Геннадий Алексеев

В моих руках цветок.
Цвет у него — необычный,
запах у него — незнакомый,
форма у него — невиданная,
название его — неизвестно.
Подходят на него взглянуть,
наклоняются его понюхать,
просят разрешения его потрогать,
отходят,
потрясенные.
Я горд — у меня цветок.
Вы видите — у меня цветок!
Вы не пугайтесь — у меня цветок.
Вы не огорчайтесь, но у меня цветок.
Вы не злитесь, но — у меня цветок.
Вы меня не трогайте — у меня же цветок!!
Откуда взялся этот цветок?
Откуда? Если б я знал.
Зазевался, и глядь,—
в моих руках
цветок…

Геннадий Алексеев

— Не так, — говорю, —
вовсе не так.
— А как? — спрашивают.
— Да никак, — говорю, —
вот разве что ночью
в открытом море
под звездным небом
и слушать шипенье воды,
скользящей вдоль борта.
Вот разве что в море
под небом полночным,
наполненным звездами,
и плыть, не тревожась нисколько.
Вот разве что так.
Иль, может быть, утром
на пустынной набережной,
поеживаясь от холода,
и смотреть на большие баржи,
плывущие друг за другом.
Да, разве что утром
у воды на гранитных плитах,
подняв воротник пальто,
и стоять, ни о чем не печалясь.
Вот разве что так, — говорю, —
не иначе.

Сослучайное и присослучайное 2019-06-16 00:37:07

я знаю что листва под ветром
струится как вода в реке
но это знание по жизни
не помогает нихрена
© supposedly-me