родословную от царя Давида, а со стороны отца он принадлежал к колену Биньяминову. Он родился в Вавилонии в 80 году до н.э., а в Святую Землю он прибыл в возрасте сорока лет, чтобы учиться в Бет-Амидраше Шемаи и Автальона. Несмотря на благородное свое происхождение, Иллель жил очень бедно. Он зарабатывал на жизнь как дровосек, что приносило ему один тарфик в день, из которого он половину отдавал привратнику за право посещать Бет-Амидраш, а на вторую половину тарфика он жил с семьей. Однажды Иллель не заработал достаточно, чтобы быть в состоянии заплатить за вход в школу. Не желая пропустить ни одного учебного дня, Иллель поднялся на крышу школы и лег у верхнего окна, откуда он мог слушать лекцию Шемаи и Автальона. Он был так захвачен услышанным, что не обратил внимания на снег, который начал в это время падать (это было в середине зимы). Заметив необычную темноту, Шемая и Автальон посмотрели на потолок и заметили в оконном проеме человеческую фигуру. Иллеля привели вниз, обогрели и накормили. «Такой человек, как этот – сказали мудрецы – заслужил, чтобы ради него нарушили святость субботы».

Когда Иллель впитал в себя столько Торы, сколько было можно, он вернулся в Вавилонию, где он продолжал изучать и распространять учения своих учителей Шемаи и Автальона, в то время, как его брат Шахне обеспечивал ему средства к жизни. Иллель ввел семь знаменитых правил толкования «Письменного Учения», таких как «Кал вахомер», то есть вывод меньшей предпосылки из большей, или «Гезейрот шавот» – вывод, сделанный на основании подобия двух слов или фраз в двух отрывках Торы, по которому то, что выражено в одном отрывке, применимо также ко второму подобному отрывку.

После того, как Иллель пробыл в Вавилонии сорок лет, он вернулся в Святую Землю во второй раз, чтобы оставаться здесь уже до конца жизни. Сначала он прибыл туда, чтобы заниматься учебой и разыскать ряд недостававших ему научных данных. Но, когда он явился в Синедрион, который возглавляли тогда менее эрудированные, чем он, Бней Бетейра, только он один был в состоянии ответить на вопрос, касавшийся закона об убое пасхальной овцы в день эрев песах, если он приходится на субботу. Хотя его метод толкования не был принят, с его указанием все же согласились, когда он сообщил, что такое толкование закона было принято Шемаей и Автальоном. Это утвердило его, как бесспорного главу ученых того времени, и он стал главой Синедриона и остался в этой должности в течение многих лет. Чтобы выразить насколько важную роль играл Иллель в жизни нашего народа, мудрецы наши сказали, что когда Тора была забыта в первый раз, ее восстановил Эзра, а когда она вновь была забыта, явился Иллель из Вавилонии и опять вернул знанию и учению Торы на Святой Земле их бывшее великолепие.

Это действительно было величайшим достижением Иллеля. Он не занимался политикой, а сосредоточился в основном на изучении Торы широкими массами еврейской молодежи; на распространение основ правильного толкования письменного учения (Торы шеБиктав) и на том, чтобы готовить из учеников людей, способных стать руководителями будущих поколений. О нем говорят, что у него было восемьдесят выдающихся учеников, и все были достойны иметь пророческие видения. Самым старшим из них был Ионатан бен Узиель, а младшим – рабби Иоханан бен Заккай, который в дальнейшем спас Синедрион и будущее нашего народа после захвата Иерусалима римлянами.

В числе некоторых наиболее известных практических мероприятий, которые Иллель ввел в жизнь во время возглавления им Синедриона, был «Прузбул», юридический документ, при помощи которого можно теперь взыскивать через суд даже после «седьмого года» (шемиты) долг, который иначе, по существующему закону пропал бы. Из-за закона «об освобождении должников от долгов» в субботнем году (шемите) люди воздерживались от дачи друг другу денег взаймы. Поэтому прузбул является важным экономическим мероприятием для страны. Другой введенный Иллелем закон касается права продавшего свой дом выкупить его в отсутствие покупателя. Для этого достаточно сделать соответствующее заявление перед судом и оставить там сумму стоимости этого дома.

И так во всем. Вся работа Иллеля характеризуется доброжелательством, сочувствием и вниманием к нуждам других людей, но прежде всего заботой о соблюдении законов Торы и чистоты веры. О терпимости Иллеля, о его любви к миру и к человеку вообще имеется в Талмуде много расказов. Известен рассказ о том, как два человека заключили пари, по которому следовало рассердить Иллеля. Для этого один из них, взявшийся рассердить этого великого тайная, пришел в дом к Иллелю в суетливый полдень пятницы со всякого рода глупыми вопросами, как то: Почему головы вавилонян круглые? Почему глаза тармудиян тусклые? Почему у африканцев ступни ног широкие? Однако каждый раз Иллель прерывал свои приготовления к субботе и давал разумный ответ на эти вопросы. Наконец человек воскликнул: «Сколько мне еще задавать тебе вопросов пока твое терпение лопнет?» На это Иллель сказал: «Не бойся, спрашивай дальше, и я буду рад ответить тебе по своему разумению». Теперь лопнуло уже терпение у спрашивающего, и он воскликнул: «Не ты ли это тот Иллель, которого все называют насси во Израиле? Да не будет больше в Израиле таких, как ты!». Не обращая внимания на оскорбление, Иллель спросил: «А почему так, сын мой?». «А потому, что твое терпение обойдется мне в четыреста зуз, которые я потерял в пари». «Хорошо, ответил Иллель, лучше, чтобы ты потерял в пари четыреста зуз, и еще дважды столько, лишь бы Иллель не потерял свое терпение».

В другом рассказе приводится случай с язычником, который пожелал изучить всю Тору, стоя на одной ноге. Когда он явился с такой просьбой к Шаммаю, великому оппоненту Иллеля, тот гневно прогнал его прочь. Иллель же сказал ему: «Не делай другому то, чего ты не хотел бы, чтобы сделали тебе. Все остальное в Торе – это только пояснения к этому основному положению. Теперь иди и изучай все остальное».

Эти и другие подобные рассказы указывают на любовь Иллеля ко всем людям, на его человечность и на его усилия распространять величайшие достоинства еврейской веры повсюду. Так, мы находим его указания в Пиркей Авот (I, 12): «Будьте в числе учеников Аарона, которые любят мир и всегда в погоне за миром; будьте теми, которые любят своих ближних и приближают их к Торе». Или (II, 5): «Не суди ближнего своего пока сам не будешь в его положении». Другой раз Иллель утверждает: «Обедневшего человека нужно поддержать, и так, чтобы он мог продолжать жить и дальше так, как он привык жить раньше». И Иллель в этом утверждении доходит до того, что считает, что если обедневший человек привык раньше иметь верховую лошадь или слугу, то общество обязано обеспечить его ими и сейчас.

Другой важной особенностью Иллеля была его непоколебимая вера в Б-га. Он никогда не сомневался в том, что Б-г пришлет ему каждый день то, что ему нужно. Однажды, приближаясь к своему дому, он услышал необычный шум, и он с глубокой верой сказал: «Я уверен, что эта суматоха не в моем доме». Сотни таких рассказов подтверждают великую веру Иллеля, его гостеприимство и любовь к ближним, и это объясняет его большую популярность в народе и уважение, которое он заслужил на все времена.

Его напарником в Синедрионе, его Ав–Бет–Дином, был Шаммай, такой же великий ученый, учитель и вождь Израиля. Он также был учеником Шемаи и Автальона, и продолжил их деятельность. Хотя он и не обладал безмерной терпимостью Иллеля, он, однако, также посвятил всю свою жизнь делу сохранения Торы в чистоте, в неискаженном виде, и основывал всю свою жизнь на ее законах. Он также относился внимательно к своему соседу, со справедливостью и честностью, как мы читаем в Авот (I, 15): «Изучение Торы должно быть твоим постоянным занятием; говори мало, но делай много; и принимай каждого доброжелательно». Из этого и других подобных его высказываний видно, что Шаммай не был тем жестким и вспыльчивым человеком, каким он мог казаться, ученым, всегда пытающимся выискивать более строгую сторону закона. Следует помнить, что Иллель и Шаммай были очень близкими и хорошими личными друзьями. Мудрецы наши говорят, что расхождения во мнениях между Иллелем и Шаммаем были только «лешем шамаим», не по личным соображениям или с целью во что бы то ни стало настоять на правильности своих аргументов, а с единственной целью установить точный смысл закона, как он предписан в Б-жественной Торе. Больше того, Иллель и Шаммай не настаивали на том, что они всегда правы, и соглашались с другим мнением, когда они убеждались в правоте их оппонента. Фактически, у самих Иллеля и Шаммая были расхождения только по трем принципиальным вопросам Торы. Это их ученики и школы («Дом Иллеля» и «Дом Шаммая») выявили много расхождений во мнениях по ряду пунктов закона.

ШКОЛЫ ИЛЛЕЛЯ И ШАММАЯ

Иллель и Шаммай были названы Авот Аолам, «Патриархами всего мира». И действительно, это они и их методы познавания и обучения создали большинство школ по изучению Торы и ее толкованию. В течение более века школы Иллеля и Шаммая (Бет-Иллель и Бет-Шаммай) продолжали вносить ясность в предания, которые они переняли от этих двух мудрецов. Однако, в то время как основатели этих школ, Иллель и Шаммай, разошлись во мнениях только по трем основным вопросам, имеется в Талмуде более 300 разногласий между их двумя школами.

В общем, толкования Бет-Иллеля отличались склонностью к смягчению закона, а Бет-Шаммая – исходили из более строгой точки зрения. В большинстве случаев расхождений между обоими школами мудрецы наши придерживались установок Бет-Иллеля, за исключением восемнадцати случаев расхождений в толковании закона, где окончательное решение было принято в пользу Бет-Шаммая. Но как только в пользу того или другого из спорящих сторон было принято окончательное решение, все разногласия прекращались, и предание фиксировалось по этому решению, ставшему обязательным для всех.

АКАВЬЯ БЕН МААЛАЛЕЛ

Одним из великих современников Иллеля и Шаммая был еще один ученик Шемаи и Автальона, член первого поколения таннаим Акавья бен Маалалъел.

Он был ученым, обладавшим несгибаемой убежденностью. Он настаивал на правильности своей точки зрения даже когда она отличалась от взглядов большинства ученых того времени. Когда ему предложили должность Ав-Бет-Дина при условии, что бн откажется от своей точки зрения в четырех решениях, в которых он расходился во мнении с большинством мудрецов, он решительно отказался. «Лучше пусть люди посчитают меня глупцом за отказ от такой высокой чести, чем оказаться неправым пред лицом Небесного судилища». Однако перед своей смертью он дал наказ своему сыну следовать мнению большинства, а не его мнению, в тех четырех случаях, в которых его решения не были приняты большинством. На вопрос сына, почему же сам он не пожелал отказаться от своего мнения, он ответил: «Я перенял мое решение от многих мудрецов, а мои оппоненты придерживаются иного мнения, тоже перенятого ими от многих мудрецов. Я придерживаюсь моего предания, а они – своего. Ты же слышал это только от меня одного. Поэтому правильно будет, чтобы ты следовал мнению большинства».

Следующий рассказ дает также красноречивое доказательство исключительного характера, мудрости и правдивости Акавьи. Его сын попросил его как-то дать ему рекомендательное письмо. Акавья отказался дать своему сыну такое письмо с положительной характеристикой его, говоря: «Твои деяния и твое поведение будут сами говорить за тебя и свидетельствовать о твоих достоинствах».

Хотя он был выдающейся личностью среди великих ученых своего времени, его имя упоминается только три раза в связи с Алахой в Мишне, помимо тех четырех алахот, по которым у него были расхождения с большинством мудрецов. Однако некоторые из наиболее глубоких по смыслу, очень трогательных и мудрых слов Акавьи бен Маалалъела сохранились в Авот (III, 1): «Внимательно раздумывай о трех вещах и ты избежишь греха: Знай из чего ты произошел, куда ты идешь и перед кем тебе предстоит дать полный отчет. Из чего ты произошел? Из дурно пахнущей капли жидкости. Куда ты идешь? В место пыли, червей и моли. А перед кем тебе предстоит дать полный отчет? Перед Высочайшим Царем царей, Святым, да будет Он благословен».

РАББАН ГАМЛИЕЛЬ I

Раббан Гамлиель I, известный также как «Азакен», старший (в отличие от его внука Гамлиеля II) был внуком Иллеля I, и, как его знаменитый прародитель, был одним из величайших ученых и духовных вождей еврейского народа в течение одного из наиболее печальных периодов его истории. Многие мудрецы приравнивали его к ярко светящей звезде на горизонте Израиля. Он жил во времена римского императора Калигулы и его преемника Клавдия и скончался за восемнадцать лет до разрушения Бет-Амикдаша. Римское ярмо было очень тяжелым для еврейской страны при Калигуле, оно задушило духовное развитие народа. Но, когда Клавдий, друг еврейского правителя Агриппы I, несколько смягчил ограничения для еврейского народа, ожила также духовная его жизнь под руководством раббан Гамлиеля и стала на путь большого роста. Раббан Гамлиель I был тогда насси, главой Синедриона, и при нем этот высший судебный институт пользовался величайшим уважением как внутри страны, среди еврейского народа, так и за рубежом Святой Земли.

Талмудическая литература многим обязана трудам раббан Гамлиеля и его решениям. Многие алахи носят его имя. Как его дед Иллель, он много занимался вопросами, касающимися благополучия народа, и многие важные его решения были декретами, принятыми «мипней тикун золам» (в интересах народа), чтобы сохранить надлежащий социальный порядок и чтобы охранять благополучие бедных и нуждающихся. Многие из этих декретов раббан Гамлиеля касаются законов о браке и разводах. Например, еврейский закон разрешает мужу, живущему вдали от жены, выслать ей документ о разводе (гет) через посыльного, вместо того, чтобы вынуждать мужа вручать его жене лично; но мужу предоставлялось право пока гет в пути аннулировать его перед официальным судом в любом месте. Это приводило к ряду осложнений и неудобств для жены, которая никогда не могла быть уверена в том, что муж не аннулировал посланный им гет до его вручения. Поэтому раббан Гамлиель I издал декрет, не допускающий аннулирование гета в любом суде. Кроме того он распорядился, чтобы в гете были указаны все имена и прозвища мужа и жены, под которыми они где-либо известны, а не только их первоначальные имена и местожительства. Третья установка раббан Гамлиеля I допускает возможность довольствоваться свидетельством одного свидетеля, вместо обычно требующихся двух свидетелей, для подтверждения факта смерти мужа и, следовательно, возможность такой вдовы выйти замуж вторично.

Девиз р. Гамлиеля I приведен в Авот (I, 16): «Обеспечь себе учителя и избегай сомнений; не имей привычку давать маасер, десятину, на глаз и приблизительной оценкой».

Важность влияния раббан Гамлиеля как духовного пастыря еврейского народа и уважение, которым он пользовался, видны из ряда утверждений мудрецов. Одно из них гласит: «Со смертью раббан Гамлиеля исчезла слава Торы, и чистота, и сила воздержания». Они говорят, что раббан Гамлиель был муж исключительно святого поведения. Даже обычную пищу (хулин) он употреблял с той же святостью, как если бы это была святая пища (кодеш), и он убеждал своих учеников соблюдать чистоту и святость на таком же высоком уровне. Завет Кедошим тиею («Будьте святы») относится не только ккоаним и левиим, говорил он, но касается и обыкновенных евреев, ибо сказано ведь: «Говори всей еврейской общине и скажи всем: Будьте святы».

Судьба пощадила раббан Гамлиеля, ему не было дано видеть закат еврейского государства после смерти царя Агриппы и катастрофу разрушения Бет-Амикдаша. Но уже при нем Синедрион вынужден был оставить свое первоначальное местопребывание в лишкат агазис в Бет-Амикдаше и заседать вне Бет-Амикдаша на Храмовой горе.

ПРОВЕРЬТЕ СВОИ ЗНАНИЯ

1. Составьте предложения по каждому из следующих слов: Тора-шеБеал-Пе, зугот, алахот (Стр. 176).

2. Кто были пять «пар» таннаим? (Стр. 176).

3. Вспомните одно из учений Шемаи. (Стр. 177).

4. Кто сказал: «Мудрецы, будьте осторожны в выражениях!»? (Стр. 177).

5. Расскажите о случае появления Иоода перед Синедрионом. (Стр. 178).

6. Почему назывался Иллель «Иллель абавли» и «Иллель азакен»? (Стр. стр. 179–180).

7. Что такое «Кал вахомер», «Гезейра шава»? (Стр. 181).

8. В чем можно приравнять достижения Иллеля к деяниям Эзры? (Стр. 181).

9. Что такое «прузбул» и кю его ввел в практику? (Стр. 182).

10. Кто учил: «Изучение Торы должно быть твоим постоянным занятием; говори мало, но делай много; и принимай каждого доброжелательно> ? (Стр. 185).

11. Почему называли Иллеля и Шаммая «Патриархами всего мира»? (Стр. 185).

12. «Поразмысли внимательно над тремя вещами и ты избежишь греха...». Какие это три вещи и кто автор этого изречения? (Стр. 187).

13. Что Вы знаете о раббан Гамлиеле Азакене? (Стр. 188).

14. Кто ввел в практику принцип «Мипней тикун золам»? Объясните и приведите некоторые примеры. (Стр. 188).

15. «Обеспечь себе учителя и...». Впишите недостающие слова чтого изречения. (Стр. 189).


Вам понравился этот материал?
Участвуйте в развитии проекта Хасидус.ру!

Запись опубликована в рубрике: .