Начиная со… «второго номера»

Канун Шабос главы «Брейшис»
26 тишрей 5779 года / 5 октября 2018 г.

В начале любого порядка исчисления стоит первый номер. На иврите, где числа обозначаются буквами, это первая буква — алеф. Еврейский год начинается с первого дня месяца тишрей — алеф тишрей. Начиная обучение в школе, дети поступают в первый класс — кита алеф. Отсчет дней недели на иврите начинается в воскресенье — йом алеф. Алеф не только первая по порядку в ивритском алфавите, но тот факт, что она является первой, подчеркивает ее особое место среди других букв. Можно заметить, что слова, называющие самые важные понятия нашего мира, на святом языке начинаются с этой буквы: Элоким — Б‑г, адам — человек, эмуна — вера, ор — свет, аѓава — любовь, эмес — правда.

Именно поэтому трудно понять, почему, в противовес вышесказанному, Тора пропускает алеф и начинает свое повествование со второй буквы — бейс: «Брейшис — В начале сотворил Б‑г небо и землю». Почему Тора ущемляет права буквы алеф?! Не лучше ли было изменить порядок слов в этом стихе: «Элоким — Б‑г сотворил в начале небо и землю»?! Таким образом, Тора начиналась бы со слова Б‑г, первой буквой которого является алеф — первая в алфавите.

…Многие посланники Хабада были хорошо знакомы с раввином Габи (Габриэлем) Гольцбергом, который погиб в жестоком теракте в индийском Мумбаи в конце 2008 года. Этот рассказ из его жизни стал известной хасидской историей.

Накануне Песаха рав Габи обычно обходил гостиницы и пансионы города в поисках евреев, чтобы пригласить их на большой Седер, который он проводил. Он быстро шел по улицам и везде искал еврейские лица. Стрелки часов бежали вперед, солнце собиралось садиться, и раввин должен был вернуться в гостиницу для подготовки к Седеру. Внезапно он заметил небольшой, дешевый пансион. Он попросил у регистратора разрешения заглянуть в гостевую книгу, и его глаза приметили еврейское имя. Ему сказали, что гость занимает маленькую комнату наверху, в конце лестницы.

Рав Габи поднялся и постучал в дверь, но ответа не последовало. Он стучал снова и снова, но из комнаты не доносилось ни звука. Он уже повернулся уходить, как вдруг услышал, что дверь за его спиной открылась. На пороге стоял человек, явно пробудившийся от глубокого сна. Постоялец с удивлением посмотрел на раввина и спросил на иврите: «Кто послал тебя ко мне?» — «Святой, благословен Он», — естественно ответил рав Гольцберг. На глаза ошеломленного человека навернулись слезы. Он попросил раввина подождать немного, пока он оденется, а затем рассказал свою историю:

— Сегодня я приехал в Мумбаи, но на вокзале обнаружил, что мой кошелек украден, и у меня не осталось ни денег, ни документов! Я сел на камень и предался мрачным размышлениям. Неожиданно ко мне подошла еврейская пара из Франции. Они спросили, почему я выгляжу таким грустным, а узнав, в чем дело, успокоили меня: «Сегодня канун Песаха, и консульство Израиля закрыто, но после праздника можно будет обратиться за паспортом». Они дали мне немного денег и посоветовали поискать небольшой дешевый пансионат, где я мог бы дождаться окончания праздника. Я пришел сюда и снял комнату на два дня. Лег на кровать и, глядя в потолок, начал разговаривать с Б‑гом. Я сказал Ему: «Евреи, которых я встретил на вокзале, сказали мне, что сегодня ночь Седера. Б‑же, я знаю, что мои отношения с Тобой не из лучших, но, пожалуйста, если Ты любишь меня, дай мне знак, что Ты со мной! Не дай мне остаться одному в этот вечер». Я заснул и внезапно сквозь сон услышал стук в дверь. Мне показалось, что я все еще сплю, но стук повторялся и повторялся. Я открыл дверь и увидел перед собой… раввина! А когда я спросил, кто тебя послал, ты ответил: «Всевышний!..»

* * *

Тора начинается с буквы бейс, чтобы намекнуть тому, кто изучает ее: «Ты не приступаешь к чтению святой книги в одиночку, Всевышний — вместе с тобой! На самом деле, Г‑сподь идет перед тобой и дает тебе силы изучать Тору с гораздо более глубокой приверженностью.

Это разъяснение необходимо и имеет большое значение: у каждого начала есть особый вкус обновления, и сердце стремится к тому, чтобы начало изучения Торы на этот раз было иным, с бо´льшим количеством уроков и на более глубоком уровне постижения материала. Но, с другой стороны, мы все знаем, что начать нелегко. Наши мудрецы говорили: «Все начинания трудны». Самое сложное заключается в том, чтобы изменить привычки человека, который изо дня в день приходит домой с работы в шесть часов вечера, отлеживается на диване до восьми, съедает свой ужин, затем что-то читает, пока не заснет. Он не в силах в полдевятого вечера встать, собраться и пойти в синагогу на урок. Другому еврею, привыкшему к обучению на определенном уровне, трудно решиться в середине жизни учиться медленнее, но все больше углубляться в постижение скрытых смыслов текстов, которые он читает.

Поэтому Тора подчеркивает, что мы являемся только бейс — «вторым номером» обучения. Перед нами шагает алеф, «первый номер» — Всевышний, Который дает еврею силы поступать правильно. Может быть, в первые две недели будет трудно покинуть дом, но через некоторое время мы не сможем представить себе, как могли пренебрегать столь интересной учебой и не наполняли нашу жизнь духовным смыслом.

Любавичский Ребе часто приводил слова своего тестя, рабби Йосефа-Ицхока Шнеерсона о том, что благословение Шеѓехейону («…давший нам дожить до этого времени»), которое мы произносим во время зажигания свечей и Кидуша на Симхос-Тойре, относится как к окончанию чтения Торы, так и к началу нового цикла. Ребе разъясняет, что это благословение произносят на начало чего-то нового. Почему же его следует произносить в праздник Симхос-Тойре, когда мы завершаем чтение Торы? К тому же, даже начало чтения Торы представляется рутиной, повторяющейся каждый год, и не является чем-то новым! Зачем же следует его благословлять?

Рассуждая таким образом, Ребе приходит к выводу, что начало каждого года должно быть совершенно иным, не похожим на прошлые годы. Начало для евреев — это не только вопрос чисел, оно символизирует предоставление новых сил, которых не было до сих пор. Таким образом, еврей, со своей стороны, должен взять на себя обязательство проникнуть на более глубокий уровень изучения, которого он не касался прежде. Тора подчеркивает, что мы не становимся на этот путь в одиночку, но Сам Всевышний идет перед нами и дает нам силы начать совершенно новый год обучения, как никогда раньше. Мы преуспеем в изучении святой Торы и удостоимся года истинного Искупления и Спасения — вскоре, в наши дни. Омейн!

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (864 КБ).

Не откладывая на следующий год…

Канун Шабос главы «Брейшис»
26 тишрей 5777 года / 28 октября 2016 г.

После совершения Ѓавдолы на исходе Симхос-Тойре один еврей спросил меня: «Мы закончили чтение Слихойс, прошли через Десять дней раскаяния, отметили Рош ѓаШоно, соблюдали пост и молили о прощении в Йом-Кипур и даже отпраздновали Суккос и Симхос-Тойре. А что я должен делать теперь, если совершу ошибку или согрешу? Мне хотелось бы раскаяться в своих грехах сразу же, а не ждать дни Слихойс и начало следующего года, чтобы все исправить!»

Думаю, что ответить на этот вопрос нам поможет наша сегодняшняя недельная глава «Брейшис», в которой рассказывается, что два родных брата Каин и Ѓевель принесли жертву Б‑гу. «И принес Каин от плодов земли дар Г‑споду». По словам Раши — «из худшего». А «Ѓевель, принес также и он от первородных стада своего и от их туков», — лучшее из овец в его владении. По этой причине «призрел Г‑сподь на Ѓевеля и на его дар. А на Каина и на его дар не призрел». Иными словами, Всевышний принял жертву Ѓевеля: огонь, сошедший с неба, поглотил ее. А приношение Каина не было принято. «И досадно стало Каину очень, и поникло его лицо» (Брейшис, 4: 3–5). Затем Тора говорит: «И когда они были в поле, восстал Каин на Ѓевеля, брата своего — и убил его…» (там же, стих 8).

Адам и Хава потеряли своего сына Ѓевеля и очень горевали. Мидраш «Ялкут Шимони» рассказывает, что Адам и Хава сидели, плакали и не знали, что делать с телом Ѓевеля. Далее мидраш сообщает, что один ворон, у которого умер друг, сказал: «Я научу этого человека, что надо делать». Он обмыл друга, вырыл яму в земле и похоронил его в этой могиле. Адам сказал: «Сделаем, как этот ворон». Он обмыл тело Ѓевеля и закопал его в земле.

Рассказанное в мидраше — не просто история, ибо имеет особое содержание и глубину. Если мы изучим детали этой истории и поймем их значение, то мы сможем понять и смысл сообщения, переданного нам, и то, чему мидраш учит нас. Создав первого человека, Творец повелел ему: «От всякого дерева в саду можешь есть; но от древа познания добра и зла, не ешь от него; ибо в день, когда станешь есть от него, смерти предан будешь (Брейшис, 2: 16–17). Прошло немного времени, и змей убеждает Хаву вкусить плод древа познания. Он говорит ей: «В день, когда станете есть от него, откроются ваши глаза, и будете вы как Б‑г, ведающими добро и зло» (Брейшис, 3: 5). Хава поддалась соблазну. «И увидела жена, что хорошо дерево для еды и что оно вожделенно для глаз, и желанно дерево для постижения. И взяла она от его плодов и ела, и дала она также мужу своему при ней, и он ел» (там же, стих 6). Змей добился своего: Адам и Хава вкусили от древа познания и были приговорены к смерти, точнее — лишились бессмертия.

После того, как Г‑сподь пришел и обличил их, каждый получил свое наказание — и Адам, и Хава, и змей. Затем Всевышний сказал: «И ныне, как бы он не простер свою руку и не взял бы также от дерева жизни, и не вкусил бы, и не стал бы жить вечно. И отослал его Г‑сподь Б‑г из сада Эденского возделывать землю, откуда он взят» (Брейшис, 3: 22–23). Скрытая причина того, что Творец изгнал Адама и Хаву из Райского сада, причина, по которой Б‑г теперь не хотел, чтобы человек жил вечно, связана с самим грехопадением. До того, как человек согрешил, — он был весь добро. Но теперь, после того, как ел плод древа познания, в нем смешалось добро и зло. По словам змея: «и будете вы… ведающими добро и зло». И если они будут жить вечно, то и связанное с ними зло тоже получит вечное существование. Адам и его потомки были осуждены на смерть, чтобы положить конец злу. Адам и Хава поняли, что в результате их греха понятие смерти, не дай Б‑г, стало частью природы мира. Духовные жизненные силы человека истощаются, что приводит к физической смерти — и это для того, чтобы зло не существовало вечно. Они ясно осознали это, но пока их понимание ограничивалось только тем, что естественная смерть является частью поправки, внесенной вследствие совершенного ими греха. Когда Каин убил Ѓевеля, когда один человек силой лишил другого жизни, это стало столь великим моральным падением, такой низкой подлостью, что они не знали, как противостоять этому. Они были в полном недоумении, не зная, что делать со столь огромным проявлением зла.

Каин символизирует все отрицательное, что есть в человеке, это его злое начало. Ѓевель символизирует все положительное и хорошее в человеке, это его доброе начало. Когда Каин убил Ѓевеля, когда зло победило настолько, что отобрало жизнь у добра, — Адам и Хава не знали, как бороться с таким злом и как исправить то, что произошло. И в этот момент рядом оказался ворон, который научил их, что надо делать. Ворон — хищная птица, и по природе своей отличается жестокостью. Воздавая хвалу Создателю, царь Давид говорит: «Дает Он животному пищу его, птенцам ворона, когда они взывают» (Теѓилим, 147: 9). Почему воронята просят Всевышнего, и Он кормит их вместо их родителей? Наши мудрецы говорят, что неоперившиеся воронята имеют светлую окраску, очень отличающуюся от черного цвета своих родителей. Поэтому родители отказываются от них, и птенцы вынуждены обратиться за помощью к Б‑гу, Который посылает им на съедение комаров. Затем, подрастая, птенцы чернеют, и родители возвращаются к ним (Талмуд, трактат «Ксубойс», 49). Ворон, хищный по природе, жестокий по отношению к своим маленьким птенцам, символизирует страшное падение в отношениях между людьми, самый низкий уровень — и он тот, кто похоронил своего друга и научил Адама, как исправить столь отрицательное деяние.

Занятие погребением называется «истинным милосердием». Наш праотец Яаков перед смертью попросил своего сына Йосефа: «Сделай мне милость истинную: не хорони же меня в Египте!» (Брейшис, 47: 29). Мидраш говорит, что милость, которую мы проявляем к умершим, занимаясь их погребением, является «истинным милосердием». Простое объяснение этому заключается в том, что, хороня умершего, мы не рассчитываем на какое-либо вознаграждение от него. Ведь он не может даже сказать «спасибо»! Поэтому, когда человек совершает столь великий грех, падает так низко, как Каин, убивший Ѓевеля, насильно забравший жизнь у человека, когда зло столь сильно — приходит ворон, хищная птица, проявляющая жестокость по отношению к своим маленьким слабым птенчикам, и учит Адама и Хаву, как можно это поправить. Нужно увеличить в мире количество проявлений милости и добра, до безграничной благодати. Надо стремиться к «истинному милосердию», добавив позитивные действия, чистую доброту, безусловную душевность без мысли о том, что мы получим взамен. Такому грехопадению можно противопоставить только полное и искреннее раскаяние. Необходимо усилить свет и благодать, постоянно подниматься к вершинам духовности. Это и есть наш ответ на вопрос, как покаяться в грехах и вернуться на путь праведный: постоянно приумножать свет и добро в мире. Против зла мы должны выдвигать положительные силы добра. Пусть даже самую глубокую темноту зла осветит безграничный свет добра и милосердия наших душ!

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (747 КБ).

Зачем ненавидеть… подарки?!

Канун Шабос главы «Брейшис»
26 тишрей 5776 года / 9 октября 2015 г.

«Теперь я уверен, что воздал Всевышнему все сполна по слову Его… — с такими словами обратился ко мне один из членов общины после молитвы Маарив на исходе праздника Симхос-Тойре. — Я ел яблоки, окуная их в мед за праздничным столом в Рош ѓаШоно, произнес положенное при этом благословение. Я провел два дня в молитвах и слушал трубление в шойфар, не притронулся к пище и воде в пост Гедальи, в течение всех Десяти дней трепета от Рош ѓаШоно до Йом-Кипура прибавлял каждый день молитву Овину Малкейну. В Йом-Кипур я 25 часов держал строгий пост и участвовал во всех молитвах этого святого дня в синагоге. Во время праздника Суккос каждый день благословлял четыре вида растений, ел и пил только в сукке. Отплясывал изо всех сил со Свитком Торы в дни Шмини-Ацерес и Симхос-Тойре… Ничего не упустил? Если нет, то я уверен, что теперь Всевышний вознаградит меня по заслугам за все содеянное в этом месяце в Его честь. Мои притязания весьма значительны и многочисленны: я хочу гезунт (здоровья), парносе (материального благополучия) и нахес (душевного отдохновения). И все это — в изобилии…»

И мне вспомнился один случай из жизни Любавичского Ребе. Один богатый хасид решил сделать ему подарок: новый автомобиль со всеми современными аксессуарами и удобствами. И вот в один прекрасный день возле «Севен севенти», нью-йоркской штаб-квартиры Хабада, припарковался новый «Кадиллак» последней модели (до этого Ребе много лет ездил на старой, видавшей виды машине, пережившей многочисленные починки). Была середина дня, Ребе вышел из кабинета и направился к машине. И только перед тем, как Ребе, не заметивший перемен, собирался сесть в нее, секретарь сказал ему, что это новый автомобиль — подарок такого-то хасида. Ребе нахмурился и сказал: «Передайте мою благодарность человеку, который хотел подарить мне машину, но «ненавидящий подарки жив будет». Поэтому я хочу ездить на старом автомобиле». Новый автомобиль был возвращен дарителю, и Ребе так никогда им и не воспользовался.

Ребе объяснил позже в одной из бесед, что ему так же хорошо ездить в старом автомобиле и нет никакой необходимости в новой машине. Тем не менее, этот случай предоставил возможность обсудить отношение к подаркам вообще. Стих: «Губит дом свой корыстолюбивый, а ненавидящий подарки жив будет», — принадлежит царю Шломо (Мишлей, 15: 27). Мы все это знаем, но это высказывание вызывает у нас совершенно естественные вопросы. Всегда ли нужно таким образом относиться к подаркам? Каким станет наш мир, если никто не будет дарить и получать подарки? А как же подарки на свадьбу, дни рождения, новоселье, праздники, в конце концов? Кроме того, говорит Ребе, а как же быть с шалахмонес, подарками, которыми евреи радуют друг друга на Пурим? Получается, что наши мудрецы установили заповедь, которая противоречит смыслу приведенного выше стиха из Мишлей?!

В то же время в Торе приводятся различные случаи получения подарков. Первые подарки получил сам Авраѓам, праотец наш. Вспоминая историю его жизни, мы видим, что он, казалось бы, противоречит сам себе. Начнем с конца. Когда Авраѓам искал место для захоронения Сары, Эфрон предложил ему поле и пещеру Махпела в подарок: «Поле даю тебе и пещеру, которая на нем, тебе даю ее; на глазах народа моего даю ее тебе. Погреби умершую твою» (Брейшис, 23: 11). Однако Авраѓам отказался и настаивал на том, чтобы заплатить: «Даю серебро за поле, возьми у меня, и я погребу умершую мою там» (там же, стих 13). В итоге Авраѓам купил пещеру Махпела, заплатив за нее полную стоимость.

Но мы помним и другие события в жизни Авраѓама и знаем, что были времена, когда он получал и принимал подарки. В начале главы «Лех-лехо» рассказывается о том, как Авраѓам пришел с женой в Египет и заявил, что Сара — его сестра. А когда ее забрали во дворец к фараону, Авраѓам получил от него дары: «Мелкий и крупный скот и ослы, и рабы и рабыни, и ослицы и верблюды» (Брейшис, 12: 16). Это были весьма щедрые дары. Когда же Б‑г встал на защиту Сары и наказал фараона, призвал правитель Египта Авраѓама и сказал: «Вот жена твоя, бери и уходи!» (там же, стих 19). Но Авраѓам не вернул подарки, полученные от фараона, и ушел из Египта «грузен очень стадом, серебром и золотом» (Брейшис, 13: 2).

Эта же история повторилась в Гераре. Авраѓам снова сказал, что Сара его сестра, и царь Авимелех решил взять ее в жены. Всевышний вмешался и спас Сару. И что мы узнаем? «И взял Авимелех мелкий и крупный скот, и рабов, и рабынь, и дал Авраѓаму, и возвратил ему Сару, жену его» (Брейшис, 20: 14). А кроме того, Авимелех сказал Саре: «Вот я дал тысячу серебра брату твоему» (там же, стих 16). Авраѓам получил эти дары без всякого смущения и даже молился за выздоровление царя. Получается, Авраѓам не всегда противился получению подарков?!

Когда же можно принимать подарки, а когда этого не следует делать? Возможно, ответ кроется в другой истории, связанной с Авраѓамом, в которой он снова отказался принять подарки. В главе «Лех-лехо» рассказывается, что племянник Авраѓама Лот жил в Сдоме. Однажды пришел человек и рассказал Авраѓаму, что жители Сдома вели войну и проиграли ее, были взяты в плен, а среди них и его племянник Лот. Авраѓам сразу созвал свое войско и отправился на войну, чтобы спасти Лота. Выиграв войну, наш праотец освободил из плена не только своего племянника, но и всех жителей Сдома. «И сказал царь Сдома Авраѓаму: «Дай мне людей, а имущество бери себе» (Брейшис, 14: 21). Но, к его удивлению, Авраѓам отказался и сказал: «Воздеваю руку мою к Г‑споду, Б‑гу Всевышнему, обретшему небо и землю: от нитки и до ремня обувного [не оставлю себе из военной добычи]… и не возьму из всего, что тебе принадлежит…» (Брейшис, 14: 23). В продолжение стиха наш праотец объяснил, почему он не хочет ничего от него брать: «И тебе не сказать: я обогатил Авраѓама». На самом деле Авраѓам не хотел быть у кого бы то ни было в долгу, поэтому не захотел принимать трофеи в подарок.

…Есть два типа дарителей подарков. В мире существует много хороших людей, которые дарят подарки из чувства любви и уважения к одариваемому. Они счастливы и считают большой честью для себя, когда их подарок принимается. Они знают, что вы можете прожить без этого дара, но они хотят сделать вам приятное, и более того — они сами также радуются, заметив, что это им удалось. Но есть и такие, кто дарит подарки с намерением сделать одариваемого своим должником на всю оставшуюся жизнь. Я почти уверен, что у каждого, кто читает эту статью, есть такие дядя или тетя, которые двадцать лет назад подарили вам подарок, и с тех пор постоянно в той или иной форме напоминают вам об этом. Они считают, что раз одарив, они вас купили и теперь хотят властвовать над вами, напоминая об этом подарке. И это длится до тех пор, пока ваше терпение не лопнет, и вы не решите вернуть им этот подарок, чтобы они навсегда оставили вас в покое. Именно таких подарков и дарителей старался избегать Авраѓам. Никто из нас ни за что бы не согласился принять такие подарки. Именно о них и сказано: «Ненавидящий подарки жив будет». Ведь подобный даритель может до такой степени отравить вашу жизнь, что вы потеряете вкус к ней. Вы будете постоянно озабочены только одним: как бы не столкнуться с ним где-нибудь. Вы начнете избегать семейных торжеств и мероприятий, на которых этот человек может присутствовать. В общем, ваша жизнь изменится к худшему, поэтому царь Шломо советовал ненавидеть такие подарки.

Это подводит нас к разговору о нашей сегодняшней недельной главе «Брейшис», ибо в эти дни мы начинаем новый цикл чтения Торы. В нашей главе рассказывается история Каина и Ѓевеля, двух первых с момента сотворения мира братьев. Тора говорит: «И принес Каин от плодов земли дар Г‑споду. И Ѓевель, принес также и он от первородных стада своего и от их туков» (Брейшис, 4: 3–5). Всевышний принял жертву Ѓевеля, но не Каина. Почему Г‑сподь так отнесся к приношению Каина? В чем он провинился пред Творцом? И это притом, что именно Каин первый выдвинул идею принести жертву Б‑гу, и Ѓевель учился этому от брата! Почему же Всевышний отверг жертву Каина? Ответ может быть найден в реакции Каина на это печальное событие: «И досадно стало Каину очень, и поникло его лицо» (там же, стих 5). Каин разгневался и впал в депрессию. Человеком, у которого не приняли подарок, овладевают чувства печали и сожаления о случившемся. Ему не следует гневаться и испытывать раздражение: ведь причина, по которой он хотел подарить подарок, — это любовь, желание увидеть радость на лице любимого человека. В случае отказа, такой даритель выражает сожаление и грустит по поводу случившегося. А те дарители, которые преподносят подарки без тени любви и уважения, но с большим желанием обязать и подчинить себе одариваемого, в случае отказа принять их подарок имеют все основания для негодования и злобы, действительно могут держать на вас обиду в течение многих лет.

Судя по реакции Каина, становится понятно, что его приношение не было даром, принесенным из большой любви к Б‑гу. Каин хотел обязать Всевышнего, сделать Его своим должником. И Творец отказался принять такой дар. Ѓевель, с другой стороны, принес свою жертву в радостном смирении, выражая благодарность Б‑гу. Поэтому «и призрел Г‑сподь на Ѓевеля и на его дар, а на Каина и на его дар не призрел» (Брейшис, 4: 4, 5). Это служит нам напоминанием о том, что еврей должен исполнять заповеди не с мыслью, что теперь Творец оплатит наши труды своей признательностью и заботой, а испытывая любовь и радость от того, что у нас есть возможность поступать по слову Всевышнего.

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (924 КБ).

Добро и Зло – Тора Ор Брейшис

Related PostsЗахор ве Шамор – Ваэтханан 5770 Н. Аристер Лаван – Элион, Ваишлах 5770 Н. Аристер

Корона, которая дороже золота

Канун Шмини-Ацерес
21 тишрей 5774 года / 25 сентября 2013 г.

…Дорога была долгой и утомительной. Правые колеса повозки Морица, торговца лесом, наткнувшись на большой камень, искривились и стали издавать скрип и скрежет, что указывало на то, что очень скоро они сломаются… Внезапно взору Морица открылась небольшая деревня с несколькими неказистыми домиками. К радости путешественников среди жителей нашелся кузнец, с которым они договорились о ремонте колес.

В своей жизни Мориц видел многих мастеров в работе, но этот кузнец отличался от них. Он был грустен и молчалив и работал, не говоря ни слова, с меланхолическим выражением лица. Когда кузнец закончил, и Мориц щедро заплатил ему, тот поблагодарил его, но даже не улыбнулся. «Могу ли я у тебя кое-что спросить? — обратился к нему торговец. — Почему ты такой грустный? У тебя дома горе? Может быть, дети больны?»

«Дети, слава Б‑гу, здоровы, — сказал кузнец, — но все время беспокоят меня думы о будущем. Что произойдет, когда дети вырастут и покинут родительский дом? Кто будет поддерживать меня и мою жену? Что делать, если настанет суровая зима и не будет работы?.. Эти мысли не дают мне покоя и мешают работать. Голова моя полна забот, и я не могу думать ни о чем другом».

Сердце торговца переполнилось жалостью к кузнецу, и через несколько дней он вернулся к нему, держа в руке слиток: «Возьми это золото, но воспользуйся им только в случае крайней необходимости. Спрячь его в укромном месте и изгони из сердца своего тревогу. Ведь ты будешь знать, что когда тебе понадобятся деньги, ты сможешь продать это золото».

Растроганный кузнец от всего сердца поблагодарил богача и с воодушевлением благословил его. В тот же день он вернулся к ожидающей его работе с улыбкой и веселой песней на устах. Заботы о будущем больше не беспокоили его, и он мог посвятить себя полностью любимому ремеслу. Вскоре его имя стало широко известно, и все хвалили его работу, у него было много заказов, и ему даже понадобился подмастерье. Доходы его значительно выросли, и он начал откладывать деньги на старость. И счастье поселилось в его доме.

Однажды шел кузнец по городу, и заметил, что у него порвался сапог. К своей радости, он обнаружил открытой небольшую сапожную мастерскую, вошел туда и, сняв сапог, протянул его сапожнику, который тут же приступил к работе.

Лицо сапожника выражало грусть и печаль. «Что случилось с тобой, добрый человек? — спросил кузнец. — У тебя проблемы дома?» — «Дома, слава Б‑гу, все благополучно, но мысли о будущем не дают мне покоя, — ответил сапожник. — Я не знаю, что буду делать, когда мои дети вырастут. Кто будет поддерживать меня и мою жену?..»

Кузнец заплатил за работу и сказал сапожнику: «Завтра я вернусь и дам тебе то, что обеспечит твое будущее». На следующий день он явился к сапожнику, держа в руках слиток, которым богач наградил его много лет назад: «Возьми это золото, но воспользуйся им только в случае крайней необходимости. Спрячь его в укромном месте и изгони из сердца своего тревогу. Ведь ты будешь знать, что когда тебе понадобятся деньги, ты сможешь продать это золото».

Возрадовался сапожник и, поблагодарив кузнеца, побежал домой. «Где мы можем спрятать золото?» — спросил он жену. Однако та была настроена скептически: «Кто сказал, что это золото? Быть может, он обманул тебя? Сходи проверь слиток!»

У ювелира сапожник испытал горькое разочарование. «Это не слиток золота, — сказал ювелир после недолгой проверки, — а кусок дешевого металла, покрытый тонким слоем позолоты». Обескураженный сапожник в гневе бросился к кузнецу. «Почему ты обманул меня? — закричал он. — Зачем ты дал мне кусок ржавого железа и сказал, что это золото?»

Кузнец взглянул озадаченно на слиток и сказал: «Поверь мне, друг мой, этот слиток находится в моем доме много лет, но я и не подозревал, что он не золотой. Он дал мне надежду, он дал мне веру! Я знал, что если мое положение ухудшится, я смогу им воспользоваться, и это давало мне энергию и желание работать. Неверие погнало тебя проверять его подлинность, и этим ты только сам себе навредил…»

На этой неделе мы начинаем новый годичный цикл чтения Торы. Каждый, кто видит текст, написанный в Свитке Торы, сразу замечает, что он не делится на абзацы, не имеет огласовок и знаков препинания — только буквы, соединенные в слова. И бааль-койре (человек, который читает Тору по Свитку) должен прийти подготовленным и знать, как правильно читать.

Недавно ко мне в руки попала одна из трех копий редкой рукописи — «Кесер Арам Цова» (другое название — «Кодекс Алеппо»). Ее история такова. В Израиле, в городе Тверия, около двенадцати столетий тому назад группа мудрецов решила написать весь текст Танаха на пергаменте с огласовками и знаками кантилляции (система записи традиционного напева, на который произносится текст Танаха во время публичного чтения). Они хотели собрать и объединить в одном свитке все традиции, распространенные среди народа Израиля. Это был грандиозный проект, рассчитанный на несколько столетий. Окончательный текст рукописи был проверен и снабжен толкованиями Аѓароном бен Моше, последним и самым видным членом семьи Бен-Ашеров — династии исследователей масоры (свода указаний, служащих сохранению канонизированного текста Танаха и нормативов его оформления при переписывании) из Тверии. Около 930 г. новой эры он завершил работу над свитком, который включил в себя тексты двадцати четырех книг Танаха, расположенные в три колонки на каждой из 491 страниц пергамента. Этот свиток и получил название «Кесер» — «Корона».

Семьдесят лет спустя он был продан одному еврею из Ирака, который затем пожертвовал свиток караимской общине Иерусалима, написав: «Ни при каких обстоятельствах не продавать и не закладывать свиток». «Корона» находилась в Иерусалиме в течение ста лет, а затем пришли крестоносцы и ограбили еврейскую общину, забрав в том числе и этот свиток.

Единственный способ получить книгу обратно — выкупить ее за большие деньги, и евреи Иерусалима обратились за помощью к богатой еврейской общине, которая существовала в те времена в Египте, недалеко от Каира. Египетские евреи откликнулись на зов своих собратьев, собрали деньги и выкупили свиток. Так «Корона» переехала в Египет, где пробыла около 275 лет. Рамбам, который жил в Египте в те годы, пишет в своей книге «Мишне-Тора» («Законы Свитка Торы», 8: 4), что он написал свой Свиток Торы и корректировал его по книге Бен-Ашера.

В 1375 году один из потомков Рамбама покинул Египет и, взяв «Корону» с собой, переехал в Сирию — в город Алеппо. В этом городе, упоминаемом в Танахе как «Арам Цова», со времен царя Давида существовала очень древняя еврейская община. Так и появилось нынешнее название свитка — «Кесер Арам Цова».

Еврейская община Алеппо приняла свиток с большой любовью и почитанием. Он был помещен на небольшом внутреннем дворе синагоги, где для него был сооружен специальный металлический ящик с двумя замками. Ключи от этих замков были переданы двум уважаемым членам общины — таким образом, для безопасного открытия сейфа требовалось присутствие по крайней мере двух человек. А маленький домик, где находился «Кодекс Алеппо», евреи назвали «Пещера пророка Элияѓу». Она стала священным местом, куда люди приходили молиться за больных и не только.

Сложилась легенда, что в случае утраты свитка еврейская община города, не дай Б‑г, погибнет. Конечно, евреи Алеппо самоотверженно охраняли свою святыню. Дело дошло до того, что они на протяжении многих лет не позволяли никому из посторонних читать и изучать его. Многие исследователи Торы хотели обратиться к свитку для сравнения различных вариантов текста, но евреи Алеппо никому не давали права доступа к нему. В сороковых годах прошлого столетия один ученый просил разрешения сделать фотографии текста свитка, но и на это они не согласились.

И вот настал день, когда ООН должна была принять резолюцию по созданию еврейского государства. В те дни около миллиона евреев жили под властью мусульман. Представители арабских стран в Организации объединенных наций предупредили, что если ООН признает еврейское государство, то они не несут ответственности за судьбу евреев, проживающих в мусульманских странах. И действительно: в субботу 29 ноября 1947 года прошло голосование в ООН, а на следующий день в Алеппо толпа арабов учинила погром — ворвавшись в синагогу, они вынесли сорок Свитков Торы и сожгли их на костре, а потом подожгли и само здание!

Слухи о том, что среди сожженных Свитков Торы погиб и «Кодекс Алеппо», достигли Израиля. В те дни в израильской газете была опубликована статья под названием «Памяти ушедших», где говорилось, что «Корона» утеряна навсегда в пламени огня…

Однако когда группе евреев из Алеппо во главе с Мордехаем бен Эзра Фахамом удалось репатриироваться в Израиль, оказалось, что история сожжения «Короны» была придумана для того, чтобы сирийские власти не искали свиток, а на самом деле он хранился у одного из ведущих членов общины! Президент Израиля Ицхак Бен-Цви, большой ученый, приложил немало усилий, чтобы убедить евреев Алеппо, что свиток должен храниться на Земле Израиля. И в 1958 году «Кодекс Алеппо», спрятанный в стиральной машине, через Турцию в конце концов был доставлен в Израиль, где он и поныне хранится в Музее Израиля в Иерусалиме. И сегодня любой посетитель музея может увидеть в его экспозиции несколько подлинных страниц «Короны».

И тут наступает самый печальный момент нашей истории. Из всего текста «Кесер Арам Цова» выжили и приехали в Израиль лишь 294 страницы! Бо́льшая часть Пятикнижия Моисеева не была найдена: четыре из пяти книг полностью отсутствуют, а пятая — Дворим — начинается только с 28‑й главы. Также полностью утрачены тексты пяти последних книг Танаха: Коѓелес, Эйха, Эстер, Даниэль и Эзра. До сих пор ведется спор о времени и месте их исчезновения. (Некоторые ученые обвиняют членов еврейской общины Алеппо в том, что во время погрома они оторвали недостающие листы и держат их скрытыми в частных коллекциях. Для такого утверждения есть основания: два из недостающих листов были обнародованы — один в 1982‑м, а другой в 2007 году. В связи с этим остается вероятность того, что есть еще листы, которые, возможно, пережили погромы 1947 года.) Но факт остается фактом: свиток, который в течение более чем тысячи лет пребывал в целости и сохранности, в последние полвека с небольшим лишился сорока процентов своего текста! И все же мы надеемся, что в один прекрасный день его недостающие страницы будут найдены…

Название свитка символично. Корона — символ власти. Восходящему на престол возлагают на голову корону. Лишаясь короны, монарх лишается и власти. И тому есть многочисленные исторические подтверждения (так, в Свитке Эстер рассказывается о том, как Аман попросил у царя корону, но тот пожаловал ему царское одеяние и коня, но не корону).

Евреи назвали свиток «Корона», потому что Тора является венцом еврейского народа, подтверждающим наше величие и уникальность. Только у нас есть Тора-Корона, мы являемся избранным народом. Стоит нам отказаться от Торы-Короны, и мы потеряем все.

У слова кесер есть еще одно важное символическое значение. Гиматрия (сумма числовых значений букв) этого слова 620, что соответствует 613 заповедям Торы и семи заповедям мудрецов. Наша корона — это Тора и заповеди. Ранним утром Субботы главы «Брейшис» мы снова возлагаем корону на один год и обязуемся хранить ее так же, как в древности евреи Сирии охраняли «Кесер Арам Цова».

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (932 КБ).