Сослучайное и присослучайное 2020-10-19 23:54:57

«Он как душа неразделим и вечен
Неколебим, свободен и беспечен…»
А ведь это характеристики души по Аристотелю!

Два благородных поступка Сократа:

…Одна­жды он был избран временным пред­седа­те­лем Народ­но­го собра­ния. И когда в тот день наро­ду захо­те­лось осудить на смерт­ную казнь стра­те­гов Фра­сил­ла и Эра­си­нида с их кол­ле­га­ми, всех одним голо­со­ва­ни­ем, вопре­ки зако­ну, Сократ отка­зал­ся поста­вить это пред­ло­же­ние на голо­со­ва­ние, несмот­ря на раз­дра­же­ние наро­да про­тив него, несмот­ря на угро­зы мно­гих вли­я­тель­ных лиц: ему было важ­нее соблю­сти при­ся­гу, чем уго­дить наро­ду вопре­ки спра­вед­ли­во­сти.
(Ксенофонт, Воспоминания о Сократе, I:18)
[Морских стратегов обвиняли в том, что они не стали спасать экипажи повреждённых после битвы судов, и те потонули. На самом деле этому помешала буря. Народ был так раздражён, что стратегам отказали в защите и пожелали приговорить к смертной казни всех скопом. Когда Сократ отказался поставить это предложение на голосование, их всё же осудили помимо него, председателя].
А второй поступок — перед тем, как выпить цикуту, Сократ долго мылся, чтобы избавить от труда могильщика, готовившего трупы к погребению. (Платон, Федон).

Сослучайное и присослучайное 2020-07-03 04:11:40

Самое очевидное опровержение теологического принципа «человек не может быть средством, но лишь целью» — малярия. Для малярийного плазмодия человек — дом, а из дома в дом его перемещает комар. То же касается ришты и шистосомы.

Рав Соловейчик и Эрих Фромм. «Бегство от свободы». Спонтанность

(Read more …)

Рав Соловейчик и Эрих Фромм. «Бегство от свободы». Спонтанность. Ицхак Ройтман, 30 апр. 2020

(Read more …)

Наука и религия, ну да

Диалог Мудреца и Хазара в книге Кузари начинается примерно так: «Мне пофиг, кто там сотворил мироздание. Я говорю о том, Кто вывел нас из Египта и дал нам моральные законы». Так вот, современная наука подвергает обоснованному сомнению не относящееся к Богу, а относящееся к человеку. «Человек религии» включает такие сущности, как разум, душа и так далее, и они разными образами взаимодействуют с такими понятиями, как добро и зло. В последние десятилетия появилась возможность ставить в этой области эксперименты, и они рисуют гораздо более сложную , неизмеримо более сложную картину. Ни одна из религиозных концепций разума, души, отношения к добру и злу и т.п. ими не подтверждаются, эта картина даже в грубом приближении не описывается религиозными концепциями. Можно считать, что небосвод твёрдый, но если ты строишь самолеты и ракеты — прими другую концепцию. А разговоры о разуме, душе, двух душах и так далее имеют смысл, только если они практические. А практика — та, которую можно измерить и посчитать — явным образом их не подтверждает. Когда-то говорили «Бога нет». Это были пустые разговоры, так как не могли быть подтверждены или опровергнуты. Сейчас говорят другое. Сейчас говорят «человека нет».

Сослучайное и присослучайное 2019-10-09 13:09:57

…могу припомнить восьмерых верующих — из знакомых мне лично тринадцати людей, профессионально занимающихся биологией и/или преподающих её. Больше половины.
Но cреди этих верующих биологов:
- два буддиста;
- один синтоист;
- один классический анимист, последователь традиционной для своего края шаманской религии;
- трое последователей разных вариантов нью-эйдж религии (два викканца и сторонник Кастанеды);
- и один фундаментальный зороастриец.
Ортодоксального христианина или другого авраамиста — действительно, ни одного.
…Главной проблемой авраамизма была и остаётся теодицея. Если Бог всемогущ и всеблаг — то отчего мир так хреново устроен? А именно биология — это та наука, которая особенно хорошо видит, НАСКОЛЬКО хреново устроен мир. Физик, астроном, химик наблюдает большей частью процессы, которые происходят математически совершенно и не несут в себе коннотаций страдания и унижения. А биолог…
https://myrngwaur.livejournal.com/830616.html

Как определить, верна ли теория

(нифига себе замахнулся!)
Если у теории есть «пламенные адепты» — она неверна.
Поясняю. «Пламенный адепт» — это человек, который
а) отстаивает теорию при любой подходящей и неподходящей возможности,
б) не меняет своего мнения даже в частностях даже перед лицом фактов или аргументов типа 2*2=4,
в) видит в критике своей теории нападение на себя, на святое, на человеческое благо или всемирный заговор.
Все мы знаем такие теории и таких адептов.
Так вот. Теория (по принятому определению теории) может претендовать на верность, если она верифицируема, фальсифицируема и решает многие проблемы в своей области. «Пламенный адепт» же озабочен не тем, верна ли теория, а тем, верен ли он своей теории. Таким образом, его отношение к теории — вопрос не верности, а веры.
Верная теория не только не будет требовать — не потерпит веру в себя. Верная теория любит и требует критику, попытки опровержения, потому что её интересует истина. Она готова измениться, если будет ближе к истине или лучше решит проблемы. Она изгонит «пламенных адептов».
Отсюда: если теория терпит и даже множит «пламенных адептов» — она не теория, а вера. А вера (любая) как научная теория неверна, поскольку лезет не в свою область, см. определение претензии на верность.
Эрго: теория, у которой есть «пламенные адепты», неверна как теория.

Паскаль Буайе выдвигает такую теорию возникновения религиозного сознания

1. Можно сказать, что нет религий, основанных на совершенно обыденной концепции (это дерево особенное, потому что оно растёт и плодоносит). Можно сказать, что почти нет религий, основанных на логическом оксюмороне (этот всемогущий бог существует только по четвергам; этот бог всё и всегда знает, но никак в мире не проявляется). Да, со временем могут возникнуть оксюморонные концепции (типа «бог един в трёх лицах»), но они — плод развития. Но практически во всех религиях есть концепции «арифметического совмещения свойств».
Например: дух или ангел — это человек минус тело. Бог — это человек плюс сила плюс бессмертие. Идол — это неживое изображение живого существа плюс свойства живого существа (способность слышать и есть, например). Скверна — это опасная грязь, которая не ощущается. Святость — это место, вещь или человек плюс способность помогать таким образом, который не ощущается. И т.д.
Вопрос таков: почему практически во всех известных нам культурах, особенно в «исконных» (слово «примитивный» в антропологии под запретом), возникают такие арифметические концепции? Почему человек неизбежно додумывается до подобных парадоксов?
2. Возможный ответ: любой человек в любой культуре иногда сталкивается с парадоксом. С единственным парадоксом в самой естественной жизни. Это труп.
У нас есть три подсознательные системы узнавания людей: а) интуитивная психология (мы предполагаем, что кто-то будет вести себя так-то), б) распознавание живых существ, в) досье (память о том, что делал этот человек). Так вот, когда человек превращается в труп, система распознавания говорит: всё, он уже не живой, его как бы нет. А система досье говорит: нет, я отлично помню его характер и поступки, и если час назад он действовал, с чего бы ему не действовать сейчас? Получается парадокс.
Система досье сильна (она действует и без системы распознавания, когда мы человека не видим), и она долго убеждает нас: он жив. И она влияет на интуитивную психологию, говорящую, например: «Ему бы такие похороны понравились». Со временем наше досье забывается, не обновляясь, а система распознавания всё громче говорит: этого тела уже нет. Однако интуитивная психология, подтолкнутая системой досье после смерти, ещё работает. И вот так получается образ: человек, который видит и слышит нас, который реагирует на наши действия (психология), при этом без тела (распознавание) и без индивидуальных признаков (угасание системы досье). То есть дух предка.
Вы обращали внимание на то, что духи предков универсальны для религиозного мышления? А на то, что духи предков в подавляющем большинстве случаев теряют свой прижизненный характер? Вот поэтому.
От этого парадокса, от способа его преодоления можно развить любую религиозную систему.
Это только одна из многих идей Буайе, рекомендую.

Сослучайное и присослучайное 2019-03-06 07:30:29

Содержимое явной мысли – того, что мы обычно называем убеждением – зачастую представляет собой попытку оправдать или объяснить интуитивные умозаключения, выступающие итогом неявных, имплицитных процессов на «кухне» сознания. Это толкование интуитивного восприятия (или отчет о нем).

Так что же мы подразумеваем, говоря, что у человека «имеются» убеждения? Если не углубляться, это значит, что он соглашается с определенным толкованием работы своего сознания.
(Паскаль Буайе)

О душе

В иудейско-эллинистическо-христианско-мусульманско-европейском понимании душа — это нечто, противоположное телу с переменой знака. Тело грубо, душа тонка. Тело тяжело, душа невесома. Тело грешит, душа чиста. Тело отдаляет от Бога, душа стремится к Богу. Есть варианты, конечно, но это общее направление.
Эти представления — все — основываются на аристотелевской метафизике.
Современная медицина, молекулярная биология, психология, социология и т.п. такой вот души не видит и с ней не работает. Мы можем указать на десятки химических процессов, определяющих то, что было принято считать качествами души. Но одно остаётся тайной.
Почему человек, который «меж детей ничтожных мира, быть может, всех ничтожней он», представляющий в повседневной жизни не больший интерес, чем любой другой — вдруг творит? Порождает стихи, картину, музыку, театральную роль? И возвращается к обыденному состоянию?
Эстетика и эстетическое творчество — единственное, что качественно отличает Человека разумного от Обезьяна разумного.
А вот для этого ни молитвенники не придуманы, ни Йом-кипур не создан.

Этика нарушения морали

Известно, что а) у всех народов есть общие этические представления типа «мир — это очень хорошо», «гость священен», «просящему помощи помоги»; б) все народы при случае эти нормы нарушают: «давайте нападём на соседнюю деревню», «давайте ограбим богатого туриста», «всем давать — мужу не останется»; в) эти нормы не связаны с религиями, наоборот, религии привязывают их к себе.
Пьер Бурдьё объясняет это примерно так: Человек есть существо социальное. В социуме больше всего ценится кооперация, и «социальный капитал» индивида зависит от того, насколько ему можно доверять. Было много опытов и расчётов. Эволюционно стабильная стратегия согласно теории игр такова: первое твоё действие должно быть альтруистичным, а потом отвечай на все действия зеркально: на альтруизм — альтруизмом, на эгоизм — эгоизмом. Так альтруисты будут поощрены, эгоисты наказаны самым устойчивым образом. Поэтому и важно знать, ответят ли на твой альтруизм альтруизмом или попытаются «использовать» ради сиюминутной выгоды. Вот вам и «гость священен» и «просящему помоги».
НО: всё это справедливо только для сколько-нибудь продолжительной «игры». А если твоё действие — однократное? Если вы с этим человеком больше не встретитесь, и ты в этом уверен? Тогда преимущества эгоизма преобладают. Поэтому если к тебе в деревню зашёл богатый турист — можно грабить его, т.к. он больше не вернётся, а его «племя» (страна) спишет всё на твои дикие нравы и мстить не будет. Или если ты уверен, что после набега на соседнюю деревню там никого не останется…
Так всё время взвешиваются выгоды и недостатки альтруистического и эгоистического поведения.
А при чём тут религия и несоблюдение моральных заповедей?
А ни при чём.

Я не понял, почему Кант не понял

что своё доведение до абсурда категорического императива (запрещение лгать, даже если враг спросит, где скрылся твой друг) он сделал только до половины, потому и получился абсурд.
Я желаю, чтобы мой поступок был всеобщим законом, поэтому не лгу. Но я не только произношу истинное высказывание. Я этим открываю врагу дорогу для убийства друга. Моё действие является не только ответом на вопрос («Как пройти к вокзалу?» «Очень просто» — и ушёл (с)). Оно является также чем-то вроде перформатива, дающего возможность выполнить действие. А такой мой поступок — перформатив, дающий возможность врагу убить друга — никак не может быть всеобщим законом.

Сослучайное и присослучайное 2018-08-01 07:55:37

Открыл для себя философа Романа Ингардена. Феноменология эстетики. Он сделал с эстетикой примерно то же, что Кант с этикой: как и положено в настоящем исследовании, описал её в категориях, не относящихся к исследуемому объекту.
Кант строит свою этику, не используя термины «добро» и «зло», а Ингарден строит эстетику, используя термины типа «обособление», «категория», «сравнение», «приписывание», «совокупность», «система», «структура», «несоответствие» и т.п. Никаких тебе «прекрасное-безобразное», «трагическое-комическое» и т.п. И получается убедительно: похоже на то, что именно так, как говорит Ингарден, мы и воспринимаем эстетическое.

Сослучайное и присослучайное 2018-06-03 07:13:18

По «Воспоминаниям о Сократе» Ксенофонта (гл. 1), уподобление макрокосма микрокосму служило для доказательства существования богов: если ты действуешь разумно, это потому, что в тебе есть душа (ведь ты не будешь отрицать существования души, правда?) — а значит, если в мире всё устроено разумно, это потому, что в мире есть движущая его духовная сила. Ч.И.Т.Д.
А провидение он доказывает так: «Как ты дума­ешь, неуже­ли боги наса­ди­ли бы в людях веру в то, что они могут делать доб­ро и зло, если бы они не име­ли силы для это­го? Неуже­ли люди нико­гда не заме­ти­ли бы, что они веч­но обма­ны­ва­ют­ся?» (там же).
Детская невинность зари философии…

Сослучайное и присослучайное 2018-05-17 07:19:34

В ситуации реальной моральной дилеммы участники в два раза чаще решали пустить ток по клетке с одной мышкой, чтобы спасти пятерых, чем в решении гипотетической «проблемы вагонетки».
https://nplus1.ru/news/2018/05/11/mice-trolley. https://alev-biz.livejournal.com/1948503.html

Сослучайное и присослучайное 2018-05-03 14:39:16

Нужно помнить, что в те годы, когда Маркс писал слова «Религия — это опиум народа», опиум был совершенно обыкновенным болеутоляющим. Его даже детям давали. См. здесь https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9E%D0%BF%D0%B8%D1%83%D0%BC_%D0%BD%D0%B0%D1%80%D0%BE%D0%B4%D0%B0

Знали бы вы, кого вы цитируете…

Самый популярный сейчас среди евреев способ разрешения противоречий между религией и наукой — это заявление "Тора вообще не учит нас ни физике, ни космологии, ни биологии. Её дело — учить правильному поведению, и поэтому вопросами хронологии сотворения мира и подобными этому не стоит задаваться".
Обычно к этому утверждению прибегают при нежелании заявить, что наука ошибается, и после неудачных попыток натянуть Тору на глобус, увязывая её с современной космологией. Всё бы хорошо в этом утверждении, только вот… оно не основано ни на чём в еврейской традиции. Никогда еврейские мудрецы и философы не отказывали описанию творения мира в физическом простом смысле.
Насколько я знаю, первым высказал мысль "Тора — не учебник естествознания" р.Шимшон Рефаэль Гирш в своих письмах, это середина 19 века, Германия. И мысль эта в его время в Европе была не нова. Она была очень стара. Это теория "двойной истины" религии и философии Аверроэса, Сигера Брабантского и Уильяма Оккама. "Если утверждения религии и философии противоречат друг другу, то либо в философии следует искать ошибки, либо утверждения религии превыше разумения". Среди евреев никто, даже Ицхак Альбалаг, её не высказывал. Рав Гирш принял эту концепцию, потому что больше ему нечего было возразить немецким евреям, которые рядами и колоннами покидали иудаизм — в частности, из-за его противоречий с наукой.
Вот я и думаю: на каком основании современные еврейские религиозные мыслители придерживаются сугубо католической идеи?

Видимо, не все читали

Вольтер
ПОЭМА О ГИБЕЛИ ЛИССАБОНА, или проверка аксиомы: «Все благо»

О жалкая земля, о смертных доля злая!
О ярость всех бичей, что встала, угрожая!
Неистощимый спор бессмысленных скорбей.
О вы, чей разум лжет: «Все благо в жизни сей»,
Спешите созерцать ужасные руины,
Обломки, горький прах, виденья злой кончины,
Истерзанных детей и женщин без числа,
Разбитым мрамором сраженные тела;
Сто тысяч бледных жертв, землей своей распятых,
Что спят, погребены в лачугах и палатах,
Иль, кровью исходя, бессильные вздохнуть,
Средь мук, средь ужаса кончают скорбный путь.
Под еле внятный стон их голосов дрожащих,
Пред страшным зрелищем останков их чадящих
Посмеете ль сказать: так повелел закон, -
Ему сам бог, благой и вольный, подчинен?
Посмеете ль сказать, скорбя о жертвах сами:
Бог отомщен, их смерть предрешена грехами?
Детей, грудных детей в чем грех и в чем вина,
Коль на груди родной им гибель суждена?
Злосчастный Лиссабон преступней был ужели,
Чем Лондон и Париж, что в негах закоснели?
Но Лиссабона нет, — и веселимся мы.
Вы, созерцатели, бесстрашные умы!
Вдали над братьями вершится дело злое,
А вы причину бед здесь ищете в покое;
Но если бич судьбы познать случится нам,
Вы плакать будете, как плачут ныне там.
Поверьте мне: когда бушует море лавы,
Невинна скорбь моя, мои роптанья правы.
Нам, яростью судьбы теснимым там и тут,
Разнузданностью зла, коварством смертных пут,
Чей утлый дом не раз стихии разрушали, -
Дозвольте нам скорбеть, собраться по печали.
Гордыня и соблазн — вещает ваш ответ -
Желать благой судьбы, коль блага в сердце нет.
Отважьтесь вопросить кровавый берег Таго;
В обломках и крови откройте ваше «благо».
Спросите гибнущих на роковом пути,
Гордыня ль в них кричит: О небо, защити,
О небо, смилуйся, да идет чаша мимо!
Все благо, — ваш ответ, — и все необходимо.
Как? если б этот ад не пригрозил земле,
Не сгинул Лиссабон, — мир закоснел бы в зле?
Иль, скажете, не мог наш двигатель извечный,
Все зная, все творя по воле безупречной,
Нас вовсе не ввергать в печальные края?
Вулканов не зажечь, под почвой смерть тая?
Иль власти у него на это недостало?
Иль к немощи людской в нем состраданья мало?
Иль мастер не имел орудий под рукой,
Чтоб выполнить в веках свой замысел любой?
Смиренно б я желал, с творцом своим не споря,
Чтоб волны серные пылающего моря
Катились без вреда по пустырям земным.
Я бога чтить готов, но мной и мир любим:
Коль стонет человек, от бед изнемогая,
Не гордость то, — увы! — чувствительность людская.
—————————————————————
Нет, слишком в эти дни я сердцем возмущен,
Чтоб неизбежности холодной чтить закон, -
Всю цепь вселенных, тел и душ неуловимых.
О сказки мудрецов! Соблазны истин мнимых!
Никем не скован бог и держит цепь в руках;
Все выбором его предрешено в веках;
Он благ, он справедлив, он волен без предела.
И та благая мощь — терзать нас захотела?
Вот узел роковой, что должно развязать.
Как исцелить недуг, коль про него не знать?
Все племена земли, дрожа пред небесами,
Искали семя зла, не признанного вами.
—————————————————————
Когда б страдал лишь я — с единством разобщенный.
Но каждый зверь, на жизнь безвинно осужденный,
Все существа, приняв законы бытия,
Безрадостно живут и встретят смерть, как я.
—————————————————————-
Враждует вся земля — стихии, люди, звери.
Признаем: зло сродни печальной этой сфере;
Заботливо от нас укрыт его рычаг.
Иль зло ниспослано подателем всех благ?
Тифоном яростным, жестоким Ариманом
Проклятая юдоль страданья суждена нам?
Мой ум не признает чудовищ этих злых,
Пусть некогда рабы — богов узрели в них.
Но как постичь творца, чья воля всеблагая,
Отцовскую любовь на смертных изливая,
Сама же их казнит, бичам утратив счет?
Кто замыслы его глубокие поймет?
Нет, зла не мог создать создатель совершенный,
Не мог создать никто, коль он — творец вселенной.
Все ж существует зло. Как истины грустны!
Как странно крайности к единству сведены!
Бог не дал торжества спасительной надежде;
Он землю посетил, и что ж — там все как прежде!
Злорадствует софист: «Он мир спасти не мог!»
«Он мог, — кричит другой, — хотел иного бог!
Он мир еще спасет!» За распрей бесполезной
Забыт и Лиссабон, сметенный гулкой бездной,
И тридцать городов, вдруг превращенных в тлен,
От Таго рдяного до кадиксовых стен.
Иль бог казнит людей, виновных от рожденья,
Иль этот властелин пространства и творенья,
Без гнева, без любви, бесстрастно служит сам
Тому, что завещал стремительным векам;
Иль слепо на творца материя восстала,
Необходимый грех лелея изначала;
Иль нас пытает бог, и смертный этот дом -
Лишь узкий переход пред вечным бытием?
Так, преходящую здесь скорбь претерпевая,
Мы верим: завершит мученья смерть благая.
Но кто, преодолев ужасный переход
И счастье выстрадав, свой путь не проклянет?
Все судьбы нам темны и горестна любая.
Не знаем ничего, бесплодно вопрошая.
Природа в немоте ответов не дает.
Нам, смертным, нужен бог, глаголящий с высот.
И кто б, как не творец, нам разъяснил творенье,
Мудрейших озарил, дал слабым утешенье?
Отвергнут божеством, заблудший род людской
От шатких тростников опоры ждет порой.
Мне Лейбниц не раскрыл, какой стезей незримой
В сей лучший из миров, в порядок нерушимый
Врывается разлад, извечный хаос бед,
Ведя живую скорбь пустой мечте вослед;
Зачем невинному, сродненному с виновным,
Склоняться перед злом, всеобщим и верховным?
Постигнуть не могу в том «блага» своего.
Я, как мудрец, увы, не знаю ничего.
Нам говорит Платон: был человек крылатым,
Был телом просветлен и чужд земным утратам;
Он смерти не знавал и не дружил с бедой,
Как нынче он далек от доли светлой той!
Он гнется и скорбит; он проклят от рожденья;
Природа — царство зла, обитель разрушенья.
; Созданье хрупкое из нервов и костей
Под натиском стихий погибнет тем скорей;
Из крови, праха, влаг возникла плоть живая,
Чтоб снова стать ничем, единство вновь теряя;
И нервы тонкие и хрупкие сердца
Подчинены скорбям, прислужницам конца;
Природа такова — мирюсь с ее законом.
Мне темен Эпикур, я во вражде с Платоном.
Бейль умудренней всех, ему хвалу воздам:
Сомненью учит Бейль, доверясь лишь весам;
Став выше всех систем на собственное горе,
Он всех их ниспроверг и сам с собой в раздоре.
Так некогда слепец разгневанный, Самсон,
Обрушив своды стен, был ими погребен.
Приподнят ли покров великими умами?
Нет: книга жребия закрыта перед нами.
Неведом человек себе же самому.
Кто я, куда иду, какой удел приму?
Рой жалких атомов над этой грудой праха,
У жребия в плену, на поводу у страха,
Но зрячих атомов, чьи очи мысль зовет
Измерить пустоту безвестную высот
Мы к бесконечному стремим свои желанья,
Не чая на земле вкусить самопознанья.
Мир, заблуждения и горести приют,
Кишит несчастными, что счастья тщетно ждут;
Стон, жалобы кругом, — всех, всех мечта прельстила:
Смерть каждому страшна, жизнь каждому постыла.
Средь наших горьких дней пусть слезы нам порой
Веселье осушит беспечною рукой, -
Веселье улетит, оно, как тень, мгновенно;
Печаль, утрата, скорбь пребудут неизменно.
Мы в прошлом свято чтим лишь память наших бед;
Все’ в настоящем скорбь, коль будущего нет,
Коль мыслящую плоть разрушит умиранье.
«Все может стать благим» — вот наше упованье;
«Все благо и теперь» — вот вымысел людской.

Изобретение велосипеда 2.0

Пытались с дочерью сформулировать правила общежития, основанные на моральном релятивизме. Получилось вот что:
1. Любой человек имеет право придерживаться любых убеждений, если они не переходят в действие.
2. Любые люди имеют право объединяться в реальные или виртуальные группы по убеждениям и вырабатывать правила поведения внутри этих групп.
3. Если люди разных убеждений что-либо делают вместе или находятся вместе где-либо, то:
3.1. Любой человек может потребовать от других не совершать действие, объектом которого является он или его имущество, если ему от этого действия плохо — даже если другим от этого действия хорошо.
3.2. Никто не может потребовать от других не совершать действие, объектом которого он или его имущество не является — даже если ему от этого действия плохо.
4. Существуют ситуации (или фреймы), в которых есть неотчуждаемые правила поведения. Никто, находясь в этой ситуации, не может потребовать от других нарушить эти правила.
* * *
Примеры:
1. А имеет право быть идейным вегетарианцем, а Б имеет право считать, что есть в праздник мясо — заповедь.
2. Живя в семье людей, подобных Б, А имеет право быть вегетарианцем и дружить с другими вегетарианцами.
3.1. А имеет право требовать не класть ему мясо и не наливать бульон на праздничной трапезе.
3.2. А не имеет право требовать от других не есть мясо в его присутствии. Он также имеет право не участвовать в складчине, если готовится большой котёл общего блюда с мясом.
4. Если А неприятно, когда его толкают, он может требовать на улице «не толкайте меня», так как вполне возможно ходить по улице и не толкать других. Но если А неприятно, когда на него смотрят, он не может требовать на улице «не смотрите на меня», так как ходить по улице и не смотреть на других людей невозможно, так как небезопасно.
* * *
Я специально выбрал самый безобидный и очевидный пример идеологии. Можно было бы говорить об обществе, где принято бить друг друга по плечам и т.д. Фреймом может быть, например, гражданство определённого государства, подразумевающее подчинение его законам, и т.п.

Сослучайное и присослучайное 2017-09-03 02:26:01

Кстати о людях с повреждениями ВМПК, лишённых эмпатии и стыда. Это уже предсказал Замятин в «Мы» (конец), а также Татьяна Толстая в рассказе «Чистый лист».
Таков же идеальный человек согласно средневековым аристотеликам.

Сослучайное и присослучайное 2017-08-24 23:30:40

Мы бежим за автобусом. .. успели. Это Бог нам сделал! А если бы мы так не думали, что бы мы думали? Это злые силы сделали нам назло! Вера в Провидение — обратная сторона веры в чертей и злых духов. Она так глубоко сидит в вас, что вы спасаетесь от неё верой в противонаправленную и равную по влиянию силу?
Можно и наоборот: успели -Бог сделал, не успели — тоже Он. А теперь подумайте, что вы таким образом объяснили? Вы просто боретесь с желанием рассердиться на автобус. Детское желание, на уровне трехлетнего. Не пора ли понять, что автобусы к вам равнодушны?

Сослучайное и присослучайное 2017-08-24 23:30:40

Мы бежим за автобусом. .. успели. Это Бог нам сделал! А если бы мы так не думали, что бы мы думали? Это злые силы сделали нам назло! Вера в Провидение — обратная сторона веры в чертей и злых духов. Она так глубоко сидит в вас, что вы спасаетесь от неё верой в противонаправленную и равную по влиянию силу?
Можно и наоборот: успели -Бог сделал, не успели — тоже Он. А теперь подумайте, что вы таким образом объяснили? Вы просто боретесь с желанием рассердиться на автобус. Детское желание, на уровне трехлетнего. Не пора ли понять, что автобусы к вам равнодушны?

Сослучайное и присослучайное 2017-08-14 04:13:39

Фраза «Бог умер» не могла быть произнесена ни на каком языке, кроме немецкого. Вот пример того, как из языковой игры рождается философская идея.
И опять-таки Лем писал об этом в «Футурологическом конгрессе», где в сне главного героя профессор Тарантога изобретает философские понятия на основе игры слов.

Ещё один вариант категорического императива

Мои нужды в некоторых случаях имеют предпочтение перед нуждами других (далее сложный анализ нужд и предпочтений).
Но мои желания не могут иметь предпочтение перед нуждами других.
*
Например:
Мне нужно как-то выплеснуть возникшую злобу. Поэтому я иду в «бесильню» и бью там стены. Но если мне вследствие этого хочется кого-нибудь ругать или проклинать — это не нужды, а привходящие желания, от их удовлетворения не должны страдать другие.