О Западной цивилизации и побочном действии соли и сена.

«…И стал Эйсав человеком искусным в улове…» (Берейшит 25:27)

О каком улове идёт речь? Раши объясняет, что речь идёт об уловках, которые использовал Эйсав, обманывая людей своими словами. Так например он спрашивал у своего отца Ицхака о том, как отделять десятину от соли и от соломы, тем самым пытаясь произвести впечатление человека скрупулёзного в исполнении заповедей.

Часто вопрос Эйсава об отделении десятины от соли и соломы воспринимают как невежество и полное непонимание смысла заповеди десятины — ведь любой ребёнок изучающий Тору знает, что этого делать не нужно. Сохачёвер Ребе говорит, что вопрос о соли и соломе выбран далеко не случайно, и понимание этого вопроса позволяет понять суть Эйсава и его коренное отличие от его брата близнеца Яакова.

Так как противостояние двух близнецов братьев Яакова и Эйсава это один из базовых конфликтов мироздания, нужно обратить внимание на базовые составляющие всех миров: сосуд и свет, тело и душа, внешнее и внутреннее. Одной из таких пар будет икар и тофель. Икар — это основное и первичное, а тофель — это побочное и вторичное. Эти два понятия широко распространены.

Например на уровне дней недели, шесть дней недели, предшествующие Шаббату — это тофель (вторичное), а сам Шаббат — это икар (основное). Плод и кожура так же попадают в эти категории — где плод это основное, а кожура это вспомогательное. Без шести дней недели не будет Шаббата, а без кожуры плод не сможет вырасти. Но именно это утверждение и оспаривает Эйсав, говоря что рабочие дни недели — это и есть суть, а Шаббат нужен только для того, чтобы отдохнуть, и по окончании Шаббата продолжить рабочую неделю.

В паре Эйсав и Яаков Эйсав должен был быть вспомогательным элементом, а Яаков — целью. Но Эйсаву принципиально не подходил вариант, в котором он бы выступал в позиции «второй скрипки». Теперь понятно, что вопрос об отделении десятины от соли и от соломы не был просто надуманной претензией Эйсава. Этот вопрос к Ицхаку был его основным жизненным вопросом: он хотел знать, есть ли у него возможность выйти на уровень икар — стать основой, а не вспомогательным элементом.

По определению сено — это побочный продукт от выращивания пшеницы, а соль — это только приправа к пище. Как в случае сена, так и в случае соли, тяжело подобрать более удачный пример второстепенного, и имеющего смысл только тогда, когда есть основное.

Эйсав как прародитель Западной цивилизации передал своим продолжателем ту же претензию на цель мироздания. Глупо отрицать всё созданное западной цивилизацией как никому не нужное. Проблема с достижениями Западной цивилизации заключается в том, что не смотря на все попытки объявить себя целью мироздания, все эти достижения является исключительно вспомогательными, а не самодостаточными. Другими словами они имеют такую же ценность как и приправа; но при отсутствии целей установленных Торой все эти достижения так же бессмысленны, как и приправа без еды.

О Западной цивилизации и побочном действии соли и сена.

«…И стал Эйсав человеком искусным в улове…» (Берейшит 25:27)

О каком улове идёт речь? Раши объясняет, что речь идёт об уловках, которые использовал Эйсав, обманывая людей своими словами. Так например он спрашивал у своего отца Ицхака о том, как отделять десятину от соли и от соломы, тем самым пытаясь произвести впечатление человека скрупулёзного в исполнении заповедей.

Часто вопрос Эйсава об отделении десятины от соли и соломы воспринимают как невежество и полное непонимание смысла заповеди десятины — ведь любой ребёнок изучающий Тору знает, что этого делать не нужно. Сохачёвер Ребе говорит, что вопрос о соли и соломе выбран далеко не случайно, и понимание этого вопроса позволяет понять суть Эйсава и его коренное отличие от его брата близнеца Яакова.

Так как противостояние двух близнецов братьев Яакова и Эйсава это один из базовых конфликтов мироздания, нужно обратить внимание на базовые составляющие всех миров: сосуд и свет, тело и душа, внешнее и внутреннее. Одной из таких пар будет икар и тофель. Икар — это основное и первичное, а тофель — это побочное и вторичное. Эти два понятия широко распространены.

Например на уровне дней недели, шесть дней недели, предшествующие Шаббату — это тофель (вторичное), а сам Шаббат — это икар (основное). Плод и кожура так же попадают в эти категории — где плод это основное, а кожура это вспомогательное. Без шести дней недели не будет Шаббата, а без кожуры плод не сможет вырасти. Но именно это утверждение и оспаривает Эйсав, говоря что рабочие дни недели — это и есть суть, а Шаббат нужен только для того, чтобы отдохнуть, и по окончании Шаббата продолжить рабочую неделю.

В паре Эйсав и Яаков Эйсав должен был быть вспомогательным элементом, а Яаков — целью. Но Эйсаву принципиально не подходил вариант, в котором он бы выступал в позиции «второй скрипки». Теперь понятно, что вопрос об отделении десятины от соли и от соломы не был просто надуманной претензией Эйсава. Этот вопрос к Ицхаку был его основным жизненным вопросом: он хотел знать, есть ли у него возможность выйти на уровень икар — стать основой, а не вспомогательным элементом.

По определению сено — это побочный продукт от выращивания пшеницы, а соль — это только приправа к пище. Как в случае сена, так и в случае соли, тяжело подобрать более удачный пример второстепенного, и имеющего смысл только тогда, когда есть основное.

Эйсав как прародитель Западной цивилизации передал своим продолжателем ту же претензию на цель мироздания. Глупо отрицать всё созданное западной цивилизацией как никому не нужное. Проблема с достижениями Западной цивилизации заключается в том, что не смотря на все попытки объявить себя целью мироздания, все эти достижения является исключительно вспомогательными, а не самодостаточными. Другими словами они имеют такую же ценность как и приправа; но при отсутствии целей установленных Торой все эти достижения так же бессмысленны, как и приправа без еды.

О безымянном Аврааме.

«И открыл Себя ему Всевышний в Элоне-Мамре…» (Берешит 18:1).

Леви Ицхак из Бердичева обрашает наше внимание на то, что в этом месте не совсем понятно кому именно открыл себя Всевышний. Почему если в конце предыдущей недельной главы Лех-Леха говорится о том, что Всевышний «удалился» от Авраама (Берейшит 17:22), то в самом начале нашей недельной главы Авраам не упомянут по имени, и только из устной торы нам известно о том, что «открыл Себя ему» в этом случае означает открыл Себя Аврааму?

Кедушат аЛеви напоминает о том, что «раскрытие» Всевышнего в этом мире может происходить по разному. Существует уровень, который называется Эцем аШем — суть Всевышнего. Об этом уровне ничего сказать нельзя, так как этот уровень восприятия не выражаем словами. Следующий уровень — это уровень Эйн Соф — определяется через категорию отрицания: бесконечный, безграничный и так далее. Следующий уровень — это уровень, на котором появляются так называемые Имена Всевышнего.

Этот процесс спуска от общего к частному существует и на уровне сотворённого Всевышним — начиная от уровня ангелов и заканчивая уровнем человека. Имя данное человеку Всевышним (совсем не обязательно что это то же самое имя что было дано ребёнку родителями) определяет степень, в которой человек может воспринять «свет» Всевышнего без каких либо повреждений, нанесённых этим светом.

Буквы имени, данного человеку, действуют как сосуды, фильтрующие свет определённым образом; и в ходе прохождения светом через фильтры поток света сужается до оптимального «уровня подсветки» необходимой человеку на определённом этапе. В этом случае буквы имени ограничивают свет так же, как и тело ограничивает душу. Если же уровень, на котором человек находится представляется ему недостаточным, и он поднимается на более высокий уровень, то о нём можно сказать, что этот человек «сбросил» с себя старое имя (Кедушат аЛеви, Ваера, 26).

Когда в начале этой недельной главы говорится о том, что Всевышний открыл себя ему без упоминания имени Авраама, речь идёт о том, что Авраам в своём постоянном стремлении к все более и более высокому уровню перешёл в состояние, в котором он освободился от ограничений, наложенных на него именем. Он вышел на уровень без имён. А это как мы уже говорили в самом начале этого комментария состояние, которое нельзя выразить словами.

О безымянном Аврааме.

«И открыл Себя ему Всевышний в Элоне-Мамре…» (Берешит 18:1).

Леви Ицхак из Бердичева обрашает наше внимание на то, что в этом месте не совсем понятно кому именно открыл себя Всевышний. Почему если в конце предыдущей недельной главы Лех-Леха говорится о том, что Всевышний «удалился» от Авраама (Берейшит 17:22), то в самом начале нашей недельной главы Авраам не упомянут по имени, и только из устной торы нам известно о том, что «открыл Себя ему» в этом случае означает открыл Себя Аврааму?

Кедушат аЛеви напоминает о том, что «раскрытие» Всевышнего в этом мире может происходить по разному. Существует уровень, который называется Эцем аШем — суть Всевышнего. Об этом уровне ничего сказать нельзя, так как этот уровень восприятия не выражаем словами. Следующий уровень — это уровень Эйн Соф — определяется через категорию отрицания: бесконечный, безграничный и так далее. Следующий уровень — это уровень, на котором появляются так называемые Имена Всевышнего.

Этот процесс спуска от общего к частному существует и на уровне сотворённого Всевышним — начиная от уровня ангелов и заканчивая уровнем человека. Имя данное человеку Всевышним (совсем не обязательно что это то же самое имя что было дано ребёнку родителями) определяет степень, в которой человек может воспринять «свет» Всевышнего без каких либо повреждений, нанесённых этим светом.

Буквы имени, данного человеку, действуют как сосуды, фильтрующие свет определённым образом; и в ходе прохождения светом через фильтры поток света сужается до оптимального «уровня подсветки» необходимой человеку на определённом этапе. В этом случае буквы имени ограничивают свет так же, как и тело ограничивает душу. Если же уровень, на котором человек находится представляется ему недостаточным, и он поднимается на более высокий уровень, то о нём можно сказать, что этот человек «сбросил» с себя старое имя (Кедушат аЛеви, Ваера, 26).

Когда в начале этой недельной главы говорится о том, что Всевышний открыл себя ему без упоминания имени Авраама, речь идёт о том, что Авраам в своём постоянном стремлении к все более и более высокому уровню перешёл в состояние, в котором он освободился от ограничений, наложенных на него именем. Он вышел на уровень без имён. А это как мы уже говорили в самом начале этого комментария состояние, которое нельзя выразить словами.

Опрос общественного мнения о заповеди обрезания.

Реакция Авраама на получение заповеди обрезания сильно удивляет. Более того, похоже что его действия после получения этой заповеди разительно отличаются от других известных нам ситуаций, связанных с действиями Авраама. Вместо ожидаемого немедленного выполнения приказа Всевышнего, Авраам решает узнать у своих друзей — делать ему обрезание или не делать…

«У Авраама было три близких друга: Анер, Эшколь и Мамрей. После получения заповеди об обрезании Авраам пошёл к ним спросить совета. Анер рекомендовал не делать обрезание, так как выжившие родственники побеждённых в недавней Войне 4 Царей могут воспользоваться случаем и попытаться убить его. Эшколь указал на смертельный риск, связанный с операцией в пожилом возрасте. И только Мамрей сказал Аврааму сделать обрезание…» (Мидраш Танхума, Ваера, 3).

К этому очень странному мидрашу можно добавить ещё один, не менее странный: «… Откуда происходит название Кириат Арба? Из-за четырёх праведников живших там: Анер, Эшколь, Мамрей и Авраам; и эти четыре цадика сделали себе там обрезание» (Берейшит Раба 58:4). Сохачёвер Ребе приводит эти мидраши для того, чтобы подчеркнуть, что проблема, перед которой оказался Авраам получив заповедь обрезания, была далеко не тривиальной.

Обрезание вывело бы Авраама на качественного новый уровень, и именно переход отношений со Всевышним в принципиально другую стадию представлялся проблемой Аврааму. После брит милы Авраам стал бы другим — Другим в буквальном смысле слова: другим физически и другим духовно. Авраам стал бы настолько сильно отличаться от других, что это ставило бы под сомнение дальнейшую возможность его контакта с другими людьми (Шем МиШмуэль, Ваера, 5671).

Теперь становится понятно почему Авраам решил спросить совета своих друзей. Близкие друзья Авраама были его основными точками контакта в этом мире, и он нуждался в них для продолжения контакта. Его друзья играли роль представителей остального человечества, и Аврааму было важно, чтобы они приняли участие и в следующей фазе исправления этого мира.

То что друзья Авраама, несмотря на изначальное неприятие идеи, все таки согласились с Авраамом, является примером одного из основных принципов исправления мира. Человек исправляет самого себя, при этом оставаясь частью мира, а не уходя в полную изоляцию. В этом случае исправив себя, и будучи при этом частью мира, человек меняет мир к лучшему.

В самом конце недельной главы Лех-Леха говорится о том, что Авраам сделал обрезание себе, Ишмаэлю и всем своим наёмным работникам. Теперь понятно, что это перечисление тех, кому было сделано обрезание означает успех Авраама в том, что в ходе своего духовного подъёма он смог ускорить развитие людей на всех уровнях духовной эволюции — от уровня, который называется Ишмаэль (чрезвычайно высокая ступень) до уровня, который называется наёмный рабочий (довольно низкая ступень развития).

Об этом хорошо помнить всем пришедшим к Торе, но сжёгшим все мосты с «прошлым миром» — это далеко не идеальный вариант! Более того, этот ход событий порой приводит к плачевным результатам. И глядя на события, описанные в предыдущей недельной главе Ноах, становится все сильнее видна разница между путём Ноаха, не затащившего на ковчег ни одного человека кроме членов своей семьи, и путём Авраама, который перевернул весь мир.

Опрос общественного мнения о заповеди обрезания.

Реакция Авраама на получение заповеди обрезания сильно удивляет. Более того, похоже что его действия после получения этой заповеди разительно отличаются от других известных нам ситуаций, связанных с действиями Авраама. Вместо ожидаемого немедленного выполнения приказа Всевышнего, Авраам решает узнать у своих друзей — делать ему обрезание или не делать…

«У Авраама было три близких друга: Анер, Эшколь и Мамрей. После получения заповеди об обрезании Авраам пошёл к ним спросить совета. Анер рекомендовал не делать обрезание, так как выжившие родственники побеждённых в недавней Войне 4 Царей могут воспользоваться случаем и попытаться убить его. Эшколь указал на смертельный риск, связанный с операцией в пожилом возрасте. И только Мамрей сказал Аврааму сделать обрезание…» (Мидраш Танхума, Ваера, 3).

К этому очень странному мидрашу можно добавить ещё один, не менее странный: «… Откуда происходит название Кириат Арба? Из-за четырёх праведников живших там: Анер, Эшколь, Мамрей и Авраам; и эти четыре цадика сделали себе там обрезание» (Берейшит Раба 58:4). Сохачёвер Ребе приводит эти мидраши для того, чтобы подчеркнуть, что проблема, перед которой оказался Авраам получив заповедь обрезания, была далеко не тривиальной.

Обрезание вывело бы Авраама на качественного новый уровень, и именно переход отношений со Всевышним в принципиально другую стадию представлялся проблемой Аврааму. После брит милы Авраам стал бы другим — Другим в буквальном смысле слова: другим физически и другим духовно. Авраам стал бы настолько сильно отличаться от других, что это ставило бы под сомнение дальнейшую возможность его контакта с другими людьми (Шем МиШмуэль, Ваера, 5671).

Теперь становится понятно почему Авраам решил спросить совета своих друзей. Близкие друзья Авраама были его основными точками контакта в этом мире, и он нуждался в них для продолжения контакта. Его друзья играли роль представителей остального человечества, и Аврааму было важно, чтобы они приняли участие и в следующей фазе исправления этого мира.

То что друзья Авраама, несмотря на изначальное неприятие идеи, все таки согласились с Авраамом, является примером одного из основных принципов исправления мира. Человек исправляет самого себя, при этом оставаясь частью мира, а не уходя в полную изоляцию. В этом случае исправив себя, и будучи при этом частью мира, человек меняет мир к лучшему.

В самом конце недельной главы Лех-Леха говорится о том, что Авраам сделал обрезание себе, Ишмаэлю и всем своим наёмным работникам. Теперь понятно, что это перечисление тех, кому было сделано обрезание означает успех Авраама в том, что в ходе своего духовного подъёма он смог ускорить развитие людей на всех уровнях духовной эволюции — от уровня, который называется Ишмаэль (чрезвычайно высокая ступень) до уровня, который называется наёмный рабочий (довольно низкая ступень развития).

Об этом хорошо помнить всем пришедшим к Торе, но сжёгшим все мосты с «прошлым миром» — это далеко не идеальный вариант! Более того, этот ход событий порой приводит к плачевным результатам. И глядя на события, описанные в предыдущей недельной главе Ноах, становится все сильнее видна разница между путём Ноаха, не затащившего на ковчег ни одного человека кроме членов своей семьи, и путём Авраама, который перевернул весь мир.

Второй принцип термодинамики до потопа.

Как хорошо известно, наше впечатление о человеке может радикально измениться в силу казалось бы микроскопических деталей. Один направленный в отличную от ожидаемого направления взгляд может изменить социальную характеристику человека до неузнаваемости. И уж конечно если в описании одной из ключевых фигур Торы есть «лишние» слова, то они конечно же что-то значат.

В контексте известного спора о разнице в уровнях между Ноахом и Авраамом, Сохачёвер Ребе обращает наше внимание на детали портрета Ноаха и Авраама. Ноах уже находится в категории праведника — это для него уже зафиксированное состояние: «… Ноах был праведник, совершенный в своём поколении…» (Берейшит 6:9). Тем временем Авраам получает предложение достичь этого уровня; уровня которым он до этого момента не обладал: «…Иди предо Мной и будь совершенным.»

Зоар даёт предельно короткое, но не очень понятное определение Ноаха : «Ноах — это Шаббат». А Авраам, Ицхак и Яаков соответствуют праздникам Песах, Шавуот и Суккот(Шем миШмуэль, Ноах, 57). Тогда разговор о превосходстве уровня Авраама над уровнем Ноаха становится совсем непонятным. Ведь Шаббат находится на качественно более высоком уровне чем Песах, Шавуот и Суккот, более того Шаббат является их источником. В каббалистических терминах Шаббат соответствует сфире Хохма, а праздники сфире Бина.

Одна из основных характеристик Шаббата — это неизменность и постоянство. Шаббат происходит каждые семь дней, и наша задача вести себя так, чтобы иметь отношение к Шаббату — то что называется хранить и помнить Шаббат.

С праздниками все обстоит совсем по другому. Дело в том, что фиксированный календарь, при котором мы заранее знаем когда наступит новый месяц, и соответственно на какие дни выпадают праздники, свидетельствует о потере контроля над временем. Фиксированный календарь появился только в то время, когда в результате разрушения храма и отсутствия Санхедрина была потеряна возможность выполнить заповедь Кидуш аХодеш (установление нового месяца по свидетельским показаниям двух свидетелей).

До тех пор пока календарь не был зафиксирован, заповедь Кидуш аХодеш позволяла нам устанавливать сезоны (добавлением второго месяца Адар в високосный год) и влиять на даты праздников. Таким образом, в случае праздников от нас требуется значительно большая степень вовлечения в процесс.

Эта разница между Шаббатом и праздниками и позволяет понять разницу между Ноахом и Авраамом. Ноах родился цадиком, более того он родился обрезанным (Авот деРабби Натан, 2:5), что ещё один раз намекает на то, что всё чего он достиг, было достигнуто уже при рождении. Праведность Ноаха была врождённой — ему не нужно было прикладывать собственных усилий для достижения своего уровня.

Авраам и его потомки Ицхак и Яаков как никто другой характеризуются постоянной работой над собой. В отличии от Ноаха, который родился праведником, с обстоятельствами рождения Авраама все обстоит по другому. Тяжело себе представить более неудачные семейные условия: отец Авраама был продавцом идолов, а мать, согласно комментариям Аризаля была нида (в состоянии ритуальной нечистоты) во время его зачатия. Тем не менее это не помешало Аврааму достичь своего уровня.

В противопоставлении Ноаха Аврааму речь конечно же идёт не только о той опасности, которая заключается в бездействии. К сознательному возрасту большинство людей замечают, что все качества, которые не развиваются и не поддерживаются осознанным образом, постепенно угасают и исчезают. В том что мы живём в мире, в котором действует закон энтропии, ничего нового нет. Новым является заявление о том, что несмотря на самые неблагоприятные начальные условия и сопротивление всего мира, у каждого кто хочет начать меняться к лучшему есть безусловный шанс на успех.

Второй принцип термодинамики до потопа.

Как хорошо известно, наше впечатление о человеке может радикально измениться в силу казалось бы микроскопических деталей. Один направленный в отличную от ожидаемого направления взгляд может изменить социальную характеристику человека до неузнаваемости. И уж конечно если в описании одной из ключевых фигур Торы есть «лишние» слова, то они конечно же что-то значат.

В контексте известного спора о разнице в уровнях между Ноахом и Авраамом, Сохачёвер Ребе обращает наше внимание на детали портрета Ноаха и Авраама. Ноах уже находится в категории праведника — это для него уже зафиксированное состояние: «… Ноах был праведник, совершенный в своём поколении…» (Берейшит 6:9). Тем временем Авраам получает предложение достичь этого уровня; уровня которым он до этого момента не обладал: «…Иди предо Мной и будь совершенным.»

Зоар даёт предельно короткое, но не очень понятное определение Ноаха : «Ноах — это Шаббат». А Авраам, Ицхак и Яаков соответствуют праздникам Песах, Шавуот и Суккот(Шем миШмуэль, Ноах, 57). Тогда разговор о превосходстве уровня Авраама над уровнем Ноаха становится совсем непонятным. Ведь Шаббат находится на качественно более высоком уровне чем Песах, Шавуот и Суккот, более того Шаббат является их источником. В каббалистических терминах Шаббат соответствует сфире Хохма, а праздники сфире Бина.

Одна из основных характеристик Шаббата — это неизменность и постоянство. Шаббат происходит каждые семь дней, и наша задача вести себя так, чтобы иметь отношение к Шаббату — то что называется хранить и помнить Шаббат.

С праздниками все обстоит совсем по другому. Дело в том, что фиксированный календарь, при котором мы заранее знаем когда наступит новый месяц, и соответственно на какие дни выпадают праздники, свидетельствует о потере контроля над временем. Фиксированный календарь появился только в то время, когда в результате разрушения храма и отсутствия Санхедрина была потеряна возможность выполнить заповедь Кидуш аХодеш (установление нового месяца по свидетельским показаниям двух свидетелей).

До тех пор пока календарь не был зафиксирован, заповедь Кидуш аХодеш позволяла нам устанавливать сезоны (добавлением второго месяца Адар в високосный год) и влиять на даты праздников. Таким образом, в случае праздников от нас требуется значительно большая степень вовлечения в процесс.

Эта разница между Шаббатом и праздниками и позволяет понять разницу между Ноахом и Авраамом. Ноах родился цадиком, более того он родился обрезанным (Авот деРабби Натан, 2:5), что ещё один раз намекает на то, что всё чего он достиг, было достигнуто уже при рождении. Праведность Ноаха была врождённой — ему не нужно было прикладывать собственных усилий для достижения своего уровня.

Авраам и его потомки Ицхак и Яаков как никто другой характеризуются постоянной работой над собой. В отличии от Ноаха, который родился праведником, с обстоятельствами рождения Авраама все обстоит по другому. Тяжело себе представить более неудачные семейные условия: отец Авраама был продавцом идолов, а мать, согласно комментариям Аризаля была нида (в состоянии ритуальной нечистоты) во время его зачатия. Тем не менее это не помешало Аврааму достичь своего уровня.

В противопоставлении Ноаха Аврааму речь конечно же идёт не только о той опасности, которая заключается в бездействии. К сознательному возрасту большинство людей замечают, что все качества, которые не развиваются и не поддерживаются осознанным образом, постепенно угасают и исчезают. В том что мы живём в мире, в котором действует закон энтропии, ничего нового нет. Новым является заявление о том, что несмотря на самые неблагоприятные начальные условия и сопротивление всего мира, у каждого кто хочет начать меняться к лучшему есть безусловный шанс на успех.

О ветвях дерева Жизни, искрах и потере концентрации.

Первое сообщение от Всевышнего ново-сформированному человеку содержит несколько моментов на которые нужно обратить пристальное внимание:

«…От всякого дерева в саду ешь и будешь есть. Но от древа соединения добра и зла, не ешь от него; ибо в день, когда станешь есть от него, смертью умрёшь» (Берейшит 2:16-17).

Ребе Элимелех из Лиженска предлагает обратить внимание на следующие детали:

1. Повторение слов в «ешь и будешь есть»
2. «от него» кажется лишним
3. «смертью умрёшь» — опять повторение слов
4. Во время последующего разговора со змеем, Хава добавляет к запрету на поедание плодов дерева соединения добра и зла дополнительный запрет на прикосновение к дереву.

Ноам Элимелех (Берейшит, 19) объясняет эту проблему следующим образом: Когда Всевышний разрешает есть от всякого дерева, то нужно помнить о том, что все деревья в Ган Эден за исключением дерева соединения добра и зла были ветвями одного единственного дерева — дерева Жизни. Поедание плодов от дерева Жизни — это намёк на изучение Торы, которая всегда именуется деревом Жизни.

Причина по которой используется повторение слов «ешь и будешь есть» — это указание на два пути в познании Торы — лишма и ло лишма. Изучение Торы лишма — это уровень на котором причина для изучения торы — это связь с Создателем. Но и в том случае когда уровень лишма не достигнут, и в изучении Торы присутствует и другая мотивация, нужно продолжать учить Тору ло лишма. То есть в случае «ешь и будешь» имеется ввиду следующее: В идеале нужно «есть» — то есть постигать Тору для того чтобы приблизиться к Всевышнему, но в случае, когда этот вариант временно недоступен, нужно все равно продолжать изучение Торы на уровне ло лишма — обозначенного словами «и будешь есть».

Слова «от него» в контексте запрета на поедание плодов дерева соединения добра и зла указывают на возможную опасность в случае другого метода связи со Всевышним – извлечении искр святости из материального мира. Как известно, на одном из этапов создания произошло так называемое разбиение сосудов, в результате которого искры святости (ницуцот шель Кдуша) находятся в скорлупе (клипа). Основная работа человека в этом мире — это сортировка и последующее освобождение искр от скорлупы.

Опасность которая существует в этом виде работы заключается в том, что при контакте с материей вместо извлечения искр из скорлупы можно ошибиться, и сконцентрироваться на самих объектах материального мира, а не на жизненной силе, заключённой в них. Лишние слова «от него» указывают на правильное намерение — фокусироваться нужно на искрах, а не на шелухе.

Смертью умрёшь — это результат погружения в материальный мир, при котором средство становится целью. В словосочетании «мот тамут» переводимом на русский язык «смертью умрёшь», слово мот в третьем лице на иврите представляет собой лашон нистар (в буквальном переводе — скрытый язык). Термин «скрытый язык» намекает на то, что результатом неправильной работы с искрами и шелухой будет смерть не только в проявленном, но и в скрытом мире.

Теперь можно понять почему при разговоре со змеем Хава добавила запрет на прикосновение. Хава поняла, что кроме двух упомянутых способов связи со Всевышним (изучение Торы лишма и извлечении искр из материального) есть ещё один способ — девекут, в буквальном переводе прилепленность к Всевышнему. Такой уровень связи во Всевышним требует предельной концентрации, при котором отвлечение на прикосновение к чему-то другому является смертельным. Возможным аналогом будет вождение машины на скорости 250 км в час.

Именно поэтому при разговоре со змеем Хава сказала «…не ешьте от него, и не касайтесь его…» (Берейшит 3:3). В состоянии девекут, когда человек в буквальном смысле слова прилеплен к Всевышнему, любое «прикосновение» и любая помеха приведёт к смерти. Смерть в обычном понимании — это разделение души и тела, так же и в состоянии девекут — прилепленности ко Всевышнему — под смертью имеется ввиду не физическая смерть, а помеха в соединении.

Дело в том, что состояние девекут может последовать только после освоения первых двух ступеней — изучения Торы лишма и сбора искр. Поспешив и замахнувшись на более высокий уровень, который в тот момент ещё не был ей доступен, Хава совершила одну из самых опасных ошибок духовного подъёма.

Поднимаясь по лестнице и прыгая наверх, нужно или хорошо знать как прыгать, или слушать совета тех, кто знают как прыгать. В то время когда читается эта недельная глава — после Рош аШана, Йом Киппура, Суккот и Шмини Ацерет — в Шабат Берейшит, тот самый Шабат с которого начинается чтение недельных глав Торы совершенно естественно гореть желанием идти дальше.

Но очень важно помнить о том, что та же самая мотивация которая потенциально может привести к подъёму при проявлении неосторожности и поспешности может привести к резкому падению.

О ветвях дерева Жизни, искрах и потере концентрации.

Первое сообщение от Всевышнего ново-сформированному человеку содержит несколько моментов на которые нужно обратить пристальное внимание:

«…От всякого дерева в саду ешь и будешь есть. Но от древа соединения добра и зла, не ешь от него; ибо в день, когда станешь есть от него, смертью умрёшь» (Берейшит 2:16-17).

Ребе Элимелех из Лиженска предлагает обратить внимание на следующие детали:

1. Повторение слов в «ешь и будешь есть»
2. «от него» кажется лишним
3. «смертью умрёшь» — опять повторение слов
4. Во время последующего разговора со змеем, Хава добавляет к запрету на поедание плодов дерева соединения добра и зла дополнительный запрет на прикосновение к дереву.

Ноам Элимелех (Берейшит, 19) объясняет эту проблему следующим образом: Когда Всевышний разрешает есть от всякого дерева, то нужно помнить о том, что все деревья в Ган Эден за исключением дерева соединения добра и зла были ветвями одного единственного дерева — дерева Жизни. Поедание плодов от дерева Жизни — это намёк на изучение Торы, которая всегда именуется деревом Жизни.

Причина по которой используется повторение слов «ешь и будешь есть» — это указание на два пути в познании Торы — лишма и ло лишма. Изучение Торы лишма — это уровень на котором причина для изучения торы — это связь с Создателем. Но и в том случае когда уровень лишма не достигнут, и в изучении Торы присутствует и другая мотивация, нужно продолжать учить Тору ло лишма. То есть в случае «ешь и будешь» имеется ввиду следующее: В идеале нужно «есть» — то есть постигать Тору для того чтобы приблизиться к Всевышнему, но в случае, когда этот вариант временно недоступен, нужно все равно продолжать изучение Торы на уровне ло лишма — обозначенного словами «и будешь есть».

Слова «от него» в контексте запрета на поедание плодов дерева соединения добра и зла указывают на возможную опасность в случае другого метода связи со Всевышним – извлечении искр святости из материального мира. Как известно, на одном из этапов создания произошло так называемое разбиение сосудов, в результате которого искры святости (ницуцот шель Кдуша) находятся в скорлупе (клипа). Основная работа человека в этом мире — это сортировка и последующее освобождение искр от скорлупы.

Опасность которая существует в этом виде работы заключается в том, что при контакте с материей вместо извлечения искр из скорлупы можно ошибиться, и сконцентрироваться на самих объектах материального мира, а не на жизненной силе, заключённой в них. Лишние слова «от него» указывают на правильное намерение — фокусироваться нужно на искрах, а не на шелухе.

Смертью умрёшь — это результат погружения в материальный мир, при котором средство становится целью. В словосочетании «мот тамут» переводимом на русский язык «смертью умрёшь», слово мот в третьем лице на иврите представляет собой лашон нистар (в буквальном переводе — скрытый язык). Термин «скрытый язык» намекает на то, что результатом неправильной работы с искрами и шелухой будет смерть не только в проявленном, но и в скрытом мире.

Теперь можно понять почему при разговоре со змеем Хава добавила запрет на прикосновение. Хава поняла, что кроме двух упомянутых способов связи со Всевышним (изучение Торы лишма и извлечении искр из материального) есть ещё один способ — девекут, в буквальном переводе прилепленность к Всевышнему. Такой уровень связи во Всевышним требует предельной концентрации, при котором отвлечение на прикосновение к чему-то другому является смертельным. Возможным аналогом будет вождение машины на скорости 250 км в час.

Именно поэтому при разговоре со змеем Хава сказала «…не ешьте от него, и не касайтесь его…» (Берейшит 3:3). В состоянии девекут, когда человек в буквальном смысле слова прилеплен к Всевышнему, любое «прикосновение» и любая помеха приведёт к смерти. Смерть в обычном понимании — это разделение души и тела, так же и в состоянии девекут — прилепленности ко Всевышнему — под смертью имеется ввиду не физическая смерть, а помеха в соединении.

Дело в том, что состояние девекут может последовать только после освоения первых двух ступеней — изучения Торы лишма и сбора искр. Поспешив и замахнувшись на более высокий уровень, который в тот момент ещё не был ей доступен, Хава совершила одну из самых опасных ошибок духовного подъёма.

Поднимаясь по лестнице и прыгая наверх, нужно или хорошо знать как прыгать, или слушать совета тех, кто знают как прыгать. В то время когда читается эта недельная глава — после Рош аШана, Йом Киппура, Суккот и Шмини Ацерет — в Шабат Берейшит, тот самый Шабат с которого начинается чтение недельных глав Торы совершенно естественно гореть желанием идти дальше.

Но очень важно помнить о том, что та же самая мотивация которая потенциально может привести к подъёму при проявлении неосторожности и поспешности может привести к резкому падению.

Рош аШана. К вопросу о кашруте мёда.

В вечер Рош аШана принято есть симаним — символическую еду: яблоко в меду, голову рыбы, зерна граната. Возникает вопрос: а для кого эта еда является символической, и что происходит если для кого-то символизм поглощаемой еды остаётся непонятым?

Меири говорит что без понимания того, что собственно символизирует определённое блюдо, никакого особого смысла от поедания чего-то такого экзотического в Рош аШана нет, да и быть не может. Ведь Рош аШана — это день суда, и согласно Меири основная идея символической еды заключается в напоминании о том, насколько необычно время 10 дней тшувы — времени исправления и раскаяния.

Символическая еда, которую мы едим в вечер Рош аШана — это то напоминание о необходимости тшувы, которое мы делаем себе сами. Именно поэтому существует так много разных традиций и разных симаним. Во первых, в этот день нужно держать в сфере своего внимания не одну, а целый ряд объектов. Да и разные люди предпочитают разные виды напоминаний: кто-то предпочитает обычный будильник, кто-то предпочитает получить SMS, ну а для кого подойдёт и наклеенная в нужное место Sticky Note.

Интересно отметить, что практически повсеместно в качестве одного из символов используется мёд. Сам факт того, что мы едим мёд уже сам по себе является чем-то странным. И дело здесь конечно не только в том, что это намёк на сладкий год. Существует алахический принцип, согласно которому все, что происходит от некошерного животного, является некошерным. Так что тот факт, что некошерные пчёлы производят кошерный мёд, который пригоден в употребление без каких бы то ни было приготовлений, уже должно привлекать наше внимание.

Как объясняет Реб Натан миБреслов мед является главным символом тшувы (Ликутей Алахот, Дварим аЙоциим мин аХай, 4:45). Точно так же как некошерные пчелы производят кошерный мёд — так и Всевышний дает нам возможность сделать что-то хорошее из наших не идеальных намерений и действий. Это требует отдельного пояснения.

На первый взгляд может показаться что Тикун олам — исправление мира — может происходить бесконечно долго. Ведь если во время ремонта работник будет параллельно с ремонтом еще и ломать что-нибудь, то ситуация становится как-бы безвыходной. Но существуют два вида тикуним (два вида исправлений) — один вид исправлений которым заняты мы, и второй вид исправлений, недоступных для нас, которым занимается Всевышний.

Так же как и мёд, который с точки зрения привычного хода вещей не может быть кошерным, но несомненно является таковым, так и наши далеко не идеальные действия благодаря усилиям Всевышнего в итоге достигают необходимого результата. Это одна из причин по которой Рош аШана — как день суда — вообще воспринимается как праздник. Несмотря на то, что у нас в принципе не существует возможности завершить всю работу, при условии что мы честно выполнили свою часть исправлений, Всевышний помогает нам завершить цикл и закончить ту работу, которая кажется невыполнимой.

Рош аШана. К вопросу о кашруте мёда.

В вечер Рош аШана принято есть симаним — символическую еду: яблоко в меду, голову рыбы, зерна граната. Возникает вопрос: а для кого эта еда является символической, и что происходит если для кого-то символизм поглощаемой еды остаётся непонятым?

Меири говорит что без понимания того, что собственно символизирует определённое блюдо, никакого особого смысла от поедания чего-то такого экзотического в Рош аШана нет, да и быть не может. Ведь Рош аШана — это день суда, и согласно Меири основная идея символической еды заключается в напоминании о том, насколько необычно время 10 дней тшувы — времени исправления и раскаяния.

Символическая еда, которую мы едим в вечер Рош аШана — это то напоминание о необходимости тшувы, которое мы делаем себе сами. Именно поэтому существует так много разных традиций и разных симаним. Во первых, в этот день нужно держать в сфере своего внимания не одну, а целый ряд объектов. Да и разные люди предпочитают разные виды напоминаний: кто-то предпочитает обычный будильник, кто-то предпочитает получить SMS, ну а для кого подойдёт и наклеенная в нужное место Sticky Note.

Интересно отметить, что практически повсеместно в качестве одного из символов используется мёд. Сам факт того, что мы едим мёд уже сам по себе является чем-то странным. И дело здесь конечно не только в том, что это намёк на сладкий год. Существует алахический принцип, согласно которому все, что происходит от некошерного животного, является некошерным. Так что тот факт, что некошерные пчёлы производят кошерный мёд, который пригоден в употребление без каких бы то ни было приготовлений, уже должно привлекать наше внимание.

Как объясняет Реб Натан миБреслов мед является главным символом тшувы (Ликутей Алахот, Дварим аЙоциим мин аХай, 4:45). Точно так же как некошерные пчелы производят кошерный мёд — так и Всевышний дает нам возможность сделать что-то хорошее из наших не идеальных намерений и действий. Это требует отдельного пояснения.

На первый взгляд может показаться что Тикун олам — исправление мира — может происходить бесконечно долго. Ведь если во время ремонта работник будет параллельно с ремонтом еще и ломать что-нибудь, то ситуация становится как-бы безвыходной. Но существуют два вида тикуним (два вида исправлений) — один вид исправлений которым заняты мы, и второй вид исправлений, недоступных для нас, которым занимается Всевышний.

Так же как и мёд, который с точки зрения привычного хода вещей не может быть кошерным, но несомненно является таковым, так и наши далеко не идеальные действия благодаря усилиям Всевышнего в итоге достигают необходимого результата. Это одна из причин по которой Рош аШана — как день суда — вообще воспринимается как праздник. Несмотря на то, что у нас в принципе не существует возможности завершить всю работу, при условии что мы честно выполнили свою часть исправлений, Всевышний помогает нам завершить цикл и закончить ту работу, которая кажется невыполнимой.

О несварении желудка у ангелов.

В описании того как Авраам устроил пиршество для трёх своих посетителей скрыто гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Посетители Авраама были не обычными бедуинами, а ангелами; что в общем-то сводит на нет все усилия по гостеприимству. Ангелы конечно же не едят пищу, предназначенную для людей. Да и потом возникает вопрос: а зачем Авраам так суетился, ведь если Авраам знал что это ангелы то на них не распространяется заповедь о гостеприимстве?

Рав Натан Маймон говорит, что Авраам преследовал стратегические цели когда предлагал ангелам поучаствовать в пиршестве. Как известно, когда Моше пытается взять Тору из верхних миров в нижний мир, начинается спор, и ангелы активно протестуют против того, чтобы Тора была спущена в самый низ. Основным аргументом ангелов является профессиональная непригодность человека в смысле функционирования по законам Торы. С точки зрения ангелов человек, стоящий на очень низком уровне, просто не достоин такого сокровища.(Шаббат 88Б-89А)

В ответ на возражения ангелов Моше приводит весомый контраргумент: в Торе есть масса законов применимых только в физическом мире, законов для исполнения которых требуется физическое тело. Это законы связанные с имущественными преступлениями, законы кашрута, законы взаимоотношений между людьми…

Авраам устраивает пиршество для ангелов для того, чтобы продемонстрировать ангелам насколько непосильным для существ из верхних миров является то, что для нас является элементарным. Абсолютно кашерная, замечательная еда привела к разрушительному эффекту для ангелов. Человеческая еда оказалась таким сильным балластом для «более продвинутых» существ, что два из трёх ангелов застряли на земле до того момента, когда Яаков увидел ангелов поднимающихся и спускающихся по лестнице ведущей в небеса (Мидраш Рабба 48).

Реб Натан Штернхарц отмечает странность того, что в описании сна Яакова он видит ангелов идущими вверх и вниз. Ведь ангелы не живут на земле, по логике вещей должно было быть написано «ангелы спускающиеся и поднимающиеся», то есть приходящие в этот мир сверху и затем уходящие обратно. То что увидел Яаков это были два из трёх ангелов, которым понадобилось около ста лет чтобы переварить съеденное на пиру у Авраама.

Третьему ангелу понадобилось ещё больше времени для того, чтобы переварить съеденное. Уход третьего ангела на небо описан в книге судей (много сотен лет после пира Авраама), в истории о появлении ангела для Маноаха и его жены с вестью о рождении Шимшона. Естественно от предложения поесть наученный горьким опытом ангел энергично отказывается (Ликутей Алахот, Бециат аПат, 5:49).

Интересно отметить, что возвращение ангела обратно, означающие что все наконец-то было переварено, происходит только после того как появляются слова «уМафлиа лаАсот»(Шофтим 13:19). Это слова завершающие браху (благословение), которую читают после посещения туалета, благодаря Всевышнего за замечательное функционирование системы. Tо есть ангел вернулся обратно только после того момента, когда длительный процесс пищеварения наконец-то был завершён.

Теперь мы видим как эффективна была стратегия Авраама по созданию прецедента в пользу того, что Тора должна быть спущена в нижний мир и передана людям. Ангелы посетившие Авраама были достаточно большого калибра, со слов Талмуда это были Михаэль, Гавриэль и Рафаэль (Бава Меция 86-Б). И к их голосам прислушались остальные ангелы во время спора о том, для кого же все таки предназначена Тора.

Все это ещё раз напоминает нам о том, насколько те вещи, которые кажутся нам совершенно обыденными, имеют огромное значение. Мы не видим масштаба собственных действий и именно поэтому так важно изучение Торы. Именно законы Торы показывают внутреннюю механику мира и позволяют понять то, что недоступно пониманию другими методами. Более того, из-за того что мы живём в терминах Зоара в алма деШикра, мире лжи, то что на самом деле является добром может казаться злом, то что на самом деле полезно выглядит вредным, и яркий свет кажется кромешной тьмой.

P.S. Sequel, а точнее Prequel к этому комментарию.

О несварении желудка у ангелов.

В описании того как Авраам устроил пиршество для трёх своих посетителей скрыто гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Посетители Авраама были не обычными бедуинами, а ангелами; что в общем-то сводит на нет все усилия по гостеприимству. Ангелы конечно же не едят пищу, предназначенную для людей. Да и потом возникает вопрос: а зачем Авраам так суетился, ведь если Авраам знал что это ангелы то на них не распространяется заповедь о гостеприимстве?

Рав Натан Маймон говорит, что Авраам преследовал стратегические цели когда предлагал ангелам поучаствовать в пиршестве. Как известно, когда Моше пытается взять Тору из верхних миров в нижний мир, начинается спор, и ангелы активно протестуют против того, чтобы Тора была спущена в самый низ. Основным аргументом ангелов является профессиональная непригодность человека в смысле функционирования по законам Торы. С точки зрения ангелов человек, стоящий на очень низком уровне, просто не достоин такого сокровища.(Шаббат 88Б-89А)

В ответ на возражения ангелов Моше приводит весомый контраргумент: в Торе есть масса законов применимых только в физическом мире, законов для исполнения которых требуется физическое тело. Это законы связанные с имущественными преступлениями, законы кашрута, законы взаимоотношений между людьми…

Авраам устраивает пиршество для ангелов для того, чтобы продемонстрировать ангелам насколько непосильным для существ из верхних миров является то, что для нас является элементарным. Абсолютно кашерная, замечательная еда привела к разрушительному эффекту для ангелов. Человеческая еда оказалась таким сильным балластом для «более продвинутых» существ, что два из трёх ангелов застряли на земле до того момента, когда Яаков увидел ангелов поднимающихся и спускающихся по лестнице ведущей в небеса (Мидраш Рабба 48).

Реб Натан Штернхарц отмечает странность того, что в описании сна Яакова он видит ангелов идущими вверх и вниз. Ведь ангелы не живут на земле, по логике вещей должно было быть написано «ангелы спускающиеся и поднимающиеся», то есть приходящие в этот мир сверху и затем уходящие обратно. То что увидел Яаков это были два из трёх ангелов, которым понадобилось около ста лет чтобы переварить съеденное на пиру у Авраама.

Третьему ангелу понадобилось ещё больше времени для того, чтобы переварить съеденное. Уход третьего ангела на небо описан в книге судей (много сотен лет после пира Авраама), в истории о появлении ангела для Маноаха и его жены с вестью о рождении Шимшона. Естественно от предложения поесть наученный горьким опытом ангел энергично отказывается (Ликутей Алахот, Бециат аПат, 5:49).

Интересно отметить, что возвращение ангела обратно, означающие что все наконец-то было переварено, происходит только после того как появляются слова «уМафлиа лаАсот»(Шофтим 13:19). Это слова завершающие браху (благословение), которую читают после посещения туалета, благодаря Всевышнего за замечательное функционирование системы. Tо есть ангел вернулся обратно только после того момента, когда длительный процесс пищеварения наконец-то был завершён.

Теперь мы видим как эффективна была стратегия Авраама по созданию прецедента в пользу того, что Тора должна быть спущена в нижний мир и передана людям. Ангелы посетившие Авраама были достаточно большого калибра, со слов Талмуда это были Михаэль, Гавриэль и Рафаэль (Бава Меция 86-Б). И к их голосам прислушались остальные ангелы во время спора о том, для кого же все таки предназначена Тора.

Все это ещё раз напоминает нам о том, насколько те вещи, которые кажутся нам совершенно обыденными, имеют огромное значение. Мы не видим масштаба собственных действий и именно поэтому так важно изучение Торы. Именно законы Торы показывают внутреннюю механику мира и позволяют понять то, что недоступно пониманию другими методами. Более того, из-за того что мы живём в терминах Зоара в алма деШикра, мире лжи, то что на самом деле является добром может казаться злом, то что на самом деле полезно выглядит вредным, и яркий свет кажется кромешной тьмой.

P.S. Sequel, а точнее Prequel к этому комментарию.

Краткосрочная аренда тела.

Из-за голода в земле Израиля Авраам и Сара спускаются в Египет. Перед спуском Авраам говорит своей жене вещи довольно тяжелые для понимания: «… Я знаю, что ты женщина прекрасная видом. И когда увидят тебя египтяне, то скажут: Это его жена! — и убьют меня, а тебя оставят в живых. Скажи, прошу тебя, что моя ты сестра, чтобы благо мне было ради тебя» (Берешит 12:11-13).

В качестве объяснения слов «чтобы благо мне было ради тебя» Раши говорит, что Авраам имеет ввиду «дадут мне дары». Это объяснение не только ничего не объясняет, но и в каком-то смысле делает эту историю ещё более сложной. Если сначала казалось, что Авраам просит Сару о лжи с целью спасения жизни, то это объяснение Раши может дать подозрение на то, что речь идёт чуть ли не о торговле живым товаром!

Этот эпизод проясняется если знать о том, что в каббалистических терминах Авраам это душа, а Сара — тело (Зоар, Мидраш аНеелам,1:122). Обычно спуск в Египет рассматривается как повествование о том, как душа входит в тело. В этой недельной главе ситуация усугубляется, потому что Сара (то есть тело) попадает не просто в Египет (физический мир), а в самую пучину материальности — дворец Фараона. Эта ситуация «глубинного погружения» потенциально очень полезна и душе и телу, но такой спуск сопряжён с сильной опасностью, и требует дополнительной подготовки.

Для того, чтобы у тела были достаточные шансы на успех, тело должно быть связано с Создателем, так же как и душа. Связь души со Всевышним похожа на отношения брата и сестры — это естественная и врождённая связь. В отношениях брата и сестры могут происходить изменения: они могут становиться друг другу ближе или дальше, но сама связь, то есть сам факт того, что это брат и сестра, не может быть разорвана.

Связь между телом и Всевышним построена совсем по другому, она напоминает связь между женой и мужем. Эта связь гораздо более интенсивна и драматична. Она не является врождённой, и поэтому такая связь в принципе может быть разорвана. Важно понимать, что именно из-за того что связь между мужем и женой не обусловлена от рождения, такая связь вызывает гораздо более сильные чувства. Но для того, чтобы дойти до того уровня когда тело сможет достичь уровня связи как между мужем и женой, сначала нужно пройти через уровень который называется брат и сестра (Ликутей Сихот, 20, с.43-44).

Тот уровень, на котором раскрывается преимущество тела над душой, упомянут чуть дальше, когда Всевышний говорит Аврааму, (то есть душе) — «Во всем, что скажет тебе Сара (то есть тело), слушай ее голоса» (Берешит 21:12). Бааль Шем Тов напоминает о том, что преимущество связи тела над связью души не очевидна, и поэтому многие ошибочно пытаются сокрушить и подавить все импульсы, исходящие от тела.

«Если увидишь осла твоего ненавистника, лежащим под ношей своей, то откажешь помочь ему? Помоги ему! «(Шмот 23:5). Как известно, осел на иврите это хамор, а материальность это хомер, то есть в этом случае осел это метафора для тела. Очень часто, особенно в самом начале пути, создается впечатление, что единственное на что способно тело — это сопротивление на пути. Ноша, которую оно несёт — это груз Торы и заповедей, и этот груз воспринимается телом как нечто не только что ненужное, но и вредное, не дающее телу бегать и резвиться как тело этого хочет.

В этой ситуации может появиться желание сокрушить и подавить тело, именно поэтому сказано «помоги ему!»( Кетер Шем Тов, Тосафот 16). Ведь основная цель заповедей заключается в исправлении тела до той степени, чтобы тело светило и помогало душе.

Теперь можно понять Раши, говорящего об инструкции Авраама (души) Саре (телу) как о схеме по получению даров. Имеется ввиду достаточно простая вещь: после того как тело достигает требуемого от него уровня, душа поднимается до такого уровня, который раньше душе был никак не доступен.

Краткосрочная аренда тела.

Из-за голода в земле Израиля Авраам и Сара спускаются в Египет. Перед спуском Авраам говорит своей жене вещи довольно тяжелые для понимания: «… Я знаю, что ты женщина прекрасная видом. И когда увидят тебя египтяне, то скажут: Это его жена! — и убьют меня, а тебя оставят в живых. Скажи, прошу тебя, что моя ты сестра, чтобы благо мне было ради тебя» (Берешит 12:11-13).

В качестве объяснения слов «чтобы благо мне было ради тебя» Раши говорит, что Авраам имеет ввиду «дадут мне дары». Это объяснение не только ничего не объясняет, но и в каком-то смысле делает эту историю ещё более сложной. Если сначала казалось, что Авраам просит Сару о лжи с целью спасения жизни, то это объяснение Раши может дать подозрение на то, что речь идёт чуть ли не о торговле живым товаром!

Этот эпизод проясняется если знать о том, что в каббалистических терминах Авраам это душа, а Сара — тело (Зоар, Мидраш аНеелам,1:122). Обычно спуск в Египет рассматривается как повествование о том, как душа входит в тело. В этой недельной главе ситуация усугубляется, потому что Сара (то есть тело) попадает не просто в Египет (физический мир), а в самую пучину материальности — дворец Фараона. Эта ситуация «глубинного погружения» потенциально очень полезна и душе и телу, но такой спуск сопряжён с сильной опасностью, и требует дополнительной подготовки.

Для того, чтобы у тела были достаточные шансы на успех, тело должно быть связано с Создателем, так же как и душа. Связь души со Всевышним похожа на отношения брата и сестры — это естественная и врождённая связь. В отношениях брата и сестры могут происходить изменения: они могут становиться друг другу ближе или дальше, но сама связь, то есть сам факт того, что это брат и сестра, не может быть разорвана.

Связь между телом и Всевышним построена совсем по другому, она напоминает связь между женой и мужем. Эта связь гораздо более интенсивна и драматична. Она не является врождённой, и поэтому такая связь в принципе может быть разорвана. Важно понимать, что именно из-за того что связь между мужем и женой не обусловлена от рождения, такая связь вызывает гораздо более сильные чувства. Но для того, чтобы дойти до того уровня когда тело сможет достичь уровня связи как между мужем и женой, сначала нужно пройти через уровень который называется брат и сестра (Ликутей Сихот, 20, с.43-44).

Тот уровень, на котором раскрывается преимущество тела над душой, упомянут чуть дальше, когда Всевышний говорит Аврааму, (то есть душе) — «Во всем, что скажет тебе Сара (то есть тело), слушай ее голоса» (Берешит 21:12). Бааль Шем Тов напоминает о том, что преимущество связи тела над связью души не очевидна, и поэтому многие ошибочно пытаются сокрушить и подавить все импульсы, исходящие от тела.

«Если увидишь осла твоего ненавистника, лежащим под ношей своей, то откажешь помочь ему? Помоги ему! «(Шмот 23:5). Как известно, осел на иврите это хамор, а материальность это хомер, то есть в этом случае осел это метафора для тела. Очень часто, особенно в самом начале пути, создается впечатление, что единственное на что способно тело — это сопротивление на пути. Ноша, которую оно несёт — это груз Торы и заповедей, и этот груз воспринимается телом как нечто не только что ненужное, но и вредное, не дающее телу бегать и резвиться как тело этого хочет.

В этой ситуации может появиться желание сокрушить и подавить тело, именно поэтому сказано «помоги ему!»( Кетер Шем Тов, Тосафот 16). Ведь основная цель заповедей заключается в исправлении тела до той степени, чтобы тело светило и помогало душе.

Теперь можно понять Раши, говорящего об инструкции Авраама (души) Саре (телу) как о схеме по получению даров. Имеется ввиду достаточно простая вещь: после того как тело достигает требуемого от него уровня, душа поднимается до такого уровня, который раньше душе был никак не доступен.

Эволюция изящной словесности после потопа.

Для того чтобы спастись от разрушающих последствий потопа, Ноах должен построить ковчег. Слово тейва переводится как ковчег, но кроме этого означает и слово. Бааль Шем Тов говорит, что при таком переводе призыв Всевышнего к Ноаху «войти в ковчег» приобретает значение «проникнуть (в суть) слова» (Амуд аТефила, 7:1).

Измерения ковчега, обычно вызывающие хохот и издевательство у пытающихся представить себе как в деревянную коробку размером в 300 на 50 на 30 локтей влезло всё живое, тоже приобретают совершенно иной смысл в этом контексте. Каждой из букв на иврите соответствует числовое значение, на чём собственно говоря и построена вся нумерология.

Длина в 300 локтей соответствует букве Шин, высота в 30 локтей — это буква Ламед, ну и ширина в 50 локтей это буква Нун. Эти три буквы образуют слово лашон — означающее язык или речь. Это ещё раз подчёркивает, что то что должен был построить Ноах в гораздо большей степени связано с буквами, словами и предложениям, чем с конструкцией из лесоматериала.

В самой первой главе Торы говорится о том, что основным инструментом создания мира была речь Всевышнего. В нашей недельной главе, где речь идёт о практически полном уничтожении созданного мира, Ноах получает указания о том, как строить слово таким образом, чтобы в новом мире был шанс исправить то, что было испорчено до потопа.

"Сделай просвет в ковчеге, … сделай нижний, второй и третий этажи" (Берешит 6:16). Эта инструкция по использованию слов говорит о том, что каждое произносимое слово должно быть связано с тремя доступными человеку мирами: Асия, Йецира и Брия. Когда это условие будет выполнено, то каждое слово будет светиться — это и есть тот "просвет" который нужно сделать (Цаваат аРиваш, 15).

Инструкция по эксплуатации слова достаточно наглядна в смысле результатов, которые должны быть достигнуты, но к сожалению непонятно как именно пользоваться такой не особенно удобной к пользованию инструкцией. Для это нужно прочесть текст Торы чуть дальше и дойти до слов "…Войди в ковчег, ты и весь твой дом…" (Берешит 7:1). Слова весь твой дом означают, что человек должен задействовать все доступные ресурсы, и собрать все свои силы — только так можно использовать слова по назначению.

В этой же недельной главе есть пример того, как грандиозная сила слова может быть использована совсем по другому. Речь конечно же идёт о Вавилонской башне. Эта история опять-таки часто воспринимается как история о группе идиотов, решивших воевать с Создателем мира с крыши небоскрёба. Но маги глубокой древности, так же как и маги более позднего периода, не были идиотами и хорошо знали чего они хотят, и как именно достичь своих целей.

"И сказали они друг другу: Давайте делать кирпичи… и давайте построим себе город и башню, а вершина её в небесах, и создадим себе имя" (Берешит 11:4). 22 буквы алфавита от алеф то тав — это базовые строительные элементы мира, другими словами те "кирпичи", которые использовались для построения Вавилонской башни. Они были как раз теми самыми контейнерами света, из которых выстроен весь мир.

Строители структуры, которая называется Вавилонской Башней, с помощью знания того, как именно комбинировать и соединять буквы, (тем самым образовывая то что мы сейчас называем именами Всевышнего), пытались "создать себе имя", или другими словами сделать автономное, "карманное" имя Всевышнего — бесконечный источник энергии, без каких либо ограничений на использование. То есть они хотели создать некую автономную реальность, которая была бы в каком-то смысле не контролируема Всевышним (Акдамот веШеарим, Шаар 7, 6:5). Это именно то ощущение собственной независимости, которого в какой-то степени достиг фараон, и к которому существует такая тяга и в наше время.

Как мы видим, поколение строившее Вавилонскую Башню, сделало со словами нечто прямо противоположное тому, что должен был сделать Ноах. Если Ноах должен был собрать все силы, соединить все миры вместе, так чтобы ковчег/слова засветились, то строители башни использовали свет заключённый в буквах для того, чтобы отделить для себя кусок мира побольше. Истории о Ноахе и строителях Вавилонской башни, кроме всего прочего, в очередной раз напоминают нам о то м что слова это огромная сила, и с этой силой нужно быть предельно осторожными.

Эволюция изящной словесности после потопа.

Для того чтобы спастись от разрушающих последствий потопа, Ноах должен построить ковчег. Слово тейва переводится как ковчег, но кроме этого означает и слово. Бааль Шем Тов говорит, что при таком переводе призыв Всевышнего к Ноаху «войти в ковчег» приобретает значение «проникнуть (в суть) слова» (Амуд аТефила, 7:1).

Измерения ковчега, обычно вызывающие хохот и издевательство у пытающихся представить себе как в деревянную коробку размером в 300 на 50 на 30 локтей влезло всё живое, тоже приобретают совершенно иной смысл в этом контексте. Каждой из букв на иврите соответствует числовое значение, на чём собственно говоря и построена вся нумерология.

Длина в 300 локтей соответствует букве Шин, высота в 30 локтей — это буква Ламед, ну и ширина в 50 локтей это буква Нун. Эти три буквы образуют слово лашон — означающее язык или речь. Это ещё раз подчёркивает, что то что должен был построить Ноах в гораздо большей степени связано с буквами, словами и предложениям, чем с конструкцией из лесоматериала.

В самой первой главе Торы говорится о том, что основным инструментом создания мира была речь Всевышнего. В нашей недельной главе, где речь идёт о практически полном уничтожении созданного мира, Ноах получает указания о том, как строить слово таким образом, чтобы в новом мире был шанс исправить то, что было испорчено до потопа.

"Сделай просвет в ковчеге, … сделай нижний, второй и третий этажи" (Берешит 6:16). Эта инструкция по использованию слов говорит о том, что каждое произносимое слово должно быть связано с тремя доступными человеку мирами: Асия, Йецира и Брия. Когда это условие будет выполнено, то каждое слово будет светиться — это и есть тот "просвет" который нужно сделать (Цаваат аРиваш, 15).

Инструкция по эксплуатации слова достаточно наглядна в смысле результатов, которые должны быть достигнуты, но к сожалению непонятно как именно пользоваться такой не особенно удобной к пользованию инструкцией. Для это нужно прочесть текст Торы чуть дальше и дойти до слов "…Войди в ковчег, ты и весь твой дом…" (Берешит 7:1). Слова весь твой дом означают, что человек должен задействовать все доступные ресурсы, и собрать все свои силы — только так можно использовать слова по назначению.

В этой же недельной главе есть пример того, как грандиозная сила слова может быть использована совсем по другому. Речь конечно же идёт о Вавилонской башне. Эта история опять-таки часто воспринимается как история о группе идиотов, решивших воевать с Создателем мира с крыши небоскрёба. Но маги глубокой древности, так же как и маги более позднего периода, не были идиотами и хорошо знали чего они хотят, и как именно достичь своих целей.

"И сказали они друг другу: Давайте делать кирпичи… и давайте построим себе город и башню, а вершина её в небесах, и создадим себе имя" (Берешит 11:4). 22 буквы алфавита от алеф то тав — это базовые строительные элементы мира, другими словами те "кирпичи", которые использовались для построения Вавилонской башни. Они были как раз теми самыми контейнерами света, из которых выстроен весь мир.

Строители структуры, которая называется Вавилонской Башней, с помощью знания того, как именно комбинировать и соединять буквы, (тем самым образовывая то что мы сейчас называем именами Всевышнего), пытались "создать себе имя", или другими словами сделать автономное, "карманное" имя Всевышнего — бесконечный источник энергии, без каких либо ограничений на использование. То есть они хотели создать некую автономную реальность, которая была бы в каком-то смысле не контролируема Всевышним (Акдамот веШеарим, Шаар 7, 6:5). Это именно то ощущение собственной независимости, которого в какой-то степени достиг фараон, и к которому существует такая тяга и в наше время.

Как мы видим, поколение строившее Вавилонскую Башню, сделало со словами нечто прямо противоположное тому, что должен был сделать Ноах. Если Ноах должен был собрать все силы, соединить все миры вместе, так чтобы ковчег/слова засветились, то строители башни использовали свет заключённый в буквах для того, чтобы отделить для себя кусок мира побольше. Истории о Ноахе и строителях Вавилонской башни, кроме всего прочего, в очередной раз напоминают нам о то м что слова это огромная сила, и с этой силой нужно быть предельно осторожными.

Смерть и татуировка на память.

Одной из основных составляющих мотивации Изначального Змея в истории с плодом Дерева Соединения Добра и Зла была зависть. Змей хотел убить Адама для того, чтобы жениться на Хаве и править миром (Мидраш Рабба 20:5).

После поедания плода Дерева Соединения Добра и Зла, Адам и Хава, которые были созданы бессмертными, становятся очень даже смертными. Важно понимать, что смерть была дана людям не в наказание, а как возможность исправить ситуацию. Добро и Зло конечно же присутствовали в этом мире и до того, как был съеден плод Дерева Соединения Добра и Зла. Произошедшие изменения ввергли мир в сумеречное состояние, где добро из зло стали смешаны настолько, что понять где и что стало очень нелегко; и основной работой человека стал бирур — разделение и сортировка (Тора Ор, 5-б).

Большая часть заповедей Торы действительно похожа на разделение: запрет на смешение молока и мяса, льняных и шерстяных нитей, использование разных видов животных при обработке земли. Но есть ряд заповедей, в которых не так просто усмотреть работу по сортировке. Одна из таких заповедей — это запрет на такую популярнейшую в наше время процедуру как татуировка. В чем смысл этого запрета?

Дело в том что Изначальный Змей добился частичного осуществления своего замысла, и побочным эффектом контакта Хавы со Змеем стала зухама — так называемая духовная грязь, которой стало «пропитано» человеческое тело (Йевамот 103-Б). Выполнение разных заповедей по разному очищает тело от этого яда, но единственным средством перманентного извлечения яда из тела является смерть и последующее возвращение в землю во время похорон. Во время оживления из мертвых тело, прошедшее через такой процесс очищения, будет готово к возвращению к жизни.

Сама форма, в которой дан запрет, указывает на связь между татуировкой и смертью: «И надрезов по умершему не делайте на теле вашем, и надписи наколотой не делайте на себе. Я Всевышний» (Ваикра 19:28). Надрез по умершему — нанесение вреда собственному телу -расcматривается как отрицание факта того, что смерть имеет свой смысл и является исправлением, а не моментом, которого нужно бояться всю жизнь.

Реб Натан Штернхарц объясняет, что наносящий на себя татуировки опускает себя до уровня животного, тем самым убивая в себе уровень человека. Дело в том, что тело человека — это уровень животного, и его исправление заключается в подъеме с уровня животного до уровня человека. Интересно, что нанесение букв на кожу животного (как это делается в случае написания мезузот, тфилин и свитков Торы) позволяет поднять уровень животного до уровня человека (Ликутей Алахот, Кетовет Каака, 2). В случае же нанесения татуировок на кожу человека просходит обратный процесс.

Рав Натан Маймон обращает внимание на быстрый рост популярности татуировок в наше время. Татуировки для достижения эстетического эффекта в последнее время стали распространены настолько, что такая вещь как перманентая косметика, воспринимается уже как прямая необходимость. Несмотря на кажущееся отличие между нанесением себе увечий и татуировками для эстетических целей, внутреннее наполнение этих двух действий чрезвычайно похоже — отрицание жизни после смерти и попытка создать иллюзию того, что в этом мире можно закрепиться навсегда, оставаться молодым вечно. В общем, опуститься до уровня животного.

В связи с этим интересно отметить, что в современной истории нацисты Германии впервые начали использовать массовые татуировки в концентрационных лагерях. Важно помнить, что одной из целей, которую преследовали нацисты было опустить людей до уровня животных; а татуировки были одним из инструментов достижения этой цели. Если помнить об этом, то можно попробовать избежать содействия в спуске с уровня человека до уровня животного.

Смерть и татуировка на память.

Одной из основных составляющих мотивации Изначального Змея в истории с плодом Дерева Соединения Добра и Зла была зависть. Змей хотел убить Адама для того, чтобы жениться на Хаве и править миром (Мидраш Рабба 20:5).

После поедания плода Дерева Соединения Добра и Зла, Адам и Хава, которые были созданы бессмертными, становятся очень даже смертными. Важно понимать, что смерть была дана людям не в наказание, а как возможность исправить ситуацию. Добро и Зло конечно же присутствовали в этом мире и до того, как был съеден плод Дерева Соединения Добра и Зла. Произошедшие изменения ввергли мир в сумеречное состояние, где добро из зло стали смешаны настолько, что понять где и что стало очень нелегко; и основной работой человека стал бирур — разделение и сортировка (Тора Ор, 5-б).

Большая часть заповедей Торы действительно похожа на разделение: запрет на смешение молока и мяса, льняных и шерстяных нитей, использование разных видов животных при обработке земли. Но есть ряд заповедей, в которых не так просто усмотреть работу по сортировке. Одна из таких заповедей — это запрет на такую популярнейшую в наше время процедуру как татуировка. В чем смысл этого запрета?

Дело в том что Изначальный Змей добился частичного осуществления своего замысла, и побочным эффектом контакта Хавы со Змеем стала зухама — так называемая духовная грязь, которой стало «пропитано» человеческое тело (Йевамот 103-Б). Выполнение разных заповедей по разному очищает тело от этого яда, но единственным средством перманентного извлечения яда из тела является смерть и последующее возвращение в землю во время похорон. Во время оживления из мертвых тело, прошедшее через такой процесс очищения, будет готово к возвращению к жизни.

Сама форма, в которой дан запрет, указывает на связь между татуировкой и смертью: «И надрезов по умершему не делайте на теле вашем, и надписи наколотой не делайте на себе. Я Всевышний» (Ваикра 19:28). Надрез по умершему — нанесение вреда собственному телу -расcматривается как отрицание факта того, что смерть имеет свой смысл и является исправлением, а не моментом, которого нужно бояться всю жизнь.

Реб Натан Штернхарц объясняет, что наносящий на себя татуировки опускает себя до уровня животного, тем самым убивая в себе уровень человека. Дело в том, что тело человека — это уровень животного, и его исправление заключается в подъеме с уровня животного до уровня человека. Интересно, что нанесение букв на кожу животного (как это делается в случае написания мезузот, тфилин и свитков Торы) позволяет поднять уровень животного до уровня человека (Ликутей Алахот, Кетовет Каака, 2). В случае же нанесения татуировок на кожу человека просходит обратный процесс.

Рав Натан Маймон обращает внимание на быстрый рост популярности татуировок в наше время. Татуировки для достижения эстетического эффекта в последнее время стали распространены настолько, что такая вещь как перманентая косметика, воспринимается уже как прямая необходимость. Несмотря на кажущееся отличие между нанесением себе увечий и татуировками для эстетических целей, внутреннее наполнение этих двух действий чрезвычайно похоже — отрицание жизни после смерти и попытка создать иллюзию того, что в этом мире можно закрепиться навсегда, оставаться молодым вечно. В общем, опуститься до уровня животного.

В связи с этим интересно отметить, что в современной истории нацисты Германии впервые начали использовать массовые татуировки в концентрационных лагерях. Важно помнить, что одной из целей, которую преследовали нацисты было опустить людей до уровня животных; а татуировки были одним из инструментов достижения этой цели. Если помнить об этом, то можно попробовать избежать содействия в спуске с уровня человека до уровня животного.

О квартирном вопросе.

«И принесли Мишкан (переносной храм) к Моше: шатёр, и все его принадлежности, его крючки, его брусья, его засовы…» (Шмот 39:33). Раши говорит, что причиной визита к Моше была вовсе не дань вежливости, а простое незнание как все это собрать вместе. Это объяснение очень тяжело понять, потому что вполне ожидаемо ,что хоть кто-нибудь из 600000 мог бы догадаться каким образом все это хозяйство собирается.

Дело в том, что та модель храма, смета и чертежи которой были утверждены уже после создания Золотого Тельца, сильно отличалась от изначального проекта, при сборке которого можно было бы положиться на свою интуицию. До истории с Золотым Тельцом каждый отдельно взятый носитель души должен был быть своим личным храмом – возможность, которая к сожалению была утрачена.

Более того, создание Золотого Тельца было возвращением в Египет, а оттуда как известно выбраться без помощи Всевышнего принципиально невозможно. Так как переносной храм должен был помочь с выходом из этого состояния, то он должен был содержать в себе принципиально невозможные вещи.

Например, Арон аКодеш (ковчег завета), стоящий внутри Кодеш аКодашим (святой святых храма), вообще не занимал места. Собственно Кодеш аКодашим была 20 локтей в ширину, но когда замеряли расстояние от стены до ковчега, стоявшего в центре, выходило по 10 локтей с каждой стороны (Мегилла 10-Б).

Правда возникает вопрос: как все эти принципиально невозможные вещи мог создать Бецалель — 13 летний мальчик? «…Смотрите, Всевышний позвал по имени Бецалеля… И исполнил его мудростью, пониманием и знанием…» (Шмот 35:30) Бресловский Ребе обращает наше внимание на «позвал по имени» и напоминает, что через текст Торы Всевышний всегда обращается к каждому из нас лично, по имени.

Когда Бецалеля позвали сделать Мишкан, то он одновременно получил понимание и инструменты для того, чтобы выполнить эту задачу. Более того, в каком-то смысле ещё более важно то, что он почувствовал себя в состоянии сделать то, что от него требуется.

Когда Всевышний обращается к нам, и зовёт нас по имени, очень важно помнить, что одновременно с призывом мы получаем знание и инструменты для того, чтобы превратить принципиально невозможное в Мишкан — место где можно найти Всевышнего (Ликутей Моаран,I:121).

О квартирном вопросе.

«И принесли Мишкан (переносной храм) к Моше: шатёр, и все его принадлежности, его крючки, его брусья, его засовы…» (Шмот 39:33). Раши говорит, что причиной визита к Моше была вовсе не дань вежливости, а простое незнание как все это собрать вместе. Это объяснение очень тяжело понять, потому что вполне ожидаемо ,что хоть кто-нибудь из 600000 мог бы догадаться каким образом все это хозяйство собирается.

Дело в том, что та модель храма, смета и чертежи которой были утверждены уже после создания Золотого Тельца, сильно отличалась от изначального проекта, при сборке которого можно было бы положиться на свою интуицию. До истории с Золотым Тельцом каждый отдельно взятый носитель души должен был быть своим личным храмом – возможность, которая к сожалению была утрачена.

Более того, создание Золотого Тельца было возвращением в Египет, а оттуда как известно выбраться без помощи Всевышнего принципиально невозможно. Так как переносной храм должен был помочь с выходом из этого состояния, то он должен был содержать в себе принципиально невозможные вещи.

Например, Арон аКодеш (ковчег завета), стоящий внутри Кодеш аКодашим (святой святых храма), вообще не занимал места. Собственно Кодеш аКодашим была 20 локтей в ширину, но когда замеряли расстояние от стены до ковчега, стоявшего в центре, выходило по 10 локтей с каждой стороны (Мегилла 10-Б).

Правда возникает вопрос: как все эти принципиально невозможные вещи мог создать Бецалель — 13 летний мальчик? «…Смотрите, Всевышний позвал по имени Бецалеля… И исполнил его мудростью, пониманием и знанием…» (Шмот 35:30) Бресловский Ребе обращает наше внимание на «позвал по имени» и напоминает, что через текст Торы Всевышний всегда обращается к каждому из нас лично, по имени.

Когда Бецалеля позвали сделать Мишкан, то он одновременно получил понимание и инструменты для того, чтобы выполнить эту задачу. Более того, в каком-то смысле ещё более важно то, что он почувствовал себя в состоянии сделать то, что от него требуется.

Когда Всевышний обращается к нам, и зовёт нас по имени, очень важно помнить, что одновременно с призывом мы получаем знание и инструменты для того, чтобы превратить принципиально невозможное в Мишкан — место где можно найти Всевышнего (Ликутей Моаран,I:121).

Про оливки и лошадь.

Начало недельной главы Тецаве, которая обычно читается непосредственно перед Пуримом, гораздо больше подходит для Хануки: «…чтобы взяли чистое оливковое масло, битое, для освещения, чтобы лампы (меноры) горели постоянно.» (Шмот 27:20). Оливковое масло — одна из центральных тем праздника Хануки — очень удачно подходит к Пуриму.

Сами оливки, из которых выжимается оливковое масло, это на редкость горький и мало съедобный плод. Для того чтобы оливки были готовы к употреблению в пищу, плоды должны быть обработаны. Более того, в отличие от других плодов деревьев «сок» оливок — то самое оливковое масло — прекрасно горит. В отличие от скажем апельсина или винограда, которые будучи выжатыми остаются видоизменённой, но все равно едой, оливковое масло предназначено не столько для еды, сколько для горения.

Это как раз то, где Ханука и Пурим очень похожи. Урок обоих праздников состоит в том, что то что внутри часто радикально отличается от того, что снаружи; или другими словами не надо судить о содержании книги по обложке. Рав Пинхас Винстон напоминает, что на уровне текста Торы, оливки — это пшат (простое понимание текста), а оливковое масло — это сод (то что сейчас принято называть каббалой).

К сожалению не всем понятно, что без оливок не будет оливкового масла. Но есть и другая крайность, при которой забывают, что сами оливки не очень съедобны, а если приложить немного усилий, то из оливок может получиться качественно другой продукт. Иллюстрацию второй крайности дает Ребе Симха Буним из Пшисхи:

Жил один богач, у которого появилась навязчивая идея купить самую дорогую лошадь.Так как средства позволяли то так и было сделано. Сразу же после приобретения желаемого объекта возникли страхи: «А что если ее кто-то украдёт? Надо построить конюшню, самую лучшую конюшню. Ну и конечно же установить на конюшню самые надёжные замки. Ну и чтобы развеять все сомнения нанять сторожа чтобы он следил за всем этим добром».

Пришла первая ночь, как это иногда бывает с очень богатыми людьми, которые думают что им есть что терять, богач не может заснуть, потому как боится, что сторож вместо того чтобы сторожить лошадь заснул. Богач несётся проверить сторожа и успокаивается видя что сторож бодр как никогда. Решив поинтересоваться о том, как сторожу удаётся не заснуть на посту, он слышит от сторожа, что тот не может заснуть, так как его внимание поглощено разгадкой важного вопроса: куда девается древесина, когда гвоздь забивают в доску. Ведь этот объем дерева должен куда-то деться?

Оценив глубину вопроса, наш богач отправляется спать, но через короткое время просыпается, и опять бежит проверить сторожа — а вдруг таки заснул? У сторожа сна нет ни в одном глазу. «Чем занимаешься?» «Думаю над важным вопросом: когда люди придумали часы, как они знали как поставить правильное время?» «Очень хорошо, думай дальше» — отвечает богач и спокойно идёт спать.

Под утро богач опять начинает волноваться и идет проверить сторожа. Сторож конечно же не спит. «Ну, о чем думаешь?» «У меня вот такой вопрос: жил был богач, и он решил купить лошадь, и построил для нее самую лучшую конюшню. На конюшне он поставил самые надёжные замки, и ко всему этому нанял сторожа. Как же могло так получиться что лошадь исчезла?»

Ученики Симхи Бунима из Пшисхи говорили, что речь идет о времени, когда для сохранения Торы, вокруг Торы будут возведены самые лучшие ограды, чтобы с Торой ничего не случилось. И в результате этого появятся школы по преподаванию Торы, где не будет никакой Торы, будут молящиеся без молитвы, и так далее. Ужас ситуации заключается в том, что эта история была рассказана 200 лет назад, и с тех пор ситуация не стала гораздо лучше.

Точно так же как для того, чтобы получить оливковое масло, нужно выжимать маслину, для того, чтобы иметь живую связь со Всевышним, нужно прикладывать усилия, так как сама по себе лошадь иметь тенденцию исчезать. Важно добавить, что места где лошадь еще есть остаются всегда и как говорит талмуд: «Если скажет тебе: искал и не нашел — не верь, cкажет: не искал и нашел – не верь, но если скажет: искал и нашел– верь» (Мегила-6Б).

Про оливки и лошадь.

Начало недельной главы Тецаве, которая обычно читается непосредственно перед Пуримом, гораздо больше подходит для Хануки: «…чтобы взяли чистое оливковое масло, битое, для освещения, чтобы лампы (меноры) горели постоянно.» (Шмот 27:20). Оливковое масло — одна из центральных тем праздника Хануки — очень удачно подходит к Пуриму.

Сами оливки, из которых выжимается оливковое масло, это на редкость горький и мало съедобный плод. Для того чтобы оливки были готовы к употреблению в пищу, плоды должны быть обработаны. Более того, в отличие от других плодов деревьев «сок» оливок — то самое оливковое масло — прекрасно горит. В отличие от скажем апельсина или винограда, которые будучи выжатыми остаются видоизменённой, но все равно едой, оливковое масло предназначено не столько для еды, сколько для горения.

Это как раз то, где Ханука и Пурим очень похожи. Урок обоих праздников состоит в том, что то что внутри часто радикально отличается от того, что снаружи; или другими словами не надо судить о содержании книги по обложке. Рав Пинхас Винстон напоминает, что на уровне текста Торы, оливки — это пшат (простое понимание текста), а оливковое масло — это сод (то что сейчас принято называть каббалой).

К сожалению не всем понятно, что без оливок не будет оливкового масла. Но есть и другая крайность, при которой забывают, что сами оливки не очень съедобны, а если приложить немного усилий, то из оливок может получиться качественно другой продукт. Иллюстрацию второй крайности дает Ребе Симха Буним из Пшисхи:

Жил один богач, у которого появилась навязчивая идея купить самую дорогую лошадь.Так как средства позволяли то так и было сделано. Сразу же после приобретения желаемого объекта возникли страхи: «А что если ее кто-то украдёт? Надо построить конюшню, самую лучшую конюшню. Ну и конечно же установить на конюшню самые надёжные замки. Ну и чтобы развеять все сомнения нанять сторожа чтобы он следил за всем этим добром».

Пришла первая ночь, как это иногда бывает с очень богатыми людьми, которые думают что им есть что терять, богач не может заснуть, потому как боится, что сторож вместо того чтобы сторожить лошадь заснул. Богач несётся проверить сторожа и успокаивается видя что сторож бодр как никогда. Решив поинтересоваться о том, как сторожу удаётся не заснуть на посту, он слышит от сторожа, что тот не может заснуть, так как его внимание поглощено разгадкой важного вопроса: куда девается древесина, когда гвоздь забивают в доску. Ведь этот объем дерева должен куда-то деться?

Оценив глубину вопроса, наш богач отправляется спать, но через короткое время просыпается, и опять бежит проверить сторожа — а вдруг таки заснул? У сторожа сна нет ни в одном глазу. «Чем занимаешься?» «Думаю над важным вопросом: когда люди придумали часы, как они знали как поставить правильное время?» «Очень хорошо, думай дальше» — отвечает богач и спокойно идёт спать.

Под утро богач опять начинает волноваться и идет проверить сторожа. Сторож конечно же не спит. «Ну, о чем думаешь?» «У меня вот такой вопрос: жил был богач, и он решил купить лошадь, и построил для нее самую лучшую конюшню. На конюшне он поставил самые надёжные замки, и ко всему этому нанял сторожа. Как же могло так получиться что лошадь исчезла?»

Ученики Симхи Бунима из Пшисхи говорили, что речь идет о времени, когда для сохранения Торы, вокруг Торы будут возведены самые лучшие ограды, чтобы с Торой ничего не случилось. И в результате этого появятся школы по преподаванию Торы, где не будет никакой Торы, будут молящиеся без молитвы, и так далее. Ужас ситуации заключается в том, что эта история была рассказана 200 лет назад, и с тех пор ситуация не стала гораздо лучше.

Точно так же как для того, чтобы получить оливковое масло, нужно выжимать маслину, для того, чтобы иметь живую связь со Всевышним, нужно прикладывать усилия, так как сама по себе лошадь иметь тенденцию исчезать. Важно добавить, что места где лошадь еще есть остаются всегда и как говорит талмуд: «Если скажет тебе: искал и не нашел — не верь, cкажет: не искал и нашел – не верь, но если скажет: искал и нашел– верь» (Мегила-6Б).