«И стану я еще ничтожнее в собственных глазах»

Этот урок о шифлут (смиренности) в душе, которое, в свою очередь, является основой для исправления всех остальных дурных качеств в душе человека. Гаава (высокомерие) — источник всех дурных качеств в душе, и, прежде всего, каас (гнев, злость) и акпада (критика, осуждение, обида), которые хуже всех остальных. Мы сосредоточимся здесь на этих качествах характера, ибо это основные недостатки, которые человеку следует исправлять[3].

(Read more …)

Открытая и сокровенная Тора — сознание и подсознание

Открытая и сокровенная Тора — сознание и подсознание

(Read more …)

Психология. Прощение

Психология. Прощение

(Read more …)

О близнецах. На 10% Эйсав и на 90% Яаков.

«И исполнились дни её родить и вот близнецы в её чреве» (Берешит 25:24). Близнецы — это конечно же Яков и Эйсав, правда не очень понятно зачем нам сообщают о том, что они были в чреве Ривки. А где же им ещё было быть до того как они были рождены?

Как известно, жизненные пути этих двух близнецов были крайне различны. Возможно упоминание о близнецах в чреве можно понимать как напоминание о том, что их похожесть существовала только до рождения — только в чреве, а уже после родов их пути разошлись. Такое объяснение тоже не радует, так как буквально двумя строками выше говорится «И сталкивались дети в её утробе…» (Берешит 25:22). Раши объясняет, что речь идёт о фундаментальной разнице между Эйсавом и Яаковом, которая проявлялась ещё до того, как они родились. Так если они были настолько различны ещё до рождения, зачем говорить о том что они близнецы?

Противоположности обычно используются для того, чтобы подчеркнуть что-то что не заметно с первого взгляда. Контраст привлекает внимание, и позволяет сместить акцент и расставить интонации по новому. Этот приём довольно часто используется в талмуде. Например термины саги нахор — великий свет (Берахот 58-А), и меор эйнаим — свет глаз (Хагига 5-Б) означают слепого человека. Это не просто попытка заменить слово считающееся обидным на что-то более приемлемое, а частный случай общего правила.

Этот принцип взаимодействия противоположностей используется в процессе формирования и развития мира — в переходе от хаоса к порядку, и от темноты к свету. И этот же принцип можно увидеть в процессе формирования и развития человека. Одна из психоаналитических моделей развития говорит о прохождении человеком последовательного ряда стадий развития, в которых требуется сделать определённый выбор. На определённом этапе это это выбор между доверием и недоверием, в другое время это конфликт между близостью и одиночеством, и так далее.

Каждый человек разрешает эти конфликты выбирая какой-то баланс между крайностями. Казалось бы подобный выбор встроен в структуру мира, но в случае с Эйсавом и Яаковом выбор находится в совершенно другой плоскости.

Речь конечно же не идёт о создании какого-то блеклого усреднённого варианта, зависающего между двумя полюсами. Намёк на разгадку можно увидеть в именах близнецов. Если с Эйсавом все относительно просто — у него есть одно единственное имя, которое имеет определённый смысл, то ситуация с именем Яакова уникальна. Яаков имеет два имени одновременно: «…Не называться тебе впредь именем Яаков, но Исраэль будет имя твоё…» (Берешит 35:10). В отличие от ситуации с изменением имени его деда Авраама, переход имени от Яаков к имени Исраэль не был постоянным. В одном состоянии он Яаков, а в другом Исраэль.

Рав Пинхас Винстон отмечает что Эйсав с Яковым действительно близнецы братья, но никто не говорит что такая же связь есть между Эйсавом и Исраэлем. Как известно, Эйсав ненавидит Яакова (Сифри, Беалотеха, 59). Имя Яакова — это производное от слова эйкев — пятка, самая нижняя часть тела, наиболее близко находящаяся на земле. Исраэль — это имя указывающее на сверхъестественное величие, тот уровень которого Яаков достигает когда не только перестаёт держаться за пятки Эйсава, а ведёт его за собой. В такой ситуации Эйсав не то что не ненавидит, но даже помогает своему брату.

По прошествии тысяч лет истории хорошо заметно, что отношения между Яаковом (отцом еврейского народа), Эйсавом (отцом того что принято называть западной цивилизацией) и Ишмаэлем (отцом мусульманского мира) строятся в соответствии с разными принципами. Цадок аКоэн объясняет, что когда при даровании Торы на Синае было сказано наасе веНишма — «будем делать и понимать» (Шмот 24:7), то произнесённое наасе давало возможность исправить ошибки Эйсава, а произнесённое нишма — ошибки Ишмаэля (При Цадик, Итро).

Если Эйсав — «цивилизация разума» исправляется с помощью наасе- то есть действий, то Ишмаэль — «царство меча» с помощью нишма — то есть понимания того что же мы делаем. Возможно поэтому сейчас, когда делается относительно много, но есть мало понимания того почему, зачем и для чего все это делается, наблюдается относительное спокойствие со стороны западного мира; а в ситуации с мусульманской цивилизацией конфликт проявлен значительно более остро.

Противопоставление между Яаковым и Эйсавом не имеет смысла решать как любую другую пару полярных противоположностей. Обычно выбирается какое-то приемлемое расстояние между двумя полюсами, и это называется решением проблемы. Что-то привычное вроде: на 40% Эйсав и на 60% Яков, или смесь на любителя: 10% Эйсав и 90% Яаков. Но естественное стремление к компромиссу в данном случае не имеет шансов на успех, потому что во взаимоотношениях Яакова и Эйсава невозможно найти баланс. «Когда один поднимается, другой падает» (Раши на Берешит 25:23).

Единственным решением является выход из плоскости этого противостояния. Вместо естественного поиска компромисса требуется нечто совершенно другое – необходимо стать из Яакова Исраэлем, а вот это уже сделать гораздо сложнее.

О близнецах. На 10% Эйсав и на 90% Яаков.

«И исполнились дни её родить и вот близнецы в её чреве» (Берешит 25:24). Близнецы — это конечно же Яков и Эйсав, правда не очень понятно зачем нам сообщают о том, что они были в чреве Ривки. А где же им ещё было быть до того как они были рождены?

Как известно, жизненные пути этих двух близнецов были крайне различны. Возможно упоминание о близнецах в чреве можно понимать как напоминание о том, что их похожесть существовала только до рождения — только в чреве, а уже после родов их пути разошлись. Такое объяснение тоже не радует, так как буквально двумя строками выше говорится «И сталкивались дети в её утробе…» (Берешит 25:22). Раши объясняет, что речь идёт о фундаментальной разнице между Эйсавом и Яаковом, которая проявлялась ещё до того, как они родились. Так если они были настолько различны ещё до рождения, зачем говорить о том что они близнецы?

Противоположности обычно используются для того, чтобы подчеркнуть что-то что не заметно с первого взгляда. Контраст привлекает внимание, и позволяет сместить акцент и расставить интонации по новому. Этот приём довольно часто используется в талмуде. Например термины саги нахор — великий свет (Берахот 58-А), и меор эйнаим — свет глаз (Хагига 5-Б) означают слепого человека. Это не просто попытка заменить слово считающееся обидным на что-то более приемлемое, а частный случай общего правила.

Этот принцип взаимодействия противоположностей используется в процессе формирования и развития мира — в переходе от хаоса к порядку, и от темноты к свету. И этот же принцип можно увидеть в процессе формирования и развития человека. Одна из психоаналитических моделей развития говорит о прохождении человеком последовательного ряда стадий развития, в которых требуется сделать определённый выбор. На определённом этапе это это выбор между доверием и недоверием, в другое время это конфликт между близостью и одиночеством, и так далее.

Каждый человек разрешает эти конфликты выбирая какой-то баланс между крайностями. Казалось бы подобный выбор встроен в структуру мира, но в случае с Эйсавом и Яаковом выбор находится в совершенно другой плоскости.

Речь конечно же не идёт о создании какого-то блеклого усреднённого варианта, зависающего между двумя полюсами. Намёк на разгадку можно увидеть в именах близнецов. Если с Эйсавом все относительно просто — у него есть одно единственное имя, которое имеет определённый смысл, то ситуация с именем Яакова уникальна. Яаков имеет два имени одновременно: «…Не называться тебе впредь именем Яаков, но Исраэль будет имя твоё…» (Берешит 35:10). В отличие от ситуации с изменением имени его деда Авраама, переход имени от Яаков к имени Исраэль не был постоянным. В одном состоянии он Яаков, а в другом Исраэль.

Рав Пинхас Винстон отмечает что Эйсав с Яковым действительно близнецы братья, но никто не говорит что такая же связь есть между Эйсавом и Исраэлем. Как известно, Эйсав ненавидит Яакова (Сифри, Беалотеха, 59). Имя Яакова — это производное от слова эйкев — пятка, самая нижняя часть тела, наиболее близко находящаяся на земле. Исраэль — это имя указывающее на сверхъестественное величие, тот уровень которого Яаков достигает когда не только перестаёт держаться за пятки Эйсава, а ведёт его за собой. В такой ситуации Эйсав не то что не ненавидит, но даже помогает своему брату.

По прошествии тысяч лет истории хорошо заметно, что отношения между Яаковом (отцом еврейского народа), Эйсавом (отцом того что принято называть западной цивилизацией) и Ишмаэлем (отцом мусульманского мира) строятся в соответствии с разными принципами. Цадок аКоэн объясняет, что когда при даровании Торы на Синае было сказано наасе веНишма — «будем делать и понимать» (Шмот 24:7), то произнесённое наасе давало возможность исправить ошибки Эйсава, а произнесённое нишма — ошибки Ишмаэля (При Цадик, Итро).

Если Эйсав — «цивилизация разума» исправляется с помощью наасе- то есть действий, то Ишмаэль — «царство меча» с помощью нишма — то есть понимания того что же мы делаем. Возможно поэтому сейчас, когда делается относительно много, но есть мало понимания того почему, зачем и для чего все это делается, наблюдается относительное спокойствие со стороны западного мира; а в ситуации с мусульманской цивилизацией конфликт проявлен значительно более остро.

Противопоставление между Яаковым и Эйсавом не имеет смысла решать как любую другую пару полярных противоположностей. Обычно выбирается какое-то приемлемое расстояние между двумя полюсами, и это называется решением проблемы. Что-то привычное вроде: на 40% Эйсав и на 60% Яков, или смесь на любителя: 10% Эйсав и 90% Яаков. Но естественное стремление к компромиссу в данном случае не имеет шансов на успех, потому что во взаимоотношениях Яакова и Эйсава невозможно найти баланс. «Когда один поднимается, другой падает» (Раши на Берешит 25:23).

Единственным решением является выход из плоскости этого противостояния. Вместо естественного поиска компромисса требуется нечто совершенно другое – необходимо стать из Яакова Исраэлем, а вот это уже сделать гораздо сложнее.

38 лет от буквы ה (Хей) до буквы ח (Хет).

Смена имени часто оказывает серьёзнейшее влияние на человека. Верно так же обратное — в ряде случаев сильное изменения внутреннего мира человека вызывает острую необходимость в изменении имени. В случае изменения имени Авраама (как известно, имя Аврам превращается в имя Авраам при помощи добавления к имени Аврам, дополнительной буквы Хей), имели место как первый так и второй вариант изменения.

Конечно же нельзя сказать, что до изменения имени Авраам пребывал в духовной спячке, но очевидно что после перемены его имени происходят качественные изменения. В каком-то смысле можно сказать, что добавление к имени буквы Хей было началом новой жизни. Рав Натан Маймон отмечает что глава говорящая о его смерти буквально пестрит упоминаниями о сыновьях Хета. Авраам покупает пещеру, в которой будет похоронена Сара, и в последствии он сам, у сыновей Хета.

Обычно когда какая-то вещь связана с особенно высоким уровнем, в первичной стадии эта вещь находится во власти Ситра Ахра (в буквальном переводе — другая сторона, так называемые силы тьмы), и только потом переходит во владение Кдуши (особой близости со Всевышним). Этому есть много примеров — Земля Израиля во власти семи народов до того как переходит во владение народа Израиля, Маарат аМахпела во владении Эфрона аХити до того как ее выкупил Авраам Авину, ну и наконец Ар аБайт — Храмовая гора — во владении Аравна аЙевуси до того как ее приобрёл Давид аМелех.

Это правило наиболее ярко отражено в шести днях творения. «…И был вечер, и было утро…» (Берешит 1:4) говорит как раз об этом — цикл начинается с тьмы и постепенно продвигается в сторону света. Так же как кожура предохраняет плод, так же и тьма и хаос предшествуют свету и порядку. Разница между этими двумя состояниями (тьма и свет или тума и кдуша), отражена в двух буквах Хет и Хей (Зоар, Тецаве 183-Б).

Песах играет в жизни народа Израиля такую же роль, что и шесть дней творения. Так же как шесть дней творения играют роль дня рождения мира, так же и Песах является днем рождения народа Израиля как оформленной сущности. Два основных атрибута Песаха — это маца и хамец. Оба слова выглядят очень похоже: маца — это Мем Цади Хей, а хамец — это Хет Мем Цади.

Совсем небольшая разница между буквами ה (Хей) и ח (Хет) отражена в том, что мацу от хамеца отделяет совсем немного. Если при приготовлении мацы задержаться на совсем короткое время — несколько минут, то тесто становится заквашенным и его на Песах нельзя не только есть, но и видеть, и даже просто владеть такой вещью.

Интересно отметить, что психоаналитические теории развития ребёнка говорят об очень похожем процессе. В определённый момент времени ребёнок подходит к так называемой «депрессивной позиции», в которой ребёнку предстоит сделать судьбоносный выбор между силами любви и силами ненависти.

Это происходит в тот момент, когда ребёнок начинает понимать что мать, которую он любит (потому что она даёт ему все что ему требуется) и мать которую он ненавидит (из-за того что мать недоступна 100% времени) — это один и тот же человек. Неспособность выйти из депрессивной позиции на практике часто означает неумение поправить испорченные отношения, другими словами починить то, что было поломано.

Это тот самый момент от которого очень много зависит в дальнейшей жизни ребёнка. Если ребёнок не в состоянии разрешить эту ситуацию, то в самом крайнем случае психика ребёнка регрессирует к параноидальному террору. Для того, чтобы оградить себя от террора, сознание занимается дроблением на все более мелкие части, тем самым загоняя в себя в ситуацию, которой и боится больше всего.

В другом варианте неудачного выхода из депрессивной позиции ребёнок пытается контролировать хаос такого уровня, с которым просто невозможно справиться. Контроль осуществляется через отрицание того, что ребёнок хоть в чём-либо зависит от других: от своих родителей, друзей, учителей и вообще всех связей и отношений. Это то состояние, которое называется манией — создаётся иллюзия независимости и полной автономии от всего и всех.

Обе эти ошибки в значительно смягчённой форме предстают перед каждым. Иногда уровень тьмы и хаоса настолько велик, что нет никаких шансов его обуздать и нужно просто отступить (при этом не отсекая от себя «ненужных» частей). А иногда бывает так, что нежелание рассчитывать на внешнюю по отношению к себе помощь приводит к полной изоляции.

Очень важно помнить о том, что к «стычкам со злом» нужно быть подготовленным, и это требует длительного времени. Ведь даже у Авраама, от того момента когда он начал играть по новым правилом (добавление буквы Хей к имени) и до того момента когда он дошёл до уровня, на котором он смог приобрести то что ему было нужно у уровня Хет, прошло ни много ни мало 38 лет.

38 лет от буквы ה (Хей) до буквы ח (Хет).

Смена имени часто оказывает серьёзнейшее влияние на человека. Верно так же обратное — в ряде случаев сильное изменения внутреннего мира человека вызывает острую необходимость в изменении имени. В случае изменения имени Авраама (как известно, имя Аврам превращается в имя Авраам при помощи добавления к имени Аврам, дополнительной буквы Хей), имели место как первый так и второй вариант изменения.

Конечно же нельзя сказать, что до изменения имени Авраам пребывал в духовной спячке, но очевидно что после перемены его имени происходят качественные изменения. В каком-то смысле можно сказать, что добавление к имени буквы Хей было началом новой жизни. Рав Натан Маймон отмечает что глава говорящая о его смерти буквально пестрит упоминаниями о сыновьях Хета. Авраам покупает пещеру, в которой будет похоронена Сара, и в последствии он сам, у сыновей Хета.

Обычно когда какая-то вещь связана с особенно высоким уровнем, в первичной стадии эта вещь находится во власти Ситра Ахра (в буквальном переводе — другая сторона, так называемые силы тьмы), и только потом переходит во владение Кдуши (особой близости со Всевышним). Этому есть много примеров — Земля Израиля во власти семи народов до того как переходит во владение народа Израиля, Маарат аМахпела во владении Эфрона аХити до того как ее выкупил Авраам Авину, ну и наконец Ар аБайт — Храмовая гора — во владении Аравна аЙевуси до того как ее приобрёл Давид аМелех.

Это правило наиболее ярко отражено в шести днях творения. «…И был вечер, и было утро…» (Берешит 1:4) говорит как раз об этом — цикл начинается с тьмы и постепенно продвигается в сторону света. Так же как кожура предохраняет плод, так же и тьма и хаос предшествуют свету и порядку. Разница между этими двумя состояниями (тьма и свет или тума и кдуша), отражена в двух буквах Хет и Хей (Зоар, Тецаве 183-Б).

Песах играет в жизни народа Израиля такую же роль, что и шесть дней творения. Так же как шесть дней творения играют роль дня рождения мира, так же и Песах является днем рождения народа Израиля как оформленной сущности. Два основных атрибута Песаха — это маца и хамец. Оба слова выглядят очень похоже: маца — это Мем Цади Хей, а хамец — это Хет Мем Цади.

Совсем небольшая разница между буквами ה (Хей) и ח (Хет) отражена в том, что мацу от хамеца отделяет совсем немного. Если при приготовлении мацы задержаться на совсем короткое время — несколько минут, то тесто становится заквашенным и его на Песах нельзя не только есть, но и видеть, и даже просто владеть такой вещью.

Интересно отметить, что психоаналитические теории развития ребёнка говорят об очень похожем процессе. В определённый момент времени ребёнок подходит к так называемой «депрессивной позиции», в которой ребёнку предстоит сделать судьбоносный выбор между силами любви и силами ненависти.

Это происходит в тот момент, когда ребёнок начинает понимать что мать, которую он любит (потому что она даёт ему все что ему требуется) и мать которую он ненавидит (из-за того что мать недоступна 100% времени) — это один и тот же человек. Неспособность выйти из депрессивной позиции на практике часто означает неумение поправить испорченные отношения, другими словами починить то, что было поломано.

Это тот самый момент от которого очень много зависит в дальнейшей жизни ребёнка. Если ребёнок не в состоянии разрешить эту ситуацию, то в самом крайнем случае психика ребёнка регрессирует к параноидальному террору. Для того, чтобы оградить себя от террора, сознание занимается дроблением на все более мелкие части, тем самым загоняя в себя в ситуацию, которой и боится больше всего.

В другом варианте неудачного выхода из депрессивной позиции ребёнок пытается контролировать хаос такого уровня, с которым просто невозможно справиться. Контроль осуществляется через отрицание того, что ребёнок хоть в чём-либо зависит от других: от своих родителей, друзей, учителей и вообще всех связей и отношений. Это то состояние, которое называется манией — создаётся иллюзия независимости и полной автономии от всего и всех.

Обе эти ошибки в значительно смягчённой форме предстают перед каждым. Иногда уровень тьмы и хаоса настолько велик, что нет никаких шансов его обуздать и нужно просто отступить (при этом не отсекая от себя «ненужных» частей). А иногда бывает так, что нежелание рассчитывать на внешнюю по отношению к себе помощь приводит к полной изоляции.

Очень важно помнить о том, что к «стычкам со злом» нужно быть подготовленным, и это требует длительного времени. Ведь даже у Авраама, от того момента когда он начал играть по новым правилом (добавление буквы Хей к имени) и до того момента когда он дошёл до уровня, на котором он смог приобрести то что ему было нужно у уровня Хет, прошло ни много ни мало 38 лет.