Лучший способ увековечить память

Канун Шабос главы «Хайей Соро»
24 хешвона 5779 года / 2 ноября 2018 г.

Как известно, каждая недельная глава Торы имеет свое название, которое одним или несколькими словами выражает ее основную тему или идею. С помощью этих названий мы можем проследить за ходом событий и сохранить в памяти их последовательность. В этом плане у каждого, кто изучает Тору, возникает вполне закономерный вопрос по поводу нашей сегодняшней недельной главы «Хайей Соро», что в переводе с иврита означает «Жизнь Сары». Однако в ней не приводится история жизни нашей праматери — глава начинается… со смерти Сары! А если проанализировать содержание главы, то все будет выглядеть еще более загадочно: каждый ее новый стих, каждый последующий рассказ уводит нас все дальше и дальше от Сары, стирает память о ней и делает ее жизнь далекой историей.

В начале рассказывается о том, как Авраѓам покупает пещеру Махпела, чтобы похоронить Сару. Следующий эпизод напоминает о том, что жизнь должна продолжаться: Элиэзер отправляется на поиски невесты для Ицхока и привозит Ривку. История заканчивается утешительными, но очень тяжелыми словами. «И привел ее Ицхок в шатер Сары, своей матери… И утешение обрел Ицхок после утраты своей матери» (Брейшис, 24: 67). Раши, комментируя этот стих, пишет: «Естественно, что, пока жива мать, человек привязан к ней. А после ее смерти он находит утешение в жене». Третья история самая трудная: наш праотец Авраѓам женится на другой женщине и у них рождается шестеро детей…

Итак, наша недельная глава повествует о том, что Сара умерла, ее похоронили. Затем ее единственный сын утешился молодой женой, и даже ее преданный муж снова женился и имел детей от своей новой жены. Что из этого можно связать с названием «Жизнь Сары»?!

Приведу историю, которую рассказывал предыдущий Любавичский Ребе, рабби Йосеф-Ицхок Шнеерсон:

«К Баал-Шем-Тову приехала бездетная пара, которая уже свыклась с печальным фактом, что у них никогда не будет собственного ребенка. Цадик пригласил их сопровождать его в поездке в одно отдаленное местечко. Там он стал спрашивать всех детей одного за другим: «Как тебя зовут?» И почти все мальчики отвечали Борух-Моше, а девочки — Броха-Лея. Баал-Шем-Тов подошел к синагоге и попросил пожилых людей объяснить это явление. Они рассказали, что около ста лет назад в городе жила богатая семейная пара Моше и Лея. У них было все, чтобы радоваться жизни, но не было детей. Однажды в бейс-мидраше Моше услышал, что тот, кто учит ребенка Торе, как будто родил его. И Моше с женой решили создать для детей местечка школы по обучению Торе. Они нашли лучших учителей, достойно платили им и так обеспечили хорошим образованием всех детей в местечке. Теперь каждый ребенок становился «их» ребенком, и они начали заботиться и о других детских нуждах. Одним семьям давали деньги на ведение хозяйства, другим на свадьбы — все, что родители дали бы своим детям. И вскоре все увидели, как прекрасно поколение детей, которым они помогают… Моше и его жена завещали все свое имущество родственникам с условием, что те создадут дом для бедняков и будут поддерживать детское образование. Когда они ушли в мир иной, чувства, которые к ним испытывали жители их поселения, выразились в необычной форме: почти всех детей, рожденных в этом местечке, стали называть в честь этих двух замечательных людей.

Баал-Шем-Тов посмотрел на пару, которая сопровождала его, и они поняли его намек. Если их судьба такова, что у них не будет детей, они должны помогать другим осуществить то, что им дорого. Таким образом, они удостоятся исполнения слов пророка (Ишаяѓу, 56: 5): «И дам Я им в доме Моем и в стенах Моих память и имя, которые лучше сыновей и дочерей, имя вечное дам им, которое не истребится».

Любавичский Ребе в одной из своих бесед именно в этом ключе объясняет название главы «Хайей Соро». Сразу же после внезапной смерти Сары Авраѓам решил увековечить ее память, осуществив то, что составляло суть ее жизни. После смерти жены он делает то, что не успел сделать для нее при жизни. Авраѓам и Сара были женаты несколько десятилетий, но они представляли цель своей жизни по-разному. Тора говорит о том, что однажды Сара увидела, что Ишмоэль насмехается над Ицхоком, и стала настойчиво требовать, чтобы Авраѓам удалил своего старшего сына из дома. Муж противостоял ей с той же настойчивостью — и спор не прекращался до тех пор, пока Сам Б‑г не был вынужден вмешаться и установить шлом баис (мир в доме).

Спор между ними имел очень глубокие основания. Авраѓам был «универсальным» человеком, «отцом многих народов». Авраѓам был отцом Ишмоэля и был женат на Агари, дочери египетского фараона. Он всегда говорил о человечестве в целом и мечтал о том времени, когда в мире не будет человека, не соблюдающего семи заповедей Нояха. Авраѓам стремился побудить все человечество к вере в существование единого Б‑га и привести к полному отказу от идолопоклонства. Сара, с другой стороны, была особенной, она была матерью Ицхока. Она была замужем только за Авраѓамом. Сара мечтала о народе Израиля. Она предлагала мужу: «Прежде чем мы будем заботиться обо всем мире, давай поговорим о наших детях».

На протяжении всей жизни Сары Авраѓам полностью посвятил себя исполнению своей миссии, распространяя веру в единого Б‑га среди народов мира. Однако с момента смерти жены Авраѓам оставляет все свои планы и занимается увековечиванием ее памяти. Он собирается сделать для нее то, что она сама не успела осуществить. Теперь давайте с этой точки зрения перечитаем все написанное в нашей сегодняшней недельной главе.

Первая история рассказывает о том, что Авраѓам покупает пещеру Махпела. Это был первый шаг к созданию еврейского народа. До сих пор еврейская идея была только идеей, существовавшей в сознании Авраѓама и Сары. Теперь иудаизм стал реальностью, осуществившейся на Земле Израиля. У Ицхока есть земельный участок, принадлежащий только ему и еврейскому народу. У него есть место, к которому он может прийти и излить свою душу.

Второй шаг — женить Ицхока и породить будущие поколения еврейского народа. И здесь Авраѓам делает нечто потрясающее. Он ищет такую женщину, которая смогла бы заменить Сару. Если бы все зависело только от него, то Ицхок мог бы жениться на одной из местных девушек. Авраѓам — «отец многих народов». Но Ицхок — это ребенок Сары, и в мире есть только одна женщина, которая может заменить Сару. Элиэзер отправляется за Ривкой, и история заканчивается тем, что «привел ее Ицхок в шатер Сары, своей матери». Раши объясняет: «Он ввел ее в шатер, и стала она подобной Саре, матери его… Ведь пока Сара жила, свеча горела в шатре от наступления Субботы до наступления следующей Субботы, и благословение было на тесте, и облако стояло над шатром. Когда же она умерла, все это пропало, а с приходом Ривки появилось вновь».

И затем наступает время самого важного решения: жизнь Авраѓама близится к концу, и он пишет свое завещание. Последнее волеизъявление — это момент истины. Авраѓам должен решить, кто его главный наследник: Ицхок или Ишмоэль? Ицхок или дети наложниц? Кто для него важнее — Сара или Агарь? Сара или Ктура? Тора рассказывает: «И отдал Авраѓам все, что у него, Ицхоку. А сыновьям наложниц… дал Авраѓам дары, и отослал он их от Ицхока, сына своего, при жизни своей, на восток» (Брейшис, 25: 5, 6).

Ошеломляющий итог истории жизни Сары состоит в том, что наш праотец таким образом впервые заявляет: «Авраѓам — это Сара, а Сара — это Авраѓам». Поэтому не стоит удивляться, что глава называется «Жизнь Сары». Тора хочет научить нас, что когда у человека есть дети, которые продолжают его путь, то он на самом деле не умирает. Он продолжает жить посредством плодов, которые посадил.

Это послание Торы касается вечности вообще. Когда человек, уходя в мир иной, оставляет за собой огромную пустоту, естественная потребность детей состоит в том, чтобы заполнить эту пустоту, и поэтому они ищут способ увековечить его память. Лучший способ для этого — сделать что-то, что напомнит о нем самом. Прежде, чем жертвовать деньги на здания или площади его имени, стоит подумать о том, что было ценно для этого человека, что будет напоминать о нем всегда. Если он был милосердным человеком, то его дети должны добавить в своей жизни милосердия. Если он был человеком молитвы, его дети должны продолжать молиться. Если он был человеком Торы, его дети должны продолжать ее изучать. Так не только память о нем будет с ними, но и как бы он сам.

В заключение хочу добавить несколько слов от себя. В эти дни более пяти тысяч посланников Любавичского Ребе со всего мира собрались в Нью-Йорке на традиционный ежегодный съезд. В Субботу и в дни до и после нее мы встретимся и будем жить, чувствовать и думать одно: Ребе, оставивший наш мир более 20 лет назад, жив и здоров! Потому что иначе нет возможности объяснить постоянно растущую активность посланников Хабада, их преданность своей миссии, тот факт, что еврейские дети, выросшие в нерелигиозных семьях, среди неевреев, сами становятся посланниками. Деятельность Ребе продолжается, растет и расцветает, приближая еврейский народ к Святому, благословен Он. Ребе придает нам силу и укрепляет наш дух на пути к полному Избавлению. Да произойдет это скоро, в наши дни! Омейн!

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (861 КБ).

Как строится еврейский дом

Канун Шабос главы «Хайей Соро»
21 хешвона 5778 года / 10 ноября 2017 г.

Недавно в одесской еврейской общине «Хабад Шомрей Шабос» прошел семинар по шлом баис — семейному благополучию. В нем приняли участие более десятка пар — первая группа, получившая возможность познакомиться со взглядами иудаизма на то, как нужно строить еврейский дом, полный тепла и любви. Хочу привести вам одну из историй, которые обсуждались на этом семинаре.

В месяце хешван 5700 (1939) года, сразу после начала Второй мировой войны, в Польше молодая пара хасидов, которая недавно обручилась, прилагала огромные усилия, чтобы покинуть территорию страны. Каким-то чудом им удалось перебраться в Литву, но всем было понятно, что война может вскоре добраться и туда. Молодые люди решили эмигрировать в Соединенные Штаты, но проблема была в том, что Америка тогда ввела квоты на количество людей из каждой страны, которые получат въездные визы.

Случилось так, что квота для польских граждан была исчерпана, в то время как советские все еще могли получать разрешения на въезд в США (эта квота вообще долгие годы по понятным причинам оставалось невостребованной). В этой паре жених был из СССР, а у невесты было польское гражданство. Для того, чтобы она тоже смогла уехать, организовали гражданскую свадьбу, после чего в качестве супружеской пары им удалось получить желаемые визы. Первого ноября 1939 года они поднялись на борт корабля, переполненного беженцами, большинство из которых были евреи, желавшие как можно быстрее убежать от ужасов войны.

Но тут возникла новая проблема: как супружеской паре, им выделили на корабле отдельную каюту, а согласно еврейскому закону даже обрученная пара до хупы не может оставаться наедине в закрытой комнате! Молодые люди попали в трудное положение, так как им нельзя было раскрывать секрет, что они женаты только на бумаге, а для них этот брак без еврейской традиционной церемонии был фиктивным… Тогда невеста пошла к помощнику капитана, который занимался распределением кают, и с жалобным выражением лица рассказала ему, что она недавно замужем и только обнаружила, что ее муж так храпит по ночам, что просто невыносимо. Дома каждый из них мог спать в своей комнате, но на корабле, в маленькой каюте это просто невозможно.

В то время, когда все пытались спасти свою жизнь, такой запрос казался совершенно нелогичным. Миллионы людей были готовы на все, только бы плыть на этом корабле! А у нее, видите ли, есть проблема с храпом ее собственного мужа! Но она утверждала, что никак не может быть с ним в одной комнате, готова спать в любом уголке, который он выделит ей, даже в шкафу. Она добавила, что готова помочь во всем, что нужно, главное — чтобы он дал ей место для сна.

В конце концов, помощник капитана пожалел ее и нашел для нее другое спальное место. Однако среди пассажиров распространились слухи о молодоженах, которые всего несколько недель назад поженились, но уже так много ссорятся, что не могут находиться в одной каюте. Многие пытались помирить супругов. Они говорили: «Жизнь коротка. В то время как все бегут от войны, вы занимаетесь глупыми ссорами! Пора повзрослеть и научится жить вместе!» Но никому так и не удалось «установить мир» между супругами. Само собой разумеется, что после этого пассажиры корабля не смогли удержаться от злословия и стали распространять различные слухи о паре упрямцев, не готовых идти на компромисс. И, конечно, каждый добавил что-то от своего буйного воображения, тем более, что на корабле не было чем заняться, кроме как обсуждать подобные истории… А несколько месяцев спустя многие из пассажиров этого корабля были приглашены на еврейскую традиционную свадьбу этой пары, которая состоялась в Нью-Йорке. Перед хупой они выстроились в очередь, чтобы попросить прощения у невесты за то, что сплетничали о ней и считали ее избалованным ребенком, который никак не может наладить отношения со своим мужем…

* * *

Одна из важных тем, затронутых в нашей сегодняшней недельной главе «Хайей Соро», — сватовство и заключение брака. Тора рассказывает о первом еврейском сватовстве и свадьбе Ицхока и Ривки. Авраѓам призывает своего раба Элиэзера и приказывает ему найти невесту для своего сына Ицхока. При этом он берет с того клятву, что девушка не будет из местных, как бы хороша она ни была. Авраѓам хочет, чтобы это была обязательно представительница его семьи: «На землю мою и на родину мою пойдешь и возьмешь жену для сына моего, для Ицхока» (Брейшис, 24: 4). В ответ Элиэзер задает вполне логичный вопрос: «Быть может, не пожелает жена идти за мной на эту землю?!» (там же, стих 5). Так устроен мир, что по природе своей дочери, в отличие от сыновей, хотят жить рядом со своими родителями даже после того, как выходят замуж. Поэтому беспокойство Элиэзера вполне обосновано. Что может заставить молодую девушку покинуть свой народ, свою родину и дом своего отца и поехать в чужую страну?! Она не видела жениха, и раб даже не привез его фотографию!

Авраѓам ответил ему: «Г‑сподь, Б‑г небес… пошлет Своего ангела пред тобою, и ты возьмешь жену для моего сына оттуда». Г‑сподь всегда помогал мне и сейчас тоже поможет, «а если не пожелает жена идти за тобой, ты свободен от этой клятвы мне» (там же, стихи 7, 8). Однако, в любом случае, не пытайся женить его на местной девушке. Но Авраѓам хорошо знал, что нельзя полагаться только на чудо. Человек должен сам делать все возможное, чтобы достичь цели, к которой он стремится. Поэтому Авраѓам также сам действовал так, чтобы убедить невесту бросить все, поспешить в землю Ханаан и выйти замуж за Ицхока.

Элиэзер прибыл в Арам-Наѓараим, и молился Б‑гу, чтобы Он указал ему на подходящую жену для Ицхока тем, что девушка, у которой он попросит пить, предложит напоить и его верблюдов. Все так и произошло: пришла Ривка черпать воду из колодца, Элиэзер попросил у нее немного воды, и она сказала: «Пей, мой господин!.. Также и для верблюдов твоих буду черпать, пока не перестанут пить» (Брейшис, 24: 18, 19). В тот самый момент Элиэзер понял, что это подходящая жена для Ицхока. Первая часть задания была выполнена, оставалось убедить девушку и ее родителей в том, что Ицхок является подходящим для нее женихом. Интересно, что Элиэзер не начинает расхваливать достоинства и таланты жениха, который ждет девушку в далекой стране. Тора говорит, что он дал Ривке предсвадебные подарки: «кольцо золотое в полшекеля весом» и «два браслета весом в десять золотых» (там же, стих 22). Девушка тут же побежала к матери и рассказала, что прибыл богатый человек, который подарил ей подарки. Ее брат, увидев кольцо и браслеты, сразу же выбежал навстречу богатому гостю, пригласил его в дом, где тому оказали почетный прием. Тогда Элиэзер представился: «Раб Авраѓама я», — так он начал свою речь, которая должна была убедить всех отправить свою дочь в далекую страну, чтобы она вышла замуж за того, с кем никогда не встречалась. Далее он рассказывает им об Авраѓаме: «И Г‑сподь благословил господина моего премного, и стал он велик. И дал Он ему мелкий и крупный скот, и серебро и золото, и рабов и рабынь, и верблюдов и ослов» (там же, стих 35). А затем следует самое важное: «И родила Сара, жена моего господина, сына моему господину, уже состарившись; и он отдал ему все, что у него» (там же, стих 36).

Любавичский Ребе говорил на фарбренгене в Субботу недельной главы «Хайей Соро» 5730 (1969) года, что Элиэзер предъявил им дарственную, как объясняет Раши: «Авраѓам составил дарственную запись на все свое достояние в пользу Ицхока, чтобы они поторопились прислать к нему свою дочь» (комментарий на Брейшис, 24: 10). То есть, Авраѓам дал Элиэзеру документ, в котором было написано, что все его имущество передается в подарок Ицхоку, когда тот женится на Ривке. Это было предложение, от которого невозможно отказаться! Любавичский Ребе уточняет, что Элиэзер привез с собой не завещание Авраѓама, где было написано, что в конце жизни его сын Ицхок наследует все, что у него есть. Завещание всегда можно изменить, до тех пор, пока человек жив, он может изменить свое волеизъявление (что можно наблюдать и сегодня в повседневной жизни — люди ссорятся со своими детьми и меняют свое завещание). Поэтому Авраѓам решил написать черным по белому, что он сейчас передал все свое имущество в дар Ицхоку. Этот документ подписали в качестве свидетелей двое известных людей, чтобы все знали, что он подлинный. Старания Авраѓама оправдались: Ривка согласилась приехать, и брак был заключен.

Какой вывод мы можем сделать для себя из этой истории? Еврей должен сделать все, чтобы его сын или дочь заключили брак с представителем своего народа. Многие говорят, что угрожали своим сыновьям, что если они не женятся на еврейской девушке, то их не упомянут в завещании. Однако дети не были слишком озабочены этим. Они молоды, и их родители еще молоды. Поэтому то, что произойдет через тридцать лет, не слишком их волнует. Кто знает, что изменится за это время?! Может быть, его жена пройдет гиюр, или, несмотря ни на что, семья примет ее, и родители простят его… Но когда вы скажете своему сыну, что, если он женится на еврейке, то вы отдадите ему сейчас бо́льшую часть своей собственности, то это непременно окажет на него соответствующее воздействие. Никто не ожидает от вас такого же самопожертвования, какое совершил Авраѓам, отдав Ицхоку все свое имущество, но тридцать процентов тоже могут убедить вашего сына в том, что это выгодная инвестиция.

Главное, чтобы каждый родитель помнил: наша задача позаботиться о продолжении еврейского рода распространяется на воспитание наших детей в духе иудаизма. Не полагайтесь на еврейскую общину, на клуб для молодежи, на другие общинные организации и учреждения, призванные бороться с ассимиляцией! Потому что прежде всего именно в этом состоит наше предназначение как родителей. И для этого мы должны быть готовы приложить все свои силы и отдать все, что у нас есть. Недаром, поздравляя молодых родителей с новорожденным, у нас принято говорить: «Да удостоитесь вы вырастить вашего ребенка для Торы, для хупы и для добрых дел!»

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (713 КБ).

Как получить быстрый ответ от Б‑га

Канун Шабос главы «Хайей Соро»
24 хешвона 5777 года / 25 ноября 2016 г.

На днях один из членов общины пришел ко мне с вопросом: «Почему Всевышний не слышит моих просьб? Я молюсь и прошу, но ни разу не удостоился увидеть свою просьбу выполненной. А если что-то и исполняется, то проходит много времени после того, как я просил и умолял об этом». Конечно, я сразу сказал ему в ответ, что неисповедимы пути Г‑сподни, и что я не могу объяснить, когда Б‑г слышит наши обращения и какие сроки их исполнения Он устанавливает или решает не обращать на них внимания и не исполнять вообще. И все же я предложил ему почитать вместе интересную историю из нашей сегодняшней недельной главы «Хайей Соро» и поинтересоваться еще двумя историями из Танаха, в которых мы видим примеры немедленного исполнения просьбы молящегося. «Возможно, тогда вы поймете, как лучше просить милости у Творца», — сказал я ему.

Я открыл Пятикнижие на недельной главе «Хайей Соро», и мы вместе начали читать о том, как прибыв в Харан, чтобы по поручению Авраѓама найти невесту для Ицхока, Элиэзер обращается с молитвой к Всевышнему: «Вот я стою у источника водного, и дочери горожан выходят черпать воду. И будет: девица, которой скажу: «Наклони твой кувшин, и я напьюсь!..», а она скажет: «Пей, и также верблюдов твоих напою», — ее Ты назначил Твоему рабу Ицхоку. И по сему дай мне знать, что сотворил Ты милость с моим господином» (Брейшис, 13: 13, 14).

Далее Тора рассказывает, что его просьба была немедленно исполнена, даже прежде, чем он закончил ее излагать: «И было: он не кончил еще говорить, и вот Ривка выходит — та, что родилась у Бетуэля, сына Милки, жены Нахора, брата Авраѓама, и кувшин ее на ее плече. И девица хороша видом очень, девственница, и муж никакой не познал ее. И спустилась она к источнику, и наполнила свой кувшин и взошла. И побежал раб навстречу ей, и сказал он: «Дай-ка мне отхлебнуть немного воды из твоего кувшина!» И сказала она: «Пей, мой господин!» И поспешила она и спустила кувшин свой на руку свою и напоила его. А когда напоила его, сказала: «Также и для верблюдов твоих буду черпать, пока не перестанут пить» (Брейшис, 13: 15–19).

Затем я взял из книжного шкафа в своем кабинете «Мидраш рабо», и мы начали читать слова рабби Шимона бар Йохая (60: 4), который говорит, что три человека удостоились мгновенного ответа Небес на свою просьбу: Элиэзер, Моше-рабейну и царь Шломо. Элиэзер — в истории поиска невесты для Ицхока, как упоминается выше. Моше — во время спора с Койрахом, когда он обращается к Б‑гу и просит, чтобы земля поглотила Койраха и его последователей. Тора говорит: «И было: когда кончил он говорить все эти речи, расступилась земля, которая под ними. И разверзла земля уста свои, и поглотила их и их дома, и всех людей, которые у Койраха, и все достояние» (Бамидбор, 16: 31–32). Царь Шломо — при завершении строительства Первого Храма, когда он молит Всевышнего о том, чтобы Его Шхина снизошла в Храм: «Когда закончил Шломо молиться, то огонь сошел с неба, и поглотил всесожжение и жертвы, и слава Г‑сподня наполнила дом» (Диврей ѓайомим II, 7: 1).

И я объяснил, что мидраш как бы уравнивает этих трех мужей, как тех, на чьи просьбы Всевышний откликнулся немедленно, хотя никоим образом нельзя сравнивать величие личностей Моше-рабейну и царя Шломо с Элиэзером, слугой Авраѓама. И тем не менее, ответ на молитву Элиэзера более значим, так как был получен, когда «он не кончил еще говорить», в то время как просьба Моше была исполнена, «когда кончил он говорить все эти речи», и царю Шломо Творец ответил только, «когда закончил Шломо молиться». Становится ясно, что немедленный отклик на молитвы не связан со значительностью личности молящегося, а, в основном, зависит от содержания просьбы, с которой он обращается к Всевышнему. «Как вы думаете, что общего у этих трех молитв, и в чем заключается особая важность просьбы Элиэзера, благодаря которой он получил более быстрый ответ, чем остальные просители?» — спросил я своего собеседника. И после короткой паузы объяснил ему, что, когда между передачей просьбы и ответом на нее проходит много времени, то первой очевидной причиной является то, что дающий и получающий, вероятно, не очень близки друг другу. Ибо, если бы они были объединены, так что их нельзя было разделить, то не было бы никакой задержки во времени между передачей просьбы и ее исполнением. Физический мир и Шхина — это два отдельных явления. Молитва и просьба к Б‑гу — относятся к духовной сфере, а исполнение просьбы — к физической. Это две разные вещи, поэтому мы не видим, что эти просьбы сразу же исполняются. Ведь физическое и духовное не объединены, и требуется определенное время, чтобы осуществить то, о чем просят. Возможно, именно поэтому три молитвы тех, кого мы упоминали ранее, — Элиэзера, Моше-рабейну и царя Шломо — это три просьбы, которые касаются реального воплощения единения Б‑жественного присутствия и действительности, духовного и физического миров. И ответ на них был получен немедленно именно потому, что они просили о единении вещей, которые на самом деле должны были быть объединены друг с другом.

Три молитвы касаются проявления Б‑жественного откровения — в мире, среди людей и в Торе. Царь Шломо молился о Б‑жественном присутствии в физическом мире, в Храме, месте, о котором говорится в Торе: «И сделают Мне Святилище, и Я пребывать буду в их среде» (Шмойс, 25: 8). Шхина покоится открыто в Храме. Материальный дом из камня был объединен с Б‑жественным присутствием, так чтобы его можно было ощутить в физическом месте, где в Святая святых находится Ковчег завета со Скрижалями. Царь Шломо молился Б‑гу: «Я построил Тебе дом обитания, постоянное место для пребывания Твоего вовеки» (Млохим I, 8: 13). Поэтому Всевышний сразу же ему ответил. Моше тоже просит Б‑га подтвердить, что Б‑жественное присутствие покоится среди людей, и все действия Моше строго соответствуют повелениям Творца, а претензии Койраха совершенно беспочвенны. «И сказал Моше Посему узнаете, что Г‑сподь послал меня совершить все эти деяния, но не по моему разумению» (Бамидбор, 16: 28). И поэтому, «когда кончил он говорить все эти речи», то сразу «расступилась земля, которая под ними. И разверзла земля уста свои».

Тем не менее, единение Храма с Б‑жественным присутствием, и единение людей с Б‑гом — это все же единство двух вещей, которые не составляют одного целого. Существует единство, но их можно отделить друг от друга. Например, в Храме покоилась Шхина, но Храм был разрушен и теперь невозможно ощутить Б‑жественное откровение. Люди объединяются с Б‑гом, но это единение не всегда такое же близкое, как во времена Моше и истории Койраха. В разные периоды еврейской истории мы наблюдаем существенную разницу в степени единства, и это является признаком того, что они не составляют по сути своей одного целого.

В отличие от пребывания Шхины в Храме и единения Б‑га с людьми, единство Всевышнего и Торы не подлежит изменению, оно абсолютно и вечно. Рамбам пишет: «Объяснено в Торе четко и ясно, что она заповедана навсегда и на вечные времена. И нельзя ее ни изменять, ни убавлять от нее, ни прибавлять к ней» («Законы основ Торы», 9: 1). Именно потому что это всеобъемлющее единение, Тора остается без изменений. Задача Торы — связать духовность (высшие миры) с материальностью (низшими мирами). Тора содействует тому, что объекты физического мира, через исполнение с ними заповедей, становятся святыми, священными, в них проникает духовность.

Первое соединение высших миров с низшими, где мы воочию видим, как святость воссоединяется с обыденностью, — это брак Ицхока и Ривки. Ицхок был сыном Авраѓама и стал первым евреем, которому сделали обрезание на восьмой день после рождения. Это он был вознесен на жертвенник как жертва всесожжения. Его святость стала причиной того, что Б‑г запретил ему покидать Землю Израиля: «Не спускайся в Египет, потому что ты жертва всесожжения без порока и проживание за пределами этой земли недостойно тебя» (Раши на Брейшис, 26: 2). Ицхок был само воплощение святости. Чего нельзя сказать о Ривке, которая жила в Харане, а не на Святой земле, была дочерью Бетуэля-арамейца и сестрой Лавана. Миссия Элиэзера, состоящая в том, чтобы привезти Ривку Ицхоку в качестве невесты, — это выражение единения высших и низших миров. Это первый камень в фундамент подготовки дарования Торы. Бракосочетание Ицхока и Ривки соединяет духовное и материальное, готовит и дает право его сыновьям достичь высшей связи между ними путем дарования Торы. Так как цель молитвы Элиэзера состояла в единении Б‑жественности с материальным миром, а единство Торы со Всевышним неразрывно и намного сильнее, чем с Храмом или с пророками, поэтому и его просьба была исполнена быстрее, чем просьбы царя Шломо и Моше-рабейну — когда «он не кончил еще говорить».

«Я думаю, что это также и есть ответ на ваш вопрос», — закончил я нашу беседу с членом общины, который хотел узнать, когда Б‑г отвечает на наши молитвы, и как мы можем поспособствовать тому, чтобы Творец ответил нам и помог осуществить то, чего мы хотим. Когда вы просите у Б‑га что-либо материальное, чтобы использовать его для достижения духовных целей, шансы на быстрое исполнение вашей просьбы очень велики. Это происходит, если вы попросите у Всевышнего здоровья, для того, чтобы физическое недомогание не помешало вам прийти в синагогу на урок Торы или изучать Тору самому. Или если вы попросите у Б‑га силы, чтобы быть в состоянии каждый день приходить в синагогу и читать утреннюю молитву в миньяне. И тогда, когда вы просите у Создателя деньги, чтобы иметь возможность, помимо всего прочего, дать дополнительное пожертвование нуждающимся и т. д., и т. п. Другими словами, если вы соедините материальное «получить» с духовным «отдать» взамен Б‑гу, то шансы увидеть, как ваши просьбы будут сразу же исполнены значительно увеличиваются. И это подтверждают истории, рассказанные Торой. Если мы готовы к этому и хотим связать материальное и духовное, то в тот момент, когда эта связь осуществляется, происходит и исполнение наших просьб, как мы видим на примере Элиэзера, Моше-рабейну и царя Шломо.

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (689 КБ).

Когда можно не послушать родителей

Канун Шабос главы «Хайей Соро»
24 хешвона 5776 года / 6 ноября 2015 г.

Однажды пришел ко мне за советом молодой еврей. Они с женой хотели уехать в Израиль, но его родители были категорически против этого решения, утверждая, что им хорошо и здесь. У них есть все: квартира, работа, уважение, в ближайшем будущем — пенсия… А кто и что их ждет в Израиле? «Они не хотят уезжать сами и не дают согласия на то, чтобы мы уехали. Они плачут, настаивают, объясняя, что не вынесут разлуки со мной — их единственным сыном, моей женой — их единственной невесткой, и нашей дочерью — их единственной внучкой! Но мы очень хотим подняться в Израиль и начать новую жизнь! Что нам делать? Что говорит по этому поводу Ѓалоха?» — спросил молодой человек. Действительно, как предписывает поступать в таких случаях еврейский закон? Ответ на этот вопрос весьма интересен, и мы придем к нему вместе в конце статьи…

В нашей сегодняшней недельной главе «Хайей Соро» мы читаем о первом еврейском сватовстве (шидухе). Авраѓам призывает своего слугу Элиэзера, который был его правой рукой, и велит ему ехать из земли Ханаан в Арам-Наѓараим (Месопотамию — местность на территории современного Ирака), чтобы найти там среди членов своей семьи достойную невесту для своего сына Ицхока. Элиэзер прибыл в Арам-Наѓараим вечером и остановился возле колодца, куда каждый день приходили за водой все местные жители. Но как же найти кого-то из семьи Авраѓама? Мы должны помнить, что Авраѓам покинул это место 65 лет назад. К тому же, все это происходило еще до того, как возникли фамилии, и также совершенно очевидно, что перед отъездом Элиэзер не получил от него семейных фотографий!

Слуга Авраѓама помолился и попросил Всевышнего дать ему знак: «И будет — девица, которой скажу: «Наклони твой кувшин, и я напьюсь», а она скажет: «Пей, и также верблюдов твоих напою», — ее Ты назначил Твоему рабу Ицхоку» (Брейшис, 24: 14). Именно так все и произошло. Ривка пришла за водой, Элиэзер попросил у нее напиться, а она сама предложила напоить верблюдов. И Элиэзер был настолько уверен, что нашел невесту для Ицхока, что сначала отдал ей дорогие подарки и только тогда спросил, чья она дочь, обнаружив, что Ривка действительно из семьи Авраѓама! Его пригласили в дом, где он рассказал родственникам своего господина все, что с ним случилось, и какова цель его приезда. И далее Тора говорит: «И отвечал Лаван и Бетуэль, и сказали они: «От Г‑спода исходит это, не можем говорить тебе вопреки ни худого, ни доброго. Вот Ривка пред тобою, бери и иди. И будет она женой для сына твоего господина, как говорил Г‑сподь» (Брейшис, 24: 50, 51).

Чудесная история, но интересная деталь: в ней ничего не говорится о том, что кто-то интересовался мнением по этому поводу самого жениха — Ицхока! Тора ни словом не упоминает о том, что Ицхока спрашивали, какую именно невесту он ищет, и вообще — хочет ли жениться. Авраѓам позвал Элиэзера и дал ему указания, и Элиэзер, как хорошая сваха, ищет девушку и сватает ее.

И возникает вопрос: допустимо ли женить юношу против его воли, так, как делали раньше и продолжают делать по сей день во многих уголках мира? Могут ли родители заставить своих детей жениться на тех, кого сами для них выбирают? Что говорит об этом Ѓалоха?

Чтобы ответить на эти вопросы, нам нужно обсудить одну более общую тему. В одной из Десяти заповедей говорится: «Почитай отца своего и мать свою» (Шмойс, 20: 12). Вопрос в том, в какой степени сын или дочь обязаны слушаться своих родителей. Действительно, родителей надо уважать, ухаживать за ними и запрещено позорить их либо противоречить им. Но должен ли сын подчиняться своей матери, если она хочет, чтобы он делал то, что, например, выставит его на посмешище перед сверстниками (надеть вещь определенного цвета или теплую шапку в жаркий летний день)?

Тот же вопрос встает и при принятии более судьбоносных решений: выборе профессии или спутника жизни. Например, родители мечтают, чтобы их сын стал врачом, а он сам хочет учиться музыке. Они говорят ему, что это мечта всей их жизни, и если он не будет доктором, то сведет их в могилу. Должен ли сын подчиниться воле родителей? В соответствии с Ѓалохой сыновняя почтительность распространяется только на вопросы, касающиеся непосредственно родителей, но во всем, что относится к личной жизни сына или дочери, они не обязаны слушаться родителей.

Однако вопрос, с которым ко мне обратился молодой еврей, гораздо серьезнее. В один прекрасный день сын приходит домой и объявляет, что он хочет совершить алию, оставить свою семью и уехать в Израиль. Решение сына просто сводит родителей с ума, и они всеми силами противодействуют его исполнению. Можно ли сыну поступать так, как (по его мнению) будет лучше для него, или он должен прислушаться к родителям? Ѓалоха говорит, что в данном случае не должен. И, кроме того, так как алия — это заповедь, то мнение родителей вообще можно не учитывать, так как они не могут препятствовать детям в исполнении заповедей. Сказано: «Всякий матери своей и отца своего страшитесь… Я Г‑сподь, Б‑г ваш» (Ваикро, 19: 3). Раши, комментируя этот стих, говорит: «Я Г‑сподь, Б‑г ваш. И ты, и твой отец обязаны почитать Меня, поэтому не слушай его, если он велит тебе преступить Мое слово».

(То же самое, кстати, можно сказать о несогласии родителей с решением сына служить в боевых частях ЦАЃАЛа. Поскольку защищать евреев — это заповедь, они не могут препятствовать ему.)

Так я и ответил обратившемуся ко мне молодому еврею. Как бы ни было неловко отказывать своим родителям, он не должен им подчиниться, ибо у них нет права остановить его в стремлении подняться в Святую землю (кстати, он так и поступил, а сейчас и его родители готовятся совершить алию).

Приведу еще один пример: родители поссорились с каким-то евреем, не разговаривают с ним и велят своему сыну не общаться с ним. И в этом случае сын не только не должен прислушиваться к их мнению, но более того, ему запрещено выполнять их повеление, потому что в соответствии с еврейским законом «нельзя ненавидеть любого еврея» («Сифсей коѓен», гл. 18).

Однако вернемся к вопросу о сватовстве. Рассказывают, что один знаменитый раввин из очень известной раввинской семьи в юности, учась в Берлине, встретил еврейскую девушку и решил жениться на ней. Он написал об этом своим родителям, которые к тому времени эмигрировали в США. Отец ответил, что категорически против этого сватовства. Через некоторое время, отец, который был главой иешивы в Нью-Йорке, пришел на занятия и, рассказав студентам эту историю, добавил, что сын написал ему, что в соответствии с «Шулхан орухом» («Йоре деа», 240: 25), когда дело доходит до сватовства, он не должен его слушать. Тогда отец заявил во всеуслышание: «Мой сын прав, мой сын совершенно прав».

Теперь мы можем вернуться к вопросу о том, почему в истории сватовства, рассказанной в нашей недельной главе, никто якобы не спросил мнения Ицхока. Ответ на этот вопрос мы находим в конце этой истории. Итак, Лаван и Бетуэль заявили, что «от Г‑спода исходит это», и согласились выдать Ривку замуж за сына Авраѓама. Но на следующее утро, когда Элиэзер попросил: «Отпустите меня к моему господину!» — они решили спросить мнения самой девушки. «И позвали Ривку и сказали ей: «Поедешь ли с этим мужем?» И сказала она: Пойду» (Брейшис, 24: 58). И после того, что они сами признали роль Б‑жественного Провидения в этом сватовстве, ибо оно было столь явно, что руку Всевышнего увидели даже идолопоклонники, все-таки, когда пришло время отдавать невесту, они сказали, что это зависит от желания самой Ривки. Раши добавляет: «Отсюда следует, что женщину выдают замуж только с ее согласия» (комментарий на Брейшис, 24: 57). Если спросили Ривку, то, конечно, и Ицхока спросили. И нам становится совершенно ясно, что уже во время совершения первого в истории еврейского народа сватовства был установлен закон запрещающий женить человека без его согласия. Евреи сделали это за тысячи лет до того, как к такому же выводу пришел весь «просвещенный» мир.

Утверждая, что еврей не обязан подчиняться родителям в случаях, которые касаются его собственной жизни, Ѓалоха добавляет, что, прислушиваясь к мнению родителей, вы исполняете очень важную заповедь. В награду за это вам дается благословение свыше на долгую и счастливую жизнь: «Почитай отца своего и мать свою, как заповедал тебе Г‑сподь, Б‑г твой, чтобы продлились дни твои и чтобы было хорошо тебе на земле, которую Г‑сподь, Б‑г твой, дает тебе» (Дворим, 5: 16).

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (864 КБ).

Что важнее всего для Творца?

Канун Шабос главы «Хайей Соро»
21 хешвона 5775 года / 14 ноября 2014 г.

Сегодняшняя Венгрия — одна из стран Европы, в которой, к сожалению, в последние годы набирает силу антисемитизм. Вдохновителем этих процессов стала ультраправая националистическая партия «За лучшую Венгрию» (или, по первому слову венгерского названия, «Йоббик»), которая провозгласила своей главной целью защиту «венгерских ценностей и интересов».

Вторым номером в партийном списке «Йоббик» несколько лет назад был Чанад Сегеди, сделавший политическую карьеру на ксенофобских высказываниях и ставший депутатом Европарламента. В одном из своих выступлений по поводу бюджета, представленного правительством, он, например, сказал, что подобная экономическая программа пойдет на пользу только богатым евреям и навредит бедным венграм. Сегеди добавил, что выглядит все так, как будто сам президент Израиля руководил составлением бюджета. Кроме того, он заявил, что Венгрия должна остерегаться засилья еврейского капитала, иначе богатые евреи смогут контролировать все в стране…

Так как Сегеди стал очень уж популярной фигурой в венгерской политике, конкуренты начали рыться в его прошлом, и с удивлением и радостью обнаружили, что он — выходец из… еврейской семьи! Родители его матери пережили Холокост. Бабушка выжила в Освенциме, а дед — ветеран «исправительно-трудовых лагерей». Мать Сегеди узнала, что она еврейка, только когда ей исполнилось 14 лет. Родители, рассказав ей о своей трагической судьбе, предупредили, что об этом никому нельзя говорить, — они опасались повторения Катастрофы. По этой же причине дед был очень рад тому, что его дочь — мать Сегеди — вышла замуж за нееврея.

Конечно, антисемиту было трудно смириться с тем, что он вдруг оказался евреем. Сегеди начал спорить, давать объяснения и приводить оправдания. Разгорелся публичный скандал. В результате политик признал свое еврейство, под давлением подал в отставку со всех партийных должностей и отказался от членства в «Йоббик». В партии также потребовали, чтобы он отказался от своего места в Европарламенте.

Позже Сегеди сделал ряд заявлений, извиняясь за оскорбления евреев и разжигание ненависти. Открыв для себя свое еврейство, он связался с одним из посланников Любавичского Ребе и сейчас изучает Тору, ест кошерную пищу, ходит в синагогу и старается соблюдать Субботу. Сначала, когда Сегеди приходил в синагогу, люди смотрели на него, как на прокаженного, но со временем привыкли.

В одном из недавних интервью Чанад Сегеди сказал, что сначала он и его партия ненавидели цыган, потом они возненавидели евреев, румын и словаков и другие меньшинства, проживающие в их стране. В конце концов, ненависть стала самоцелью — они ненавидели всех, кто отличался от них внешним видом и образом жизни…

* * *

В нашей сегодняшней недельной главе «Хайей Соро», мы читаем о сватовстве Ицхока, сына нашего праотца Авраѓама. Элиэзер, его слуга, был послан в Арам-Наѓараим (Месопотамию — местность на территории современного Ирака), чтобы найти там достойную невесту для Ицхока из семьи его отца, как сказал Авраѓам: «Ты возьмешь жену для моего сына из моего семейства и из дома отца моего» (Брейшис, 24: 40).

Элиэзер прибыл в Арам-Наѓараим вечером и остановился возле колодца, куда приходили за водой все местные жители. Он обратился к Всевышнему с просьбой о помощи: «И будет: девица, которой скажу: «Наклони твой кувшин, и я напьюсь!..» а она скажет: «Пей, и также верблюдов твоих напою», — ее Ты назначил Твоему рабу Ицхоку. И по сему дай мне знать, что сотворил Ты милость с моим господином» (Брейшис, 24: 14). И не успел он даже закончить, как красивая молодая девушка пришла за водой. Элиэзер подбежал к ней и попросил у нее напиться. И услышал в ответ: «Пей, мой господин!.. Также и для верблюдов твоих буду черпать, пока не перестанут пить» (там же, 24: 18, 19). Элиэзер сразу понял, что это была та, которую он искал. Он отдал ей подарки и лишь затем спросил: «Чья дочь ты?» Девушка ответила, что она — дочь Бетуэля, сына брата Авраѓама Нахора.

Спрашивает «Мидраш рабо»: «Почему Элиэзер решил, что это и есть знак свыше, о котором он просил Творца? Как бы он поступил, если бы на месте Ривки оказалась добросердечная девушка из другого семейства, которая дала бы напиться и ему, и его верблюдам? Взял бы он ее в невесты Ицхоку?» Разве Авраѓам попросил его привезти из тех мест просто девушку с добрым характером, которая любит животных, а не кого-то из дочерей его семьи?! Достойная невеста могла быть найдена и в Ханаане, для этого не нужно было посылать Элиэзера в далекие дали! И все же, несмотря на то, что Элиэзер выразил свою просьбу не совсем так, как было нужно, Всевышний помог и вывел ему именно ту, которая была ему необходима.

Далее мидраш приводит несколько примеров, когда люди, подобно Элиэзеру, обращались к Творцу с просьбами, которые были высказаны не совсем четко и правильно.

Калев бен Йефунэ был среди двенадцати разведчиков, которых послал Моше в Эрец-Исроэль. Десять из них плохо отозвались о Земле Израиля и умерли в пустыне. Только Йеѓошуа и Калев полюбили эту землю, и им было обещано, что они взойдут в нее. Прошло сорок лет, еврейский народ завоевывал Землю обетованную, и Йеѓошуа начал делить ее между коленами Израиля. Калев напомнил Йеѓошуа, что Моше, обещая ему в удел Хеврон, где расположена пещера Махпела, сказал: «Земля, по которой ступала нога твоя, будет наделом тебе и сынам твоим навек» (Йеѓошуа, 14: 9). Калев говорит Йеѓошуа: «Какова была сила моя тогда, такова она и теперь для войны и для того, чтобы выходить и вести народ» (там же, стих 11).

Йеѓошуа дал в надел Калеву Хеврон и все прилегающие к нему земли и поселения, но их надо было завоевать. И Калев выгнал из Хеврона трех сыновей Анака: Шешая, Ахимана и Талмая. А затем выступил против жителей поселения Кирьят-Сефер. «И сказал Калев: «Кто поразит Кирьят-Сефер и возьмет его, тому отдам Ахсу, дочь мою, в жены» (Йеѓошуа, 15: 16). Случилось так, что Кирьят-Сефер завоевал племянник Калева Отниэль, который и женился на его дочери Ахсе. Спрашивает мидраш: «Разве смог бы исполнить Калев свое обещание, если бы Кирьят-Сефер был завоеван каким-нибудь рабом-неевреем?!» Его счастье, что в ответ на столь опрометчивое замечание Всевышний послал ему именно того, кого следовало.

Еще одно необдуманное обещание дал царь Шауль. Во времена его правления евреи очень страдали от набегов филистимлян. И вот, как известно, великан Голиаф вызвал на решающий поединок одного из сынов Израиля, заявив, что победитель овеет свой народ славой, а побежденный сделает свой народ рабом навек. Царь Шауль приказал объявить что, «того человека, который убьет его [Голиафа], царь обогатит богатством великим, и дочь свою выдаст за него, и дом отца его сделает свободным в Израиле» (Шмуэлъ I, 17: 25). Такое заявление таило в себе опасность, ибо на поединок мог выйти кто угодно — и раб, и незаконнорожденный, — а оказавшись победителем, он мог потребовать несовместимое с еврейским законом, но обещанное царем вознаграждение: руку дочери Шауля. Но Всевышний опять явил Свою милость и позволил именно Давиду сразить великана, жениться на царской дочери Михаль и позже самому стать царем.

Однако Всевышний не всегда помогал выполнять опрометчивые обещания Своих подданных. И пример тому — история судьи Ифтаха. «Сражаясь с Амоном, он дал обет Г‑споду, и сказал: «Если Ты предашь аммонитян в руки мои, то да будет: выходящий из дверей дома моего навстречу мне, по возвращении моем с миром… да будет он Г‑споду, и вознесу это во всесожжение» (Шойфтим, 11: 30–31). Когда же Ифтах вернулся в Мицпу, в дом свой, навстречу ему вышла… его единственная дочь! «И вот, когда он увидел ее, разодрал одежду свою и сказал: «Увы, дочь моя, ты сразила меня и стала сокрушением моим! Я же отверз уста мои пред Г‑сподом и не могу отречься» (там же, 11: 35). Конечно, буквально исполнить свой обет Ифтах не мог, потому что существует абсолютный запрет на такие жертвы, но девушка, по мнению большинства комментаторов, прожила всю оставшуюся жизнь в уединенном месте далеко от дома, в полном одиночестве…

Все эти истории из Танаха призваны научить людей воздерживаться от клятв и обетов, быть сдержанными в речах и не давать обещаний, которые невозможно или трудно выполнить (это касается даже того антисемита, который выступал против евреев, но в конце концов сам оказался одним из нас). Но все же возникает вопрос: почему Всевышний благосклонно отозвался на просьбы Элиэзера и Шауля, а обет Ифтаха отверг?

Любавичский Ребе в одной из своих бесед объясняет, что Г‑сподь всегда с особым усердием заботится о том, чтобы сватовство, создание еврейской семьи происходило подобающим образом и завершилось счастливым концом. Даже если просьба выражена не совсем правильно, Г‑сподь посылает того, кого нужно, давая просящему больше, чем он заслуживает, чтобы брак свершился. Ибо семья является основой мира и фундаментом дома Израиля. Поэтому знакомство и обручение находятся под особой защитой Б‑жественного провидения, и Всевышний Сам всячески помогает и способствует заключению успешного брака — даже при том, что просящий выражался неточно и необдуманно. Ибо для Творца нет ничего важнее соединения супружеских пар, создания счастливых еврейских семей!

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (820 КБ).

Жизнь, продолжающаяся в вечность

Канун Шабос главы «Хайей Соро»
21 хешвона 5774 года / 25 октября 2013 г.

После смерти Магида из Межирича, рабби Дов-Бера, положение евреев в России резко ухудшилось. Мало того что царское правительство приняло ряд новых антисемитских постановлений, так к тому же на еврейские общины обрушились стихийные бедствия и эпидемии. В то время Магид явился во сне одному из своих учеников, и тот спросил учителя: «Говорят, что после смерти праведник имеет еще большее влияние на этот мир, чем при жизни. Почему же тогда, когда вы были живы, ваши молитвы защищали нас, а сегодня нас преследует так много бед?» Ответил рабби Дов-Бер: «Живя в физическом мире, я не мог терпеть боль и скорбь евреев. Я молился за вас и, благодарение Всевышнему, мои молитвы были услышаны. Но теперь, находясь в мире Истины, я знаю, что зло не посылается нам свыше — в конечном счете, все, что делает Б‑г, есть добро. Как же мне молиться против блага?! Но вы, мои ученики, до сих пор живущие в этом мире, не можете терпеть человеческие страдания. Вы должны молиться Творцу, чтобы Он избавил вас от бед и катастроф!..»

В нашей недельной главе «Хайей Соро» описываются три важных для истории евреев события. Первая часть главы посвящена переговорам между Авраѓамом и Эфроном о покупке пещеры Махпела для захоронения нашей праматери Сары. Затем рассказывается о назначении Элиэзера посланником в Харан для выполнения ответственного поручения Авраѓама — найти жену для Ицхока. Тора подробно описывает весь ход событий до успешного завершения миссии, когда Элиэзер привозит Ривку в землю Канаан, к Ицхоку. Вот как Тора заканчивает этот рассказ: «И привел ее Ицхок в шатер Сары, своей матери. И взял он Ривку, и стала она ему женой, и он возлюбил ее. И утешение обрел Ицхок после утраты своей матери» (Брейшис, 24: 67). Третье событие — Авраѓам женится на женщине по имени Ктура (мидраш утверждает, что на самом деле это была Агарь, и Авраѓам взял ее в жены повторно), которая родила ему еще шестерых сыновей.

Известно, что названия глав Торы очень точны и всегда тесно связаны с тем, о чем в них рассказывается. Название нашей главы, которое переводится как «Жизнь Сары», указывает на то, что в ней должно приводиться жизнеописание нашей праматери. Какое же отношение к названию имеют три описываемые в главе события, которые произошли после смерти жены Авраѓама и вследствие этой смерти?! Действительно, приобретение пещеры Махпела — прямой результат смерти Сары. Итог второго — заключения брака Ицхока с Ривкой — выражают слова: «И утешение обрел Ицхок после утраты своей матери». Раши объясняет: «Естественно, что, пока жива мать, человек привязан к ней. А после ее смерти он находит утешение в жене». Так что это событие было результатом смерти Сары. И, конечно, то, что «взял Авраѓам… жену по имени Ктура» (Брейшис, 25: 1), тоже является прямым следствием того, что Сара умерла… Следовательно, нам необходимо понять, каким именно образом название главы отражает ее содержание.

Истинная жизнь вечна. Она не прекращается с уходом человека из этого мира, продолжается в жизни его потомков, в событиях, которые происходят в этом мире. С этой точки зрения именно события, происходящие после смерти, в значительной степени раскрывают смысл жизни человека. Таким образом, подлинное значение понятия «жизнь» — вечность. И в этом смысле жизнью реальной, вечной живет только Превечный — Творец мира. Как сказано: «А Г‑сподь Б‑г есть истина, Он Б‑г живой и Царь вечный» (Ирмияѓу, 10: 10).

Когда мы исполняем Б‑жественные заповеди, изучаем Тору, данную нам Всевышним, ходим Его путями, воспитываем наших детей в традиции Б‑жественного учения, — тогда и мы, благодаря «прилеплению» к Творцу, живем в истинном смысле слова. Как сказано: «А вы, держащиеся Г‑спода, Б‑га вашего, живы все вы сегодня» (Дворим, 4: 4).

Эти слова Торы подтверждает и высказывание наших мудрецов: «Яаков, отец наш, не умер» (Талмуд, трактат «Таанис», 5б). Но ведь тело Яакова забальзамировали, его оплакивали и даже похоронили — в той самой пещере Махпела, где Авраѓам похоронил Сару, а позже и сам упокоился там! Талмуд продолжает: «Пока потомство Яакова живо, и он жив». Это означает, что когда сыны Яакова идут по дороге Торы, они прилепляются к Всевышнему. И, хотя душа Яакова уже давно покинула тело, он «живет» в истинном смысле этого слова. Это не физическая жизнь, которая имеет конец. Яаков жил, прилепляясь к Творцу, и воспитывал своих детей в духе Торы. И они являются живым доказательством его истинной жизни.

События нашей недельной главы хотя и происходят после смерти Сары, но открывают нам подлинный смысл ее вечной жизни. Мы узнаем, что Ривка продолжает идти по путям Сары, Авраѓам исполняет желания Сары, и все ее мечты о возвеличивании Ицхока сбываются.

Жизнь Сары очень отличалась от жизни ее мужа. Авраѓам был отцом Ицхока, но также был отцом Ишмоэля. Он стал отцом других народов — недаром Тора объясняет имя Авраѓам как «отец многих народов» (Брейшис, 17: 5). Авраѓам связан не только с народом Израиля (через Ицхока), но и со всеми народами мира. Он открывал Имя Б‑га каждому встречному, в том числе и арабам.

У Сары же был единственный сын — Ицхок. Она была связана только с народом Израиля. Сара не хотела иметь ничего общего с остальными народами, и поэтому потребовала от Авраѓама изгнать Агарь и Ишмоэля: «Изгони эту рабыню и сына ее, ибо не наследовать сыну этой рабыни с моим сыном, с Ицхоком» (Брейшис, 21: 10). Авраѓам был весьма обеспокоен этим и молился за благополучие своего первенца.

Сара видела цель своей жизни в том, чтобы ее единственный сын получил благословение Всевышнего, и его потомки стали «народом священников». При жизни наша праматерь всячески подчеркивала праведность и превосходство своего сына Ицхока, народа Израиля, над всеми другими народами. В этом и состояла вся жизнь Сары.

И после смерти нашей праматери это главное направление ее жизни продолжает реализовываться во всей полноте. Авраѓам идет по избранному ею пути и возвышает народ Израиля над другими народами. И три события, о которых рассказывает наша недельная глава, отражают возвеличивание народа Израиля. Следовательно, они являются истинным воплощением вечной жизни Сары. В пещере Махпела до смерти Сары были похоронены Адам и Хава, прародители всего человечества, всех народов. Так что на первый взгляд у народа Израиля нет приоритета перед другими нациями на владение этой пещерой. Она принадлежит всему человечеству, и каждый народ может похоронить в ней своих выдающихся представителей. Тем не менее, Авраѓам покупает это место для захоронения Сары, и с этого момента пещера Махпела становится исключительно еврейской святыней. Сюда на могилу матери приходит молиться Ицхок. После Сары и Авраѓама там будут похоронены Ицхок и Ривка, Яаков и Лея — праотцы и праматери еврейского народа. Тем самым исполнились молитвы Сары о благословении ее потомков. Хотя Адам и Хава — прародители всего человечества, избранным народом стали сыны Израиля, а другие народы не достигли их уровня близости с Творцом.

Превосходство Ицхока проявляется не только в более широком кругу всего человечества, но и в его ближайшем окружении. Авраѓам посылает Элиэзера в Харан. Элиэзер был лучшим из учеников Авраѓама, его доверенным лицом, человеком в высшей степени добродетельным, удостоившимся многих чудес. О нем сказано, что он «поил учением своего учителя других». Тем не менее, Элиэзер не удостоился того, чтобы учитель женил своего сына Ицхока на его дочери… Более того, Авраѓам выделяет Ицхока даже среди всех своих детей. Вступив в повторный брак, в котором у него родились шесть сыновей, имея первенца — Ишмоэля, наш праотец завещает все свое наследство только Ицхоку. Тора говорит: «И отдал Авраѓам все, что имел, Ицхоку». В то время как «сыновьям наложниц… дал Авраѓам дары, и отослал он их от Ицхока, сына своего, при жизни своей, на восток…» (Брейшис, 25: 5, 6). Так сбылось желание Сары отделить своего единственного сына Ицхока от других сыновей Авраѓама, выделить народ Израиля из среды других народов. Сара хотела, чтобы Авраѓам так же, как она, возвеличивал их сына Ицхока, и она добилась своего.

События главы «Хайей Соро» свидетельствуют о том, что жизнь нашей праматери продолжается даже после физической смерти тела. Влияние святости Сары и после смерти осталось таким же сильным, как и при жизни, в полном соответствии со сказанным в книге «Зоѓар»: «Скончавшийся праведник пребывает во всех мирах еще в большей степени, чем при жизни».

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (1,02 МБ).