Что символизирует двенадцать?

This post was written by Синий Вечер on Декабрь 4, 2014
Posted Under: "Ваишлах",vayishlach,Вайишлах

Канун Шабос главы «Вайишлах»
13 кислева 5775 года / 5 декабря 2014 г.

Рабби Шмуэль Страшун (Рашаш, 1794–1872), один из выдающихся мудрецов Торы города Вильно (широко известны его комментарии к Талмуду — «Ѓагаѓойс ѓаРашаш»), был сведущ во всех тонкостях и деталях Закона и много делал для блага еврейской общины. Помимо прочего, он руководил фондом, который выдавал беспроцентные ссуды нуждающимся. Рабби Шмуэль вел дела фонда очень аккуратно, записывал всех, кому выдавались ссуды, и следил за тем, чтобы деньги возвращались в срок, — иначе фонд просто не смог бы существовать.

Случилось так, что один еврей взял ссуду 100 рублей (солидная сумма для того времени), которую обязался выплатить через четыре месяца. Когда пришло время возвращать долг, он пришел домой к рабби Шмуэлю. Но ему сказали, что рабби в бейс-мидраше, куда еврей и отправился. Он подошел к погруженному в чтение раввину, положил на раскрытую перед ним книгу ассигнацию достоинством в сто рублей и сказал, что возвращает долг. Рабби Шмуэль, не отрывая глаз от текста, кивнул головой. Должник решил, что кивок означает, что долг погашен, и со спокойной душой отправился домой. На самом же деле рабби Шмуэль, погруженный в изучение ѓалохических предписаний, не заметил ни самого должника, ни сторублевки. Закончив учебу, он закрыл том Талмуда, поставил его в книжный шкаф и ушел домой. Деньги остались внутри книги.

Рашаш каждый день просматривал список должников, чтобы проверить, не подошло ли время возвращать ссуды. В этот день, вернувшись из бейс-мидраша, он также просмотрел список и увидел, что пришло время выплаты одной из ссуд — 100 рублей, и долг пока не возвращен. Из милосердия Рашаш решил подождать еще несколько недель. Когда срок закончился, он отправил к «должнику» человека с требованием вернуть долг.

Вскоре появился сам «должник» со словами: «Я же вернул долг точно в срок уважаемому раввину, когда он сидел в бейс-мидраше!» Рабби Шмуэль, который такого не помнил, решил, что этот человек лжет, и, заботясь о возвращении общественных денег, вызвал его на суд Торы. Судьи выслушали обе стороны, и слова мудреца перевесили чашу весов в его пользу. Однако принятие решения было отложено, в надежде, что должник сам признается, что не вернул деньги.

Слух об отказе вернуть долг немедленно распространился по всему городу, и все были поражены: как этот еврей не стыдится лгать?! Чем большее распространение получала эта история, тем тяжелее становилась жизнь несчастного «должника» и его семьи. Дело дошло до того, что его сын от стыда за поступок отца покинул Вильно. Сам еврей лишился работы, от него все отвернулись, но он продолжал настаивать на своей невиновности.

Однажды рабби Шмуэлю понадобилось заглянуть в тот том Талмуда, который он изучал, когда пришел должник. Он открыл книгу и увидел там… сто рублей! Раввин понял, что по его вине пострадал честный человек и его семья. Он немедленно послал за ним и спросил: «Скажи, пожалуйста, как я могу исправить вред, который причинил тебе? Может быть, ты хочешь, чтобы я попросил у тебя прощения в присутствии всей общины — чтобы все узнали правду?» Ответил еврей: «Это не поможет, ведь люди подумают, что ты делаешь это только ради того, чтобы спасти меня от позора. Я навсегда останусь для них лжецом. И как твоя просьба о прощении поможет мне вернуть сына, который из-за позора покинул город?..» Рабби Шмуэль задумался, а потом сказал: «Отправь человека за своим сыном — пусть вернется, и я выдам за него свою дочь. Надеюсь, тогда уж весь город поверит, что ты честный человек!»

Потрясенный отец не мог и мечтать о том, что его сын женится на дочери знаменитого раввина! Он вызвал сына, и через считанные дни состоялась церемония обручения, в которой принял участие весь цвет еврейской общины Вильно. Люди не могли наговориться об удивительном повороте событий: «Это, должно быть, на Небесах было решено, что сын простого человека женится на дочери великого раввина. И все произошло только из-за ошибки в возврате долга. Как же чудесны пути Г‑сподни!»

* * *

В сегодняшней недельной главе «Вайишлах» мы читаем о нашей праматери Рахель, которая умерла, когда ей было всего 36 лет (такое мнение приводится в мидрашах). Что же стало причиной ее смерти? В предыдущей главе, «Вайейцей», мы узнали о том, что Яаков бежал от Лавана после 20 лет вынужденного служения в его доме. Лаван пустился в погоню за зятем и, догнав, обратился к Яакову с упреком: «Почему ты тайно бежал, и похитил ты у меня, и не поведал ты мне? Я отпустил бы тебя с радостью и пением, с тимпаном и с лирой» (Брейшис, 31: 27). Еще Лаван попенял Яакову: «Зачем ты похитил мои божества?» (там же, стих 30).

Яаков, уверенный в том, что не брал ничего чужого из дома тестя, очень рассердился и произнес слова, о которых потом пожалеет: «У кого же найдешь твои божества, не будет жив. При наших братьях опознай, что из твоего у меня, и бери себе…» — и не знал Яаков, что Рахель похитила их» (Брейшис, 31: 32). Раши, комментируя этот стих, пишет: «Из-за этого проклятия Рахель умерла в пути».

Тора рассказывает, что Рахель умерла во время родов: «Рожала… и тяжки ей были роды ее. И было: когда тяжко давались ей роды ее, сказала ей приемница: «Не страшись, ибо также и это тебе сын!» (Брейшис, 35: 16, 17). Почему же акушерка за несколько мгновений до смерти именно этими словами решила утешить несчастную женщину?

Ответ на этот вопрос можно найти в комментарии Раши на стихи главы «Вайейцей», в которых говорится о том, что Рахель, родив своего первого сына, «нарекла ему имя Йосеф, говоря: «Да прибавит Г‑сподь мне сына другого» (Брейшис, 30: 24). Само имя было обращением к Всевышнему о даровании ей еще одного сына. Раши объясняет: «Пророчески знала, что от Яакова произойдут двенадцать колен. Сказала: «Да будет Ему благоугодно, чтобы тот еще один сын, который должен произойти от него, родился бы у меня». Поэтому она молилась о «другом» сыне».

Наши праматери, Лея и Рахель, ведали, что у Яакова должно быть двенадцать сыновей, от которых произойдет народ Израиля. И поэтому, когда Рахели было подарено счастье рождения Йосефа, ставшего одиннадцатым сыном Яакова, она молилась, чтобы Всевышний пожаловал ей привилегию родить последнего, двенадцатого сына нашего праотца. Вот почему, когда Биньямин родился, повивальная бабка сказала ей: «Не страшись, ибо также и это тебе сын!» Это означало, что молитва Рахель принята Г‑сподом и появление основоположников двенадцати колен завершилось.

Рождение двенадцати колен Израиля — это главная тема в повествовании о жизни Яакова. В главе «Вайейцей», когда рассказывается о том, что Яаков бежал из Беер-Шевы в Харан, мы читаем: «И достиг того места, и ночевал он там, ибо зашло солнце. И взял он из камней того места и положил себе изголовьем, и лег на том месте» (Брейшис, 28: 11). Мидраш уточняет: «Взял двенадцать камней, и после того, как двенадцать камней соединились один с другим, он знал, что установит двенадцать колен» («Брейшис рабо», 68: 11). Яаков, прежде чем лечь спать собрал двенадцать камней и положил их вокруг своей головы, а проснувшись утром, он обнаружил, что они стали одним камнем, и тогда он понял, что удостоится чести стать родоначальником двенадцати колен Израиля.

Вообще-то, в семье Авраѓама знали о необходимости рождения двенадцать колен. Тора в конце главы «Хайей Сара» завершает перечисление имен сыновей Ишмоэля словами: «двенадцать князей их племен» (Брейшис, 25: 16). Становится ясно, что если со стороны, противоположной святости, есть двенадцать князей, то, конечно, им должны противостоять двенадцать князей на стороне святости. Но ни Авраѓам, ни Ицхок не удостоились произвести на свет двенадцать сыновей. Поэтому Яаков знал, что двенадцать колен должны произойти от него. И все жены Яакова очень хотели быть матерями этих двенадцати сыновей (Раши на Брейшис, 29: 34). Рахель действительно должна была быть единственной женой Яакова. Но она уступила Лее свою первую брачную ночь, передав ей условные знаки, о которых они договорились с Яаковом (Раши на Брейшис, 29: 35). Пойдя на это, Рахель лишила себя привилегии стать единственной матерью всех двенадцати колен.

Но «Творец никогда не лишает свои творенья награды» (Талмуд, трактат «Бава Кама», 38б), или, как говорят хасиды, «Б‑г никогда не остается в долгу». В конце концов, Рахель удостоилась двенадцати внуков. У двух ее сыновей родились двенадцать мальчиков: двое у Йосефа — Менаше и Эфраим, и десять у Биньямина — Бела, Бехер, Ашбель, Гера, Нааман, Эхи, Рош, Мупим, Хупим и Ард.

Однако встает вопрос, почему Творец решил, что народ Израиля будет состоять именно из двенадцати колен? Мы знаем, что число семь — особое в еврейской традиции, потому что Б‑г создал мир за семь дней. Число десять — это миньян и Десять заповедей, на которых стоит этот мир. Но что символизирует число двенадцать?

Любавичский Ребе говорит в одной из своих бесед, что двенадцать колен соответствуют двенадцати месяцам еврейского календаря. Реувен — нисон, Шимон — ияр, и так далее до Биньямина, которому соответствует месяц адор. Возможно, в этом кроется причина того, что у каждого еврея есть праздник, который он любит больше остальных. Одни любят Песах, другие — Хануку. Возможно, это потому, что месяц, в котором проходит праздник, соответствует месяцу того колена, из которого происходит сам еврей. И наш месяц, и этот праздник дают каждому из нас заряд жизненной энергии на весь год.

Загрузить газету в формате PDF вы можете здесь (860 КБ).

Comments are closed.

Previose Post: