Напоминание

То, что Тетраграмматон — это мера милосердия, а Элоким — это мера суда, впервые упоминается в Сифре Дварим, Ваэтханан 26, Мидраш Танаим Дварим 3:24, а потом в Берешит раба (Вильна), 12:15 и другие места, а также в Иерусалимском Талмуде (Брахот, 9:5, 14б). Упоминание только имени Эль или Элоким как меры суда — Мехильта де-раби Ишмаэль, Бешалах, Шира 3; Мехильта де-Рашби, 6:2.
В Вавилонском Талмуде — нет. Палестинская идея.

Дар напрасный, дар случайный, жизнь, зачем ты мне дана?

О двух спорах внутри фарисейского лагеря нам известно, что они тянулись долго. Один — это нужно ли возлагать руки на жертвы в йом-тов, он возник в незапамятные времена и с этого спора началось расхождение школ Ѓилеля и Шамая. А другой —
«Два с половиной года спорили школа Шамая и школа Ѓилеля. Одни говорят: лучше бы человеку не быть сотворённым, а другие говорят: лучше человеку быть сотворённым. [Не смогли переубедить, тогда] решили спор голосованием, и вышло: лучше бы человеку не быть сотворённым. [И прибавили]: если уж он сотворён — пусть тщательно рассмотрит свои поступки» (Эрувин, 13б).
Два с половиной года лучшие мудрецы народа Израиля спорили, быть или не быть. И в итоге решили: не быть! И этот результат никем не оспорен, ибо не было у нас с тех пор таких авторитетных мудрецов, как школа Шамая и школа Ѓилеля, собравшиеся вместе для голосования.
Однако что же делать с тем, что о сотворении мира сказано «хорошо»? Как же при этом может быть лучше » не быть»?
Внимательнее, говорит р.Йосеф Альбо в «Книге основ». Обо всём творении сказано, о каждом элементе сказано, но не о человеке! Сотворение человека — не есть хорошо, ибо у него есть потенциал всё испортить.
Р.Ицхак Ѓутнер решает проблему следующим образом: Сказал рабби Ханина: «Всё в руках Небес, кроме страха перед Небесами» (Брахот, 33б). В чём отличие служащего Богу из любви от служащего Богу из страха? Служащий из любви рад тому, что избирает добро, а служащий из страха — не рад. Он предпочёл бы вообще ничего не избирать, чтобы у него не было потенциала согрешить. Он предпочёл бы не быть, но уж если он есть — приходится избирать добро и тщательно рассматривать свои поступки, ведь хотя жизнь хуже не-жизни, плохая жизнь всё же хуже хорошей жизни.
Таким образом, гемара в Эрувин говорит о служащем из страха. А о служащем из любви — из бескорыстной любви — говорят книги каббалы, и на простом уровне — «Тания». Как там говорил Алтер ребе: «Не нужен мне рай, один Ты мне нужен».
(По уроку р.Ицхака Блау, http://www.daat.ac.il/chazal/maamar.asp?id=82)

Мессианская филозофия

Ожидание Машиаха развилось из ожидания «Дня Господня», в процессе которого всех грешников (а также всех гоев) покоцают, и останутся одни праведники, которые будут блаженствовать на трапезе. Эта концепция встречается у пророков (хотя не у всех, есть и представления, согласно которым все народы будут приходить в Иерусалим и поклоняться Богу единому, пять городов Египта будут клясться именем господа, а в Египте будет жертвенник Богу), она торжествует в еврейской литературе Второго Храма, особенно в апокалиптике, она часто встречается в мессианских фрагментах мидрашей. В сущности, с некоторыми изменениями эта концепция была господствующей до недавнего времени: на облаках приедет Машиах, убьёт всех злодеев (как наших, так и не наших), а всех хороших евреев перенесёт в Палестину, где они будут есть, пить и Тору учить, а обстановка в стране Израиля будет как описано в конце трактата Ктубот: прямо страна Кукания, много-много жратвы и вина.
Что нужно для этого сделать? Да то же, что мы делаем и сейчас: молиться, учиться… Ни разу я не видел (по моим скромным знаниям) призывов установить в отдельно взятой Касриловке идеальное общество: все дети бедняков учат Гемару, у каждого дровосека в субботу курица на столе… Нет, каждый при своём: бедняки читают Псалмы, не понимая их, талмид-хохемы не вылезают из Гемары, нищие ходят по улицам и обеспечивают богачам награду за благотворительность — в общем, как говорят в армии, «ничего не получилось — повторим».
Ситуация изменилась с появлением людей, захотевших претворить лурианскую каббалу, очень много говорящую об изгнании, в жизнь. Шабтай Цви. Каббалу — в массы. Все вместе, разом, совершим «ихудим», подтолкнём телегу истории. Можно ругать это течение, но положительным в нём был выход за привычные рамки и побуждение людей делать принципиально отличное от того, что они делали до сих пор. Это была настоящая народная революция.
Ничего не вышло. Это оттолкнуло евреев от идеи подталкивания истории так, что мысль об Избавлении была отодвинута в неведомое апокалиптическое будущее, и искренние молитвы о нём были оставлены раввинам и порушам, а речи об Избавлении сразу вызывали подозрение в ереси.
Потом появился хасидизм, в котором, начиная с третьего-четвёртого поколения, возникает идея «локального Машиаха». Здесь, при дворе цадика, мы ощущаем мессианскую эпоху, поэтому нам и не хочется уходить отсюда к семьям.
Что общего у семьи хасида (или литвака), просто вздыхающей об Избавлении, и хасида, переживающего локальное Избавление при дворе цадика? Пассивность. «Не надо думать — с нами тот, кто всё за нас решит». Болото. Не все помнят, что продолжение фразы «Машиах придёт, когда разольются источники твои наружу» — это «и все смогут сами делать ихудим». И не случайно не помнят.
В ХХ веке появился религиозный сионизм, который провозгласил: Избавление надо делать. Руками. Создавать еврейские деревни, еврейскую армию и полицию, строить города. Разумеется, последовало доведение идеи до абсурда, и некоторые лидеры религиозного сионизма заговорили о «коллективном Машиахе», каковым является государство Израиль в его теперешнем виде. Нужно только чуть подправить.
Потом о Машиахе ежедневно заговорил последний Любавичский ребе — и тоже послал своих хасидов делать. Учить, просвещать, приближать к Торе. Не ждать Машиаха на облаках, а двигать народ к мессианским временам в рамках «пробуждения снизу». Увы, Лююбавич не выдержал постоянного накала и объявил, что Машиах уже пришёл, только вот не совсем, нужно спустить его ниже десяти ладоней, а так уже всё, мы вкушаем ливьосона и шарабора.
Что теперь? На мой непросвещённый взгляд, «и в четверть силы жить уже невмоготу, и в мальчиков играть резона никакого» (С). Молитва об избавлении — это вопрос самому себе: а ты вчера, сегодня что для этого сделал? Не в смысле псалмы прочитать, а вовне, в мире? Произнесение одних и тех же текстов — это, ребята, интеллектуальная лень. Замыкание в своей общине — это, уж как хотите, отдаёт трусостью. Моравские братья едут к эскимосам и папуасам, им до всего мира есть дело. А тебе есть дело до тех, кто носит не такую кипу и не такую шляпу? Попробуй создать у идеологического противника хорошее впечатление о своих товарищах, ты чуть-чуть сблизишь края пропасти. Попробуй сделать доброе дело в рамках нерелигиозной организации, пусть скажут «вот религиозный, а хороший человек». Не проповедуй, а просто участвуй. Живёшь в Израиле — помоги арабским беднякам. Живёшь в России — помоги русским беднякам. Ты еврей, значит, тебе есть дело до любой несправедливости в мире.
Вспомни, что вариться в собственном соку мы умеем, и делаем это уже две тысячи лет с гаком. Сколько возможностей исправления мира мы за это время упустили? Вспомни и вздрогни.