Новый светский еврей

(Продолжение. Начало здесь)

Однако, то, что является «облегчающим мнением» в мире формальной галахи, поднимает весьма тяжелые вопросы в области этики и межличностных отношений.

Основная проблема с применением понятий «принужденный» или «ребенок, родившийся в плену» в отношении к светским евреям лежит не в галахической области, а в области этики и межличностных отношений. Относясь к светскому еврею как к «плененному ребенку», мы тем самым постулируем, что он «принужден». Мы говорим: то, что он не соблюдает заповеди — это потому, что он принужден жить в соответствии с тем светским воспитанием, которое он получил.

На языке галахи «принуждение» (אונס) — не есть чисто техническое оправдание,  чтобы освободить человека от наказания. Речь идет о терминологии, формирующей наше отношение к этим людям, людям самостоятельным и свободным, уверенным в том, что они живут своей жизнью в соответствии с их собственными убеждениями, с их собственными решениями. А мы приходим к ним и говорим: «Вам лишь кажется, что Вы свободны, что Вы сами избрали свой жизненный путь! На самом деле вы «дети плена»!»

Таким образом, в понятиях «принужденный» или «дети плена» заложено определенное суждение, видящее в светском человеке «низшую расу».

Светский человек «живет свою жизнь во тьме», и лишь ортодоксальный еврей «видит свет». Относясь к светскому человеку как к «принужденному» - мы ставим себя выше него. Мы считаем допустимым указывать ему, что он должен делать. Мы разрешаем себе относиться без должного уважения к его позиции. Ведь только «мы» (ортодоксы) — «носители абсолютной истины». А «они» (светские) — заблуждающиеся, «малые дети», «дети плена», которых следует «наставлять на путь истинный». А если они сопротивляются — так это только показывает, насколько серьезна их болезнь…

Мы отказываем им — как будто бы ради их собственного блага — в способности здравого суждения. Мы считаем, что они не способен рационально мыслить.

Этот общий подход религиозного еврейства к светскому обществу имеет зачастую практические последствия. Как пример можно привести, что нередко светские люди высказывают свое разочарование различного рода встречам, «диалогам» или «круглым столам» между светскими и религиозными. Они утверждают, что религиозные разговаривают с ними «сверху вниз». Они утверждают, что пришли на встречу с религиозными, чтобы вести беседу на равных, а религиозные приходят на встречу для того, чтобы толкать речи и «раскрывать им свет».

Новый светский еврей

Я считаю (автор статьи — раввин нео-ортодоксального объединения раввинов Бет Гилель. прим. переводчика), что отношение к светскому еврейству и к явлению эмансипации в общем, требует общего взгляда, требует признания того факта, что речь идет о новом глобальном явлении, и было бы неверно формировать отношение к этому явлению с помощью «утилизации» классических галахических понятий, заимствованных из других сфер.

Формальные подходы, суть которых я изложил выше — не дают возможности адекватного восприятия самой сути явления современного светского еврейства. Неоднократно они приводят к абсурдной ситуации, вынуждая религиозного еврея смотреть на современного свободного интеллигентного человека как на  «маррана», хотя эти люди получили еврейское воспитание, обладают глубоко укорененной еврейской идентичностью, и зачастую также весьма сведущи в еврейских источниках.

Я предлагаю подход, что отношение к «хилони» (светскому еврею) нашего времени должно быть основано на однозначной констатации того факта, что он не идентичен «грешникам», о которых говорится в Хазал и у Рамбама. Думается, что любой порядочный человек интуитивно чувствует это различие, и я хочу указать на несколько основных моментов, в которых это различие выражается:

А) В прошлые исторические эпохи атеист находился в религиозном обществе. Сегодня религиозный еврей находится в светском обществе. Этот очевидный исторический факт весьма значим, ибо в прошлом прекращение религиозного образа жизни представляло собой грубое оскорбление Торы Израиля. Сегодня уже этот фактор не действует. Светский еврей, даже если он вырос в религиозной семье, и хочет жить как все люди вокруг, как большинство общества — им движет желание жить самостоятельной жизнью, а не поднимать флаг восстания против иудаизма.

Б) В прошлом религиозная составляющая была интегральной частью еврейской идентичности. Как следствие, оставление религии означало разрыв всякой связи с еврейским народом. Тот, кто сбрасывал с себя иго заповедей, назывался в средневековой литературе «уходящим с пути общества», ибо основная часть общества соблюдала заповеди, а он — выходил из общества, и поэтому «заповедь ненавидеть его и убить его» (Рамбам, комментарий к Мишне Сангедрин, гл. 10). Сегодня же, напротив, многие евреи оставили Тору, но отнюдь не разорвали свою связь со своим народом. Они не религиозны, но они очень евреи с точки зрения их обязательств к еврейскому народу и Государству Израиля.

В) в прошлом, когда все законодательство и общественное устройство черпали свою силу и устойчивость из религиозной веры, было весьма логично утверждать, что выход из стен религиозного общества влечет за собой отвержение базовых человеческих принципов. Общее настроение в прошлом было — если ты не веруешь — то на тебя нельзя положиться, и вообще — невозможно полагаться на человека, у которого нет Б-га. Мусарники любили цитировать в этом отношении известный стих, произнесенный Авраамом, когда он пришел в опасную область Герара «однако нет страха перед Б-гом в месте сем, и убьют меня» (Берейшис 20, 1). Авраам, таким образом, утверждает, что религиозная вера и страх перед Небесами -это единственное надежное поручительство для морали и справедливого общественного устройства, и без них люди способны даже на убийство.

Сегодня все понимают, что также люди, лишенные религиозной веры, чувствуют обязанность вести себя в соответствии за законами и ценностями морали. Более того, есть области, где светский мир выстроил более куда справедливую систему закона и морали,  чем это принято в религиозном мире.

В том новом подходе, которое я хочу предложить, я основываюсь на подобном прецеденте, появляющемся в галахической литературе, и принятой большинство поским. Талмудическая Галаха сформулировала, как известно, очень жесткие правила в отношении к не-евреям, назначение которых было создать плотный барьер между евреями и христианами-идолопоклонниками. Однако выясняется, что в средневековой Европе взаимоотношения между евреями и неевреями были достаточно близки, и выходили далеко за пределы талмудических ограничений. Из сочинений Раши, Рабейну Тама, Баалей Тосафот и далее мы находим оправдания подобного расширения, основывающееся на утверждении, что следует различать между гоим-идолопоклонниками времен Хазаль, и их современниками. Они приходят и говорят, что «гоим в наше время — не идолопоклонники» и это не связано с теологией христианства, а практикой их богослужениях. Не теологическое изменение установило новые нормы, но социальные перемены, приведшие к тому, что «эти народы не фанатичны в своей вере, но «обычай отцов их в руках их». Один из видных мудрецов средневековья, рабби Менахем Меири, пошел еще дальше, и установил, что неевреские народы Европы отличаются от предыдущих поколений по сути своей, тем, что они «соблюдают религиозные нормы», т.е., соблюдают нормы закона, порядка и морали. Законы (запрета) идолопоклонства (и отношения к идолопоклонникам), говорит Меири, «были установлены в отношении тех времен, когда те народы идолопоклонники были осквернены своими мерзкими делами, и когда их мораль была извращена. Но остальные народы, принявшие на себя закон и мораль, чистые от мерзостей, и наоборот, наказывающие за их совершение, несомненно, что это (законы запрета идолопоклонства и отношения к идолопоклонникам) не имеет к ним отношения» (Бет аБхира на трактат Авода Зара, Иерусалим 1944, стр. 53, 46, 48, 59)[1]

Подобно тому, как средневековые народы Европы не похожи на идолопоклонников времен Хазал, также и современный хилони не похож на «грешника» прошлых эпох. В прошлом, еврей, сбрасывавший с себя иго заповедей, тем самым сбрасывал с себя не только еврейство, но также и все человеческие нормы справедливого общества. Он, естественно, воспринимался как человек, отбросивший от себя все законы, мораль и содержательную жизнь, ради жизни разнузданной и беспечной.

Сегодня, в большинстве случаев, в отношении абсолютного большинства светских людей это совершенно не так. Наоборот, мир духа и еврейской культуры развился в немалой степени в новое время в заслугу того, что он воспринял базисные ценности, выработанные светским обществом. Такие понятия, как свобода личности, права личности, равенство между людьми, стремление к справедливому общественному устройству, установление принципов эффективного менеджмента, охрана окружающей среды и т.п. — хотя, в определенной степени, можно найти их прототипы в традиционных еврейских источниках, но лишь современная культура, с ее либеральными ценностями и демократией, привела к их развитию и применению.

Можно найти подтверждение такому подходу в словах рава Кука. Рав Кук писал в свое время о трех движениях, борющихся за гегемонию в еврейском обществе: ортодоксия, несущая знамя святости, национальное движение, требующая продвигать интересы нации, и либеральное движение, движимое общечеловеческими ценностями, и оно «требует общечеловеческое содержание разума, культуры и морали» (Орот, 70-71). Можно было ожидать, что рав Кук негативно отнесется к либеральному движению, однако он не делает этого, но говорит, что все три эти силы весьма необходимы, и следует стремиться к гармоничному сочетанию между ними, так, чтобы ни одно из них не оттесняло другое. Современный хилони представляет собой — своими воззрениями и своим образом жизни — эти гуманные ценности Просвещения, культуры и морали, и религиозное общество должно найти путь диалога с ним, и с теми духовными ценностями, которые он представляет. Мне представляется, что подобный подход —основа мировоззрения современной ортодоксии (нео-ортодоксии).

Этот новый подход означает, что в каждом еврее, связывающем свою жизнь с народом Израиля, следует видеть своего ближнего, во всех отношениях. Подобный подход гармонично сочетается с нашей внутренней интуицией, является базисом для истинного уважения к нерелигиозному еврею, и позволяет относиться к другому как к брату, даже если он не «брат твой в Торе и заповедях», видеть в нем друга и компаньона и вести с ним диалог на равных.

Все это — без того, чтобы обращаться к нелестным предположениям о его способности логически рассуждать, или предположениям о том, что секуляризация есть временное явление, играющее лишь инструментальную роль.

Понятно, что подобный подход не означает запрета критиковать определенные негативные явления современного светского общества, как например, стремление «все разрешить». Этот новый подход хорошо вписывается также в тот факт, что в современном нерелигиозном обществе растет интерес к еврейским традиционным источникам, к обычаям и ценностям иудаизма. Многие современные хилоним присоединяются к различным кружкам изучения иудаизма, в рамках различных структур, а другие соблюдают частично или селективно обычая субботы, праздников и т.д.

Просвещенное отношение к нашим братьям, не соблюдающим Тору и заповеди, является одним из базовых принципов деятельности организации Бет Гилель, представляющей нео-ортодоксальное направление в Израиле. Снисходительное отношение к светским евреям приводит не единожды к выстраиванию барьеров между различными секторами общества, в то время, как подход Бет Гилель строит мосты.

С самого начала деятельности нашей организации мы начертали на наших знаменах веление времени — «приближать, а не отдалять». Мы движемся тремя путями к достижению этой цели. Первый путь — публикация релевантных галахиеских постановлений, например, как могут соблюдающие кашрут вести себя в домах, где кашрут не соблюдается. Или как можно пригласить на субботу еврея не соблюдающего субботу, несмотря на проблему поездки в субботу. Второй путь — формирование образцов позитивного мышления в отношении культуры и ценностей современного мира. Третий путь — базирующийся на двух первых — организация совместной деятельности религиозных и светских евреев.

Одна из последних инициатив Бет Гилель в этой области, удостоившаяся также широкого освещения в израилськой прессе — была инициатива «Израилськой субботы». Как результат, более 2000 светских и религиозных семей побывали в гостях одни у других, в субботу Хаей Сара (26.10.13). В продолжение Бет Гилель предложил проводить семейные вечера в Хануку, под девизом «Свеча, которая соединяет». Еще один пример плодотворного сотрудичества — это организация проекта «Израильская Шмита», призванного объяснить моральное и философское значение шмиты, и видеть в ней возможность для обсуждения и претворения в жизнь принципов социальной справедливости, воспитание высокоморальной личности, заботы об окружающей среде, обновление общинной жизни и т.д. Вместо того, чтобы заниматься «пленными детьми», мы стремимся привести в мир детей, полных жизни, в виде инициатив и новых творческих свершений.  



[1] Лично мне кажется спорной такая характеристика народов Европы в средние века. С другой стороны — она достаточна правдоподобна если применить ее к современным цивилизованным нациям (прим. переводчика)

Запись опубликована в рубрике: .
  • Поддержать проект
    Хасидус.ру