Защитить еврея перед Б‑гом

Канун Шабос главы «Шойфтим»
6 элула 5778 года / 17 августа 2018 г.

28 сентября 1973 года, на исходе второго дня Рош ѓаШоно и за полторы недели до начала Войны Судного дня, два палестинских террориста напали на пассажирский поезд, следовавший из Братиславы в Вену. Вооружившись автоматами Калашникова, они захватили поезд, когда он остановился на первой в Австрии станции. Среди пассажиров были новые репатрианты из СССР, которые направлялись в Израиль. Террористы взяли в заложники пятерых евреев и австрийского таможенника и отправились в аэропорт в Вене. Они угрожали убить заложников, если Австрия не остановит эмиграцию евреев из СССР и не закроет транзитный лагерь Еврейского агентства, который находился в Шенау, недалеко от Вены. В результате переговоров канцлер Австрии Бруно Крайский объявил о закрытии лагеря, и заложники были освобождены. Террористам разрешили покинуть Австрию и вылететь в Ливию.

Тогдашний премьер-министр Израиля Голда Меир обвинила канцлера в капитуляции перед террористами, поощряющей новые инциденты, в которых опять будут заложники. В тот же день она полетела в Страсбург для выступления перед Европейским парламентом, в котором она осудила поведение правительства Австрии и призвала европейцев «не идти на сделки с террористами». Оттуда она полетела прямо в Вену, чтобы встретиться с канцлером (надо отметить, что сам Крайский был евреем по происхождению, но газеты в Израиле называли его в то время «предателем» и «антисемитом», а австрийское правительство — «нацистами»). Из аэропорта Голда Меир отправилась прямо на встречу, которая продолжилась час и сорок пять минут и прошла очень тяжело. По возвращении в Израиль, на вопросы журналистов о встрече она ответила саркастически: «На мой взгляд, итоги моей встречи с канцлером Крайским можно резюмировать в одном предложении: он даже не предложил мне стакан воды».

Эта история получила широкий резонанс во всех уголках земного шара, и каждый, кто ее услышит, сразу же возмутится. Невозможно, чтобы у него не возникло чувство отвращения к еврею, который отвернулся от своего народа, сдался террористам и закрыл транзитный лагерь для репатриантов из СССР. Однако у всего есть две стороны. Но сначала немного предыстории. К концу 1973 года поток новых репатриантов из Советского Союза резко возрос. Советские власти, вообще отрицавшие наличие эмиграции, не позволяли евреям выезжать прямо в Израиль. Им нужно было уехать в другую европейскую страну, причем только железнодорожным путем, а затем полететь к месту назначения. Поэтому большинство из них прибывало в Вену, ставшую перевалочным пунктом, по железной дороге из Венгрии или Польши через Чехословакию. Репатрианты попадали в транзитный лагерь, оборудованный в венском замке Шенау, откуда продолжали свой путь в Израиль. Таким образом, Австрия стала единственной страной в Европе, которая была готова разрешить русским евреям транзит через свою территорию. И именно «предатель» Крайский был единственным главой правительства, который разрешил этот транзит. До теракта, о котором было рассказано выше, в Израиль через Австрию прибыло 167 тысяч евреев из Восточной Европы!

В 2006 году был опубликован секретный протокол встречи израильского премьера с австрийским канцлером, который показывает эту историю в несколько ином свете. В начале встречи Бруно Крайский упрекнул Голду Меир за то, что израильская пресса называет его «предателем». Он сказал, что действительно не был ни сионистом, ни религиозным, но и никогда не отказывался от своего еврейского происхождения. Поэтому он разрешил евреям из СССР проезжать через свою страну в Израиль, хотя арабские страны протестовали против этого. Но еще до этого он пообещал, что разрешит советским евреям проезд через Австрию по пути в Израиль. Он закроет транзитный лагерь по соображениям безопасности, но сделает это постепенно. Голда приехала убедить его позволить транзит репатриантов через Австрию, но он предварил ее просьбу. Кроме того, Крайский утверждал, что, соглашаясь на требования террористов, хотел предотвратить кровопролитие на австрийской земле. Израиль считает, что не должен вести переговоры с террористами, но он не был готов к тому, что люди будут убиты, потому что он не пошел на уступки террористам. Канцлер добавил, что если бы евреи были убиты, его обвинили бы в том, что он недостаточно сделал для их спасения. Даже после этого события более 100 тысяч евреев проехали через Австрию по пути в Израиль. Всего за 1968–86 гг. 270 тысяч евреев покинули СССР через Вену.

* * *

Наша сегодняшняя недельная глава «Шойфтим» начинается словами: «Судей и смотрителей поставь себе…» (Дворим, 16: 18). В хасидских книгах говорится, что люди по своей природе самих себя судят благосклонно, а других осуждают по всей строгости закона. Рабби Яаков-Йосеф из Полонного говорил о вышеприведенном стихе: «Не суди других, оставь это для себя». Более того, в комментариях мидрашей на окончание этого стиха — «…чтобы они судили народ судом праведным» — говорится, что судьи должны быть правыми и сведущими и защищать евреев перед лицом Всевышнего. Откуда мы узнаем об этом? Из истории Гидона, сына Йоаша, во времена которого народ Израиля был в беде. Творец искал человека, который защитит евреев, но не находил, ибо то поколение было слабо в исполнении заповедей и совершении добрых дел. Б‑г посчитал Гидона достойным стать спасителем своего народа и послал к нему ангела: «И явился ему ангел Г‑сподень, и сказал ему: «Г‑сподь с тобою, доблестный муж!» А затем и сам Всевышний явился и сказал ему: «Вот с этой твоей силой — иди и спаси Мой народ!» (Шойфтим, 6: 12, 14). «И судят народ праведным судом» — означает, что судьи защитят свое поколение» (Мехильта на Дворим, 16: 18).

Мидраш учит нас, что выражение «суд праведный» означает: защитить еврея перед Б‑гом. Очень легко сказать о ком-то, что он предатель, и назвать его другими уничижительными словами, но Всевышний ожидает от нас правого суда: «К справедливости, к справедливости стремись!» (Дворим, 16: 20). Именно этому учил нас Любавичский Ребе: защищать еврея, особенно в месяце элул. Особенно, когда речь идет о еврее, который уже умер, потому что он не может встать и защитить себя и свою репутацию. Это особая привилегия искать и находить скрытое в каждом еврее добро. А в нашем случае это проще простого, даже выискивать ничего не приходится. Все те 270 тысяч евреев, которые прошли через Вену и поднялись в Землю Израиля, являются самой большой заслугой, которая свидетельствует в пользу души Бруно Крайского.

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (958 КБ).

Глава Торы “Шофтим”: Свидетели Кого вы?

В тяжбах имущественных чистосердечное признание обвиняемого равнозначно свидетельскому показанию целого трудового коллектива. Когда же подсудимому светит вышка, его признание никак не влияет на приговор. Потому что, если вы думаете, что ваше тело — это ваше тело, а ваша жизнь — это ваша жизнь, то… вам нужно подумать еще раз.

(Лекция р-на Эли Когана; записана 09.04.2008, отредактирована 08.20.2009)

Кликните на стрелку, чтобы прослушать лекцию. Чтобы скачать MP3 файл, кликните Download левой кнопкой, либо же правой и выберите “Save Target As…”

И в «городе», и в «поле»…

Канун Шабос главы «Шойфтим»
3 элула 5777 года / 25 августа 2017 г.

Этим летом впервые сыновья посланников Любавичского Ребе, раввинов четырех городов Украины объединились и организовали мицвомобиль — «синагогу на колесах». Мендл Вольф из Одессы, Менди Готлиб из Николаева, Менахем Вольф из Херсона и Элазар Эрентрой из Запорожья собрали пожертвования среди своих друзей, арендовали большой автомобиль, наполнили его священными книгами, тфилинами, мезузами — даже поместили туда Свиток Торы! — и выехали на несколько недель в путешествие между малыми городами юга Украины. Они переезжали из города в город и, делая остановку, в каждом из них собирали евреев, изучали с ними Тору, молились, устанавливали мезузы, проводили интересные мероприятия с еврейскими детьми…

* * *

В конце сегодняшней недельной главы «Шойфтим» рассказывается о ритуале эгла аруфа («телица с проломленной шеей»), который совершался в случаях, когда в поле находили труп неизвестно кем убитого человека (Дворим, 21: 1–9). Тора повелевает старейшинам близлежащего города взять годовалую телицу, «которая еще не ходила под ярмом», отвести ее к текущему меж бесплодных скал ручью и прорубить ей там шею. Затем старейшины омывали над ней руки и провозглашали: «Наши руки не пролили этой крови, и наши глаза не видели, очисти народ Твой, Израиля, который Ты, о Г‑споди, освободил, и не вмени народу Твоему, Израилю, невинной крови»» (Дворим, 21: 7). Этот ритуал не являлся жертвоприношением или искуплением убийства. Согласно Торе, пролитая кровь человека оскверняет и делает бесплодной землю, как сказано: «И не привнесите вину на землю, на которой вы, ибо кровь привносит вину на землю, а земле не будет искупления за кровь, на нее пролитую, разве только кровью пролившего ее» (Бамидбор, 35: 33). Кровь телицы служила как бы заменой крови убитого, и осквернение переносилось с места, где был найден убитый, на место, где обезглавили животное. Если убийца впоследствии обнаруживался, он подлежал казни (Мишна, трактат «Сота», 9: 7; Талмуд, трактат «Ксубойс», 37б).

Непонятным остается то, какая связь между старейшинами города и убийством? Как говорится в Талмуде (трактат «Шабос», 55а) и книге «Зоѓар» (часть 1, 57б): «Нет смерти без греха». Следовательно, человек умер, вероятно, за свои грехи. Сам акт убийства совершен убийцей, который и должен понести за это суровое заслуженное наказание. Почему же Тора требует от старейшин города совершить этот ритуал и, особо, объявить о том, что они не имеют ничего общего с убийством. Ведь это само собой разумеется! Совершенно очевидно, что есть убийца, который убил, и есть человек, который умер за свои грехи. При чем тут старейшины?!

Мудрецы наделяют ритуал эгла аруфа особым этическим содержанием. Заявление старейшин об их невиновности — это не столько отречение от причастности к пролитию невинной крови, сколько сокрушение по поводу того, что они не смогли принять меры для предотвращения убийства. Талмуд неоднократно повторяет: «Все сыны Израиля в ответе друг за друга». Поэтому ответственность за убийство лежит не только на убийце и, конечно, не только на самом убитом, но и на всех жителях города, расположенного рядом с местом, где произошло убийство, и даже на старейшинах города. Раши объясняет, что Тора, говоря «выйдут твои старейшины», подразумевает, что это будут «отличенные, избранные из твоих старейшин, это верховная судебная палата — Санѓедрин». Именно старейшины должны публично заявить: «Наши руки не пролили эту кровь». Потому что их главной обязанностью было передать всему народу ценности Торы, чтобы избежать такой ситуации, когда вырос человек, способный совершить убийство.

Старейшины испрашивают у Б‑га прощение не за участие в убийстве их самих или даже их сограждан, и даже не за непринятие необходимых мер для разыскания убийц, а за то, что не приняты общие меры, предупреждающие преступления. Вина старейшин могла выразиться в том, что они не организовали материальной помощи нуждающимся и тем толкнули их на путь преступлений, или же в том, что не дали одиноким путникам охраны от разбойников. Таким образом, это толкование подразумевает предписание опасаться бездействия, которое создает условия для преступления.

Алтер Ребе в книге «Ликутей Тора» пишет, что и в духовной жизни человека существует понятие «кровопролития». Когда еврей грешит, он как бы «проливает кровь» и жизненность своей души, опускает ее в греховность и лишает святости. Иногда можно встретить еврея, находящегося на столь низком духовном уровне, что он становится, не дай Б‑г, подобен убитому. И даже более того: найти его «в поле» — владениях Эйсава, который, как мы знаем, был «человеком поля». Тора свидетельствует о нем: «И выросли отроки, и стал Эйсав человеком, сведущим в улове, человеком полевым…» (Брейшис, 25: 27). И если есть действительно человек столь бедный духовно, то, с одной стороны, можно утверждать, что он сам виновен в состоянии, до которого опустился. В конце концов, он мог выйти из духовного «поля» и поселиться в «городе» — в месте, где есть еврейская жизнь. И если все-таки он решил остаться в «поле» и пал убитым, то вся ответственность лежит на нем одном. Однако предназначение ритуала эгла аруфа ясно указывает на то, что ответственность за духовно падшего еврея и его отход от еврейства лежит на всех, даже на членах Санѓедрина. Как сказано в мидраше «Тоно девей Элияѓу рабо»: «Должны были судьи… повязать им железный канат на талии… и возвратить в каждый город Израиля… и учить сынов Израиля». Они должны были позаботиться о том, чтобы ни один еврей не отошел от иудаизма!

Это указание для всех евреев, в течение всего года, а особенно — в месяце элул. У каждого из нас есть долг и священное право выйти в «поле» — за пределы «города» и разбудить евреев, напоминая им, что настал месяц элул, месяц, в котором Царь — Всевышний — «в поле» принимает всех евреев «любезно и обращает Свой лик ко всем». Так что мы все сможем в Дни трепета прийти в «город» и сразу же быть записанными и подписанными в книгу совершенных праведников.

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (784 КБ).

И в «городе», и в «поле»…

Канун Шабос главы «Шойфтим»
3 элула 5777 года / 25 августа 2017 г.

Этим летом впервые сыновья посланников Любавичского Ребе, раввинов четырех городов Украины объединились и организовали мицвомобиль — «синагогу на колесах». Мендл Вольф из Одессы, Менди Готлиб из Николаева, Менахем Вольф из Херсона и Элазар Эрентрой из Запорожья собрали пожертвования среди своих друзей, арендовали большой автомобиль, наполнили его священными книгами, тфилинами, мезузами — даже поместили туда Свиток Торы! — и выехали на несколько недель в путешествие между малыми городами юга Украины. Они переезжали из города в город и, делая остановку, в каждом из них собирали евреев, изучали с ними Тору, молились, устанавливали мезузы, проводили интересные мероприятия с еврейскими детьми…

* * *

В конце сегодняшней недельной главы «Шойфтим» рассказывается о ритуале эгла аруфа («телица с проломленной шеей»), который совершался в случаях, когда в поле находили труп неизвестно кем убитого человека (Дворим, 21: 1–9). Тора повелевает старейшинам близлежащего города взять годовалую телицу, «которая еще не ходила под ярмом», отвести ее к текущему меж бесплодных скал ручью и прорубить ей там шею. Затем старейшины омывали над ней руки и провозглашали: «Наши руки не пролили этой крови, и наши глаза не видели, очисти народ Твой, Израиля, который Ты, о Г‑споди, освободил, и не вмени народу Твоему, Израилю, невинной крови»» (Дворим, 21: 7). Этот ритуал не являлся жертвоприношением или искуплением убийства. Согласно Торе, пролитая кровь человека оскверняет и делает бесплодной землю, как сказано: «И не привнесите вину на землю, на которой вы, ибо кровь привносит вину на землю, а земле не будет искупления за кровь, на нее пролитую, разве только кровью пролившего ее» (Бамидбор, 35: 33). Кровь телицы служила как бы заменой крови убитого, и осквернение переносилось с места, где был найден убитый, на место, где обезглавили животное. Если убийца впоследствии обнаруживался, он подлежал казни (Мишна, трактат «Сота», 9: 7; Талмуд, трактат «Ксубойс», 37б).

Непонятным остается то, какая связь между старейшинами города и убийством? Как говорится в Талмуде (трактат «Шабос», 55а) и книге «Зоѓар» (часть 1, 57б): «Нет смерти без греха». Следовательно, человек умер, вероятно, за свои грехи. Сам акт убийства совершен убийцей, который и должен понести за это суровое заслуженное наказание. Почему же Тора требует от старейшин города совершить этот ритуал и, особо, объявить о том, что они не имеют ничего общего с убийством. Ведь это само собой разумеется! Совершенно очевидно, что есть убийца, который убил, и есть человек, который умер за свои грехи. При чем тут старейшины?!

Мудрецы наделяют ритуал эгла аруфа особым этическим содержанием. Заявление старейшин об их невиновности — это не столько отречение от причастности к пролитию невинной крови, сколько сокрушение по поводу того, что они не смогли принять меры для предотвращения убийства. Талмуд неоднократно повторяет: «Все сыны Израиля в ответе друг за друга». Поэтому ответственность за убийство лежит не только на убийце и, конечно, не только на самом убитом, но и на всех жителях города, расположенного рядом с местом, где произошло убийство, и даже на старейшинах города. Раши объясняет, что Тора, говоря «выйдут твои старейшины», подразумевает, что это будут «отличенные, избранные из твоих старейшин, это верховная судебная палата — Санѓедрин». Именно старейшины должны публично заявить: «Наши руки не пролили эту кровь». Потому что их главной обязанностью было передать всему народу ценности Торы, чтобы избежать такой ситуации, когда вырос человек, способный совершить убийство.

Старейшины испрашивают у Б‑га прощение не за участие в убийстве их самих или даже их сограждан, и даже не за непринятие необходимых мер для разыскания убийц, а за то, что не приняты общие меры, предупреждающие преступления. Вина старейшин могла выразиться в том, что они не организовали материальной помощи нуждающимся и тем толкнули их на путь преступлений, или же в том, что не дали одиноким путникам охраны от разбойников. Таким образом, это толкование подразумевает предписание опасаться бездействия, которое создает условия для преступления.

Алтер Ребе в книге «Ликутей Тора» пишет, что и в духовной жизни человека существует понятие «кровопролития». Когда еврей грешит, он как бы «проливает кровь» и жизненность своей души, опускает ее в греховность и лишает святости. Иногда можно встретить еврея, находящегося на столь низком духовном уровне, что он становится, не дай Б‑г, подобен убитому. И даже более того: найти его «в поле» — владениях Эйсава, который, как мы знаем, был «человеком поля». Тора свидетельствует о нем: «И выросли отроки, и стал Эйсав человеком, сведущим в улове, человеком полевым…» (Брейшис, 25: 27). И если есть действительно человек столь бедный духовно, то, с одной стороны, можно утверждать, что он сам виновен в состоянии, до которого опустился. В конце концов, он мог выйти из духовного «поля» и поселиться в «городе» — в месте, где есть еврейская жизнь. И если все-таки он решил остаться в «поле» и пал убитым, то вся ответственность лежит на нем одном. Однако предназначение ритуала эгла аруфа ясно указывает на то, что ответственность за духовно падшего еврея и его отход от еврейства лежит на всех, даже на членах Санѓедрина. Как сказано в мидраше «Тоно девей Элияѓу рабо»: «Должны были судьи… повязать им железный канат на талии… и возвратить в каждый город Израиля… и учить сынов Израиля». Они должны были позаботиться о том, чтобы ни один еврей не отошел от иудаизма!

Это указание для всех евреев, в течение всего года, а особенно — в месяце элул. У каждого из нас есть долг и священное право выйти в «поле» — за пределы «города» и разбудить евреев, напоминая им, что настал месяц элул, месяц, в котором Царь — Всевышний — «в поле» принимает всех евреев «любезно и обращает Свой лик ко всем». Так что мы все сможем в Дни трепета прийти в «город» и сразу же быть записанными и подписанными в книгу совершенных праведников.

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (784 КБ).

Судьи, стражи и города-убежища

Канун Шабос главы «Шойфтим»
6 элула 5776 года / 9 сентября 2016 г.

Меньше месяца осталось до Рош ѓаШоно и праздников месяца тишрей. Многие евреи уже начали готовиться к предстоящим праздникам: покупают мед и гранаты, новый талес, новый китл для Йом-Кипура, заказывают эсрог и лулав для Суккос. И, конечно же, все мы в рамках подготовки к Десяти дням трепета начинаем припоминать свои прегрешения и совершать тшуву… На днях один из членов общины сообщил мне, что хочет поехать на весь период праздников в Израиль с семьей: «Как вы думаете, ребе, совершить раскаяние на Рош ѓаШоно и Йом-Кипур на Земле Израиля, Святой земле — это правильно?»

Думаю, что найти ответ на этот вопрос нам поможет наша сегодняшняя недельная глава «Шойфтим», в которой Тора знакомит нас со многими законами и заповедями. Среди них есть два закона, преследующих одну и ту же цель, но, несмотря на это, между ними имеется существенная разница. Глава начинается с повеления: «Судей и стражей поставь себе во всех вратах твоих» (Дворим, 16: 18), вменяя евреям в обязанность назначать судей, которые будут судить и выносить приговор, а также стражей — должностных лиц, в чьи обязанности входит следить за исполнением судебных постановлений и при необходимости также наказывать тех, кто не подчиняется приговору судей.

Далее Тора говорит о необходимости выделения городов-убежищ: «Три города отдели себе среди твоей земли, которую Г‑сподь, Б‑г твой, дает тебе для овладения ею. Приготовь себе дорогу и натрое раздели предел земли твоей… и будет это, чтобы бежал туда всякий убийца. И вот слово об убийце, которому бежать туда, чтобы остаться в живых: кто убьет своего ближнего неумышленно, а он не враждебен ему со вчерашнего и третьего дня… Как бы не погнался кровомститель за убийцей, когда разгорячится сердце его, и не настиг его, если далек будет путь, и не поразил его насмерть… Потому повелеваю тебе так: три города отдели себе. А когда Г‑сподь, Б‑г твой, расширит твой предел, как клялся Он твоим отцам, и даст тебе всю землю, которую обещал Он дать отцам твоим; если ты соблюдать будешь всю эту заповедь, чтобы исполнить, что заповедую тебе сегодня: любить Г‑спода, Б‑га твоего, и ходить путями Его во все дни, — то прибавь себе еще три города к трем этим городам. И да не прольется невинная кровь среди земли твоей… и да не будет на тебе крови» (Дворим, 19: 2–10). Следовательно, города-убежища предназначены для спасения еврея, совершившего неумышленное убийство, от мести со стороны родственников убитого. Цель этих двух заповедей — назначения судей и стражей и устройства городов-убежищ — искупление и очищение греховного человека.

Роль стражей, которые имеют право заставлять людей подчиняться решениям судей, состоит не только в наказании. Их задача — добиться от грешника, чтобы тот искупил свой грех, направить его на путь истинный. Такова и цель заключения убийцы в город-убежище. По словам Талмуда: «Изгнание искупает грех» (трактат «Макойс», 11б).

Однако, несмотря на их сходство, на то, что содержание этих двух заповедей равнозначно, — между ними есть разница. Заповедь назначения судей и стражей соблюдается везде, где живут евреи, в том числе и вне пределов Земли Израиля. В отличие от этого заповедь городов-убежищ предназначена для исполнения только в Святой земле. Как пишет Рамбам со ссылкой на мидраш «Сифрей»: «Судьи и суды будут как в Земле Израиля, так и вне ее, но города-убежища выделяются только в Земле Израиля» («Книга заповедей», повелевающая мицва 176). В чем причина этого различия?

Эрец-Исроэль, Землю Израиля, часто называют просто эрец — «земля». Выражение хуц лаарец означает «за границей Земли Израиля». Что означает в данных выражениях слово «земля», и почему этим словом называют Страну Израиля? Мидраш («Брейшис рабо», 5: 8) объясняет: «Почему она называется «земля»? Потому что желает исполнить волю Творца». Ведь эрец созвучно слову роцойн («желание»). Земля Израиля — это место, в котором воплощается желание Всевышнего. Соответственно, хуц лаарец — место, находящееся вне желания Творца.

Раскаяние грешника, нарушившего волю Всевышнего, состоит из двух частей, двух уровней: первый — сожаление о своих прошлых прегрешениях; второй — твердое решение в будущем изменить свое поведение и впредь идти по праведному пути. Когда человек только сожалеет о прошлых грехах, но не принимает на себя обязательство измениться в будущем — это не истинное раскаяние. Какая польза от сожалений о прошлом, если человек не собирается менять свой путь?! Если человек убил кого-то по ошибке, он убил свою Б‑жественную душу. Когда он был хуц лаарец, он был вне пределов земли, которая исполняет желание Творца. Следовательно, он должен изменить свое поведение и бежать в город-убежище, чтобы искупить свою вину. Таким образом, согрешил человек в Земле Израиля или вне ее пределов, он должен покинуть место своего прегрешения и войти в Землю Израиля, чтобы исполнить волю Творца. Поэтому закон о городах-убежищах действует только в Земле Израиля. Понятие «город-убежище», принимающий тех, кто хочет изменить свой путь после непреднамеренного убийства, находится в противоречии с понятием хуц лаарец.

В противовес этому заповедь назначения судей и судебных исполнителей надо исполнять и вне пределов Земли Израиля. Это нужно для того, чтобы судьи смогли помочь искупить и исправить грешника, чтобы они смогли найти искры света в душе еврея, живущего вне пределов земли Израиля, вне места, где исполняется желание Творца, и довести его до искупления и очищения.

Эрец-Исроэль — это место, о котором сказано: «Земля, о которой Творец заботится постоянно, глаза Его на ней — от начала года и до конца года» (Дворим, 11: 12). Земля Израиля представляет собой очищенное и возвышенное место, так что судьи, которые живут в ней, не знают и не понимают, с какими трудностями и испытаниями приходиться сталкиваться живущим вне ее пределов. Мишна («Пиркей овойс», 2: 4) говорит: «Не суди ближнего твоего, пока не окажешься в его положении». Для того чтобы судить евреев, проживающих за границами Земли Израиля, и найти то хорошее, что скрыто внутри них и высветить его, нужны судьи, которые тоже там живут и знают из первых рук обо всех трудностях и проблемах той жизни. Когда Моше-рабейну провел сорок дней на горе Синай, он был отрезан от реального мира — «хлеба не ел и воды не пил». Тогда сыны Израиля согрешили, сделав золотого тельца, потому что Всевышний хотел, чтобы Моше просил о милости для народа Израиля. Ибо для того, чтобы Моше смог найти пути и способы учить их, Всевышний должен был установить связь между Моше и сынами Израиля. Высокодуховный и возвышающийся Моше должен был почувствовать свою причастность к грешному народу. Поэтому Создатель повелел ему: «Иди, спустись, ибо извратился твой народ» (Шмойс, 32: 7). Этим выражением Всевышний связал и соединил Моше с народом, приблизил его к сынам Израиля. И это дало ему возможность найти искры света и содержащееся в них добро.

…Элул — это месяц подведения итогов за прошедший год, месяц покаяния. Наша работа состоит в том, чтобы быть ближе к евреям, которые находятся вне Земли Израиля, найти положительные стороны каждого из них, найти способ облегчить удел грешника, живущего вне границ Земли Израиля, места, где воплощается воля Творца. В то же время есть необходимость бежать в города-убежища, которые находятся в Земле Израиля. Мы должны принять твердое решение, что отныне мы входим в духовную Эрец-Исроэль. Как мы уже говорили, эрец — это желание, а слово Исроэль можно разбить на йошор Э‑ль — «прямо к Творцу». То есть Эрец-Исроэль — такое состояние человека, когда все желания устремлены к Творцу. Хорошо бы нам всем оказаться в данном состоянии перед праздниками. К счастью, у нас еще есть почти целый месяц, чтобы этого достичь. За работу, друзья!

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (777 КБ).

Чисты ли наши руки?..

Канун Шабос главы «Шойфтим»
3 элула 5774 года / 29 августа 2014 г.

Вот история, рассказанная Молли Резник:

— На исходе Субботы моей дочери позвонили: «Посиди, пожалуйста, с нашими детьми, мы должны навестить Хани — ее сын Леви сегодня утром не проснулся…» Так мы впервые услышали о внезапной смерти Леви-Ицхока Воловика, девятилетнего сына посланников Хабада в районе «Файв таунс» на Лонг-Айленде.

Мать Леви, Хани, была свахой моего старшего сына, а его дедушка и бабушка, рав Моше и Ривка Котлярски, очень поддержали меня после смерти моего мужа пять лет назад.

Высадив дочь из машины в Краун-Хайтс в Бруклине, я бросилась к дому семьи Воловик. Он был полон родственников и членов общины, ошеломленных внезапной смертью ребенка. Некоторые из них находились тут еще с утра, когда Хани, придя будить сына, чтобы пойти в синагогу, нашла своего ангелочка бездыханным в постели.

«Такое просто так не случается, верно? — тихо спросила Хани, встретившись со мною взглядом, когда я вошла в столовую. Ее самообладание успокаивало. — Мы просто не понимаем, и никакие вопросы здесь не помогут…» — утешала она каждого пришедшего выразить ей свое соболезнование.

«Однако мероприятие должно состояться», — вдруг сказала она, обращаясь к нам. Надо заметить, что на завтра было запланировано проведение ежегодного собрания, в ходе которого будут чествовать членов четырех достойных семейств, внесших важный вклад в жизнь общины. Ожидалось участие более пяти тысяч человек. Каждая деталь была тщательно продумана и разработана специальной группой организаторов. Хани была преданным солдатом Ребе и настаивала, чтобы это торжество состоялось, несмотря ни на что!

Присутствующие начали сомневаться в возможности проведения мероприятия, когда у семьи такое горе, но Хани и ее муж, рав Залман Воловик, были непреклонны. Мероприятие должно состояться. Именно этого хотел бы Ребе. «Мы должны сказать нашим детям правду, так воспитывали и нас, — поддержала Хани ее мать. — Творец дал, и Творец взял, да будет благословенна воля Его. Не в этом ли наша задача — воспитывать сильных духом детей?»

Я почувствовала, что меня все еще охватывает трепет, когда я вижу величие Торы в действии и то, как работает еврейский закон. Помню, как в моей предыдущей светской жизни я думала, что в таких случаях показателем любви и заботы должна быть глубина выражения человеческого горя… Я продолжала наблюдать эту нереалистическую трагедию, и была частью ее.

Старший брат Леви, четырнадцатилетний Мендел, приехал домой из Детройта, штат Мичиган, где он учился в местной иешиве Хабад. И только тогда, когда он вернулся домой, любящие и обеспокоенные родители рассказали ему о случившемся. Его глаза все еще были полны слез, когда он спустился вниз, достал книгу и начал изучать законы траура. Через некоторое время я услышала, как отец наставляет его: «Даже если волосы соблюдающего траур слишком длинные, необходимо ждать 30 дней, прежде чем их постричь. Запрещено есть курицу сегодня вечером, так как мы в состоянии оненус…» (статус близких родственников умершего с момента его смерти до похорон).

До встречи с Ребе, его посланниками и учениками я никогда не видела и не испытывала такой реакции на трагедию! «Утешитесь продолжением строительства», — написал Ребе в послании в Кфар-Хабад в 1956 году, когда арабский террорист оборвал нить жизни пяти драгоценных еврейских душ. А когда в 1988 году ушла из жизни его жена, ребецн Хая-Мушка, Ребе, основываясь на стихе: «И живой приложит к сердцу» (Коѓелес, 7: 2), наставлял учеников черпать вдохновение и руководство к позитивному действию из ее жизни и отказался отменить запланированные на то время мероприятия.

В воскресенье утром зал прощания был переполнен. Сердца присутствующих разрывались от горя при виде братьев и сестер Леви — Мендела (14 лет), Голди (11), Биньямина (7) и Иерахмиэля (5), делающих крия (разрывание одежды по умершему). Сотни автомобилей присоединились к процессии, проследовавшей мимо «Севен севенти» — Всемирной штаб-квартиры Хабада, в Хабад «Файв таунс», где собрались тысячи людей, чтобы отдать последние почести Леви. Захоронение совершили на кладбище «Монтефиори» под душераздирающие женские рыдания и глухой стук земли, падающей на гроб. Потом читали соответствующие отрывки из Теѓилим. Настроение было тяжелым, воздух — холодным, но ожидаемая метель не началась. К вечеру на небе взошли звезды, что означало изменение направления ветра…

Просторный, торжественно украшенный зал сефардской синагоги светился множеством огней и свечей и был переполнен нарядно одетыми гостями. Все, от сервировки и меню этого грандиозного ужина до одежды официантов, было продумано до мельчайших деталей. Люди, окунувшись в море печали и слез три часа назад, теперь радовались празднику. Веселье было заразительно. Все воспринимали, как личный посыл обращение рабби Воловика и его жены, напечатанное на карточке, положенной возле каждого бокала вина: «Наш Ребе учил нас, что единственный способ справиться с горем — продолжать жить с большей энергией и радостью, чем раньше. Не может быть более достойного способа почтить Леви. Наверняка он смотрит на нас с Небес, наслаждаясь нашим сегодняшним весельем».

«Я никогда не видел такого излияния любви, — сказал рав Моше Котлярски, дед Леви, обращаясь к присутствующим. — Вы даже не знаете, что это значит для нас, потому что никакими словами этого не выразить. Это был очень нелегкий день».

«Ребе однажды сказал: «Где написано, что у тебя есть договор с Творцом о легкой жизни?» — напомнил рав Котлярски, директор по развитию международной сети Хабад-Любавич, и продолжал: — Мы переживаем период тяжелых испытаний. Прежде всего — убийство четы Хольцберг, посланников в Мумбаи. Несчастный случай, который произошел во время празднования Хануки в Бейс-Хабаде в «Файв таунс» (26 декабря 2008 г. водитель, потерявший контроль над своим автомобилем, влетел на большой скорости в Бейс-Хабад и ранил 14 человек), сегодняшняя трагедия… Но мы не свернем с пути к нашей цели! Мы посвятим все наши силы своей работе, несмотря на великое горе, постигшее нас. Ребе никогда не позволял нам отступать назад. Мы построим самое большое здание, и наши программы будут процветать. Пусть этот вечер будет наполнен весельем, в противовес тому, что мы выстрадали сегодня днем. Пусть почетные гости удостоятся радостного чествования. Радость сметает все границы!»

Тамар Певзнер, одна из тех женщин, ради которых был затеян этот вечер, выразила общее настроение присутствовавших: «Сначала, когда мы пришли на торжество, то чувствовали, что это было так неправильно. Мы спрашивали себя, что мы здесь делаем? Но в течение вечера мы увидели, что Хани и рав Залман были совершенно правы. Вот где мы должны были быть и вот что мы должны были делать. Главное — это радость души, а не тяжесть тела!» А доктор Мишель Фокс-Шлезингер, другая почетная гостья этого вечера, в заключительном выступлении выразила всеобщую надежду на будущее: «Мы будем работать, для Хабада в «Файв таунс».

Весь этот день был насыщен необычным смешением разно полярных чувств: горя, веры, воодушевления и радости. Семья Воловик до сих пор глубоко переживает невосполнимую утрату своего любимого сына Леви-Ицхока…

К рассказанному г‑жой Резник хочу добавить еще одну деталь: тогда же было начато создание детской библиотеки в честь Леви-Ицхока Воловика, да будет память о нем благословенна. В ходе недавней поездки к Ребе большой группы членов одесской еврейской общины после обеда в ресторане в районе «Файв таунс», устроителями которого была чета Воловик, мы посетили эту замечательную еврейскую библиотеку. Каждый день сотни детей и взрослых приходят туда с желанием читать, изучать и познавать всю глубину мудрости иудаизма.

В своем поведении в ходе всех этих событий рав Залман и Хани Воловик руководствовались своим чувством ответственности, обязывающем людей беспокоиться об окружении, в котором они живут. Эту идею неравнодушного отношения ко всему, что происходит вокруг нас, мы находим в нашей недельной главе «Шойфтим». В конце главы приводится заповедь эгла аруфа («обезглавленной телицы»): «Если будет найден убитый на земле, которую Г‑сподь, Б‑г твой, дает тебе для владения ею, павший в поле, и не известно, кто убил его; то выйдут твои старейшины и твои судьи и измерят расстояние до городов, которые вокруг убитого. И будет город, ближайший к убитому, — и возьмут старейшины того города телицу крупного скота, на которой еще не работали, которая еще не ходила в ярме. И приведут старейшины того города телицу в долину твердокаменную, которая не обрабатывается и не засевается, и прорубят там шею телице, в долине… И все старейшины того города, ближайшие к убитому, омоют руки свои над телицей с прорубленной шеей в долине. И возгласят они, и скажут: «Наши руки не пролили этой крови, и наши глаза не видели. Даруй искупление народу Твоему, Израилю, которого Ты избавил. Г‑споди, и не дай быть невинной крови в среде народа Твоего, Израиля! И будет искуплено им за кровь» (Дворим, 21: 1–9).

Раши в своем комментарии на данные стихи спрашивает: «Но разве придет на ум, что старейшины пролили кровь? Однако понимать следует так: «Мы не видели его [убитого], и мы не отказали ему в пище и в провожатом». Кроме того, из сказанного: «Даруй искупление народу Твоему, Израилю!» следует, что ответственность лежит не только на старейшинах суда этого города. Когда есть убийство в среде народа Израиля, не дай Б‑г, ответственность ложится на каждого еврея в любом месте, и нужно искать очищение для всего Израиля.

Талмуд наделяет этот ритуал особым этическим содержанием. В заявлении старейшин об их невиновности законоучители Талмуда усматривают не столько отречение от причастности к пролитию невинной крови, сколько сокрушение по поводу того, что не могли быть приняты меры для предотвращения убийства (трактат «Сота», 9б и 46б). Таким образом, это толкование подразумевает предписание опасаться бездействия, которое создает условия для преступления.

Содержащееся в нашей недельной главе понятие вины непосредственно связано с идеей об ответственности, которую несут за происходящее вокруг как каждый отдельный человек, так и общество в целом. Не может возникнуть положение, при котором среди нас найдут тело убитого или в нашей среде будет совершено преступление или несправедливость, и мы снимем с себя ответственность за произошедшее. Тора возлагает на нас эту ответственность и требует от нас задаться вопросом о том, каким образом мы позволили подобное деяние в нашей среде. Представляется, что идея личной ответственности человека за происходящее в обществе приводится в этой главе в наиболее заостренном виде. Можно без труда провести здесь аналогию с происходящим сегодня и задаться вопросом о том, «чисты ли наши руки» и «видели ли наши глаза».

Ребе в одной из своих бесед объясняет, как правильно следует исполнять заповедь об обезглавленной телице в наше время. Ребе учит нас брать на себя ответственность за каждого «мертвого в духовном смысле еврея». В Торе написано: «А вы, держащиеся Г‑спода, Б‑га вашего, живы все сегодня» (Дворим, 4: 4). Именно поэтому каждый еврей, прилепившийся к Б‑гу, жив. Но, к сожалению, есть много евреев, которые духовно потеряны и не имеют никакого отношения к иудаизму. И мы не можем снять с себя ответственность за их духовную смерть. Наша обязанность — приблизить их к Всевышнему.

На одном из фарбренгенов Ребе говорил о том, что в самом Нью-Йорке живут тысячи еврейских детей, которые не получают еврейское образование. Затем Ребе цитирует отрывок из Танаха, в котором определяется ценность каждого еврейского ребенка: «Дорогие сыны Циона, оценимые чистейшим золотом» (Эйха, 4: 2). Слово паз, употребленное в этом стихе, на святом языке означает «золото». Оно бывает нескольких сортов, и паз — это самое драгоценное высокосортное золото. И Ребе задает вопрос: «Разве возможно, что никто не беспокоится о том, чтобы «оценимые чистейшим золотом» получили подлинно еврейское воспитание и образование?!»

Поэтому, мои дорогие друзья, мы не должны ждать, пока нас позовут к нуждающемуся в помощи. Наша обязанность — отправиться на поиски и найти того еврейского ребенка, который даже не подозревает, что он нуждается в помощи, и связать его с иудаизмом. Для этого нужно немного доброй воли, и мы сможем собрать много еврейских детей и вернуть их в родную среду еврейского народа!

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (896 КБ).

Царем быть тоже нелегко…

Канун Шабос главы «Шойфтим»
3 элула 5773 года / 9 августа 2013 г.

Однажды холодной зимней ночью стоял солдат на посту и размышлял: «Что за жизнь у меня? Я должен стоять в карауле долгими, холодными ночами… Был бы я командиром роты, тогда у меня была бы совсем другая жизнь! Впрочем, и жизнь командира роты тоже нелегка, а вот у командира батальона все гораздо проще!» И так он продолжал размышлять пока не дошел до командира дивизии и главнокомандующего. Но даже самый высокий военный пост не удовлетворил его. «Если бы я был царем, — подумал солдат, — тогда у меня была бы действительно счастливая жизнь. Я мог бы делать все, что захочу, и целая армия помощников и слуг была бы в моем распоряжении в любой момент».

Но поразмыслив еще немного, солдат пришел к выводу, что жизнь царя не так уж и проста. Он должен заботиться обо всех своих подданных, о боеспособности армии и постоянно опасаться предательства или восстания против его власти. «Нет, не хочу быть ни царем, ни полководцем, ни даже командиром роты, — сказал он себе. — Я лучше буду простым солдатом!..» (эту историю любил рассказывать рабби Ури из Стрелисска, по прозвищу Сороф — «серафим», как пример того, что каждый человек должен довольствоваться тем, что дал ему Всевышний).

Интересна и поучительна история об Агриппе, который правил Иудеей две тысячи лет назад и был внуком царя Ирода, имевшего славу великого строителя. Недавно археологи обнаружили руины его дворца в Самарии, и все удивлялись грандиозности этого строения. А еще Ирод восстановил и расширил Иерусалимский Храм. В Талмуде (трактат «Сукка», 51б) сказано: «Тот, кто не видел Храма в его величии, никогда в своей жизни не видел величественного здания». Но еврейский народ помнит царя Ирода и как жестокого тирана, который убил свою жену и детей и погубил много евреев, попытавшихся сопротивляться его власти… Внук же Ирода, Агриппа, в отличие от деда, памятен своими добрыми делами. Наши мудрецы говорят о нем только хорошее.

В мидраше «Ваикро рабо» рассказывается, что Агриппа однажды решил принести тысячу ойлойс (добровольных жертвоприношений) и приказал первосвященнику совершать в этот день жертвы только от его имени. Может быть, это был первый день его правления или что-то вроде этого, во всяком случае, он решил, что один день алтарь служит только ему. В тот же день к первосвященнику пришел бедный человек с двумя горлицами. Первосвященник рассказал ему о царском повелении. Взмолился бедняк: «Четырех горлиц я ловлю каждый день. Двух я отдаю в Храм, а еще двумя кормлю мою семью. Я боюсь, что если ты не возьмешь у меня этих птиц, то больше мне не будет удачи и моя семья умрет с голоду». И принял первосвященник горлиц, и принес их в жертву.

Той же ночью Агриппа увидел сон, в котором Небеса показали ему, что жертва того бедняка, принесшего двух небольших птиц, является более важной в глазах Всевышнего, чем тысяча жертв Агриппы. Проснувшись, царь послал в Храм гонца, желая узнать, почему его приказ был нарушен. Первосвященник объяснил, в чем было дело, и царь его простил. А ведь иной властитель, узнав о том, что первосвященник нарушил его приказ, жестоко наказал бы провинившегося!..

В Торе есть заповедь, которая называется ѓакѓель — «собрание». Во времена существования Храма, раз в семь лет, в праздник Суккос года, следовавшего за субботним (годом шмиты), весь народ Израиля — мужчины, женщины и дети — собирались в Иерусалиме, в Храме. Царь садился на специальном деревянном возвышении и читал для всех отрывки из Книги Дворим. Цель этого мероприятия заключалась в том, чтобы воспроизвести великое стояние у горы Синай, когда весь народ Израиля получал Тору. Царь читал, «чтобы слушали и чтобы изучали и боялись Г-спода, Б-га вашего, и соблюдали все слова учения этого» (Дворим, 31: 12). Во время этих чтений в народе усиливались благоговейный страх перед Всевышним и чувство самоотверженности в исполнении законов и заповедей Торы.

Принято было, что все люди стояли, как у горы Синай, и только царь сидел и читал Тору. Однако Талмуд (трактат «Сота», 41а) говорит, что Агриппа читал стоя — хотя ему было разрешено сидеть, он смиренно стоял и читал слова Торы. И мудрецам пришлось по душе его смирение. Это еще одно подтверждение того, что Агриппа был достойным царем.

И здесь мы подошли к соответствующему месту нашей недельной главы «Шойфтим», где говорится о назначении правителя, который достоин быть царем Израиля. Тора говорит: «Из среды братьев твоих поставь над собою царя; не можешь поставить над собой чужеземца…» (Дворим, 17: 15). То есть, царем может быть только человек, отец и мать которого происходят из народа Израиля, гер (или потомок геров) — не может. Агриппа был внуком Ирода, который был гером, и мать его происходила из семьи геров. Когда Агриппа доходил до места, где сказано, что евреи не должны ставить царем над собою инородца, он плакал, вспомнив о своих предках. Но еврейский народ, оценивший его преданность и благородство, восклицал: «Агриппа, ты брат наш!» — заверяя, что они его безоговорочно приняли в свою среду (Любавичский Ребе объясняет, что евреи очень полюбили доброго и смиренного царя, они утешали его, говоря, что считают своим братом, хотя по своему происхождению он не был достоин царствовать над ними).

Смирение Агриппы также проявилось в следующей истории. В те времена существовала традиция, согласно которой невеста переходила из дома родителей в дом жениха, сопровождаемая безудержным весельем свадебной процессии — с музыкой, песнями и танцами. Есть ѓалоха, которая определяет правила передвижения по городу такой процессии. В частности, когда встречаются на улице свадебная и похоронная процессии, возникает вопрос, кто должен уйти в сторону и уступить дорогу? Наши мудрецы учили, что свадебное шествие превосходило по важности похоронную процессию, которая должна была свернуть в сторону и уступить дорогу невесте. А Талмуд добавляет, что и свадебные, и похоронные процессии обязаны были остановиться при приближении царя. Однако когда Агриппа замечал издали такие процессии, он избегал их, чтобы они не были вынуждены прервать свое продвижение для оказания почестей царю! Мудрецы считают, что в этом проявлялась высшая степень его смирения.

…Сейчас мы находимся в начале месяца элул. Это период завершения еврейского годового цикла и подготовки, с Б-жьей помощью, к приближающемуся Рош ѓаШоно. Это время, когда многие из нас подводят итоги прошедшего года, анализируют свои поступки и пытаются исправить проступки (например, если они кого-то обидели, то приносят свои извинения и просят прощения). Любавичский Ребе говорит, что высказывание наших мудрецов о том, что невеста имеет на дороге преимущественное право перед покойником, преподает нам очень важный урок в рамках подготовки к новому году. То, что произошло в прошлом году, считается «мертвым»: это история, это было сделано. Новый год для нас — это «невеста», новая жизнь, которая теперь только начинается. Наши мудрецы учат: вместо того чтобы заниматься прошлым, лучше подготовиться к будущему. Вместо того чтобы анализировать то, что мы сделали не так в прошлом году, сокрушаться, что не использовали это время с умом, мучиться сожалениями, лучше планировать будущее и принимать правильные решения. И тогда, когда придет «невеста» (Рош ѓаШоно), Царь царей над царями, Г-сподь, Б-г наш, освободит дорогу для «невесты» — будет готов принять нас и подарить нам всем хороший и сладкий год.

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (1,08 МБ).

Шофтим 5769 “Часть 2″ Н. Аристер