Лишая силы обвинителя

Канун Шабос главы «Ницовим»
27 элула 5778 года / 7 сентября 2018 г.

Странное чувство охватывает нас в Шабос меворхим («Субботу, когда благословляют [новый месяц]» — последнюю Субботу перед новомесячьем) месяца тишрей. В этот день, на самом деле, наступающий месяц не благословляют: хотя в начале следующей недели мы будем отмечать рош-хойдеш тишрей (совпадающий с праздником Рош ѓаШоно), в отличие от остальных Шабос меворхим, мы не будем читать в синагоге соответствующее благословение после чтения Торы. Думаю, что это необходимо объяснить. Разве не особенно необходимы благословения и добрые пожелания в месяц тишрей, месяц Б‑жественного суда, в котором будет решаться судьба наступающего года — «кто будет жить и кто умрет, кто обеднеет и кто разбогатеет»? Почему же в эти грозные дни мы отказываемся от благословения новомесячья?!

По правде говоря, следует с самого начала подчеркнуть, что на самом деле мы благословение не пропускаем. По словам Баал-Шем-Това, которые Любавичский Ребе приводит в календаре «Ѓайом — йом» («День за днем»), запись от 25 элула: «В седьмом месяце, который является первым из месяцев года, в Шабос меворхим — последнюю Субботу месяца элул, Сам Всевышний благословляет наступающий год, и силой этого благословления евреи впоследствии благословляют наступающие месяцы одиннадцать раз в году». Но все же нам ясно, что чего-то не хватает. Тот факт, что мы благословляем рош-хойдеш из месяца в месяц, учит нас: есть высший смысл в том, что благословение исходит снизу, а не сверху, и поэтому важно понять, куда исчезло благословение месяца тишрей, и почему обычаи в нем отличаются от других месяцев.

Некоторые комментаторы объясняют, что главная цель благословения месяца — напомнить собравшимся, когда будет новомесячье. А в тишрее в этом нет необходимости, потому что каждый еврей заблаговременно готовится к Рош ѓаШоно. Конечно, это прекрасный комментарий, но все равно неясно, почему мы отказываемся от благословения месяца и просьб, сопровождающих его.

Как объясняется в различных книгах, мы воздерживаемся от благословения месяца тишрей, чтобы сбить с толку Сотона — ангела-обвинителя. Ведь он «молится» вместе с нами в синагоге, и если мы не будем упоминать, когда рош-хойдеш тишрей, он не узнает, когда наступает Рош ѓаШоно, и не придет обвинять Израиль в День суда. Это напоминает ответчика, который пытается препятствовать адвокату истца получить повестку о назначении даты судебного разбирательства, чтобы он не смог хорошо подготовиться к слушанию дела. Таким же образом комментаторы объясняют некоторые другие обычаи элула. Например, на протяжении всего месяца каждый день трубят в шойфар, но в последний его день — накануне Рош ѓаШоно — этого не делают, чтобы Сотон подумал, что День суда прошел. Более того, есть мнение, что одна из причин, по которой трубят в шойфар каждый день в течение месяца, как раз и заключается в том, чтобы Сотон не понял, когда же на самом деле будет Рош ѓаШоно.

Все это, конечно, очень интересно и увлекательно, однако, как понимать, что Сотон не узнает, когда Рош ѓаШоно?! В конце концов, он же ангел-обвинитель, выступающий в Высшем суде, а Рош ѓаШоно — его самый важный день работы. Он должен представить все грехи Израиля и потребовать сурового наказания за них. И как же тогда можно скрыть от него дату суда? Поэтому непонятно, приносит ли какую-то пользу то, что мы воздерживаемся от благословения месяца тишрей. Ведь у Сотона есть собственные источники информации о том, когда придет Новый год.

Рассуждая на эту тему, интересно рассмотреть в целом вопрос, можно ли на самом деле «запутать» Сотона? Ведь это может быть отличным решением многих проблем. Например, человек, который должен умереть, не о нас будет сказано, уедет в другую страну, и Сотон его не найдет; он может переодеться в другого персонажа, и Ангел смерти не узнает его… Или кто-то, кто должен жениться на ком-то и не хочет этого делать, может убежать в другое место, и поэтому его судьба изменится. История знает тех, кто пытался это сделать и был разочарован результатами. Талмуд (трактат «Сукка», 53а) рассказывает о том, как царь Шломо однажды увидел у входа в свой дворец Ангела смерти с озабоченным выражением лица. «Что беспокоит тебя?» — спросил его Шломо. «Небесный суд приказал мне взять души двух твоих писцов, Элихорефа и Ахии, а я не могу это сделать!» Услышав это, Шломо взял этих двоих и чудесным образом отправил их в город Луз. Это был город с особым благословением: Всевышний запретил Ангелу смерти входить туда, так что его жители не умирали. Когда человек становился настолько стар, что жизнь была ему в тягость, его выводили за городские стены, где он и умирал. Однако уже на следующий день Шломо встретил Ангела смерти, улыбающегося и счастливого. «Почему ты весел?» — спросил царь. Ангел сказал Шломо, что на «карте жизни и смерти» писцов было написано, что они должны были умереть у входа в город Луз, поэтому вчера он встревожился у входа во дворец в Иерусалиме, так как не знал, как перенести их туда. Но потом они внезапно появились у ворот этого города, и поэтому он смог выполнить свою миссию…

И снова возникает вопрос, можно ли запутать Сотона с наступлением Рош ѓаШоно?

В одной старой истории рассказывается о богаче, который был невероятно скупым. Люди стучали в его дверь и умоляли о цдоке, но он с презрением отвергал их всех. Со временем он стал презираемым и отверженным в общине. Однажды в холодный зимний день он поехал со своим слугой на ярмарку. По дороге они увидели душераздирающую картину. В зимней грязи застряла старая телега с дряхлой лошадью, и рядом стояла, дрожа от холода, семья бедняков, родители и несколько детей в ветхой, разорванной одежде. Сердце богача дрогнуло, он приказал слуге привязать эту телегу к своей крепкой повозке и вытащить ее. Но ничего не получилось, так как телега крепко увязла и не двигалась с места. Тогда богач, немного поколебавшись, вышел из теплой повозки и ступил в грязь. Вместе со слугой он подпер колеса и вытащил из земли шаткую телегу… Прошли годы, и его душа вознеслась в мир иной. Сотон ухмыльнулся до ушей и положил на весы все безответные просьбы о благотворительности. Еще минута, и Суд отправил бы его надолго в ад! Внезапно появился ангел Михоэль и привез с собой ветхую бедняцкую телегу и дряхлую лошадь. Он положил их на другую чашу весов и рассказал, как богач, проявив большое милосердие, спас их. Но этого было еще недостаточно, и весы склонялись в сторону наказания. Ангел не сдался и положил на чашу весов бедную семью для равновесия, но грехи все еще перевешивали. Тогда ангел вытащил испачканные грязью одежду и обувь, и они перетянули вниз чашу заслуг…

Любавичский Ребе в одной из своих бесед дает оригинальное объяснение феномена «приведения в замешательство Сотона» в течение месяцев элул и тишрей. Мы не стремимся заставить его забыть о Дне суда, а скорее делаем нечто более серьезное: стараемся «истощить» Сотона, чтобы у него исчезла мотивация к обвинению Израиля. Он будет думать, что народ Израиля приходит к Судному дню подготовленный и утратит свой энтузиазм. Сотон слышит, как евреи трубят в шойфар в течение двадцати девяти дней элула. Он понимает, что трубные звуки вдохновляют Израиль на покаяние и собирание заслуг для подготовки к Высшему суду, и у него пропадает желание обвинять нас. Более того, мы не удовлетворяемся только процессом пробуждения месяца элула, но делаем нечто гораздо большее. В Шабос меворхим месяца тишрей и в канун Рош ѓаШоно мы воздерживаемся от чтения благословения месяца и вообще не трубим в шойфар, демонстрируя тем самым уверенность в справедливости Высшего суда. Мы показываем, что настолько уверены в добрых делах, которые мы делали для подготовки к Рош ѓаШоно, что нам даже не нужно благословлять месяц, потому что мы уже заслужили милосердный приговор на наступающий год. И это проявление нашей веры ослабляет энергию Сотона.

На что это похоже? На человека, который настолько уверен в праведности своего пути, что берет себе для защиты адвоката из «низшей лиги». Само лишь появление такого адвоката в суде оказывает давление на адвокатов другой стороны. Мораль этого ясна: если мы хотим подойти всесторонне подготовленными к Рош ѓаШоно и ослабить энергию другой стороны, мы должны воспользоваться последними днями этого года, чтобы умножить наши добрые дела и исправить то, что необходимо исправить.

Иерусалимский Талмуд представляет интересную идею о путях «запутывания Сотона». Когда тот слышит трубные звуки в Рош ѓаШоно, он уверен, что это трубление «великого шойфара» Мошиаха, и он полностью теряет свои силы. Ибо в будущем дух нечистоты удалится с земли, растворится и исчезнет. Конечно, всех очень интересует: действительно ли Сотон думает, что пришел Мошиах? Но приведенное здесь объяснение наполняет все это особым смыслом: когда Сотон видит пробуждение евреев на Рош ѓаШоно и слышит их призывы удостоиться прихода Мошиаха уже в этом году, он понимает, что они готовы услышать «великий шойфар» и не успокоятся, пока не достигнут истинного Избавления. Поэтому он теряет воодушевление, и сила его обвинения ослабевает…

Да удостоимся мы, с Б‑жьей помощью, в дни, предшествующие Рош ѓаШоно, истинного и полного искупления. И пусть Высшее милосердие уготовит нам всем добрый и сладкий Новый год!

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (1,24 МБ).

Cмешно и грустно

Знаете песню Наоми Шемер החגיגה נגמרת? (https://www.youtube.com/watch?v=FamZOVKnRJE)
Один очень известный и уважаемый израильский лингвист, который уже не с нами, в 1979 г. написал на эту мелодию следующие слова:
Песня пациента урологического отделения больницы «Ѓадасса», Иерусалим
יש בני אדם שאוהבים חיות
יש אחרים שמחפשים בעיות
יש להוטים תמיד להתווכח
ואחרים — לבכות ולהאנח
.
אני רוצה דבר אחד טבעי, פשוט
בכל הגוף והנשמה והישות
להשתין בקשת של זהב יפה, חמה
ולהשקות האדמה
.
להשתין ללא צנתר וללא עזרה של זר
להשתין כמו חיה מחיות הבר
להחזיק באצבעות את הקטן הטיב
ולהשתין בכל הלב
.
להשתין בכל שעה שהדבר נחוץ
בבית כיסא בבית, או תחת עץ בחוץ
להשתין ללא חשש וללא מורא
ולהשתין בחזרה

Из истории иврита

Слово «мишкафаим» («очки») придумал учитель иврита из Вильно Хаим Лейб (Арье) Хазан в 1890 г. По его словам, он выбрал корень «шакаф» («зреть»), а не «раа» или «хаза», из-за звукового сходства с греческим «скопео». Напомню, что литовские евреи произносили букву «шин» как «с».
Хаим Лейб Хазан был убит нацистами в Вильнюсе в 1941 г., когда он был в талите и тфилин. הי»ד
(Реувен Сиван, в одной из книг)