«Пусть празднует земля Субботу…»

Канун Шабос главы «Беѓар»
19 ияра 5779 года / 24 мая 2019 г.

В 1986 году Национальное управление по аэронавтике и исследованию космического пространства США (НАСА) начало разработку программ выращивания растений в космосе. Прежде всего искали специалистов по гидропонике — методу выращивания растений в воде, без использования почвы, с искусственным добавлением необходимых питательных веществ. После долгих поисков они пригласили профессора Меира Шварца, эксперта из Израиля, работавшего в религиозном кибуце «Хафец-Хаим». Когда он прибыл на мыс Канаверал во Флориде для участия в совещании, на которое были приглашены все руководители НАСА, чтобы объяснить, почему именно в Израиле работает мировой эксперт по выращиванию растений на платформе, отделенной от почвы, председатель взял в руки Тору и зачитал стихи из нашей сегодняшней недельной главы «Беѓар», где говорится о годе шмиты: «Когда придете на землю, которую Я даю вам, пусть празднует земля Субботу Г‑споду. Шесть лет засевай твое поле и шесть лет обрезай твой виноградник, и собирай ее урожай. А в седьмом году Суббота прекращения трудов будет для земли, Суббота Г‑споду» (Ваикро, 25: 2–4).

Суть заповеди шмиты состоит в том, что после вступления в Землю Израиля еврей-земледелец обязан по-особому относиться к ее возделыванию: шесть лет работать на земле и пользоваться ее плодами, а на седьмой год — год шмиты — Тора повелевает: «Поля твоего не засевай и виноградника твоего не обрезай. Самосева твоей жатвы не жни и твоего винограда хранимого не снимай; год прекращения трудов будет на земле» (там же, стихи 4–5).

Год шмиты — это «суббота земли». Так же, как в Шабос — седьмой день — еврей не работает, так и земля в седьмой год будет свободна от трудов. Это — шнас шабосойн, «год отдыха» (отсюда в европейские языки вошло понятие Sabbatical, обозначающее год отдыха и самосовершенствования — например, для учителей и научных работников).

Затем Тора говорит, что недостаточно того, чтобы сам земледелец не работал на своей земле в течение седьмого года. Всевышний повелевает: «И будет Суббота земли вам в пищу: тебе, твоему рабу и твоей рабыне, и твоему наемному работнику, и твоему поселенцу, которые проживают с тобой; И твоему скоту, и зверю, который на твоей земле, будет весь ее урожай в пищу» (там же, стихи 6–7). Раши (комментарий на Ваикро, 25: 6) объясняет: «Хотя Я запретил их плоды земли тебе, говоря «не жни», «не снимай», Я не запретил есть или использовать их, но только, чтобы ты не относился к ним как хозяин. Все будут равны, что касается плодов седьмого, субботнего года: ты и твой наемный работник, и проживающий с тобой».

Таким образом, Тора повелевает владельцу на седьмой год покинуть свое поле, открыть ворота и дать возможность каждому собирать плоды на его земле. В год шмиты нет хозяев и нет работников, все равны, и каждый имеет одинаковое право на плоды земли и может прийти и собрать их — но только в количестве, достаточном для одного дня. Плодами седьмого года запрещается торговать, как хозяину, так и любому другому еврею. И Тора обещает, что если мы будем соблюдать заповедь о шмите, то будем «жить на земле безбедно» (Ваикро, 25: 18) — жить на своей земле в безопасности и спокойствии.

Тора предвидит, что исполнение законов шмиты вызовет большие трудности, поэтому после их изложения говорится: «А если скажете: «Что нам есть в седьмом году, ведь не будем ни сеять, ни убирать наш урожай?» — [то знайте:] Я пошлю Мое благословение вам в шестом году, и он принесет урожай на три года. И посеете в восьмом году, и будете есть из урожая старое до девятого года, до его урожая есть будете старое (там же, стихи 20–22).

И затем Тора раскрывает причину этой мицвы, почему Б‑г действительно хочет, чтобы земля отдыхала целый год. Всевышний говорит: «Ибо Мне земля» (там же, стих 23). Исполняя заповедь шмиты, еврей заявляет, что земля не принадлежит ему, а принадлежит Б‑гу. Еврей получает землю в аренду на шесть лет, в год шмиты возвращает ее хозяину — Всевышнему, а после шнас шабосойн снова арендует на следующие шесть лет.

Все это происходило именно так во времена существования Храма, когда бо́льшая часть народа Израиля проживала на своей земле, и Тора обязывала всех выполнять заповедь шмиты. После разрушения Храма наши мудрецы постановили, что евреи будут продолжать соблюдать эту заповедь. Таким образом она получила статус дерабонон — «заповеди от мудрецов», подобно зажиганию субботних свечей и омовению рук перед едой.

Рассказанное выше кажется правильным и понятным, пока дело не касается непосредственного исполнения заповеди о шмите. Представьте себе еврея-хозяина большого современного сельскохозяйственного предприятия, который выращивает авокадо или цветы и продает их на зарубежных рынках. Он владеет сотнями гектаров земли, и, конечно, в наше время у него есть все виды машин и механизмов для ее обработки и сбора урожая. Само собой разумеется, что на его земле трудятся наемные работники. Понятно, что у него есть определенные обязательства перед заказчиками, партнерами, поставщиками, банком и т. д. И вот перед Рош ѓаШоно ему придется закрыть это огромное производство: сообщить заказчикам, что он прекращает поставку своей продукции, уволить преданных сотрудников и работников. Естественно, что заказчики найдут других поставщиков, а работники — других работодателей. Никто не будет сидеть сложа руки и ждать, когда закончится год шмиты. И кто знает, вернутся ли они к нему через год?! Кроме того, он должен продолжать выплачивать банку ежемесячные платежи за машины и оборудование или возвращать ссуду, которую он взял для развития производства. И при этом целый год он вообще не имеет никакого дохода. Понятно, насколько трудно выполнить эту мицву, и какое испытание она представляет для земледельцев в Израиле!

На протяжении поколений исполнение заповеди о шмите требовало большой жертвенности от евреев, живших на Земле Израиля. А в последние десятилетия, когда все больше евреев поднялось в Святую землю и стало земледельцами, этот вопрос стал вопросом жизни и смерти.

В конце XIX века, на заре сельскохозяйственного возрождения Земли Израиля, еврейские земледельцы столкнулись, казалось бы, с неразрешимой ѓалохической проблемой. Сельское хозяйство только начало развиваться. Прекращение работы на целый год грозило фермам разорением, а людям — голодной смертью. Кроме того, необходимость соблюдать шмиту отталкивала от сельского хозяйства новых поселенцев.

Земледельцы обратились с просьбой найти решение к раввинам Восточной Европы, где в то время жила бо́льшая часть еврейского народа и большинство известных раввинов. Это обращение вызвало среди них жаркие споры. В конце концов, было предложено интересное решение. Все запреты года шмиты имеют силу только в том случае, если земля принадлежит еврею. Принадлежащую нееврею землю допустимо возделывать, разрешено торговать ее плодами, которые в данном случае не имеют святости седьмого года. И еврей может работать на земле, принадлежащей нееврею. Раввины предположили, что, подобно продаже хомеца на Песах, также можно на время продать землю нееврею и, таким образом, продолжить ее обрабатывать. Ѓетер мехира («разрешение продажи земель») было сочтено отличным решением проблемы шмиты в Эрец-Исроэль.

Однако в результате продажи земли возникли другие ѓалохические проблемы, и многие раввины выступили против этого. В этой статье нет возможности для более подробного обсуждения этого вопроса, и я отложу его до следующего удобного случая. Следует сказать, что раввинат в Израиле действительно использует ѓетер мехира. Есть и другие решения этой проблемы, такие, например, как оцар бейс-дин, когда раввинский суд выкупает у земледельцев продукцию и перераспределяет ее по себестоимости потребителю.

В то же время есть много евреев, которые стараются в год шмиты не покупать продукцию хозяйств, использующих ѓетер мехира. Так что же делать тем, кто пытается наилучшим образом исполнить заповедь шмиты и в то же время не хочет лишать себя и своих детей фруктов и овощей на целый год?! К сожалению, некоторые выбирают самое простое решение: они покупают сельскохозяйственную продукцию у палестинцев на территориях. Проигравшими в данном случае становятся еврейские земледельцы, которые соблюдают законы шмиты, а палестинцы на этом зарабатывают. Но еще бо́льшая проблема состоит в том, что среди этих палестинцев есть и те, кто поддерживает террор. Так что вполне возможно, что ракеты, которые падают на города Израиля, профинансированы такими недальновидными блюстителями седьмого года…

Поиски путей решения проблем, связанных с соблюдением заповеди шмиты, привели к развитию и широкому применению технологии выращивания растений на платформе, отделенной от почвы. В 5711 (1951) году вышеупомянутый Меир Щварц пребывал в Штатах, агитируя репатриироваться в Израиль, и посетил единственную в США ферму, которая в то время выращивала растения по методу гидропоники, которым он давно интересовался. Услышав объяснения владельца фермы, он с энтузиазмом отнесся к этому методу и, вернувшись в Израиль, предложил кибуцу «Хафец-Хаим» решить таким способом нехватку овощей в субботний год. Шварц загорелся этой идеей, и с этого момента началась его многолетняя исследовательская деятельность. Разрабатывая и совершенствуя эту методику, Шварц стал профессором и мировым экспертом по гидропонике. Сегодня бо́льшая часть овощей в Израиле выращивается по этому методу в обычные годы и, конечно, в субботний год. Попытка найти решение для соблюдения заповеди о шмите стала основой для глобальной сельскохозяйственной революции.

Очень важно помнить: седьмой год предоставляет земледельцу возможность заняться духовной деятельностью, изучением Торы. Подобно субботнему дню, когда человек не занят физическим трудом и набирает духовные силы для шести рабочих дней, год шмиты также дает земледельцу возможность подняться на новый духовный уровень и накопить душевные силы для следующих шести рабочих лет. Любавичский Ребе говорит, что еврею, живущему за пределами Земли Израиля, также в год шмиты необходимо уделять больше времени изучению Торы, так что эта заповедь касается не только наших израильских братьев, но и всех нас!

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (805 КБ).

Глава Торы “Бэар”: Слава кровопийце Рабиновичу!

Политически некорректный финансово-каббалистический очерк о том, как запрет взимать лихву (процент по займу) со своего собрата заставляет задуматься о метафизической связи человека с его вещами и о поиске грани между сбором Б-жественных искр и вульгарным стяжательством.

(Лекция р-на Эли Когана; записана 05.15.2008, отредактирована 05.13.2009)

Кликните на стрелку, чтобы прослушать лекцию. Чтобы скачать MP3 файл, кликните Download левой кнопкой, либо же правой и выберите “Save Target As…”

Соединяя духовное и материальное

Канун Шабос главы «Беѓар»
19 ияра 5776 года / 27 мая 2016 г.

На этой неделе народ Израиля отпраздновал Лаг боОймер — тридцать третий день счета оймера, связанный с двумя важными событиями в еврейской истории. Первое событие было радостным: прекратился мор среди учеников рабби Акивы. Эпидемия, вспыхнувшая через несколько дней после Песаха и унесшая жизни 24 тысяч учеников, была послана как наказание за отсутствие надлежащего взаимного уважения между ними. Второе событие — печальное: в этот день умер рабби Шимон бар Йохай (известный также как Рашби — по первым буквам фразы «рабби Шимон бар Йохай»), знаменитый танай (мудрец периода составления Мишны), автор книги «Зоѓар», ставшей основой Кабалы — тайной части Торы. Перед смертью рабби Шимон открыл своим ученикам величайшие тайны Торы и завещал им отмечать каждый год день его смерти как радостный праздник. Хасидизм объясняет, что в день смерти праведника сияние его «деяний, учения и трудов» проецируется на жизнь его учеников. Поэтому в Лаг боОймер мы празднуем жизнь рабби Шимона и открытие внутреннего скрытого содержания Торы.

По этим причинам, отменяются законы траура, действующие в период исчисления оймера. Кроме того, существует обычай зажигать костры в ознаменование того духовного сияния, которым наполнил этот мир рабби Шимон в процессе своей жизни и особенно в день смерти. Многие из народа Израиля выходят в этот день на поля и открытые пространства и устраивают игрища с луками и стрелами. Этот обычай сохранился в память о том, что во время жизни рабби Шимона на небе ни разу не появилась радуга (на иврите лук и радуга обозначаются одним и тем же словом), которая считается напоминанием о грехах. Сотни тысяч евреев традиционно посещают могилу рабби Шимона на горе Мерон, где зажигается огромный костер и празднование длится всю ночь. Любавичский Ребе призывал сынов Израиля воспользоваться этим днем для того, чтобы собраться вместе и устроить массовые шествия по улицам городов. В Израиле и в сотнях городов по всему миру проводятся такие «парады Лаг боОймер».

Одна из самых известных историй о рабби Шимоне бар Йохае представлена в мидраше «Шмойс рабо». Один из учеников Рашби отправился в чужие края и вернулся оттуда с большим богатством. Другие ученики, жившие в стесненных материальных условиях, стали больше думать не об учебе, а о том, чтобы отправиться на заработки. Узнав об этом, рабби Шимон повел их в долину и, помолившись, воскликнул: «Долина! Долина! Повелеваю тебе наполниться золотыми монетами!» И вся долина покрылась слоем золотых динариев. Обратился рабби Шимон к ученикам и сказал: «Если золота хотите, то вот оно перед вами, берите. Но знайте: берущий теперь получает это вместо своей доли в грядущем мире, ибо награды Торы — только там, в жизни вечной». И ученики отказались брать золото.

В подтверждение тому, что праведники получают свою плату в грядущем мире, мидраш приводит еще одну историю о рабби Шимоне бен Халафте, который жил очень бедно и однажды в канун Субботы обнаружил, что дом пуст и не на что купить еду. В полном смятении он стал молить Б‑га послать ему пропитание на Шабос. Молитва его была услышана: Небеса послали рабби Шимону огромный драгоценный камень, который он заложил, на полученные деньги накупил все необходимое для Субботы и, счастливый, вернулся домой. Однако, узнав, что произошло, жена рабби Шимона попросила его вернуть камень, сказав, что она не хочет, чтобы его «стол в Ган-Эдене был ущербным, в то время как у соседа — ломился от яств». Рабби Шимон снова помолился — и ангел, сошедший с небес, забрал камень. Мидраш делает следующий вывод: второе чудо больше, чем первое, так как Небеса дают, но не забирают.

И здесь возникает вопрос: если то, что камень забрали обратно, — это большее чудо, чем первое, то почему в истории о рабби Шимоне бар Йохае не упоминается о том, куда делись золотые монеты? Ведь факт, что ученики их не брали, а в долине они не остались, означает, что монеты вернулся обратно на Небеса. Разве это — не большее чудо, чем первое?

Алтер Ребе в книге «Ликутей Тора» объясняет, что благословение Торы или благословение, данное праведником, иногда столь возвышенно, что не может быть выражено как благословение, и с первого взгляда видится нам как проклятие.

Похожий пример мы находим в другой истории о рабби Шимоне бар Йохае, который послал рабби Элазара, своего сына, к рабби Йонатану бен Амсай и рабби Йеѓуде бен Гейрим за благословением. Сын вернулся обескураженный и пожаловался отцу, что вместо того, чтобы благословить, мудрецы его «прокляли»! Пояснил ему мудрый отец, что он просто не вник в истинный смысл их слов. «Посеешь, но не пожнешь» следует понимать так: «родишь детей, и не придется тебе их хоронить». «Чтоб привез товар, и не распродал» — «приведешь в дом невесту для сына, и сын не умрет при ней». «Чтоб заплатил за товар, но не получил его — «чтобы выдал дочерей замуж, и их мужья не умерли, а значит, дочерям не пришлось бы возвращаться в отчий дом». «Чтобы у тебя за столом был беспорядок» — «чтобы у тебя было много детей и внуков, которые создают суматоху в доме» (Талмуд, трактат «Моэд котон», 9а).

Благословения праведников были настолько исключительными, что они могли выразить их только в иносказательной форме. И лишь рабби Шимону бар Йохаю, благодаря его особым способностям раскрывать тайный смысл духовного мира, было под силу расшифровать и объяснить их истинное значение. В этом заключалась суть личности и характера Рашби, основным занятием которого было постижение внутреннего содержания Торы. Он видел духовные источники всех вещей и явлений, и обладал способностью раскрывать их для своих учеников в нашем физическом мире.

И это также объясняет, почему в рассказе о том, как долина наполнилась золотыми монетами, не упоминается большее чудо — как Б‑г забрал это богатство. О Торе сказано: «Древо жизни она для придерживающихся ее, и опирающиеся на нее счастливы» (Мишлей, 3: 18). И еще: «Долгоденствие в правой руке ее, в левой — богатство и почет» (там же, стих 16). Иногда «богатство и почет» проявляются лишь в духовном мире, но не находят выражение в мире материальном. Сила рабби Шимона заключалась в том, что он видел источник и духовный корень каждой вещи. Поэтому Рашби использовал чудо с золотом, чтобы показать своим ученикам, что изучение Торы в этом мире приносит «богатство и почет» в мире грядущем.

Действительно, факт возвращения монет обратно на небеса — это большее чудо, чем первое, но оно отражает только размер чуда и не показывает величие духа рабби Шимона бар Йохая, которое состояло не в способности совершать обычные или даже великие чудеса, а в даровании соединять нижний, физический мир с его духовным корнем.

Вряд ли кто-нибудь из нас способен наследовать престол Рашби, но на примере его жизни и деяний мы должны учиться соединять духовный и материальный миры. Когда мы произносим благословение на пищу, например, мы связываем материальное — еду — с его духовными корнями. Исполняя мицву с помощью материальных вещей (тфилин из кожи животного, маца из муки и воды и т. п.), мы соединяем физический мир с духовным источником — волей Всевышнего, повелевшего нам исполнять эти заповеди. Сейчас, в неделю, на которую выпал йорцайт рабби Шимона бар Йохая, самое подходящее время приложить для этого особые усилия. В это время все деяния и труды праведника, над которыми он работал в течение своей жизни, освещают путь его ученикам и ученикам его учеников и придают силы каждому, кто желает быть его последователем и соединять физический и духовный миры. Пока не свершится предсказание пророка Ишаяѓу: «Не будут делать зла и не будут губить на всей Моей святой горе, ибо полна будет земля знанием Г‑спода, как полно море водами» (Ишаяѓу, 11: 9) — с пришествием нашего праведного Мошиаха. Да произойдет это вскоре, в наши дни! Омейн!

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (939 КБ).

«Прошу лишь по силам вашим…»

Канун Шабос главы «Беѓар»
9 ияра 5774 года / 9 мая 2014 г.

Эту историю рассказал редактор израильского журнала «Кфар-Хабад» рав Аѓарон-Дов Гальперин:

— В преддверии еврейских праздников Любавичский Ребе имел обыкновение писать открытые письма, объясняющие их сущность и духовный смысл. Эти письма начинались словами: «К сыновьям и дочерям Израиля». Со временем их стали переводить с идиша на многие языки. В Израиле они появлялись на страницах разного рода периодических изданий в переводе на иврит. Ребе обычно сам не корректировал тексты подобных переводов, тем не менее, с начала публикаций этих писем в еженедельнике «Кфар-Хабад» он начал корректировать перевод на святой язык, выполненный раввином Товия Блау.

В одном из этих писем мы заметили странное и для меня, и для переводчика исправление в тексте перевода. В письмах на идиш много раз употреблялось слово а ид («еврей»), и рав Блау обычно переводил его ивритским аналогом — йеѓуди. Но когда Ребе прислал свою корректуру перевода, оказалось, что почти повсеместно это слово было заменено на слово адам — «человек»! Несказанно удивившись, я позвонил секретарю Ребе, раввину Лейблу Гронеру, и спросил, знает ли он, что это значит. «Нет, — ответил рав Гронер, — я тоже крайне удивлен…»

Примерно через две недели я полетел в Нью-Йорк. В самолете до Парижа мое место оказалось рядом с арабским депутатом Кнессета от МАПАМ (Объединенной рабочей партии) Мухаммедом Ваттадом. Я был удивлен, обнаружив в нем человека с блестящим интеллектом и широким кругозором. Всю дорогу мы провели в интересной беседе, и даже обменялись мнениями по политическим вопросам, причем мой собеседник высказывался очень корректно, облекая самые категоричные аргументы в самую культурную форму.

Большим сюрпризом стали для меня его слова: «Должен вам сказать, что я до глубины души очарован личностью Любавичского Ребе, хотя и не разделяю его политических убеждений. Я всемерно восхищаюсь этим человеком. Я прочитал его открытые письма, которые публиковались в прессе, и его философские размышления о повседневной жизни чрезвычайно увлекли и захватили меня». И что самое удивительное — вслед за этим Ваттад начал пересказывать мне… содержание того самого письма, в котором Ребе заменил все слова «еврей» на «человек»! В завершение беседы он добавил: «Кстати, когда мои коллеги начали возражать против публикаций писем Ребе в партийной газете «Аль ѓамишмар», я встал и заявил, что, несмотря на наше несогласие с политическими взглядами Любавичского Ребе, его письма заставляют задуматься и дают духовную пищу даже мне, арабу. И этот аргумент перевесил чашу весов в пользу продолжения публикации…»

Приехав в Нью-Йорк, я пошел в секретариат и встретился с секретарем Ребе, раввином Биньямином Кляйном. Мы поговорили о том о сем, и среди прочего я рассказал ему о своей встрече с Ваттадом, и сказал, что это могло бы быть решением чудесной загадки того письма. Может быть, для того, чтобы повлиять на такого человека, как он, Ребе заменил конкретное «еврей» на более обобщенное «человек»? Потом я сказал: «После погружения в микву, даст Б‑г, я напишу Ребе докладную об этой встрече, в том числе и о его предложении (это было предложение о том, что арабские депутаты Кнессета воздержатся от голосования по поправке к закону, взамен на то, что еврейские депутаты воздержатся голосовать по вопросу о назначении мусульманских судей).

Примерно через час мне сообщили, что рав Биньямин ищет меня. Я пошел в секретариат, и он рассказал мне следующее: «Когда я ехал вместе с Ребе в машине, он спросил меня: «Что нового? Приехал кто-то из Израиля?» Я рассказал Ребе о вашем приезде и о встрече с депутатом Кнессета Ваттадом и, конечно, об открытом письме… Ребе выслушал доклад весьма критически, но в конце улыбнулся и сказал на идиш: «Разве он не заметил, что написано выше: «К сыновьям и дочерям Израиля»? Это не помешало ему?»

…В начале нашей недельной главы «Беѓар» мы читаем о заповеди года шмиты: «Когда придете на землю, которую Я даю вам, пусть празднует земля Субботу Г‑споду» (Ваикро, 25: 4). Как каждую неделю еврей должен отложить свою работу и посвятить «Субботу Г‑споду», так и в Израиле раз в семь лет земле необходимо совершить «Субботу Г‑споду».

Понятие субботнего года Тора ввела на все времена, хотя исполнять эту мицву совсем не просто. Земледелец, которому принадлежит поле или виноградник, в течение шести лет трудится на своей земле, вкладывая в нее все свои силы и добывая средства для пропитания. И вот наступает субботний год, в который не только запрещено работать на земле, но и сама земля вообще ему не принадлежит! В этот год земледельцу следует отказаться от своего поля, и в течение всего года он не имеет права собственности на свою землю. Любой желающий может прийти и взять для пищи плоды этого поля, так же, как и сам хозяин может собирать эти плоды, но каждый раз — только такое количество, которого хватает собирающему и его семье на несколько дней, и не более того. В остальном же ему придется жить на сбережения прошлых лет, и вместо того, чтобы работать, он должен посвятить этот год изучению Торы (как каждую неделю Суббота — это день, в который мы не работаем и который мы посвящаем удовлетворению наших духовных потребностей — Торе и молитве, так и целью «Субботы земли» является то, чтобы земледельцы — а во времена Танаха почти все евреи были таковыми — воспользовались свободным от сельскохозяйственных работ временем для изучения Торы).

После этого Тора вводит еще одно понятие, с которым знакомы почти все, но немногие знают, что оно взято из Торы: «юбилей». Люди устраивают юбилейные торжества по разным поводам, празднуя кто свое 25‑летие, а кто 100‑летие своего завода или 200‑летие города. В Торе же сказано, что после исполнения заповеди года шмиты семь раз («и сочти себе семь Суббот годовых, семь лет семь раз; и будет тебе дней семи Суббот годовых сорок девять лет») наступает пятидесятый год: «И освятите пятидесятый год, и возгласите свободу на земле всем ее обитателям. Йовель будет это для вас, и возвратитесь вы каждый к своему владению, и каждый к своему семейству возвратитесь» (Ваикро, 25: 10). Йовель — отсюда «юбилей».

В юбилейный год евреям нельзя сеять и жать, как и в год шмиты, и в дополнение к этому рабы должны быть освобождены, а поля возвращены их владельцам. Если субботний год напоминает нам о Субботе и сотворении мира, то юбилейный год напоминает нам о даровании Торы (на это намекает то, что Швуэс — праздник дарования Торы — выпадает на 50‑й день после Песаха, праздника Исхода). Исполнить заповедь юбилейного года еще сложнее, так как это вынуждает отказаться от работы на полях не один год, а два года подряд: сорок девятый год шмиты и пятидесятый, юбилейный год.

Все эти законы действовали во времена существования Иерусалимского Храма, а после разрушения Второго Храма мудрецы постановили продолжать соблюдать заповедь шмиты, чтобы не забыть ее, и сегодня многие земледельцы в Израиле выполняют эту заповедь согласно Ѓалохе. Но заповедь юбилейного года мы не исполняем вообще. Почему же мудрецы не постановили продолжать исполнять эту заповедь так же, как и год шмиты? Почему мы лишь узнаем о ней из Пятикнижия, но не исполняем ее на практике?

Дело в том, что наши мудрецы не издавали постановлений, которые люди не могли выполнить (комментарий «Тосфос» на трактат Талмуда «Гитин», 36б). Отказаться от земледельческих работ на два года подряд — такое очень трудно выдержать, и чтобы не подвергать людей испытанию, которое составляло угрозу их существованию, мудрецы выбрали для исполнения только год шмиты.

С подобным явлением мы сталкиваемся в связи с праздниками. Скоро праздник Швуэс. В Земле Израиля он будет отмечаться один день, а за ее пределами — праздник продлится два дня, потому что еврейские мудрецы ввели такое понятие, как йом-тов шени («второй день праздника»). Это относится ко всем праздникам: в Израиле Пасхальный Седер проводят один раз, а мы в нашей общине делаем два Седера, и в Суккос тоже празднуем два дня, а в Израиле — один. Исключение составляет только Йом-Кипур, который везде отмечается один день. Ведь бо́льшая часть общины не сможет поститься в течение двух дней, и поэтому наши мудрецы в этом вопросе придерживаются постановления Торы.

Из этого следует: если Тора предписывает еврею какую-либо мицву, то это значит, что он может и способен ее исполнить, потому что в противном случае ни Тора, ни мудрецы не приказывали бы ему сделать это. Любавичский Ребе часто приводит слова мидрашей: «Б‑г не сетует на свои создания» («Шмойс рабо», 34: 1) «и требует от них по силам» («Бамидбор рабо», 12: 3). Если Всевышний просит еврея сделать что-то, Он также придает ему силу и открывает возможности для выполнения этого. Если Б‑г благословляет вас детьми, то это также даст вам возможность вырастить их и отправить учиться в еврейские школы. Всевышний обеспечит вам достаточно средств, чтобы вы могли воспитать своих детей для Торы, хупы и добрых дел… И так во всем, как сказано: «Я прошу лишь по силам вашим».

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (1,06 МБ).