Кто зажигал факелы в этом году

Генерал-майор Шайке Гавиш, воевавший ещё в Войну за независимость.
Рахели Ганот, руководительница компании, готовящей харедимных женщин к профессии программиста.
Ноам Гершуни, бывший пилот военного вертолёта, ставший инвалидом и получивший золотую медаль по теннису на Паралимпийских играх.
Маргалит Зинати, представительница последней еврейской крестьянской семьи, остававшейся в Палестине (Пкиин) к моменту появления здесь новых крестьян — сионистов.
Шейх Мувафак Тариф, руководитель израильских друзов.
Проф. Марсель Махлуф, много сделавшая для разработки лечения рака.
Проф. Авиэзри Френкель, один из первых компьютерных специалистов Израиля. Похищенный и убитый террористами четыре года назад Нафтали Френкель был его внуком.
Май Корман, ученица школы для глухих, разработавшая устройство, предупреждающее родителей о забытом в машине ребёнке.
Зеэв Ревах, актёр, из марокканских евреев.
Лия Кениг, ведущая актриса «Габимы».
Шломо Арци, певец и автор песен.
д-р Авшалом Кор, главный популяризатор иврита в Израиле.

С милосердием и состраданием…

Канун Шабос главы «Тазрия-Мцойро»
5 ияра 5778 года / 20 апреля 2018 г.

Моше Порат родился в хасидской семье в Венгрии в 1931 году. В первый день Песаха 5704 (1944) года венгерские жандармы забрали его отца на принудительные работы. Отец иногда наведывался домой на несколько дней. 19 мая 1944‑го Моше никогда не забудет. Он вернулся из хедера вечером. Отец как раз получил короткий отпуск и был дома. «Папа взял ножницы и отрезал пейсы у меня и всех моих братьев, — вспоминал Моше. — Он предпочел сделать это сам, чем позволить немцам издеваться над своими детьми. После этого я почувствовал, что я уже не тот Мойшеле, что был раньше». Вскоре отец вернулся на принудительные работы и там умер. В конце мая всех евреев их города заключили в гетто, а менее чем через месяц отправили в вагонах для перевозки скота в город Дебрецен, где разместили на кирпичном заводе.

Утром 21 июня дядя разбудил его и сказал: «Мойшеле, сегодня твоя бар-мицва. Ты готов?» Едва открывший глаза Моше сразу ответил: «Да, я готов». В сумке, с которой он уехал из дома, лежали новые тфилин. Отец купил ему их в один из своих последних отпусков. Моше повсюду носил тфилин с собой, несмотря на предупреждение нацистов о том, что любой человек, пойманный в гетто с религиозными атрибутами, получит 75 ударов плетью. Моше вынул тфилин из сумки и спрятал их под рубашкой. Дядя взял его за руку и повел через сотни людей, которые спали на полу. Они спустились в подвал, где Моше достал тфилин и наложил их сам, так как, будучи в гетто, он практиковался в том, как это делать. Между тем собрались еще десять-двадцать евреев, началась молитва. Когда дошли до чтения Торы, дядю спросили, как зовут мальчика, и тот сказал: «Сегодня бар-мицва Моше бен Йосеф-Леви». Его вызвали к Торе, и Моше произнес: «Благословите Г‑спода благословенного!» Присутствующие ответили: «Благословен Г‑сподь благословенный во веки веков!» Моше очень радовался, что у него была бар-мицва

Несколько дней спустя их отправили по железной дороге в лагеря смерти в Польше. Они проехали почти весь путь, но в нескольких часах езды от Освенцима поезд остановился — оказалось, что партизаны взорвали железнодорожные пути! Они простояли там очень долго, много людей умерли прямо в вагонах. Потом поезд вдруг тронулся и начал идти в обратном направлении. После трех дней пути они оказались в Вене, и уцелевших евреев поместили в трудовом лагере, где Моше проработал девять с половиной месяцев. В конце зимы 1945 года, при приближении Красной армии, нацисты вывели всех заключенных на «марш смерти». В течение трех недель они прошли около 200 километров, большинство узников не выдержали и погибли в пути. Тех, кто выжил, поместили в лагерь смерти Маутхаузен. 5 мая 1945 года их освободили солдаты армии США.

На протяжении десятилетий Моше Порат никому не рассказывал свою историю, пока однажды его не пригласили на встречу с учениками одной из школ. Он говорил в течение двух часов и увидел, что ученики слушали каждое слово и плакали вместе с ним. Тогда он решил, что никогда не перестанет рассказывать свою историю. Несколько лет назад он присоединился к группе израильских школьников, отправившейся в поездку в Польшу. Они прибыли в город Гура-Кальвария, вошли в здание, которое когда-то было очень известной синагогой в Польше. Молодые ребята были очень взволнованы и начали там танцевать. Внезапно один из учителей встал и объявил: «Здесь с нами находится Моше Порат. Когда-то у него была бар-мицва в Польше, но там никто не танцевал. У нас есть возможность восполнить упущенное». Ребята подхватили Моше на руки, посадили на плечи и продолжили танцевать. И снова тот же учитель громко сказал: «Моше не получил ни одного подарка на свою бар-мицву. Давайте сделаем ему подарок — соберем деньги на его книгу, чтобы он мог опубликовать свои мемуары».

В прошлом году на церемонии празднования Дня памяти жертв Холокоста в музее «Яд Вашем» Моше Порат был одним из шести человек, удостоенных зажечь факелы в память о шести миллионах жертв Холокоста. Премьер-министр Биньямин Нетаниягу в своей речи, рассказав его историю, добавил, что Моше приехал в Израиль во время Войны за Независимость и в возрасте 17 лет был призван в армию. Однажды в палатке при свете лампы он проверил свое воинское удостоверение и с удивлением обнаружил, что его личный номер — 108080, то же число, которое нацисты вытатуировали на его руке в Маутхаузене! Такое же число, но с противоположным значением — от смерти к жизни. Книгу своих воспоминаний он назвал «С верой в доброту и милосердие». Моше объяснил, что причина, по которой он смог пережить Холокост, заключалась в его вере, и Всевышний относился к нему с милосердием и состраданием.

Да, даже когда Всевышний хочет наказать человека, Он делает это с милосердием и состраданием. В одной из глав, которые мы читаем на этой неделе, «Мцойро», рассказывается о законах цораас — особого редкого заболевания. Пораженный цораас должен покинуть лагерь и не возвращаться до тех пор, пока не выздоровеет. Из дома с язвами выводят всех жильцов, а затем закрывают его. Однако есть в этих законах и нечто очень интересное. Рамбам пишет: «Жениху, у которого увидели язву, дают семь дней пира. Точно так же если увидели на его одежде или на доме — не рассматривают их до окончания пира. Точно так же в праздник — ему дают все дни праздника, и только после праздника коѓен осмотрит поражение» («Мишне-Тора», «Законы цораас», 9: 8).

Любавичский Ребе говорит, что в этом законе мы видим нечто чудесное. Цораас поражает человека потому, что он занимался злословием — лошон ѓоро. Поэтому его отправляют из лагеря. Как говорит Раши: «Поскольку он своим злоязычием сеял раздоры между мужем и женой, между человеком и ближним его, он сам должен быть отторгнут, отделен от других людей» (комментарий на Ваикро, 13: 46). Тора рассматривает его как человека, который представляет опасность для общества и поэтому должен быть изолирован. Если это произошло во время его свадьбы или в один из трех праздников, то не обращают внимание на проявление болезни и позволяют ему праздновать семь дней пира или праздник, который наступил. Отсюда мы учим, в какой высокой степени Тора является учением о сострадании и милосердии. Цель язв цораас — доброта свыше на благо человека и для его пользы, чтобы через это испытание он свернул со своего пути зла. Так любящий отец наказывает своего сына. Поэтому, когда дело доходит до свадьбы или праздника, Всевышний, из любви к Своим сыновьям, не хочет разрушать их радость и задерживает наказание нечистотой.

Это ясное наставление для нас: прежде чем мы поспешим указывать на язвы других, даже если это подлинные язвы цораас, мы должны спросить себя, делаем ли мы это «с добротой и милосердием».

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (710 КБ).