О решении ближневосточного конфликта

Нет, мании величия у меня нет. Я двадцать пять лет живу в Израиле, половину этого времени — на «территориях», охранял своё поселение, помню все стадии «мирного процесса», читал и слушал левых и правых и т.п. И мысли у меня следующие, по-моему, достаточно тривиальные.
1. Решения типа «взять и (всё поделить / всё отдать / всех выгнать / нужное вписать)» решениями не являются, потому что вне зависимости от их пользы не будут осуществлены.
2. Решение «оставить всё как есть» является тактикой, но не стратегией. Оно осуществляется уже двадцать лет и фактически является попыткой остановить потоп, засунув палец в дырку в плотине. Пока армия, спецслужбы, охрана и все-все-все стоят, засунув в плотину палец, под ногами более-менее сухо, и поэтому если не заглядывать за плотину, может создаться впечатление, что и решать-то нечего. Но…
3. Главную агрессию проявляют сейчас исламисты. Светское палестинское сопротивление сейчас мало себя проявляет (это не значит, что его потенциал исчез). А для исламистов:
3а. Храмовая гора — это святыня ислама, поэтому любая попытка представителей другой религии осуществить какую-то власть по отношению к ней (даже поставить металлодетекторы) расценивается как святотатство и casus belli для джихада. Так думает весь исламский мир, вплоть до Малайзии.
3б. Существование неисламского государства в Палестине — само по себе casus belli для джихада. Поэтому все жители Израиля являются для них захватчиками, врагами и целями, без различия вооружённости, возраста, пола и нахождения по ту или другую сторону «зелёной линии».
4. Перечитаем пункт 1.
5. В тактическом плане более-менее работает правило «сытый палестинец — спокойный палестинец». Меньше всего террористов выходит из тех мест, где а) есть хорошие возможности для заработка, б) нет неудовлетворённых материальных ожиданий. Так, в Хальхуле никаких ожиданий нет, но евреи далеко, на них с трудом можно заработать, а в Восточном Иерусалиме возможностей для заработка много, но постоянно есть обида на мэрию, которая уже 50 лет кладёт на эту интегральную часть единого Иерусалима с прибором. А из Каландии вообще террористов не было. Но это в тактическом плане. Вспомним Жаботинского: «Покуда есть у арабов хоть искра надежды избавиться от нас, они этой надежды не продадут ни за какие сладкие слова и ни за какие питательные бутерброды, именно потому, что они не сброд, а народ…»
6. Если у кого-нибудь есть идеи, как уменьшить влияние идеологии радикального ислама, я буду рад. У меня их нет, потому что с исчезновением коммунистической идеологии кроме неё и ислама осталась только идеология арабского национализма в разных видах, которая нас тоже не радует. А если и её убрать, останется просто пустое место, мещанство, погоня за материальными ценностями — в общем, то, что не может привлечь думающую молодёжь. Как говорят, в палестинских университетах не состоять в Хамасе — значит, расписаться в своём равнодушии и эгоизме. А до пацифизма и плюрализма арабскому миру ещё как улитке до вершины Фудзи.
7. Мы, частные лица, предоставим армии и политикам делать то, что они делают, потому что не реагировать мы уже пробовали.
8. Единственное, на что я надеюсь — на личные представления конкретных палестинцев о евреях. Ключ к успеху в войне — дегуманизация врага. Гораздо легче пойти убивать ножиком незнакомых еврейских мужчин, женщин, детей, чем тех, кто говорил тебе «ахлан» или «шалом» или просто улыбался. Это тоже совсем не невозможно, как показывает горький опыт, но не так легко. Поэтому я предлагаю такую ересь: если вы проходите мимо араба, то (сохраняя бдительность, конечно!) смотрите на него так, как на соседа-еврея. Улыбнитесь ему так же. Он же сейчас на вас не нападает, и возможно, не собирается нападать. Вы этим не покажете свою слабость (чего делать, разумеется, ни в коем случае нельзя). Пусть у него в голове наряду с проповедями об «итбах аль-яѓуд» будет картинка улыбающегося ему еврея. Возможно, эта картинка несколько ослабит воздействие проповедей. Возможно, он подумает, прежде чем взяться за ножик. Возможно. Хуже точно не будет.