О Западной цивилизации и побочном действии соли и сена.

«…И стал Эйсав человеком искусным в улове…» (Берейшит 25:27)

О каком улове идёт речь? Раши объясняет, что речь идёт об уловках, которые использовал Эйсав, обманывая людей своими словами. Так например он спрашивал у своего отца Ицхака о том, как отделять десятину от соли и от соломы, тем самым пытаясь произвести впечатление человека скрупулёзного в исполнении заповедей.

Часто вопрос Эйсава об отделении десятины от соли и соломы воспринимают как невежество и полное непонимание смысла заповеди десятины — ведь любой ребёнок изучающий Тору знает, что этого делать не нужно. Сохачёвер Ребе говорит, что вопрос о соли и соломе выбран далеко не случайно, и понимание этого вопроса позволяет понять суть Эйсава и его коренное отличие от его брата близнеца Яакова.

Так как противостояние двух близнецов братьев Яакова и Эйсава это один из базовых конфликтов мироздания, нужно обратить внимание на базовые составляющие всех миров: сосуд и свет, тело и душа, внешнее и внутреннее. Одной из таких пар будет икар и тофель. Икар — это основное и первичное, а тофель — это побочное и вторичное. Эти два понятия широко распространены.

Например на уровне дней недели, шесть дней недели, предшествующие Шаббату — это тофель (вторичное), а сам Шаббат — это икар (основное). Плод и кожура так же попадают в эти категории — где плод это основное, а кожура это вспомогательное. Без шести дней недели не будет Шаббата, а без кожуры плод не сможет вырасти. Но именно это утверждение и оспаривает Эйсав, говоря что рабочие дни недели — это и есть суть, а Шаббат нужен только для того, чтобы отдохнуть, и по окончании Шаббата продолжить рабочую неделю.

В паре Эйсав и Яаков Эйсав должен был быть вспомогательным элементом, а Яаков — целью. Но Эйсаву принципиально не подходил вариант, в котором он бы выступал в позиции «второй скрипки». Теперь понятно, что вопрос об отделении десятины от соли и от соломы не был просто надуманной претензией Эйсава. Этот вопрос к Ицхаку был его основным жизненным вопросом: он хотел знать, есть ли у него возможность выйти на уровень икар — стать основой, а не вспомогательным элементом.

По определению сено — это побочный продукт от выращивания пшеницы, а соль — это только приправа к пище. Как в случае сена, так и в случае соли, тяжело подобрать более удачный пример второстепенного, и имеющего смысл только тогда, когда есть основное.

Эйсав как прародитель Западной цивилизации передал своим продолжателем ту же претензию на цель мироздания. Глупо отрицать всё созданное западной цивилизацией как никому не нужное. Проблема с достижениями Западной цивилизации заключается в том, что не смотря на все попытки объявить себя целью мироздания, все эти достижения является исключительно вспомогательными, а не самодостаточными. Другими словами они имеют такую же ценность как и приправа; но при отсутствии целей установленных Торой все эти достижения так же бессмысленны, как и приправа без еды.

О Западной цивилизации и побочном действии соли и сена.

«…И стал Эйсав человеком искусным в улове…» (Берейшит 25:27)

О каком улове идёт речь? Раши объясняет, что речь идёт об уловках, которые использовал Эйсав, обманывая людей своими словами. Так например он спрашивал у своего отца Ицхака о том, как отделять десятину от соли и от соломы, тем самым пытаясь произвести впечатление человека скрупулёзного в исполнении заповедей.

Часто вопрос Эйсава об отделении десятины от соли и соломы воспринимают как невежество и полное непонимание смысла заповеди десятины — ведь любой ребёнок изучающий Тору знает, что этого делать не нужно. Сохачёвер Ребе говорит, что вопрос о соли и соломе выбран далеко не случайно, и понимание этого вопроса позволяет понять суть Эйсава и его коренное отличие от его брата близнеца Яакова.

Так как противостояние двух близнецов братьев Яакова и Эйсава это один из базовых конфликтов мироздания, нужно обратить внимание на базовые составляющие всех миров: сосуд и свет, тело и душа, внешнее и внутреннее. Одной из таких пар будет икар и тофель. Икар — это основное и первичное, а тофель — это побочное и вторичное. Эти два понятия широко распространены.

Например на уровне дней недели, шесть дней недели, предшествующие Шаббату — это тофель (вторичное), а сам Шаббат — это икар (основное). Плод и кожура так же попадают в эти категории — где плод это основное, а кожура это вспомогательное. Без шести дней недели не будет Шаббата, а без кожуры плод не сможет вырасти. Но именно это утверждение и оспаривает Эйсав, говоря что рабочие дни недели — это и есть суть, а Шаббат нужен только для того, чтобы отдохнуть, и по окончании Шаббата продолжить рабочую неделю.

В паре Эйсав и Яаков Эйсав должен был быть вспомогательным элементом, а Яаков — целью. Но Эйсаву принципиально не подходил вариант, в котором он бы выступал в позиции «второй скрипки». Теперь понятно, что вопрос об отделении десятины от соли и от соломы не был просто надуманной претензией Эйсава. Этот вопрос к Ицхаку был его основным жизненным вопросом: он хотел знать, есть ли у него возможность выйти на уровень икар — стать основой, а не вспомогательным элементом.

По определению сено — это побочный продукт от выращивания пшеницы, а соль — это только приправа к пище. Как в случае сена, так и в случае соли, тяжело подобрать более удачный пример второстепенного, и имеющего смысл только тогда, когда есть основное.

Эйсав как прародитель Западной цивилизации передал своим продолжателем ту же претензию на цель мироздания. Глупо отрицать всё созданное западной цивилизацией как никому не нужное. Проблема с достижениями Западной цивилизации заключается в том, что не смотря на все попытки объявить себя целью мироздания, все эти достижения является исключительно вспомогательными, а не самодостаточными. Другими словами они имеют такую же ценность как и приправа; но при отсутствии целей установленных Торой все эти достижения так же бессмысленны, как и приправа без еды.

Опрос общественного мнения о заповеди обрезания.

Реакция Авраама на получение заповеди обрезания сильно удивляет. Более того, похоже что его действия после получения этой заповеди разительно отличаются от других известных нам ситуаций, связанных с действиями Авраама. Вместо ожидаемого немедленного выполнения приказа Всевышнего, Авраам решает узнать у своих друзей — делать ему обрезание или не делать…

«У Авраама было три близких друга: Анер, Эшколь и Мамрей. После получения заповеди об обрезании Авраам пошёл к ним спросить совета. Анер рекомендовал не делать обрезание, так как выжившие родственники побеждённых в недавней Войне 4 Царей могут воспользоваться случаем и попытаться убить его. Эшколь указал на смертельный риск, связанный с операцией в пожилом возрасте. И только Мамрей сказал Аврааму сделать обрезание…» (Мидраш Танхума, Ваера, 3).

К этому очень странному мидрашу можно добавить ещё один, не менее странный: «… Откуда происходит название Кириат Арба? Из-за четырёх праведников живших там: Анер, Эшколь, Мамрей и Авраам; и эти четыре цадика сделали себе там обрезание» (Берейшит Раба 58:4). Сохачёвер Ребе приводит эти мидраши для того, чтобы подчеркнуть, что проблема, перед которой оказался Авраам получив заповедь обрезания, была далеко не тривиальной.

Обрезание вывело бы Авраама на качественного новый уровень, и именно переход отношений со Всевышним в принципиально другую стадию представлялся проблемой Аврааму. После брит милы Авраам стал бы другим — Другим в буквальном смысле слова: другим физически и другим духовно. Авраам стал бы настолько сильно отличаться от других, что это ставило бы под сомнение дальнейшую возможность его контакта с другими людьми (Шем МиШмуэль, Ваера, 5671).

Теперь становится понятно почему Авраам решил спросить совета своих друзей. Близкие друзья Авраама были его основными точками контакта в этом мире, и он нуждался в них для продолжения контакта. Его друзья играли роль представителей остального человечества, и Аврааму было важно, чтобы они приняли участие и в следующей фазе исправления этого мира.

То что друзья Авраама, несмотря на изначальное неприятие идеи, все таки согласились с Авраамом, является примером одного из основных принципов исправления мира. Человек исправляет самого себя, при этом оставаясь частью мира, а не уходя в полную изоляцию. В этом случае исправив себя, и будучи при этом частью мира, человек меняет мир к лучшему.

В самом конце недельной главы Лех-Леха говорится о том, что Авраам сделал обрезание себе, Ишмаэлю и всем своим наёмным работникам. Теперь понятно, что это перечисление тех, кому было сделано обрезание означает успех Авраама в том, что в ходе своего духовного подъёма он смог ускорить развитие людей на всех уровнях духовной эволюции — от уровня, который называется Ишмаэль (чрезвычайно высокая ступень) до уровня, который называется наёмный рабочий (довольно низкая ступень развития).

Об этом хорошо помнить всем пришедшим к Торе, но сжёгшим все мосты с «прошлым миром» — это далеко не идеальный вариант! Более того, этот ход событий порой приводит к плачевным результатам. И глядя на события, описанные в предыдущей недельной главе Ноах, становится все сильнее видна разница между путём Ноаха, не затащившего на ковчег ни одного человека кроме членов своей семьи, и путём Авраама, который перевернул весь мир.

Опрос общественного мнения о заповеди обрезания.

Реакция Авраама на получение заповеди обрезания сильно удивляет. Более того, похоже что его действия после получения этой заповеди разительно отличаются от других известных нам ситуаций, связанных с действиями Авраама. Вместо ожидаемого немедленного выполнения приказа Всевышнего, Авраам решает узнать у своих друзей — делать ему обрезание или не делать…

«У Авраама было три близких друга: Анер, Эшколь и Мамрей. После получения заповеди об обрезании Авраам пошёл к ним спросить совета. Анер рекомендовал не делать обрезание, так как выжившие родственники побеждённых в недавней Войне 4 Царей могут воспользоваться случаем и попытаться убить его. Эшколь указал на смертельный риск, связанный с операцией в пожилом возрасте. И только Мамрей сказал Аврааму сделать обрезание…» (Мидраш Танхума, Ваера, 3).

К этому очень странному мидрашу можно добавить ещё один, не менее странный: «… Откуда происходит название Кириат Арба? Из-за четырёх праведников живших там: Анер, Эшколь, Мамрей и Авраам; и эти четыре цадика сделали себе там обрезание» (Берейшит Раба 58:4). Сохачёвер Ребе приводит эти мидраши для того, чтобы подчеркнуть, что проблема, перед которой оказался Авраам получив заповедь обрезания, была далеко не тривиальной.

Обрезание вывело бы Авраама на качественного новый уровень, и именно переход отношений со Всевышним в принципиально другую стадию представлялся проблемой Аврааму. После брит милы Авраам стал бы другим — Другим в буквальном смысле слова: другим физически и другим духовно. Авраам стал бы настолько сильно отличаться от других, что это ставило бы под сомнение дальнейшую возможность его контакта с другими людьми (Шем МиШмуэль, Ваера, 5671).

Теперь становится понятно почему Авраам решил спросить совета своих друзей. Близкие друзья Авраама были его основными точками контакта в этом мире, и он нуждался в них для продолжения контакта. Его друзья играли роль представителей остального человечества, и Аврааму было важно, чтобы они приняли участие и в следующей фазе исправления этого мира.

То что друзья Авраама, несмотря на изначальное неприятие идеи, все таки согласились с Авраамом, является примером одного из основных принципов исправления мира. Человек исправляет самого себя, при этом оставаясь частью мира, а не уходя в полную изоляцию. В этом случае исправив себя, и будучи при этом частью мира, человек меняет мир к лучшему.

В самом конце недельной главы Лех-Леха говорится о том, что Авраам сделал обрезание себе, Ишмаэлю и всем своим наёмным работникам. Теперь понятно, что это перечисление тех, кому было сделано обрезание означает успех Авраама в том, что в ходе своего духовного подъёма он смог ускорить развитие людей на всех уровнях духовной эволюции — от уровня, который называется Ишмаэль (чрезвычайно высокая ступень) до уровня, который называется наёмный рабочий (довольно низкая ступень развития).

Об этом хорошо помнить всем пришедшим к Торе, но сжёгшим все мосты с «прошлым миром» — это далеко не идеальный вариант! Более того, этот ход событий порой приводит к плачевным результатам. И глядя на события, описанные в предыдущей недельной главе Ноах, становится все сильнее видна разница между путём Ноаха, не затащившего на ковчег ни одного человека кроме членов своей семьи, и путём Авраама, который перевернул весь мир.

Второй принцип термодинамики до потопа.

Как хорошо известно, наше впечатление о человеке может радикально измениться в силу казалось бы микроскопических деталей. Один направленный в отличную от ожидаемого направления взгляд может изменить социальную характеристику человека до неузнаваемости. И уж конечно если в описании одной из ключевых фигур Торы есть «лишние» слова, то они конечно же что-то значат.

В контексте известного спора о разнице в уровнях между Ноахом и Авраамом, Сохачёвер Ребе обращает наше внимание на детали портрета Ноаха и Авраама. Ноах уже находится в категории праведника — это для него уже зафиксированное состояние: «… Ноах был праведник, совершенный в своём поколении…» (Берейшит 6:9). Тем временем Авраам получает предложение достичь этого уровня; уровня которым он до этого момента не обладал: «…Иди предо Мной и будь совершенным.»

Зоар даёт предельно короткое, но не очень понятное определение Ноаха : «Ноах — это Шаббат». А Авраам, Ицхак и Яаков соответствуют праздникам Песах, Шавуот и Суккот(Шем миШмуэль, Ноах, 57). Тогда разговор о превосходстве уровня Авраама над уровнем Ноаха становится совсем непонятным. Ведь Шаббат находится на качественно более высоком уровне чем Песах, Шавуот и Суккот, более того Шаббат является их источником. В каббалистических терминах Шаббат соответствует сфире Хохма, а праздники сфире Бина.

Одна из основных характеристик Шаббата — это неизменность и постоянство. Шаббат происходит каждые семь дней, и наша задача вести себя так, чтобы иметь отношение к Шаббату — то что называется хранить и помнить Шаббат.

С праздниками все обстоит совсем по другому. Дело в том, что фиксированный календарь, при котором мы заранее знаем когда наступит новый месяц, и соответственно на какие дни выпадают праздники, свидетельствует о потере контроля над временем. Фиксированный календарь появился только в то время, когда в результате разрушения храма и отсутствия Санхедрина была потеряна возможность выполнить заповедь Кидуш аХодеш (установление нового месяца по свидетельским показаниям двух свидетелей).

До тех пор пока календарь не был зафиксирован, заповедь Кидуш аХодеш позволяла нам устанавливать сезоны (добавлением второго месяца Адар в високосный год) и влиять на даты праздников. Таким образом, в случае праздников от нас требуется значительно большая степень вовлечения в процесс.

Эта разница между Шаббатом и праздниками и позволяет понять разницу между Ноахом и Авраамом. Ноах родился цадиком, более того он родился обрезанным (Авот деРабби Натан, 2:5), что ещё один раз намекает на то, что всё чего он достиг, было достигнуто уже при рождении. Праведность Ноаха была врождённой — ему не нужно было прикладывать собственных усилий для достижения своего уровня.

Авраам и его потомки Ицхак и Яаков как никто другой характеризуются постоянной работой над собой. В отличии от Ноаха, который родился праведником, с обстоятельствами рождения Авраама все обстоит по другому. Тяжело себе представить более неудачные семейные условия: отец Авраама был продавцом идолов, а мать, согласно комментариям Аризаля была нида (в состоянии ритуальной нечистоты) во время его зачатия. Тем не менее это не помешало Аврааму достичь своего уровня.

В противопоставлении Ноаха Аврааму речь конечно же идёт не только о той опасности, которая заключается в бездействии. К сознательному возрасту большинство людей замечают, что все качества, которые не развиваются и не поддерживаются осознанным образом, постепенно угасают и исчезают. В том что мы живём в мире, в котором действует закон энтропии, ничего нового нет. Новым является заявление о том, что несмотря на самые неблагоприятные начальные условия и сопротивление всего мира, у каждого кто хочет начать меняться к лучшему есть безусловный шанс на успех.

Второй принцип термодинамики до потопа.

Как хорошо известно, наше впечатление о человеке может радикально измениться в силу казалось бы микроскопических деталей. Один направленный в отличную от ожидаемого направления взгляд может изменить социальную характеристику человека до неузнаваемости. И уж конечно если в описании одной из ключевых фигур Торы есть «лишние» слова, то они конечно же что-то значат.

В контексте известного спора о разнице в уровнях между Ноахом и Авраамом, Сохачёвер Ребе обращает наше внимание на детали портрета Ноаха и Авраама. Ноах уже находится в категории праведника — это для него уже зафиксированное состояние: «… Ноах был праведник, совершенный в своём поколении…» (Берейшит 6:9). Тем временем Авраам получает предложение достичь этого уровня; уровня которым он до этого момента не обладал: «…Иди предо Мной и будь совершенным.»

Зоар даёт предельно короткое, но не очень понятное определение Ноаха : «Ноах — это Шаббат». А Авраам, Ицхак и Яаков соответствуют праздникам Песах, Шавуот и Суккот(Шем миШмуэль, Ноах, 57). Тогда разговор о превосходстве уровня Авраама над уровнем Ноаха становится совсем непонятным. Ведь Шаббат находится на качественно более высоком уровне чем Песах, Шавуот и Суккот, более того Шаббат является их источником. В каббалистических терминах Шаббат соответствует сфире Хохма, а праздники сфире Бина.

Одна из основных характеристик Шаббата — это неизменность и постоянство. Шаббат происходит каждые семь дней, и наша задача вести себя так, чтобы иметь отношение к Шаббату — то что называется хранить и помнить Шаббат.

С праздниками все обстоит совсем по другому. Дело в том, что фиксированный календарь, при котором мы заранее знаем когда наступит новый месяц, и соответственно на какие дни выпадают праздники, свидетельствует о потере контроля над временем. Фиксированный календарь появился только в то время, когда в результате разрушения храма и отсутствия Санхедрина была потеряна возможность выполнить заповедь Кидуш аХодеш (установление нового месяца по свидетельским показаниям двух свидетелей).

До тех пор пока календарь не был зафиксирован, заповедь Кидуш аХодеш позволяла нам устанавливать сезоны (добавлением второго месяца Адар в високосный год) и влиять на даты праздников. Таким образом, в случае праздников от нас требуется значительно большая степень вовлечения в процесс.

Эта разница между Шаббатом и праздниками и позволяет понять разницу между Ноахом и Авраамом. Ноах родился цадиком, более того он родился обрезанным (Авот деРабби Натан, 2:5), что ещё один раз намекает на то, что всё чего он достиг, было достигнуто уже при рождении. Праведность Ноаха была врождённой — ему не нужно было прикладывать собственных усилий для достижения своего уровня.

Авраам и его потомки Ицхак и Яаков как никто другой характеризуются постоянной работой над собой. В отличии от Ноаха, который родился праведником, с обстоятельствами рождения Авраама все обстоит по другому. Тяжело себе представить более неудачные семейные условия: отец Авраама был продавцом идолов, а мать, согласно комментариям Аризаля была нида (в состоянии ритуальной нечистоты) во время его зачатия. Тем не менее это не помешало Аврааму достичь своего уровня.

В противопоставлении Ноаха Аврааму речь конечно же идёт не только о той опасности, которая заключается в бездействии. К сознательному возрасту большинство людей замечают, что все качества, которые не развиваются и не поддерживаются осознанным образом, постепенно угасают и исчезают. В том что мы живём в мире, в котором действует закон энтропии, ничего нового нет. Новым является заявление о том, что несмотря на самые неблагоприятные начальные условия и сопротивление всего мира, у каждого кто хочет начать меняться к лучшему есть безусловный шанс на успех.