Если כיתן — это лён, почему כותנה — это хлопок?

Действительно, כיתן — это лён на финикийском, иврите и арамейском, откуда ивритское כתונת и греческое «хитон». А хлопка в наших палестинах отродясь не было. Его привёз к нам царь Санхерив, который в одной из надписей похваляется: «…и насадил я в своём саду деревья, дающие шерсть». Привёз он его из Индии. Одно из арабских названий для этого растения — qutun, откуда cotton и подобные ему в европейских языках. И когда в новом иврите искали слово для хлопка, возродители языка обрадовались, что получается «и созвучно, и сосмысленно» — כותנה и cotton (см.также מסכה — mask, סמל — symbol и т.д.). Между прочим, в первом словаре ткацких терминов рекомендовалось написание קוטנה, но оно не прижилось.
А как же будет «хлопок» на нормальном иврите? В Мишне — צמר גפן, «шерсть из винограда», по той же модели, что в немецком Baumwolle — под влиянием арамейского עמר גופנא, берущего начало в той самой надписи Санхерива. А в Танахе — כרפס, тот самый, что в книге Эстер. Это индийское слово, откуда в греческом karpasus «муслин» и в латыни carbasus — в другом значении «тонкая ткань». (Связь с כרפס из пасхального седера случайна).
(Й.Кучер, «Слова и их история»).

Р.Арье Левин и сионисты

Р.Арье Левин был, как сказали бы сейчас, «хардаль». Он вёл полностью ортодоксальный образ жизни, говорил на идиш, но при этом горячо поддерживал р.Кука, то есть был фактически религиозным сионистом. В религиозном Иерусалиме времён британского мандата он был белой вороной. Практически все его соседи, коллеги, друзья относились к сионистам в лучшем случае настороженно, а в худшем — враждебно: еретики, социалисты, трефное едят, в субботу работают — как их можно поддерживать? А как известно, р.Кук говорил: «Они не кладут тфилин? Зато они кладут камни в основание новых поселений».

Однажды зимой р.Арье шёл по мокрой иерусалимской улице, поскользнулся и упал в лужу. Проходивший мимо человек злорадно крикнул: «Так тебе и надо! Так будет со всеми последователями рава Кука!» Р.Арье поднялся и сказал: «Реб ид, я Вас не знаю, но судя по Вашим словам, Вы на меня злы, значит, я Вас чем-то обидел. Простите меня, пожалуйста». Прохожий ничего не ответил и пошёл дальше.

В другой раз на утренней молитве в синагоге один прихожанин набросился на р.Арье, обозвал его вероотступником, попытался сорвать с его головы тфилин и выгнал из синагоги. Р.Арье вышел, а вслед за ним вышел один из молящихся.
«Вы знаете, почему тот человек вас выгнал?»
«Наверное, я его чем-то обидел…»
«Нет, это потому, что Вы сторонник того раввина» (Собеседник р.Арье не хотел даже называть имя р.Кука, дабы не поминать этого еретика).
«А правильно я сделал, что ничего ему не ответил?»
«Конечно! Так и Талмуд советует поступать…»
«Так вот, я научился так поступать именно у того раввина«.
(Как понятно, самого р.Кука, как главного идеолога религиозного сионизма, оскорбляли как минимум не реже).

Как-то р.Арье беседовал на улице с одним знакомым и пытался доказать ему, что сионисты — это хорошие евреи, только вот немножко некоторые заповеди нарушают, но главное — они любят друг друга, они любят страну Израиля, они самоотверженны и бескорыстны… Собеседник не очень-то убеждался. В это время к ним подошёл какой-то парень без внешних признаков религиозности: «Р.Арье! Хорошо, что я Вас встретил! Помните, как однажды мы с другом зашли к Вам в синагогу в Рош ѓа-шана? У нас тогда нечем было прикрыть голову, нам пришлось положить на голову носовые платки. Так вот, после встречи с Вами мы решили сделать кухню в нашем поселении в Изреэльской долине кашерной». Р.Арье глубоко вздохнул и со счастливой улыбкой повернулся к своему собеседнику: «Вот видите!» (Рассказано сыном р.Арье, присутствовавшим при этом).

Р.Арье каждую субботу в течение многих лет посещал еврейских заключённых в иерусалимской тюрьме (неофициально и бесплатно), проводил там молитву, чтение Торы, беседовал с ними, приносил записки из дома и уносил приветы знакомым. Одним из заключённых был некто Яаков, коммунист и воинствующий безбожник. Он часто старался разозлить р.Арье, намеренно закуривал прямо перед ним, но разозлить р.Арье было невозможно. Однажды Яаков подошёл к р.Арье во дворе и гневно сказал:
«Почему Вы имеете дело с этими ханжами и лицемерами?»
«О чём это Вы?»
«Вот они присутствуют на Ваших молитвах, слушают чтение Торы, а ведь ни фига же не соблюдают! И кипу-то они надевают только в Вашем присутствии! Врут всё!»
«Ну как же Вы можете называть их лицемерами? Мне совершенно неважно, что они носят на голове. Я слушаю их сердцем. Когда я с ними, я чувствую, что они искренни, остального я не вижу и видеть не хочу».
После этого Яаков стал постоянным посетителем субботних молитв р.Арье.

Как-то раз р.Арье шёл по улице и увидел одного своего знакомого, из нерелигиозных кругов. Знакомый этот увидел р.Арье — и спешно забежал за угол. Р.Арье пошёл за ним: «Почему Вы от меня прячетесь?»
«Да понимаете, я же без головного убора, не хочу, чтобы Вы это видели…»
«Вы же видите, я маленького роста. Я не вижу, что у людей на головах. Мои глаза находятся на уровне сердца».

Не засоряйте генизу

Р.Моше Файнштейн («Игрот Моше, Орах хаим 4:39) говорит, что есть два вида святости книг: самостоятельная святость имён Бога и книг Танаха, и святость книг по Торе, проистекающая просто из использования их для изучения Торы. Святость первого рода требует генизы, а святость второго рода — не обязательно. Поэтому субботние листочки — и даже книги по Торе, кроме Танаха и сидуров — можно класть в баки для использованной бумаги (не в мусор).